Heart of the devil

      Фрэнк сидел и перебирал пальцами струны гитары, не задумываясь о мелодии. Он просто отвлекал себя от плохих мыслей, которые пробирались в его голову и пускали мурашки по телу. Парню было зябко, хоть окно было закрытым, и он сидел в толстовке. Неприятное ощущение не покидало его, а все потому, что его парень пошел ко врачу. Джерард много раз жаловался на боли в груди, даже лежал в больнице, но к какому-либо выводу доктора не приходили. Сегодня ему должны были ставить диагноз, но парень все еще не пришел, а стрелка часов двигалась к девяти часам вечера, но прием закончился почти три часа назад. Сердце Айеро неприятно сжималось, а руки потели.       Сегодняшний день стал для совсем еще юного Джерарда таким, каких не должно происходить в жизни счастливого человека, существующего в утопическом мире. Но, к сожалению, суровая реальность - это то, что мы имеем и то, чего не избежать.       Даже когда жизнь кажется канонично идеальной, ты чувствуешь себя полным, нужным, самореализовавшимся, и вот, вроде бы - живи и наслаждайся, обстоятельства складываются так, что ничего не выходит. Кто знает, судьба ли это, уроки кому-либо, но факт остается фактом.       Именно это случилось с художником Джи. У него была хорошая жизнь с любимым парнем, маленькой квартиркой и теплыми объятиями по вечерам, была любящая семья и грандиозные планы на будущее. Сказка, которую разрушило то, что невозможно остановить и то, чего не предугадать. Сегодня Уэй узнал, что смертельно болен; его, казалось бы, такое живое и доброе сердце работало буквально из под палки и было готово сдаться в любую минуту.       Шокированный и убитый Джерард пошел и сел на набережной, чтобы в одиночестве все обдумать. Он просто не мог вернуться домой сейчас, отложив время до разговора со своим любимым. Он не хотел причинять боль Фрэнку этими горькими вестями, оттого решил подумать, как поступить.       Через несколько часов, достаточно истерзав свою душу, Уэй все же заставил себя прийти домой. Бесшумно скинув куртку, он, понуро опустив голову, прошел в гостиную, остановившись и замешкавшись, увидев сидящего Фрэнка, который, как Джи думал, уже спал; молча поднял взгляд и поджал губы, любяще смотря на татуированного.       — Я думал, ты спишь. Здравствуй, Фрэнки. Прости, я немного не рассчитал время...       — Ты вернулся, - сказал Фрэнк с нотками усталости в голосе. Он отложил гитару в сторону и встал, чтоб обнять парня, - Я волновался, - прошептал он, обнимая Джерарда.       — Всё хорошо, - соврал брюнет, обнимая в ответ и проглатывая ком горечи и боли. Он держался из последних сил, чтобы не заплакать при любимом.       — Что сказали врачи? - взволнованно спросил Айеро, понимая, что что-то не так. От неприятных мыслей, которые лезли ему в голову, становилось дурно.       Джерард помедлил с ответом - правду ему не хотелось говорить, чтобы не расстраивать Фрэнка. Он обнял его крепче и обреченно вздохнул. Все происходящее казалось дурным сном, и его охватывало желание как можно быстрее проснуться и забыть этот кошмар, в котором парня скоро не станет. Врачи говорили, что шанс на жизнь все же есть, правда, не очень велик. Его поставили в очередь на донорство по сердцу, но сказали, что людей довольно небольшое количество, так как доноров сейчас тяжело найти. Они извинились перед ним, словно от этого не зависела жизнь парня и сказали, чтобы донора он искал сам. Поэтому Уэй отчаялся и перестал бороться за свою жизнь. Шансов больше нет...       — Сказали, что нужно делать очередную операцию, чтобы продлить жизнь, - он отстранился от возлюбленного и посмотрел тому в глаза, измученно улыбаясь, пытаясь за улыбкой скрыть свою душевную боль. Он снова соврал Фрэнку, - Но у меня нет всей суммы.       — Деньги - не проблема, - моментально ответил Айеро, вспоминая, что же он сможет продать и на чем сэкономить.       Врать Фрэнку дальше Джерард больше не желал, поэтому он промолчал и позволил слезам покатиться по щекам, оставляя после себя мокрые дорожки. Это было чрезвычайно больно. Поэтому он захотел скрасить свои последние дни, сделать последние часы как можно ярче, чтобы Айеро запомнил его ярким, не тающим на глазах парнем, а безбашенным лучиком света. Парень сильнее заплакал и стал дрожать в объятиях, отчего Фрэнк успокаивающе погладил его по голове.       — Пойдем отдыхать? - предложил Айеро, зевая, от чего Уэй усмехнулся.       — Иди, я чуть позже приду к тебе, - сказал брюнет и поцеловал татуированного парня в лоб, - Я пока в душ схожу и перекушу перед сном, ты можешь не ждать меня и ложиться спать.       — Доброй ночи, Джи, - пожелал Фрэнк и подарил парню поцелуй в уголок губ, после по-доброму улыбаясь. Он развернулся и пошел в спальню, готовясь ко сну.       — Сладких снов, Фрэнки, - прошептал Джерард, вытирая тыльной стороной руки, покатившеюся слезу, после чего прикоснулся к месту поцелуя, которое все ещё пылало теплом и грустно улыбнулся.       Парень взял с собой из шкафа чистую футболку и боксеры, отправляясь принимать душ. В ванной комнате он стянул с себя кофту, после подошёл к висящему над умывальником зеркалу и посмотрел на своё отражение. Из зеркала на него смотрел патлатый темноволосый парень с синяками под глазами, его щеки были немного впалыми, отчего появились скулы, а контуры лица стали немного заостренными. Глаза у парня в отражении были выцветшие от слёз, когда-то зеленого цвета. Бледная кожа, выпирающие ключицы, ссутуленные плечи... Джерард продолжал изучать свое отражение и думать. Раз он захотел в последние дни своей жизни быть ярким, то он должен соответствовать своим требованиям, поэтому в его голову пришла навязчивая идея перекрасить свои волосы в яркий цвет.       Криво улыбнувшись своему отражению, Уэй стал раздеваться дальше, расстегивать ремень и снимать брюки вместе с боксерами, которые отправил в корзину для грязного белья. Он отодвинул душевую дверцу на колесиках в сторону и оказался внутри кабинки, закрывая за собой. Он включил воду, отрегулировал её и встал под струи воды, закрывая глаза и стараясь ни о чем не думать.       Закончив с водными процедурами, Джерард стал вытираться махровым зеленым полотенцем, надел на себя боксеры и чистую потёртую футболку с логотипом какой-то там группы. Он протер запотевшее стекло, взял в руки станок и пенку для бритья, сдерживая себя от телесных повреждений бритвой. Закончив с избавлением своего лица от щетины, он вышел из ванной и отправился на кухню.       Там он включил электрический чайник, достал из ящика тетрадь и черную ручку, а шкафчиком выше - чашку и сахарницу, после чего все положил на кухонный стол и стал искать чистую чайную ложку. Покончив с поисками, он сел за стол, не взяв из холодильника ничего себе из еды, и открыл тетрадь на чистом листе. Чайник характерно щелкнул и выключился, оповещая о том, что вода внутри него уже успела закипеть. Джерард сделал себе чай и стал записывать что-то в тетрадь.       Он строил планы на свои последние дни жизни, пытаясь сделать все так, чтоб Фрэнк его запомнил радостным. От этих мыслей парень откинул ручку в строну, закрыл лицо руками и стал тихо плакать, отчего его плечи стали подрагивать. Слишком больно. Слишком невыносимо. Он не сможет потом больше ни увидеть Фрэнка, ни обнять его, ни поцеловать. Почему же жизнь так несправедлива по отношению к нему?       Овладев собой, он попытался перестать плакать и даже потянулся за салфеткой, чтоб вытереть слезы с лица. Наконец успокоившись, шмыгнув носом, парень принялся дальше составлять план. Закончив с этим, он принялся рисовать на другой стороне тетради. Поначалу это были кривые и непонятные линии, которые после стали преображаться в рисунок. В довольно странный и страшный рисунок. Джерард нарисовал себя со склеенным ртом и завязанными руками. У его нарисованной версии себя в глазах читался полнейший ужас и испуг от происходящего. Сзади него были темные тени, которые тянули свои когтистые руки в оборванных лохмотьях к парню, желая его утащить с собой в преисподнюю ада.       Как оказалось, Уэй рисовал своих внутренних демонов, которые торжествовали по случаю его скорой кончины. Его проблемы, страхи и безысходность... Все, чего он так боялся... И теперь смиренно ждет своей участи. Ждет красивую и удобную коробку, обшитую внутри самой приятной тканью в мире и смертельный холод.       Он одним глотком допил чай, встал и отправился к холодильнику, доставая оттуда крепкое спиртное, чтобы на эту ночь забыться и спокойно уснуть. Опустошив полбутылки алкоголя, шатаясь из стороны в сторону, парень отправился в спальню к Фрэнку, по пути врезаясь во все, что можно было.       Половина ночи прошла в полнейшем порядке, до того момента, как Джерарду стали сниться кошмары. Там, где он умирал, там, где его хоронили, а так же его оживший ночной рисунок. Все это давило на психику парня, отчего он стал кричать во сне, чем и разбудил Фрэнка. Тот, сонный, сперва ничего не понял, а после, придя в себя, стал успокаивать Джерарда. Он его обнял и стал петь колыбельную, как в детстве делала мама, когда ему снились кошмары.