Падение Короля

Эррел вошел в домик, расположеный глубоко на территории врага. Пользуясь тем, что макскировка под живого еще не прошла, Эррел смог пробраться сквозь уже не многочиленные патрули, но, все же, обходя священников стороной: они чуяли нутром своим теневую магию. В доме находились солдаты плети. Около пяти рыцарей. Все они обнажили оружие и приближались к Эррелу. — Хм, прежде чем сделать скорый вывод, гляньте сюда, — Эррел протянул левую руку, показывая пальцы. На среднем красовалось черное кольцо с ледово-голубым узором рун. Заметив сияние перстня, рыцари вытянулись, отдали честь. — Ну и че вы замерли, будто вас кондратий хватил? — Смерти желаем, товарищ рыцарь-лейтенант! — проорали солдаты. — Приказываю заткнуться и заступить на пост, — сухо сказал Эррел, — А то, что так ръяно выполняете порученную вам работу – молодцы. Только в следующий раз нужно включать мозг. У вас же он остался? Сержант что-то промямлил. — Ну, ясно все с вами. — произнес Эррел подымаясь по лестнице. Наверху за столом сидели двое. Оба были в черных доспехах с шипами и едва заметной резьбой. У беловолосого был огромный шрам проходящий от левого виска, через все лицо, к верхней губе. Брюнет же ничем особым не выделялся, если не считать черные тени в форме крыльев около глаз и кудрявые волосы. Белоголовый был вооружен двумя мечами, “синеглазка” — двуручным топором. Оба рыцаря обернулись на скрип ступенек. — Эррел? — опешил Беловолосый. — Да, Тасси, это я, — улыбаясь, проговорил Эррел. — Друг, я думал, что ты выжил! Я аж прямо огорчился, в депрессию впал! — Ну, как видишь, я вошел в ваш клуб. — Как я рад. — Что это за Кудряшка Сью? — тихо спросил Тассариана Эррел. — Орбаз! — Тассариан обернулся к Кровопорчу, — Ну что ты дуешься? Поздоровался бы хотяб, что ли! — Приветствую, — сухо произнес Орбаз — Он у нас очень серьезный, как кот, когда гадит, — тихо, что бы только Эррел слышал его, сказал Тассариан. — Я понимаю, Тассариан, что друзья детства, все дела, но у нас есть работа. — Расслабься, Орби, пленников все равно еще не притащили. — Разгельдяй. — Кот бы говорил. — Я бы, караз-таки и говорил, — с тихой ненавистью произнес Орбаз. — Мне бы хотелось узнать, для чего меня сюда прислали, — вставил свое слово Эррел. — Дарион тебе не сказал? — удивился Тассариан. — Нет. Он сказал, что меня введут в курс дела, и что он не хотел бы портить мне сюрприз. — А, — откинул голову Тассариан, выражая понимание, — Тогда хорошо. В общем, будешь палачом-дознавателем. — И кто же этот счастливщик, попавший мне в руки? — Пленный же. — Яб не догадался, Тасси. Всмысле, что нам от него надо? — Ну а зачем пытают людей? — спросил Тассариан улыбаясь. — Может быть, закончите ломать комедию? — подал голос Орбаз. Тассариан отвел лицо и раскрыв рот, выпустил воздух, успокаивая себя. — Солдат Багрового Рассвета. — Багрового Рассвета? — Ага. Нам нужно узнать, что это за зверь такой – Багровый Рассвет. — Хм. Ясно. — Эррел скинул плащ, снял с пояса клинок, — Ведите к поциэнту. Тассариан и Эррел спустились в подвал. В подполье было темно, сыро и грязно. В комнате стояла залитая кровью дыба, к которой был прикреплен человек в алых одеждах. Он с ненавистью зыркнул на Эррела. Заметив взгляд, рыцарь смерти улыбнулся: — Не волнуйся, сладкий, я буду нежен. Человек в алом поежился, а гриммаса ненависти уступила место гриммасе страха и непонимания. — Знаешь, Эррел, ты меня иногда пугаешь... — медленно произнес Тассариан. Эррел лишь едко улыбнулся, все еще смотря на “поциэнта”. Тассариан вышел, закрыв за собой дверь. Буквально через несколько минут от туда раздался душераздирающий крик: — Н-Е-Е-Е-Е-Т! ПУСТИТЕ, ПУСТИТЕ МЕНЯ ОТ НЕГО!!! Я ВСЕ СКАЖУ!!! Я УЖЕ СКАЗАЛ! Н-Е-Е-Е-Е-Е-Т! Крик смолк, а спокойный, нежный голос мягко ответил: — Куда ты, мы же только начали! *** — Знаешь, Эррел, ты с ним как-то быстро. Что ты там учудил? — Прочитаешь в моем пособии по дознаванию, — улыбнулся Эррел, — Я планирую написать книгу. После того, как все кончится. — А название есть? — Я еще мало над этим думал. Но есть вариация: “Как завоевывать друзей и оказывать влияние на врагов”. — Ничего так. Но, главное, что мы узнали, то что нам нужно. А именно: курьер к Верховному Генералу Аббендис приезжает в восемь. Что же ж он несет, спросишь ты, я отвечу: а хрен его знает. Это неведомо нам пока что. Но мы узнаем. — Короче, мне его нужно блокировать, я так понял. — Именно. — Ну, думаю, это будет легко. Который час, кстати? — Без пяти шесть, — пробурчал Орбаз. — Тасси, я отлучусь пока что. Займусь подготовкой. Ты сообщи, как будет полвосьмого, хорошо? — Разумеется. Эррел поднялся, направившись к свободной комнате. Закрыв дверь, достал свой вещмешок, вынул оттуда пару книг, несколько потрепаных свитков, добытых с трупов солдат Алого Ордена. Затем рыцарь улегся на кровать, раскрыв один из свитков. Это оказалось небольшой брошюрой. “Размышления Верховного Генерала.” Очищайте тело трудом. Очищайте душу молитвами. Очищайте ваших врагов огнем и мечом. Не избегайте боли, ибо она – ваш союзник. Примите ее, ибо боль едина для всех, верующих и неверных. Сопротивление путям Света есть признак несовершенства души, который должен быть искоренен из плоти нашего сообщества.” На смену брошюрке пришел другой свиток. “Служение Богу 1. Отрастите пышную бороду, дабы она скрывала несовершенство ваших лиц от Света. 2. Очищайте руки в молоке кобылиц, ибо дарам достойно быть принятыми только из мягких и нежных рук. 3. Омывайте тело свое в реках, позволяя великим дарам Света очистить вашу кожу. 4. Регулярно меняйте одеяния, дабы ваш облик и запах не оскорбил служителей Света. 5. Держите осанку – не позволяйте усталости и лени согнуть вашу спину.” Эррелу надоело, и он взялся за другой. Это были рассуждения главного священника Нового Аваллона. “Сегодня я хочу поднять очень нелегкую тему об отпущении грехов. В наши тяжелые времена оно становится необходимым актом очищения. Церковь признает несовершенство и слабость человеческой души, способной потворствовать минутным порывам – таким как вспышки гнева, неосторожно сказанные слова и даже рукоприкладство. Однако Церковь не одобряет подобные деяния, и все эти грехи должны быть искуплены. За грех сквернословия очистите душу пожертвованием горсти серебряных монет. За грех рукоприкладства пусть расплатится рука, подавшая горсть золотых монет. За прочие же грехи полагается исповедь и более щедрое пожертвование. Искупление рукоприкладства: Удар по лицу: 2 золотых монеты Удар в пах: 3 золотых монеты Удар в грудь: 1 золотая монета и 45 серебряных” Далее шел полный прайс лист. Каких только извращений там не было. Эррел взялся за письмо, снятое с трупа одного из рыцарей.. “Верховный Генерал Аббендис, Новый Авалон, Алые Земли. Генерал! Заранее прошу прощения, если данное письмо покажется вам неуместным. Меня зовут Дансел Адамс, я охотник по профессии и рыцарь Алого Натиска по призванию. Я хочу поведать вам, что мне было ниспослано чудо. Когда мы с моей командой очищали Проклятый лес от оскверняющих его язычников Плети, с небес внезапно раздался оглушающий крик. Когда же мы посмотрели вверх, на Наксрамас, наши челюсти отвисли до самой земли! Уверяю вас, верховный генерал, такое зрелище способно повергнуть в шок кого угодно! Эта жуткая цитадель двигалась! Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, и наконец, ваше генеральство, Наксрамаса больше нет! Нет! Возможно ли объяснить это как-то иначе, нежели божественным промыслом Света? Я не могу поверить ни во что другое! Могло ли так случиться, что эти нечистые, мерзкие варвары были осуждены и приговорены самим Светом? Воистину, хвала его великой справедливости! Пожалуйста, генерал, поведайте об этом чуде нашим братьями и сестрам. Пусть хранит вас Свет, дабы вы смогли нести весть о его могуществе до скончания дней. С уважением, Д. Адамс "Закрывающий"” Эррел отложил письмо. Из специального мешочка он достал разные монетки. Медяки, серебряники. Были даже золотые. Взяв одну, он заметил надпись на ней: “Пусть мой сын Артас всегда действует в интересах своего народа.” Эррел был удивлен. Оказывается, эта монетка принадлежала Теренасу Менетилу II, а он, невежда, выловил её из фонтана во время учебы. Да так и не удосужился рассмотреть ей. У него были еще монеты из фонтана. Следующая принадлежала магу Антонидасу: “Дай мне смелости, чтобы справиться с тем, что я могу сделать, дай мне сил принять то, на что я повлиять не могу, и дай мне мудрость, чтобы отличить первое от второго. “ Он взял дургую. Монетка, очевидно, была Хадгарова. "Туралион и Аллерия, где бы вы ни были, да пребудьте в добром здравии." Понять, чья же следующая, он не мог. Как только взял в руки монету, он услышал тихую мелодию. Музыка была красивой, но незатейливой. Он взял в руки другую монету. "Хотелось бы мне, чтобы вы, маги, хоть иногда доставали головы из своих... книг." Понять, чья она, он не мог. Перешел к другой. "Хочу, чтобы этот красавец, лорд Престор, меня заметил! А то он весь погружен в свои мечты…" “Калия Менетил. Сестра нашего Господина.” — подумал Эррел, -” Интересно, где она сейчас?” Монет еще было много, но он решил приступить к чтению. Исторические трактаты его уже немного утомляли, по-этому он решил почитать какую-нибудь беллитристику. “Запретная Любовь А'туза ползла по широкому подземному туннелю, стараясь производить как можно меньше шума и оборачиваясь на каждый звук, доносившийся из-за спины. "Где же он..." – раздраженно пробормотала она, и тут же резко остановилась, почувствовав какое-то движение за спиной. Ее глаза настороженно сузились, и в воздухе повис звон стали, извлеченной из ножен. "Я-то думал, что разбойники предпочитают подкрадываться сзади к своей жертве," – раздался хриплый голос, эхом откликнувшийся от стен пустой пещеры. Она молниеносно развернулась, и ее меч яростно обрушился на окованный железом щит. "Я думала, что паладинам полагается быть смиренными," – парировала она с самоуверенной ухмылкой на устах. Наклонившись вперед, А'туза громко начала считать вслух, пока невидимый кокон не лопнул с характерным звуком. "Двенадцать секунд? По-моему, ты способен на большее," – съязвила она. Тонкие, костлявые пальцы умело проникли под его броню, расстегивая кирасу и обнажая грудь. "Не бойся, милый Маркус, это еще только начало. Я всего лишь разогреваюсь..." Он обвил руками то, что осталось от ее талии и провел пальцем по позвонкам, вызвав нервный смешок... “ Дальше книга была зачитана на столько, что читать её было невозможно. Но Эррела это не огорчило. Он взял в лапы другую книжонку. “Нагишом в сугроб. Из-за ограды даларанского палисадника выглянула крошечная гномка. "Вид с балкона чудесный! Иди сюда, погляди!" Заскрипели латные поножи — это Марк стал подниматься наверх. Поднявшись, он вздохнул и задумчиво почесал подбородок. "В "Благодарности за отвагу" так уютно. В этой комнате тебе кое-что очень понравится!" Тави вбежала в комнату, замерев лишь на мгновенье перед тем, как броситься в огромную кровать. Оттуда она стала посылать влажные выразительные взгляды Марку, то широко распахивая глаза, то игриво прикрывая их. Ее нежная улыбка сменилась дьявольской усмешкой. "Позовем еще кого-нибудь?" – промурлыкала Тави, производя руками замысловатые пассы ритуала призыва. Почувствовав наконец присутствие призванного, она замерла. На лице Марка не осталось ни кровинки, он всеми силами пытался выразить протест. "Я... не думаю, что это удачная мысль." Озадаченная Тави оглянулась посмотреть, в чем дело. За ее спиной стояла гончая Скверны, капая слюной на пол и пожирая глазами полуодетого паладина. "Нет! Я совсем не ее хотела призвать", — запинаясь, пробормотала она, изгоняя голодного монстра. "Прости, я не совсем по этой части..." Марк сжал ее ручки в своей и постарался успокоить девушку. "Все в порядке. А какая у тебя специализация?" Она вскинула голову и глаза ее загорелись: Тави заставила Марка скорчиться на коленях перед собой от болезненной темной энергии, которой она его наполнила. "Вообще-то колдовство." Заскрипев зубами, Марк выпрямился и осветился внутренним сиянием. Тави беспокойно взглянула на него, когда он встал во весь рост и накрыл ее своей тенью. Паладин выбросил вперед руку и направил волну праведной силы сквозь гномку. Ее глаза закатились, и она беспомощно покачнулась, теряя сознание. "Недавно я выбрал путь... воздаяния." Вероломная бесстыдница постаралась овладеть собой. "Ну что ж, скучать не придется." “ Эррел захлопнул книгу, отложил. Затем он снова вернулся к монеткам. "Хотел бы я знать, как ты избежал моего гнева, фонтанишко." На монете с другой стороны была демоническая печать. Он взял следующую. "Итак, у меня есть королевство и земли. Чего еще желать? Ледяной трон?" Герб своего Господина он узнал сразу. В руках Эррела уже была следующая монетка. "Иногда… иногда мне хочется, чтобы кто-нибудь просто подошел ко мне и крепко-крепко обнял." Эррел счел магический след некромантской магии. Скорее всего Кел'Тузедовская монета. Рыцарь смерти достал следующую монетку. "Хочу, чтобы мой Таэлан вырос достаточно сильным, чтобы защищать тех, кто ему небезразличен!" “Таэлан... Знакомое имя. Ах, точно, это же сын Тириона. Хм, а мальчик-то умер уже. Причем от клинка Алого Ордена.” — подумал Эррел, беря в руки следующую монетку. "Покойся в мире, Гром, старый друг…" “Оркский динар. Нет, не Гарроша. Скорее всего, Тралла.” — размышлял рыцарь смерти и уже тянул к себе еще одну монетку. "Юному Артасу следует научиться терпению. Одного могущества мало… Я буду молиться, чтобы он со временем научился действовать без применения силы." “Ух ты! Кто там у него был в духовных наставниках? Утер Светоносный. Чтож, плохо ты молился, паладин, плохо молился.” — ехидничал Эррел в своих мыслях. Следующие две золотых монетки были простыми. Их рыцарь смерти сунул себе в кожаный кошель. Третья содержала очередную надпись. "Артас, любовь моя, пожалуйста, вернись!" Эррел не знал, чья эта монетка, да и не хотел знать. Кто он такой, чтобы знать, кто бегал за его Господином? Он пошурудил рукой в мешочке, выловил еще одну монетку. Серебряную. "Эта юная волшебница, Джайна, довольно привлекательна для человеческой девушки. Надеюсь, она уже заметила, как я силен и импозантен." Монетка была Кель'Таласской кроной. Вероятно она принадлежала Каэль'Тасу Солнечному Скитальцу. “Эльф крови – такой эльф крови...” — подумал Эррел, начиная рассматривать следующую монетку. "Я хочу скорее вырасти! Кажется, я просто застрял на десятилетнем возрасте!" “Бедный, как сказал бы Келесет, лысый мальчик. Он так хочет вырасти. Жаль, что он не знает, насколько хорошо быть ребенком...” — сгрустнулось Эррелу. Но он быстро отогнал воспоминания и уже изучал следующую монетку. "Вот мое желание: удалиться на покой в маленький, уютный домик, и чтобы сопровождали меня только верные собаки." “Зоофил,” — подумал Эррел и брезгливо отбросил монетку., рассматривая следующу. "Здесь был Бранн Бронзобород." “Оригинально. Хм, чья же это монетка? Наверно, я никогда не узнаю ответ на этот вопрос.” — шутил Эррел сам с собой. "Надеюсь, мы с сестрами вырастем и вместе выйдем замуж… Эта монета кажется очень древней." “О, еще одна Кель'Таласская крона. Так, какой же у нас самый известный род, где есть трое сестер? Ветрокрылые. Сильвана, наверное. Что есть странно.” "Я желаю, чтобы кто-нибудь хоть раз обратился ко мне нормально, не отпустив идиотскую шуточку про гномов и путешествия во времени..." “А вот это весело,” — улыбнувшись подумал Эррел. "Слушай, ты, фонтанишко для желаний! Быстро отдай мне всю свою силу, а не то тебе не поздоровится!" “Мда,” — подумалось Эррелу, это все что ему пришло в голову. Монетки кончились и он опять вернулся к боевым трофеям. “Обращение верховного настоятеля Ландгрена. Некоторым может показаться, что в дни скорби и гнева следует отречься от всего и посвятить себя только благополучию семьи и родного дома, но чувство это ложно. Отринув факел веры, отгоняющий тьму от наших душ, сердца ваших близких очень скоро окажутся беспомощными перед отчаянием и страхом. Чувство сытости, тепла и уюта, которое можно купить за деньги, не сможет спасти вашу семью от внутренней опустошенности, которая завладеет душами, ежели те забудут о своих обязательствах перед Светом. Обратитесь к церкви. Трудности, возникающие от отсутствия благ насущных, только укрепят вашу душу, изгонят бесов и поднимут вас на новый уровень духовного совершенства. Не стыдитесь бурчания голодных животов, царапин от камней на босых подошвах и мурашек на озябшей коже. Гордо идите по пути Света и внимайте ему всей душой. Страдания приближают вас к золотым чертогам святости, которые открыты для тех, кто крепок духом и телом. Откажитесь от ублажения плоти и приблизьтесь к истинному пониманию Света. “ Изобразив недовольную мину, он отложил брошюрку, взяв следующий. “(1) Пьяница Ралик: огр. Все время проводит в баре. Злой. Безобразный. Толстый. Злой. И еще очень толстый. (2) Куш'куш: этот маленький надоедливый зангарский спорлинг владеет грибным садом на границе Зангартопи и Тероккара. Проиграл много денег Сальсалабиму в игру “Что это за запах”. Пытался расплатиться с Сальсалабимом дурацким грибом под названием "огнешляпка". Сказал, что это не хуже золота. Ха! (3) Флун: араккоа. Проиграл много денег Сальсалабиму. Сальсалабим убил птицелюда за то, что тот не расплатился. Теперь призрак птицелюда бродит в северо-западной части Костяных пустошей. “ “И откуда это здесь?” — смяная листик думал Эррел. Рыцарь Смерти взял блокнотик. Судя по всему это был дневник моряка. “Первая вахта, седьмая склянка Седрик снова рылся в шкафу для рома. Наказан. Первая вахта, восьмая склянка Смена вахты. Все спокойно. Ночная вахта, первая склянка Седрика заметили пытающимся открыть винный шкаф капитана. Наказан. Ночная вахта, вторая склянка Седрик полез на мачту, запутался и упал. Потребовалась помощь хирурга. Отпустили, чтобы протрезвел. Ночная вахта, четвертая склянка В штанах у Седрика нашли бутылку рома. Наказан. Ночная вахта, пятая склянка Нашли одежду Седрика. Самого Седрика нашли отдельно. Седрик наказан. Ночная вахта, шестая склянка Седрик громко поет. Разбудил капитана. Капитан наказал Седрика. Первая вахта, восьмая склянка Смена вахты. Все тихо. Двоих послали искать Седрика. Утренняя вахта, первая склянка Пожар в каюте капитана. Все подняты по тревоге. Выбрасываем порох за борт. “ “Весело им служиться” — хохотнув подумал Эррел. Эррел потянулся к книгам. В его руку попал очередной любовный роман. От нечего делать он посмотрел начало. “Нани медленно подошла к седому воину, и он бросил на нее холодный взгляд. "Ты, наверное, хочешь награду за то, что убила этих мурлоков?" Взгляд Нани остановился на его светящемся мече: "Все зависит от того, что это за награда, Марк". Она игриво провела рукой по волосам, делая вид, что не заметила, как он начал нервничать в ее присутствии: "Мне она может не понравиться". Марк сделал шаг ей навстречу; он был зол, но, в то же время, боялся ее. "Награда не подлежит обсуждению!" На мгновение он остановился, а потом резко прижал ее маленькое тело к своему. Их губы встретились в пламенном поцелуе, который в одно мгновение растопил ее ледяную броню. "Так у этого приключения все-таки будет продолжение?" – ехидно спросила она; ее глаза весело блестели. “ Бегло просмотрев следующие сто страниц и не обнаружив развития сюжета, Эррел отбросил книгу, взяв другую. Это был исторический трактат, выполненный в стиле сказки. “Гора Хиджала и Дар Иллидана. Автор: Бенджамин Аввар. Немногие уцелевшие при взрыве колодца эльфы собрались вместе, наспех сколотили несколько плотов и медленно поплыли к далекой земле. Милостью Элуны Великий Раскол пережили и Малфурион с Тирандой, и Кенарий. Измученные герои согласились стать предводителями своих выживших сородичей и обустроить для них новый дом. Они плыли в молчании, глядя на то, что осталось от их народа, и понимая, что в этом виноваты лишь они сами и их страсти. Конечно, после уничтожения Источника Саргерасу и Пылающему Легиону больше не было хода в этот мир, но цена, которую пришлось заплатить за это, была поистине ужасной. Многим высокорожденным тоже удалось выжить, и они отправились к берегам новой земли вместе с ночными эльфами. Малфурион до сих пор сомневался в высокорожденных, но он был рад хотя бы тому, что Источника больше нет, а без его энергии они не представляют собой угрозы. Когда изможденные ночные эльфы высадились на берег, они увидели, что священная гора Хиджал не пострадала при взрыве. В поисках места для нового дома Малфурион и остальные эльфы поднялись на горные склоны и остановились на овеваемой всеми ветрами вершине. Спустившись в поросшую лесом низину между двумя огромными пиками, они обнаружили там маленькое тихое озеро и, к своему ужасу, поняли, что воды его осквернены магией. Иллидан тоже пережил Раскол и добрался до вершины Хиджала намного раньше Малфуриона и ночных эльфов. Он был одержим идеей сохранить в этом мире магию, поэтому вылил в горное озеро драгоценную воду из Источника Жизни, которую хранил в нескольких сосудах. Воды горного озера вмиг напитались энергией Источника Вечности, и оно превратилось в новый источник. Иллидан ликовал: он считал, что это станет настоящим даром для будущих поколений, поэтому был несказанно удивлен, когда на него вдруг набросился его брат. Малфурион объяснил Иллидану, что в основе всей магии лежит хаос и что ее использование неизбежно приведет к одержимости и войнам. Иллидан, однако, не спешил отказываться от своей магической силы. Малфурион знал, что планы его брата, одержимого жаждой могущества, не сулят ничего хорошего, поэтому он решил раз и навсегда избавиться от Иллидана. Вместе с Кенарием они заключили его в тюрьму под холмами, где Иллидану надлежало оставаться до конца его жизни, обессиленным и закованным в цепи. Малфурион поручил юной стражнице по имени Майев Песнь Теней следить за пленником, чтобы тот не сбежал. Ночные эльфы не стали уничтожать новый Источник Вечности, чтобы не вызвать новой катастрофы. Однако Малфурион объявил, что ночные эльфы больше никогда не будут практиковать магию, после чего они под руководством Кенария стали изучать древнее искусство друидизма, которое помогло бы им исцелить истерзанную землю и вырастить новые леса у подножия горы Хиджал.” Эррел отложил книгу, взявшись за другую. “Изгнание Высших Эльфов. Автор: Фаддей Франц Шли века, сообщество ночных эльфов набиралось сил и разрасталось, занимая все новые и новые территории леса, который они назвали Ясеневым. Появились и расплодились многие существа, жившие еще до Великого Раскола, – например фурболги и иглогривы. Ночные эльфы жили под управлением мудрых друидов и наслаждались эрой небывалого спокойствия и мира под звездами. Однако многие из выживших высокорожденных становились все беспокойнее. Как и Иллидан, они пали жертвами магии, и изо дня в день их снедало искушение, безумное желание вновь почувствовать энергию Источника Вечности и насладиться его магией. Дат'Ремар, вспыльчивый и беззастенчивый предводитель высокорожденных, начал в открытую насмехаться над друидами и обвинять их в трусости за то, что они отказались от использования магии, которая, как он считал, принадлежала им по праву. Малфурион и друиды не слушали речей Дат'Ремара и объявили высокорожденным, что любое использование магии будет караться смертью. Однако Дат'Ремар и его последователи все же попытались нарушить закон друидов, но попытка эта закончилась крахом, и в результате в Ясеневом лесу разразилась ужасная магическая буря. Друиды не смогли заставить себя вынести стольким сородичам смертный приговор, поэтому решили просто изгнать безрассудных высокорожденных из своих земель. Дат'Ремар и его сородичи были только рады освободиться от традиционного общества друидов, поэтому они быстро погрузились на флотилию судов и пустились в плавание по морям. Никто не знал, что ждет их за исполинским бурлящим Водоворотом, но высокорожденные хотели найти себе новый дом, где они могли бы безнаказанно практиковать свою любимую магию. Высокорожденные, или Кель'дорай, как их ранее называла Азшара, в конце концов достигли берегов восточных земель, которые люди позднее назовут Лордерон. Они планировали создать свое собственное королевство магов, Кель'Талас, и отречься от поклонения луне и от ночного образа жизни, свойственных ночным эльфам. С тех пор и вовеки они станут поклоняться солнцу и будут известны как высшие эльфы. “ Закончив с “Изгнанием”, Эррел принялся за следующую книгу. “Древо Жизни и Изумрудный Сон. Автор: Бенджамин Аввар. На протяжении многих лет ночные эльфы работали не покладая рук, чтобы восстановить то, что осталось от их древней родины. Они оставили свои разрушенные храмы и дороги зарастать и построили новые дома среди зеленых деревьев и тенистых холмов у подножия горы Хиджал. Мало-помалу из своих укрытий выбрались и драконы, пережившие Великий Раскол. Алекстраза красная, Изера зеленая и Ноздорму бронзовый опустились на тихие поляны ночных эльфов и посмотрели на плоды их трудов. Малфурион, ставший могущественным верховным друидом, поприветствовал драконов и рассказал им о новом Источнике Вечности. Эта новость встревожила великих драконов, потому что пока существовал источник, существовала и возможность того, что Пылающий Легион когда-нибудь снова вернется в этот мир. Малфурион и три дракона договорились вечно охранять Источник и решили сделать все возможное для того, чтобы демоны никогда больше не появились в этом мире. Алекстраза Хранительница Жизни опустила в источник зачарованный желудь. Пробужденный могущественными водами, он вырос в огромное дерево, корни которого тянулись в самые недра Источника, а крона, казалось, достигала небес. Огромное древо стало символом вечного союза ночных эльфов и природы, а его жизнетворная энергия впоследствии исцелила весь мир. Ночные эльфы дали своему Древу Жизни имя Нордрассил, что на их языке означало "корона жизни". Ноздорму Вневременный наложил на Древо Жизни заклятье, которое сделало ночных эльфов бессмертными, вечно молодыми и невосприимчивыми к любым болезням. Изера Дремлющая тоже зачаровала Древо Жизни, связав его со своим миром, астральным измерением, известным как Изумрудный Сон. Этот огромный мир, населенный духами, не подчинялся законам физического мира. Из своего Сна Изера могла управлять жизнью природы и развитием всего остального мира. Древо Жизни связывало всех ночных эльфов-друидов, включая Малфуриона, с Изумрудным Сном. Заключая договор с драконами, они согласились периодически засыпать на целые века, чтобы их духи могли блуждать по бесконечным тропам сна Изеры. Конечно, друидов печалило то, что придется потерять столько лет своей жизни, но, тем не менее, они самоотверженно пошли на эту сделку. “ Эррел уж было потянулся к фолианту с заманчивым названием “Хранители Тирисфаля”, но дверь в комнату со скрипом отворилась, и из проема на него смотрел Тассариан: — Эррел, время. — Да, Тасси, знаю... Эррел тяжело поднялся с кровати, и вышел за другом. Гонец его уже заждался. *** — Вы издеваетесь? — Нисколько, — ехидно ответил Орбаз. — Нет, вы издеваетесь. — Нисколько, — повторил Орбаз так же ехидно. — Тассариан, что это за хрень? — Раскладное дерево. — Вы в серьез думаете, что он не заподозрит чего-то неладного, глядя на эту разрисованную деревяшку? — Да. — Вы с ума сошли? — Нет. Деревянная хрень, как ты изволил выразиться, не простая, а магическая. — прокашлявшись, произнес Орбаз, — Ты, я, Тассариан, да и остальные солдаты Плети, видим, что эта за хрень на самом деле. Человечишки из Алого Ордена – нет, не видят и считывают это за нормально дерево. Только весьма необычное, притягательное. И, как мышь к сыру, бегут к деревцам, посмотреть: “А что это тут делается-то?!”, — Орбаз снова кашлянул, продолжил, — Курьер – не исключение. Все, иди на задание. Упустишь курьера – шкуру спущу. — Ты бы по-проще говорил, хорошо? — вкрадчиво произнес Эррел. Орбаз фыркнул. — Ты мне угрожаешь? — Нисколько. Я предупреждаю. Орбаз усмехнулся. — Следи за собой и выполняй свою работу. — Тебе того же. — Иди уже. — Хорошо, синеглазка. На лице Орбаза появилась ненависть, он встал из-за стола. — Тихо-тихо! Ты-то же не без греха, Кровопорч. Не время для дуэлей, — примирительно вставил свое слово Тассариан, — Удачи, Эррел. Вечер. Алое солнце озаряло долину, теплый ветер расслаблял тела людей, вводил их в сонное состояние. Всадник, гнавший свою лошадь рысью, проезжал по опушке небольшого лесочка, как вдруг заметил необычное дерево. Нет, выглядело оно как обычный дуб, но что-то было в нем особенное, что-то, что не объяснить словами. Подойдя к дереву, всадник понял, что сделал это зря. За растением, уперевшись плечом в ствол, стоял воин в черных доспехах. Эдрик готов был поклясться, что не видел его до селе. Гонец понял, кто этот воин. Сразу же. — Зря ты сюда подошел, — сказал рыцарь в черных доспехах, поигрывая мечом, — За это и пострадаешь. Хотя, не только за это. Всадник обладал красивым тенором. И сейчас этот тенор достиг поразительной высоты. — Ну почему, вы все всегда начинаете орать?! — прошипел Эррел и двинул гонцу в морду. Жертва замолкла и свалилась на землю. Рыцарь смерти склонился над телом. — Ну, что, обшмонаем? Кивнув сам себе, Эррел пошарил по карманам, но, бросил это дело и просто-напросто стащил с гонца сумку и одежду. — Мало ли, вдруг пригодится, — сказал Эррел сам себе, складывая шмотки всадника в свой походный мешочек. Закончив собираться, Эррел уже было направился по тропинке, ведущей к Новому Аваллону, но, вспомнив, развернулся, вынул меч. Подойдя к человеку, Эррел нанаес sate fa luine, “удар милосердия”, которым пользовались эльфы. Закончив, он устремился обратно в штаб. По пути, от нечего делать, он достал письмо адресованное Верховному Генералу. “Верховный генерал, спешу сообщить вам, что войска Дольного Очага и Тирисфальских лесов находятся менее, чем в одном дне езды от Нового Авалона. Путь наш озарен Светом, и ветра дуют нам в спину. Скоро Плеть узреет истинную мощь Алого Ордена! Благослови вас Свет, Главнокомандующий Галвар Чистокров” Закрыв конверт, он положил его обратно в сумку. — Так, значит, армии Дольного Очага и Тирисфальских лугов напрявляются прямо к нам в руки! — Орбаз хлопнул в ладоши и ухмыльнулся, — Отлично! Переходим ко второй части плана. — Я слушаю. — Эррел, — начал Тассариан, — ты лично доставишь эту депешу верховному генералу Аббендис. Не нужно, что бы они в чем-то сомневались. Кстати, тебе понадобяться кое-какие шмотки... — Я прихватил их. — Какой предусмотрительный, — произнес Орбаз, сплюнув на пол. Эррел смерил его презрительным взглядом. Тассариан подошел к рыцарю, протягивая конверт. — Это сообщение должно попасть в руки Аббендис. Не стоит вызывать ненужные подозрения – пусть считает, что все идет по плану. Переоденься и спеши: ты пока что замаскирован под живого. Аббендис сейчас находится в Королевской гавани, что к юго-востоку от Дозорного укрепления Алого ордена. Отнеси это послание и постарайся раздобыть как можно больше информации. Надеюсь, мы узнаем что-нибудь новое о "Багровом Рассвете". — Я пойду сейчас. — Удачи, Эррел. Сказать честно – Эррелу уже надоели все эти разъезды. Но это было его святой обязанностью. Сначала приветствия и ликования солдат удивили Эррела, но позже он уже привык к крикам типа: “Гонец! Гонец прибыл!”, “Пропустите гонца! Быстрее, к Генералу Аббендис!”. Выехав к месту, что гордо именовалось портом, Эррел осмотрелся. Вокруг было много людей, очевидно, каждый был высокого чина. “Кто же из них Аббендис...” — размышлял рыцарь. К нему подошел пехотинец. — Сэр! Генерал Аббендис требует вас к себе. — Да. — Я вас проведу, за мной. — Да, — Эррел следовал за пехотинцем, решив не спешиваться. Солдат подвел его к группке, людей. Два священника и девушка смерили его взглядом. — Я прибыл к Аббендис. — Это понятно, — сухо произнесла девушка, — Почему так долго? Мы ждали тебя два часа, уже хотели отправить гонца к главнокомандующему! Давай сюда письмо! Эррел вынул из сумы конверт и передал его генералу, который оказался девушкой, причем симпатичной черноглазой шатенкой с собранными в хвост волосами и правильными чертами лица. — Проклятие! Войска Дольного Очага и Тирисфальских лугов нельзя было посылать в Новый Аваллон! Плеть разгромит их еще на подходе. “Еще бы, как щенят.” — подумалось Эррелу. — Слушай меня, курьер. Эти земли потеряны для Алого ордена. Плеть захватила Новый Авалон и Тихоземье, и над нашими головами уже реет призрак смерти, — она потерла висок, - Вернись к Галвару и передай ему мое сообщение: "Поворачивайте назад и готовьте корабли к походу в северные земли. Встретимся в Нордсколе." Отдай это Галвару. Аббендис протянула Эррелу книжку. — Он все поймет. Алого Ордена больше нет. Настал час Алого Натиска! — Слушаюсь... — Скачи быстрее ветра! от этого зависит все! “Непременно” — подумал Эррел. На обратном пути рыцарь смерти из любопытства открыл книжонку, что дала ему Аббендис. Книга оказалась дневником. На первой странице красовался герб Алого Ордена: стиллилизованная красная буква “L” альварского алфавита (латинские буквы, короче. прим. автора), с закруглением сверху. На верхнем закругленном конце находились три черточки, а через саму букву, сверху вниз проходило лезвие клинка. “Путь Искупления. Голос сказал мне: "Приди!" – и в тот же момент я поняла, что это был сам Великий Свет, взывающий ко мне во сне. Наконец-то! После стольких лет молитв и добрых деяний, после того, как я очистила землю от нежити, оскверняющей Азерот, после многих поражений и воскрешений я наконец-то удостоилась этой великой чести! Свершилось! Я снова слышала голос. "Приди..." – воззвал ко мне Свет. Я проснулась, дрожа до кончиков пальцев, но причиной тому был не холод моих покоев. Я должна удвоить усилия! Сегодня же скажу верховному настоятелю, что желаю возносить в два раза больше молитв. Хватит полумер! Великий Свет радуется нашим добрым деяниям. Теперь я это знаю наверняка! Это произошло снова! На этот раз я не спала. Чуть больше минуты я внимала голосу Света, и посреди теплого, летнего дня с моих губ вдруг сорвалось облачко холодного пара. Это заметил один из жрецов и пал на колени в благоговейной молитве. Правда, никто, кроме меня, не слышал священный глас. Но теперь я точно знаю, что не сошла с ума. Может быть, мне попросить Ландгрена помолиться за меня? Надо сказать Джордану и Стриту, чтобы они более тщательно подходили к набору добровольцев. Наша армия переполнена скептиками и неверующими, желающими только сражаться с нежитью. Довольно! Больше я не потерплю такого кощунства. Епископ и главнокомандующий приняли мое предложение – правда, у них не было выбора. Епископ Стрит особенно воодушевленно отнесся к моим словам, и все время говорил о том, что нашей армии не помешает небольшая чистка. Я велела ему успокоиться. В мои намерения не входит уничтожение всего ордена. Однако, мне по душе идея создания элитного отряда преданных Свету солдат, которые будут выполнять его волю в Нордсколе. Боюсь, дружба с Лекрафтом очень сильно на него влияет. Впрочем, оба они еще мне пригодятся. Однако слова Стрита о новом Ордене заставили меня задуматься. Если бы мы создали новую силу, я дала бы ей другое имя, гордое, отражающее нашу великую цель, но все же связанное с прошлым орденом. Я буду молиться, чтобы на меня снизошло вдохновение. Наши молитвы услышаны. Верховный настоятель был поражен силой гласа Света, его чистотой и убежденностью. Лишь самые преданные воины отправятся с нами на Север и войдут в историю под именем Алого Натиска. Мы начинаем наступление на Нордскол! Скверна Плети угрожает захватить власть над миром и погубить все живое. Настало время дать ей отпор! Скоро мы будем стоять у подножия трона самого Короля-лича! С трепетом взираю я на Новый Авалон, ибо мне кажется, что вижу его в последний раз. Наша судьба решится в Нордсколе, но меня обуревает гнетущее чувство неминуемой беды. Я надеюсь, что наши грядущие деяния очистят мою душу от смятений. Я должна выбросить сомнения прочь из головы. Нас ждет Багровый Рассвет.” Эррел захлопнул дневник. Орбаз хохотал. — Что это такое?! детская расскраска? Рыцарь смерти пролистал журнал дальше. — Какая чепуха! Так вот что значит “Багровый Рассвет”! Они идут прямо в лапы смерти, — хохоча пропищал Кровопорч, затем успокоил себя и уже серьезным тоном продолжил, — Впрочем, сейчас мы должны сосредоточиться на устранении идущих к нам армий. — Мы должны подготовиться и достойно встретить армии захватчиков. Эррел, отправляйся в Акерус и сообщи обо всем Дариону. Я открою для тебя портал, он отправит тебя в нужное место. Заодно отдай верховному лорду дневник Аббендис. Думаю, он пригодится, — сказал Тассариан другу. — Почему ты не на передовой, Эррел? — удивленно спросил Могрейн. — Да, верховный лорд. К нам идут армии Алого Ордена, нам нужно готовиться к их исстреблению. Тассариан просил передать это, — Эррел протянул дневник Аббендис. Дарион просматривал дневник, как глаза его расширились. — Да, Эррел, ты, воистину, длань судьбы! Это же подкрепление для нашей армии! — потрясенно проговорил Могрейн, — Ты отлично поработал и заслужил отдых. Я вызову тебя, друг.