Дочь Падшего

      Четыре месяца спустя.       Поздняя осень. Очень многие считают это время скучным и печальным. Может так и есть... Деревья стоят уже голые. Небо нависает низко серыми тёмными тучами.       - Твою мать, БРАЙН! ЗЕРО! - проорала Падшая, выходя из комнаты враскорячку.       Брайн и охотник, громко смеясь, сиганули от разозленной подруги прочь.       - Бегайте, бегайте от меня, пока можете, - проворчала недовольно крылатая. - Вот рожу, тогда посмотрим, как вы будете от меня убегать.       Дело в том что эти… вам… га… в общем, эти двое за последние месяцы очень замечательно сдружились и теперь время от времени хорошо трепали нервы Курана, зная, что черноволосая ничего не сможет им сделать из-за своего положения, и нагло пользовались этим.       «Ну, я ещё до вас доберусь, хорёк и суслик несчастные!» - зло подумала девушка, снова заходя в комнату и с наслаждением садясь в своё любимое кресло.       Намико была на последнем месяце беременности. Канаме, Ичиру, да и все вампиры с нетерпением ждали появления на свет наследников клана Куран.       Канаме с девушки глаз не спускает, так как его возлюбленная с недели на неделю должна была родить.       Ректор очень волновался за свою ученицу, но и с нетерпением ждал, когда он сможет наконец-то подержать долгожданных внучат.       Недавно Падшая узнала, что Кира забеременела от Ичиру. Молодой папаша был на седьмом небе от счастья и теперь собирается сделать рыжей бестии предложение, а Зеро только был рад за брата и за то, что он в скором времени станет дядей.       Если говорить уже о Кирию, то Зеро с Юки, новоиспеченные молодожены, тоже ждут прибавления в семье. Так что клан Кирию можно считать не погибшим.       Райдан улетел домой через две недели после свадьбы, помогать отцу, но обещал прилететь, когда родятся малыши. С девушкой остались Кира, Фудо и Брайн. Последний на отрез отказался покидать академию под предлогом, что ему тут понравилось, но чернокрылая знала истинную причину, и причина была в Сейрен.       Каким-то образом эта спокойная, ничем не возмутимая девушка смогла зацепить чернокрылого Падшего, и при виде парня в глазах у аристократки загорались тёплые огоньки, и, наверное, вскоре у нас образуется новая пара.       Намико же часами гуляла около озера вместе с Юки. Как ни странно они сильно подружились, несмотря на то, что произошло. Может где-то в душе Намико понимала, что она тут не причём, а всё это были лишь злые деяния Сары, и, поняв это, Падшая смогла ее простить.       Сидя вечером около фонтана, который Намико так в последнее время полюбила, она весело болтала и шутила с Юки.       - Намико, а давай как-нибудь съездим ещё на те горячие источники, на которых мы были! - предложила Юки, поглаживая совсем чуть-чуть выпирающий животик.       - А что, хорошая идея, - согласилась молодая Куран, - воздух там чистый, да и сами источники мне понравились.       - Ну, тогда решено, - проговорила Юки, сладко потягиваясь.       Намико с улыбкой посмотрела на юную Кирию и невольно подумала:       «Хорошая жена тебе досталась, Зеро, береги ее!»       Задумчиво посмотрев на чернеющее небо и сама не заметив, Намико тихо запела.       Верной я навеки стану,       тайну раздели со мной.       Ты, Луна, – отец шаману -       мне приходишься сестрой.       Полнолуние,       Полнолуние,       Полнолуние       У моей сестры.       Полнолуние,       Полнолуние!       Эй, народ честной,       Разводи костры!       Покажи мою дорогу,       Силой надели сполна,       Проведи меня немного,       Дальше я пойду одна.       Полнолуние,       Полнолуние,       Полнолуние       У моей сестры.       Полнолуние,       Полнолуние –       Эй, народ честной,       Разводи костры!       Полнолуние,       Полнолуние,       Полнолуние       У моей сестры.       Полнолуние,       Полнолуние –       Эй, народ честной,       Разводи костры!       Снова посмотрев на Юки, девушка увидела, что чистокровная о чём-то задумалась. Подавив зевок и разомнув шею, Падшая поднялась со скамейки и, отвлекая от раздумий Юки, позвала:       - Пойдём, Юки, холодает.       Кивнув головой, Юки поднялась и последовала за своей подругой, думая, что и правда стало холодно.       - Ох, - охнула неожиданно брюнетка, обхватывая руками живот, который кольнуло неприятной болью.       - Намико, что случилось? - спросила встревоженно спохватившаяся Кирию.       - Да вроде бы… - договорить крылатая не смогла, так как почувствовала, что по ногам побежало что-то тёплое, и тут ее как молнией ударило.       «У меня отошли воды!» - промелькнуло в голове у чернокрылой.       - Зови кого-нибудь на помощь, Юки, - как можно спокойней проговорила Падшая, чтобы не напугать чистокровную, и почувствовала нарастающую боль.       - Что? - непонимающе спросила Юки с тревогой в голосе.       - Я рожаю! - не выдержав, закричала девушка. - Скорее зови на помощь.       Поняв, что происходит, Юки на всех парах понеслась в общежитие звать на помощь, а Намико, прислонившись спиной к ближайшему дереву, задышала, как ее учил личный доктор, но тут ее скрутила нахлынувшая боль, и Падшая стиснула зубы, чтобы не закричать.       Через пару минут около неё оказался встревоженный не на шутку Канаме. Мельком взглянув на девушку, чистокровный понял в чём дело и тут же осторожно подхватил своё сокровище на руки и стремительно понёс в их комнату.       Вскоре девушка была в своей комнате, лёжа на кровати и стараясь внимательно слушать, что говорила ей пожилая вампирша-доктор. Доктор всех выставила из комнаты вон, даже не разрешив остаться Канаме. На что чистокровный был крайне возмущён.       Но сейчас девушка переживала не за себя, она больше переживала за малышей и Ичиру, который сейчас чувствовал всю эту боль. Падшая пыталась поставить блок, но при каждой новой схватке эта стена рушилась.       У королевы начались схватки, ее огромный живот колыхался, дыхание участилось.       - Тужься, милая, - проговорила доктор.       Черноволосая глубоко вздохнула и начала тужиться, она видела, как вампирша была напряжена.       «Ну ещё бы, если со мной или, не дай Бог, с одним из малышей, что-то случится, ей вряд ли удастся умереть своей смертью!» - подумала Намико, переводя дух.       - Тужься, дитя, я вижу головку, - ласково проговорила она.       Куран на секунду расслабилась, а потом, сделав ещё более глубокий вдох, снова принялась тужиться. Спустя какое-то время Падшая услышала плач ребёнка, но расслабляться было ещё рано, на подходе был второй.       Вампирша быстро обмыла ребенка и, замотав его в пеленку, положила в детскую кроватку и тут принялась снова за Падшую. Второй ребенок долго появлялся на свет, но вскоре всё закончилась. Усталая девушка чувствовала, как волосы взмокли, и по лбу и вискам катятся крупные капельки пота.       - У тебя родились сын и дочь! - воскликнула она и передала новоиспеченной мамочке два маленьких свёртка.       Кое-как сев, Падшая с великой осторожностью взяла малышей и, посмотрев на своих новорождённых детей, увидела, что мальчик был точная копия Канаме, а девочка - ее.       Но когда малыши открыли свои маленькие глазки, то Падшая охнула от удивления. Цвет глаз мальчика был цвета яркого серебра, точно такой же цвет как у нее, а вот у малышки были папины глаза, глаза цвета спелой вишни.       - Добро пожаловать на свет, - тихо прошептала мама малышей и поцеловала их по очереди в лобик.       - Поздравляю, Намико-сама, - от души поздравила ее доктор, - как назовете малюток? - спросила она.       - Пока ещё не знаю, - ответила девушка, ласково улыбаясь, - это мы будем решать вместе с их отцом.       - Намико-сама, Вам нужно отдохнуть, позвольте забрать у Вас малышей, - проговорила почтительно вампирша, протягивая руки.       Намико кивнула и передела детей в надёжные руки. Падшую обмыли и переодели, и, снова отдав спящих детей, оставили ее отдыхать. ***       После того, как Куран отдал свою жену в умелые и надёжные руки пожилой вампирши-доктора, он себе места не находил. Да и не только он, Ичиру еле сдерживал себя в руках, чтобы не кинуться в комнату и хоть чем-то не помочь своей сестре.       Его как могла успокаивала и поддерживала Кира. Зеро же наоборот вёл себя совсем спокойно, его глаза были прикованы к двери, а лицо выражало холодное спокойствие. Но это только было на первый взгляд, если повнимательнее приглядеться, то можно было заметить, как его челюсти плотно сжаты, а кулаки при каждом крике черноволосой нервно сжимаются.       Кросс нервно ходил около двери туда-сюда, каждый раз при очередном крике своей ученицы несильно вздрагивая и с тревогой и беспокойством смотря на дверь, но затем, покачивая головой и что-то бурча себе под нос, возобновлял свою ходьбу.       Около окна с немного отрешённым видом стоял дядя и второй наставник Намико, Ягари Тога. Он тоже волновался за свою племянницу, это было видно по строгому лицу и скрещенным рукам на груди, его синий глаз неотрывно следил за мельтишившим туда-сюда ректором. И наконец-то, не выдержав, недовольно и негромко проговорил:       - Кросс, хватит мельтишить, от этого уже голова начинает болеть.       - Я волнуюсь и ничего не могу с собой поделать! - ответил он, не останавливаясь.       - Если ты не заметил, то тут все волнуются, - сдержано заметил Тога, - и, как видишь, все стоят спокойно.       Не успел ректор что-то ответить, как за дверью послышался громкий плач ребенка. Все тут же встрепенулись и было подались вперёд, но громкий грозный голос Курана снова пригвоздил их к месту:       - Даже не думайте туда идти, это ещё не все!       Куран еле сдерживал себя, чтобы не ворваться в комнату и не посмотреть как там его тёмный ангел. Буквально через пару секунд снова раздался сдавленный крик.       В этот раз чернокрылая кричала долго для ожидающих секунды казались минутами, а минуты целыми часами. Чистокровный заметил, как Ичиру, не выдержав, сполз по стенке спиной и, сев, обхватил руками ноги, стараясь подавить неконтролируемую дрожь.       Канаме внутри сочувствовал Ичиру и хотел ему помочь, как раздался ещё один громкий звонкий плач. Все облегчённо выдохнули и ощутимо расслабились.       Вампиры слышали, как двое за дверью о чём-то тихо разговаривают, но все терпеливо ждали, когда к ним выйдет врач и всё скажет, хотя это было и тяжело.       Примерно где-то через час тёмные двери приоткрылись, и к ним вышла пожилая вампирша, но она тут же тихо закрыла двери и посмотрела на ожидавшую толпу.       - Ну? - не вытерпев, грозно произнес чистокровный.       Губы на пожилом лице врача растянулись в ласковой радостной улыбке, и она проговорила:       - Поздравляю, Канаме-сама, у Вас родились сын и дочь.       Все облегченно выдохнули и стали от души поздравлять радостно улыбающегося новоявленного папочку.       - Как сама Намико? - послышался хриплый голос Ичиру, который стал потихоньку приходить в себя.       - Госпожа Намико в хорошем состоянии, - успокоила всех вампирша.       - Можно нам ее навестить? - спросили Зеро и Брайн в один голос.       - Нет! По крайне мере не сейчас, - строго проговорила докторша, - роды были долгими, и Намико-сама сильно вымоталась, - и, видя поникшие лица, смягчилась и уже более мягко сказала, - но через часа два-три можно будет навестить, но только по-одному.       А затем, посмотрев на чистокровного, вежливо проговорила:       - Я приеду осмотреть Намико-сама и ее детей через пару дней, а теперь разрешите откланяться.       Канаме кивнул. Пожилая вампирша поклонилась и, поудобнее перехватив свою небольшую сумочку, направилась к выходу.       - Ну что, теперь можно и отдохнуть, - проговорил ректор и, в последний раз бросив радостный взгляд на дверь, с довольным видом спустился вниз, за ним гуськом последовали и все остальные.       Через пару часов дверь в комнату Куран тихо открылась, и внутрь зашел новоявленный папаша. Канаме оглянулся и увидел сидящую на кровати Намико. Девушка была немного бледной, а серебряные глаза усталыми, на руках она осторожно укачивала одного из малышей, а второй тихо спал рядом с ней.       Подойдя к своей королеве, чистокровный ласково улыбнулся, проводя кончиками прохладных пальцев по щеке девушки, а затем, осторожно сев на кровать, поцеловал Падшую в лоб.       Улыбнувшись счастливой и немного усталой улыбкой, черноволосая протянула спящего младенца.       - Он твоя копия, - тихо сказала она, с нежностью смотря на мужа, - а малышка точная копия меня.       Канаме с величайшей осторожностью взял своего сына и посмотрел на него, через секунду на его лице расцвела нежная ласковая улыбка.       - У него твои глаза, - восхищенно произнес он, смотря на свою жену, которая взяла проснувшуюся девочку.       Посмотрев на малютку, Канаме увидел, что девочка копия Намико, но когда малышка открыла глаза, он поразился - на него смотрели его же глаза, глаза спелой вишни.       - У неё твои глаза, - радостно улыбаясь, проговорила девушка.       - Как ты назвала сына? - спросил Канаме, покачивая малыша.       - Ещё пока никак, - ответила девушка и посмотрела на мужа, - дай ему имя сам, как ни как он будущий наследник клана Куран.       Канаме кивнул и, немного подумав, проговорил:       - Отныне, твоё имя Шиничи Куран, что означает первый сын, - и Канаме, склонившись, поцеловал мальчика в лобик.       А младенец заулюлюкал, обхватив крошечными пальчиками палец своего отца. Посмотрев на свою радостно улыбающуюся жену, Канаме проговорил:       - Теперь твоя очередь.       Намико, чуть дернувшись, посмотрела на маленькую дочку и задумалась. И тут у нее в голове всплыло одно имя.       «А почему бы и нет», - подумала Падшая.       - Нарекаю тебя Джури Куран, что означает «тёмная роза», - и тут же пухлые губы девушки легко дотронулись до маленького теплого лобика.       Выпрямившись, Падшая увидела, что Канаме смотрит на неё со смешанными чувствами на лице, а Падшая лишь ласково улыбнулась ему, дотронувшись ладошкой до щеки.       Канаме, прижавшись к руке и прикрыв глаза, тихо шепнул:       - Спасибо, любовь моя, - а затем, хитро улыбнувшись, проговорил: - твоему приемному отцу и дяде не терпится их увидеть. Да и все остальные горят таким же желанием, особенно Ичиру.       Намико тихо засмеялась.       - У нас впереди вечность, а они спешат, - отозвалась она, укачивая дочку.       - Да, целая вечность, где будем только ты, я и наши дети, - проговорил чистокровный, склоняясь к губам королевы и припадая к ним в нежном, но довольно страстном поцелуе.       Оторвавшись от таких пленительных губ, вампир встал и осторожно положил спящего сына в кроватку и, снова подойдя к кровати, протянул руки.       - Давай дочку, тебе нужно поспать.       Намико кивнула и аккуратно, чтобы не разбудить малышу, передала ее в надёжные, крепкие руки мужа. Немного проследив за ним, Намико устало откинулась на подушки и укрылась одеялом, потихоньку проваливаясь в сон.       Канаме, сев около своей возлюбленной, ласково смахнул серебряную непослушную прядь с лица девушки и тихо прошептал:       - Спи, Намико, тебе нужно набираться сил, а я буду тут.       Девушка слабо кивнула и, перед тем как закрыть глаза, тихо произнесла:       - Я люблю тебя, Канаме.       И перед тем как провалиться в крепкий сон, Падшая успела услышать:       - И я люблю тебя, Намико, и буду любить вечность!       «Да, ведь вечность не властна над нами!»