Семья

      Свет от больших и роскошных люстр ресторана нежно переливался и отражался от наполненных дорогими напитками бокалов. На праздничном столе стояли разного рода угощения: грудка, свинина, ребрышки в чесночном соусе, большой выбор салатов, как диетических, так и с майонезом, а так же множество нарезок на закуску.       Гости вечера постепенно подъезжали к назначенному времени и скорее искали виновника торжества. Ли Хонбин стоял перед столом и отдавал приказы официантам. Он радушно приглашал друзей, коллег, знакомых за стол, принимал поздравления и пожелания, радовался, как ребенок, когда ему вручали какую-нибудь безделушку, и наоборот, смущенно улыбался, когда подарок был действительно стоящим.       Семья Чон показалась из-за высоких колон, ведущих в зал с празднованием. Первым подошел к юбиляру Воншик. - Здравствуйте, Ли Хонбин-щи! С Днем Рождения вас! Желаю, чтобы ваши золотые руки никогда вас не подводили! Вот вам от нашей семьи маленький презент. Надеюсь, он вам прослужит очень долго. - Ох, спасибо, не надо было так… Спасибо, большое, садись, пожалуйста… - А я не один, у меня пополнение.       Из-за широкой спины Воншика показался молодой юноша, на руках которого была очень красивая, словно куколка, девчушка в белом платьице с кружевом и красной ленточкой. Ли Хонбин всем своим видом выражал глубокое удивление. Он же видел этого паренька еще совсем маленьким, когда встречал его мать из роддома. Сердце старика заполнилось приятным теплом. Он был рад, что у этих двоих все хорошо. Да и малютка привлекла внимание. - Джехван, сколько же лет прошло… Как ты возмужал, похорошел, а это что за милое создание? - Здравствуйте, это моя доченька Ми Ра. Ей уже 3 годика. Скажи дяде «здравствуйте».       Девочка застеснялась красивого 50-летнего дядю, и поэтому спрятала лицо за шеей отца. Ли Хонбин понимающе улыбнулся и пригласил их сесть за стол. Все в сборе.       Празднование длилось до глубокой ночи. Гости пили, ели, желали всего наилучшего, играли сценки, детишки читали стишки и целовали именинника в ямочки на щеках, особенно милый и теплый стишок был у маленького внука Ли Хонбина, Санхека. Мальчишка выучил очень трудное произведение про дедушку. Многие шептались, что он сам его придумал. - Мой Хек-и, спасибо тебе, расти большой и радуй родителей, хорошо?       Мальчишка потер носик и смущенно кивнул головой, напоследок чмокнув дедулю в улыбающийся краюшек губ. Но подарки на этом не кончились. К Ли Хонбину подошла дочка Джехвана, и он посадил её к себе на коленки. - Дяденька, а я вам тоже… тоже стишок приготовила! - Правда? Большое спасибо тебе, Ми Ра! Держи конфетку. - Да подождите же! Я еще не рассказала его!       Девочка, крепко держась за пиджак, стала тужиться и вспоминать тот стишок, что так настойчиво учила последние пару дней. Она вспомнила стишок про ангела. Ми Ра начала, чуть запинаясь: Я за тобой всегда стаял И как мог тебя оберегал. Дарил тебе всегда я свет, Ты знал, что без него и мира нет. Любовь всегда шла за тобой, Старушка - грусть плелась за мной. За боль и слезы ты молился, А я терпел всё и гордился: Гордился я своим стараньем, Что, все ж, не зря служу тебе, Что слов твои сердечные признанья Предназначались только мне. Настало время попрощаться, Ведь уготовлено судьбой и нам Расстаться. Все светлые моменты сохраню, Спасибо, что подарил мне жизнь, Я тебя люблю.       Гости опешили. Многие были растроганы стихотворением, кто-то подумал о своем и расплакался. Ли Хонбин обронил маленькую слезку, и как только девочка закончила, поцеловал ее в лобик, крепко стиснув в объятиях. - Ми Ра, это не тот стишок, что мы готовили!       Папаша явно не ожидал от своего ребенка такой инициативы. Да, они разучивали этот стишок, но на вечер памяти. В общем, как только все немного отошли, Джехван забрал Ми Ру с коленок именинника и отругал. Девочка начала плакать и пинаться, на что обратил внимание сидящий сбоку от них Воншик. Он извинился перед всеми и вышел из-за стола. - Я же разучивал с тобой другой стишочек, солнышко, почему ты этот-то рассказала? - У-а-а! Пусти! Плохой папка! Я ничего не сделала! У-а-а!       Крокодильи слезы приглушали звуки музыки из зала. Обеспокоенный, Воншик подскочил к ним. - Омо, а кто это плачет? Что за миленькая девчушка тут нюни распустила? Ты знаешь, что мальчикам не нравится, когда девочки плачут? Иди-ка сюда.       Воншик был уверен, что Ми Ра согласится пойти к нему на ручки. Так и произошло. Она протянула к нему свои коротенькие ручонки и обиженно уткнулась мордочкой в его широкую шею. - Папа меня обижает… - Нет, что ты, он и не думал. Ты рассказала очень хороший стишок, всем понравилось! - П-правда? - Конечно!       Тут к семье Чон подбежал маленький Хек-и. - Дядя Рави, пусть Ми Ра поиграет с нами в прятки. Мы не будем выходить из ресторана. - Ну что, Джехван?       Парень посмотрел на обрадовавшуюся малютку и снисходительно повесил голову. Парочка побежала к кучке детишек, а беспокоящийся батька кричал им вслед: «Только будьте осторожней!».       Ближе к 2-ум часам ночи гости стали разъезжаться, еще раз желая Ли Хонбину всех благ и хорошего здоровья. Последним к нему подошел младший семьи Чон. - Ну что, Джехван, откуда дитетко-то? Чего с женушкой не пришел? Она у тебя такая красивая… Мама, наверное, тоже, я уверен. - Простите, но жена отказалась идти, хе-хе. Я, как только уехал, так ребенка и сделал. - Ну ладно, главное, держитесь, молодые. Я почему-то думал, что наш Воншик быстрее женится, вон какой статный горец! У всех барышень на слуху. - Ли Хонбин-щи, прекратите, не такой я уж и хороший. Ну, что, мы поедем, всего вам хорошего, до скорого!       Приехав домой, трезвому, как стеклышко, Воншику пришлось самому укладывать ребенка спать, так как Джехван сильно напился и сейчас его подкашивало на каждом шагу. Парни пересеклись в коридоре. - О, Воншик-и, а где моя дочурка? Ми Ра! Солнышко! - Тише ты, оболтус, спит она уже давно! И тебе бы пойти… Ху-у, как от тебя несет. Ты зачем так на спиртное-то налегал? - Что? - Понятно все…       Воншик подхватил брата под руку и потащил его в ванную комнату. Тот почти не сопротивлялся, только иногда блевал на пол.       Почувствовав, что его кто-то раздевает, Джехван резко открыл глаза от полудрема. - Ты чего? - Тебе надо принять ванну. - Обоснуй? - Ты пьяный, и ты облевал себя с ног до головы. - Хорошие аргументы.       Вода была тепленькой, поэтому пьяный мистер немного очухался, но все так же порол чушь. После последовал сладкий чай, много чая. И вот долгожданная кровать. Только в комнате Воншика. - Так, лежи смирно! Иначе спать будешь в одних труселях и ночью загнешься от холода!       Все еще пьяный Джехван отнекивался, притягивая удивленного брата за расстегнутую рубашку. - Не замерзну, ты же будешь рядом лежать…       Парень тихо засыпал, а Воншик боялся пошевелиться. Вдруг спугнет сон. Полежав в обнимку с полуголым братцем, он аккуратно убрал его руку со своей талии и встал. - Божечки, что же мне с тобой делать… Ну и спи так…       Какое же было удивление у парня, когда он услышал: «Не уходи». Немного потупив на пьяные глаза брата, Воншик поспешил накрыть его одеялом и лег рядом, нежно обнимая. Теплое дыхание Джехвана щекотало шею, а чужие руки проскользнули под одеялом и обняли Воншика в ответ. - Прости меня, братишка… Я последняя тварь… Можешь меня ненавидеть… - Спи, давай.       Парень, что так яро просил прощения, перекатился на Воншика и посмотрел почти ясными глазами в глаза напротив. - Так, ты спать собираешься?!? Если нет, то я пошел, мне завтра рано на работу вставать! - Поспи со мной… Просто полежи рядом… Хорошо? -… Ладно.