Второй шанс

Пролог. Он еще помнил времена, когда они дружили. Забавно, вроде только недавно шкетами гоняли на велосипедах в парке, а тут вдруг раз! – и взрослые, среднюю школу уже заканчивают, и у каждого свое – у Билла учебники, подготовка к поступлению в университет, а у Тома… А Бог его знает, что там у Тома! После того, как тот разорвал их общение, ничего не объясняя, Каулитц старался не думать о бывшем друге. Только не получалось. Трюмпер превратился в одного из тех, кого они раньше ненавидели вдвоем: в мудака, издевающегося над слабыми. Как так получилось? В чем его проблема? Ответов на эти вопросы не было, да Билл и не был уверен в том, что они ему нужны. Слишком много времени прошло, слишком много воды утекло. Слишком сильно поменялся и он сам, и Трюмпер. Глава 1. Несмотря на то, что Билл был отличником, в школу он ходить не любил. Вот и в этот день Билл проснулся с чувством приближающейся задницы. Ощущение было таким привычным, что он почти не обратил на него внимания, быстро поел, закинул рюкзак на плечо и вышел из дома. Неверное осеннее солнце совершенно не грело, казалось, наоборот, от него еще холоднее. Билл подышал на руки в бесплотной попытке согреть их. Автобус он проворонил. Каулитц вздохнул: остался всего год. Всего год в этой чертовой школе. Погруженный в свои мысли, он и не заметил, как рядом припарковался старенький Форд. - Каулитц! – вырвал его из мыслей голос Тома. Билл вздрогнул и вытаращился на него: было странно слышать свою фамилию из уст бывшего друга. – Чего стоишь? Подвезти? - Н…н… - начал заикаться Билл, удивленный до глубины души. - Садись, все равно автобус уже пропустил, - предложил Трюмпер. Билл немного поколебался, размышляя, что лучше: прогулять занятия или нарваться на порцию сарказма, но решил, что в выпускном классе отлынивать от школы не комильфо, и залез в автомобиль. Том Трюмпер был первым в их параллели, кто получил права. Ему, как и Биллу, исполнилось восемнадцать годом раньше: ребят отдали в школу позже, поскольку в семь они были тощими, слишком мелкими для школы, и родители, собравшись за столом переговоров, решили, что лучше им еще год поболтаться в детском саду. Следом за Трюмпером права получили и еще половина учащихся, кто-то раньше, кто-то позже, так что теперь большая часть учеников игнорировала школьный автобус. Странно, он до сих пор помнил запах Тома. Как выяснилось. Воздух в машине был пропитан им, и Билл помимо воли ударился в воспоминания о том, как классно было раньше: таскаться на речку и купаться до посинения, гонять на велосипедах, распугивая девчонок, лазить на чердак, воображая, что там живут привидения… - Чего притих? – ухмыльнулся Трюмпер, глядя на него исподлобья. – Не бойся, не укушу. - Было бы кого бояться, - фыркнул Билл, откидываясь на удобно сиденье. - Да ты у нас смельчак? – выгнул бровь Том, трогаясь. – Что же твой длинный язык укорачивается, когда к тебе пристают хулиганы? - Не вижу смысла в общении с быдлом, - выпалил Каулитц и тут же пожалел: Том был одним из тех, кто постоянно поддевал его. Вот сейчас высадит и будет прав, между прочим. Трюмпер, впрочем, отреагировал неожиданно: он рассмеялся, обнажая белые чуть кривые зубы, тряхнул густым хвостом светлых дредов и вдавил педаль газа в пол. Жалобно взвизгнули покрышки, Билл вжался в сиденье. - Не ссы, лягуха! – заметил его испуг Том. – Я отличный водитель, на меня еще никто не жаловался! - Потому что они все в… в… в могилках? – проклацал зубами Каулитц, судорожно соображая, что нанесет ему больший урон: катапультирование на всем ходу из машины или удар бампером о стену. - Шутник, что ли? – рассмеялся Трюмпер, резко разворачивая машину и едва не вылетая в кювет. - Черт тебя подери, Том! Ты хочешь, чтобы нас размазало к чертям?! – взвизгнул Билл. - Ссыкло, - констатировал Трюмпер и чуть сбросил скорость. – Такое же ссыкло, каким был всегда. - Я не виноват, что мне отсыпано больше чувства самосохранения, - огрызнулся Каулитц, немного успокаиваясь. - Тебе отсыпано больше занудства, вот что, - сказал Том, не отрывая взгляда от дороги. Билл не стал продолжать бессмысленный разговор. Парень прикрыл глаза и попытался дышать глубже, не замечая обидных слов и скорости, которая все еще была довольно приличной. Он задремал, пока они ехали – расстояние до школы было приличным – и дернулся, когда Том потряс его за плечо. - Что? – пробурчал он, потирая глаза. – Уже? - Ага, - кивнул парень. – Пока кто-то спал и видел розовые ромашки и барби на блюющих радугой пони, некоторые следили за дорогой, чтобы не размазаться тонким слоем по стене. Билл вспыхнул, завозился, расстегивая ремень безопасности. Том насмешливо наблюдал за ним, добавляя неловкости. Когда Каулитц наконец выскочил из авто, Трюмпер предложил: - Могу и завтра подкинуть. Билл скривился и, ничего не ответив, быстро зашагал в сторону школы. Доброта бывшего друга была подозрительной. Особенно после многих лет откровенного презрения. В школе все шло своим чередом. Том никак не выдавал своего странного поведения утром, отпустив пару идиотских шуточек в его адрес, когда раздали контрольные. Билл молча проглотил их, впрочем, как и всегда: связываться с компашкой Трюмпера, как на подбор состоявшей из гориллоподобных лбов, не хотелось. Зато на истории Том отжег: не смог вспомнить ничего из того, что им задавали. Билл ржал вместе со всеми, но, судя по хмурому взгляду в его сторону, попал лишь он один. Так и вышло. После занятий Том поджидал его на автобусной остановке. Тарабаня пальцами по рулю, он не попросил, но приказал Биллу садиться. Отказывать было себе дороже. Вздохнув, Каулитц плюхнулся на сиденье и пристегнулся. Трюмпер молчал практически всю дорогу, а когда Каулитц попытался заговорить, сделал музыку громче. Более, чем прозрачный намек. Билл пожал плечами и расслабился, слушая бодрый речитатив какого-то ниггера. Стремно было признаваться даже себе, но Биллу нравилось. Том открыл рот уже подъезжая к дому, и сказал то, от чего у Билла отвалилась челюсть. - Подтяни меня в учебе, Билл, - попросил он, глуша мотор напротив калитки Каулитцев. – Иначе мне не светит учиться в универе. - Нафиг мне это? – поинтересовался Билл. – Ты портишь мне кровь в школе, теперь хочешь еще и дома доставать? Не получится! - Я перестану тебя доставать. И парней попрошу, - предложил Том. Заманчивое предложение. Билл представил себе мир без ежедневных издевок Трюмпера и компании, и солнце, как показалось, стало сиять сильнее. Он вздохнул: - По каким предметам нужна помощь? - Вообще-то, по всем, - почесал макушку Том, виновато улыбаясь. – Я сильно распустился в последнее время. - Ты хотел сказать – последние лет десять? – фыркнул Каулитц. - Если я сказал, что перестану тебя доставать – это еще не значит, что я не вздую тебя за подколы, - моментально завелся Том. – Так что, как тебе сделка? - Заманчиво. Ладно, что с тобой делать. Приходи сегодня в восемь. И учебники захвати по тем предметам, что у нас завтра. Если вдруг забыл: литература, алгебра, география и английский. Билл думал, что объяснить приход старого друга маме будет сложно, но та лишь порадовалась, что они снова начали общаться. Типа они начали, как же! Своей помощью он лишь заработает нейтралитет, последний спокойный год. Том пришел ровно в восемь, минута в минуту. Билл удивился такой пунктуальности: Трюмпер не производил впечатления человека, живущего по часам. Тем не менее, в двадцать ноль-ноль он позвонил в дверь, и Каулитц побежал открывать. Том прошел внутрь, чуть задев его плечом, и внутри моментально проснулось раздражение: какого черта его пихают в его же доме? Кое-как подавив противное чувство, Билл вспомнил о гостеприимстве и предложил: - Печенье будешь? Мама напекла целую гору, не думаю, что все в нас влезет. - Не откажусь, - кивнул Трюмпер, осматриваясь. – Надо же, почти ничего не поменялось. - Руки не дошли, - почему-то начал оправдываться Билл. - Проходи на кухню, мой руки… - … Садись за стол, - подхватил Том. – Я помню, что делают в таких ситуациях, спасибо. Пока пили чай, перекинулись парой ничего не значащих фраз. Том поинтересовался, не отвлекает ли его, хотя было заметно, что это его на самом деле не очень-то волнует. Если честно, создавалось впечатление, что Тома вообще ничего не волнует, кроме его смартфона, очень уж часто тот пиликал о пришедшей смс и так же часто парень отвлекался, чтобы ответить. В учебе Трюмпер оказался полным пнем. Он путал неправильные глаголы, пока они составляли текст по английскому, и злился, что Каулитц отказывается написать его вместо него; он не смог вспомнить столицы нескольких стран, когда они готовились к географии и почему-то снова злился на Билла; а когда приступили к алгебре и вовсе порывался стукнуть Каулитца по плечу за то, что сам забыл формулу дискриминанта. В общем, подтягивать Тома Трюмпера в учебе оказалось делом совершенно неблагодарным, и Билл даже подумал, что может сорваться и послать бывшего друга ко всем чертям с его глупой затеей, но все подобные мысли быстро выветрились, как только Том заглянул в глаза и тепло сказал: - Спасибо. Черт побери, одно «спасибо», и Билл готов помогать и помогать ему! Если, конечно, он не решит начать снова задирать его в школе. Чудеса в решете.