Зависимые

POV Эрика       Я прижал ладонь к губам, приглушая кашель. Кажется, вчерашнее купанье для меня стало ужасным. Тело сотрясает мелкая дрожь, и кажется, что в комнате жутко холодно. «Ничего страшного», — я застегнул пуговицы на пиджаке формы и еще раз посмотрел в зеркало. «Только бледность выдает мое плохое состояние. Но я и так всегда бледный. А пропускать занятия сейчас мне нельзя. Совсем нельзя».       Выйдя из ванной, я бросил взгляд на верхнюю кровать. Марка там не было. Он вообще не пришел ночевать в комнату. Может, он решил съехать? — Мне нет до этого никакого дела, — тихо пробормотал я себе под нос, давя чувство грусти в груди. Какая мне разницы, где он? Если решит съехать, мне же лучше. Никто не будет мешать.       Подхватив портфель с кровати, я вышел из комнаты и огляделся. Народ уже начал просыпаться, поэтому в коридоре было много людей. Около моей комнаты стояла Лиззи. Она, скрестив руки на груди, провожала каждого убийственным взглядом. Поэтому к ней мало кто решался подойти. «Ну, она хоть и не прямая, но наследница Тарнер», — я сочувственно покачал головой и подошел к подруге. — Доброе утро, — сиплым голосом позвал ее и тут же закашлялся. Будь проклята эта простуда.       Острый взгляд голубых глаз Элизбет переместился на меня. Появилось ощущение, что меня сканируют рентгеном. Затем девушка резко подошла ко мне и приложила ладошку к моему лбу. — У тебя жар, — резко заявила она, хватая меня за руку. — Ты сейчас же идешь в больничное крыло.       Я мягко вытащил руку из цепких пальцев Лиззи и слабо улыбнулся. Она слишком за меня переживает. Нельзя так. — Я не могу туда идти, — сказал я, прижимая ладонь к губам. — Вчера приезжал отец.       Девушка, до этого смотревшая на меня с раздражением, внезапно опустила голову. Ее плечи тоже опустились, словно она почувствовала огромный груз ответственности. Кажется, она говорила мне о том, что не может простить себя из-за бездействия. Но на самом деле Лиззи ничего не сможет сделать. От знания того, что со мной происходит, ей только хуже. — Лиззи, со мной все хорошо… — Вот вы где! — перебивает меня звонкий голос Брианны. Я оборачиваюсь, и в это же мгновение тоненькие ручки обхватывают меня за шею. — Привет, Бри, — тихо сиплю я, пытаясь сделать вздох. — Ты что тут делаешь? — Я ждала вас около входа в общежитие, но вы все не шли! Мне пришлось подниматься. И чем это вы тут занимаетесь? — тараторила девушка, переводя злющий взгляд с мена на Лиззи. Вот же нетерпеливая… — Мы уже собирались идти к тебе, — спокойно сказала Элизабет, оцепляя руки Брианны от меня. — Пошли завтракать.       Слава всем Богам, что перед Брианной я смог удержать кашель. Правда, на завтраке смог выпить только кружку горячего зеленого чая. Горлу стало легче. Все это время Лиззи сверлила меня взглядом и пыталась подсунуть круассан. Кажется, она говорила что-то о здоровом питании, но я не особо слушал, так как вскоре около нашего столика снова собралась толпа.       Брианна всем приветливо улыбалась. Она не любила ссоры. Возможно, ей самой уже не нравится такое внимание, но она просто не такая, как мы с Лиззи. Ее обучали общаться с людьми. А нас только управлять компанией. — Эрик, — прежде чем я смог убежать на уроки, меня перехватили за руку. — Что? — я обернулся и посмотрел на Элизабет. — После уроков зайди ко мне, хорошо?       Я кивнул, высвободил руку из захвата и быстро пошел в сторону своего корпуса. Уроки скоро начнутся, а я еще не успел повторить. В этом месяце я должен выложиться на все сто процентов. Иначе мне будет плохо. Очень и очень плохо.       В классной комнате уже было много учеников. Я особо не смотрел на них, так как дела были важнее. Достав книгу по мировой истории, я быстро пролистал учебник и начал повторять даты. Я их, конечно, помню. Но лучше повторить, чем потом ответить неверно.       Стоило прозвенеть звонку, как в кабинет вошел мистер Блэк. Это был старенький, седоволосый старичок. Он двигался медленно и слегка неуклюже. Но это всего лишь маска. На самом деле наш учитель очень проницательный и острый на язык. Именно поэтому он сразу что-то заподозрил. — Мистер Морган, как вы себя чувствуете? — проскрипел преподаватель, прежде чем начать урок. — Нормально, профессор, — коротко ответил я. Вокруг раздались шепотки и хихиканье. — Какой он неженка, — тихо пропищала Саманта с задней парты. Я сделал вид, что ничего не слышу. Впрочем, все как обычно. — Если почувствуете себя хуже, обязательно посетите больничное крыло, — строго сказал мистер Блэк, отворачиваясь к доске. Я покорно кивнул, хотя учитель этого даже не заметил. Впрочем, как бы плохо мне сейчас ни было, я все равно не пойду в больничное крыло. Ни за что. Только не после визита отца. Да и проваляться на койке несколько дней тоже не вариант.       С каждым пройденным уроком я чувствовал, что мне становится хуже. Держать ручку в руках было сложно. Все тело дрожало и лихорадило. Будь проклят тот бассейн. И те парни, которые меня столкнули. Идиоты! — Морган, ты плохо выглядишь, — сказал на большой перемене Энтони, подходя к моей парте. Есть не хотелось, поэтому на обед я решил не идти. — Немного простыл, — пожимаю плечами, сдерживая кашель. — Как ты умудрился?! Да еще в начале года?!       А ему-то какая разница? Мое же здоровье. И мои оценки.       Я снова пожимаю плечами и отворачиваюсь. Разговаривать больно. Да и не особо хочется. Я бы лучше сейчас укутался в несколько одеял, выпил горячее молоко и заснул.       После этого Энтони от меня отстал. Кажется, он говорил еще что-то, но мне было все равно. Я так устал, что не было сил просто сидеть. Голова стала слишком тяжелой. Но если я хоть на мгновение расслаблюсь, то точно засну.

***

      Как только прозвенел звонок с последнего урока, я вылетел из кабинета и на максимальной скорости рванул к Лиззи. Она могла придумать, что мне сделать с простудой. А потом мне надо будет сходить в библиотеку за книгой по анатомии.       Выбежав во двор, я пошатнулся от внезапного головокружения. На то, чтобы прийти в себя, мне потребовалось пару секунд, после чего я возобновил свой марафон.       На пятый этаж забрался с огромной скоростью. В голове уже начинало шуметь от такой зарядки, поэтому перед дверью Лиззи я остановился, тяжело дыша.       Подруга открыла буквально после первого удара. Она пристально смотрела мою помятую физиономию, затем распахнула дверь и втянула меня внутрь. — Как себя чувствуешь? — мрачно спросила девушка, пока я оглядывал комнату. На кровати сидела девушка с черными волосами, заплетенными в две косички. Она бросила презрительный взгляд сквозь очки и отвернулась. — Нормально… — неуверенно ответил я, пока меня сажали за стол. В это время черноволосая девочка встала и молча вышла из комнаты. Кажется, ей мое присутствие совсем не нравилось. Я проводил ее взглядом и вопросительно посмотрел на Лиззи. — Это Анна. Она меня ненавидит, — короткий ответ, не требующий дальнейших объяснений. На самом деле я совсем не удивлен, что Лиззи не завела друзей. Она всегда была немного резка в общении. Я к такому привык, поэтому ее характер меня никогда не отталкивал. Напротив, я очень рад, что могу общаться с ней. — Выпей.       Внезапно передо мной на столе появился стакан воды и две разноцветные таблетки. — Что это? — Я сходила в больничное крыло. Проторчала там полчаса, пока мистер Мелтон не дал мне эти чертовы таблетки, — между светлыми бровями Лиззи появилась морщинка. Она была крайне недовольна. — Спасибо, — искренне поблагодарил я девушку, понимая, что сам бы не смог достать эти препараты. Студентам запрещено иметь личные лекарства. Это правило ввели после неудачного самоубийства в нашем общежитии.       Выпив таблетки, я невольно улыбнулся. Это, конечно, не сразу подействует, но надеюсь, что буду чувствовать себя лучше. — А теперь снимай рубашку, — скомандовала Лиззи, вгоняя меня в ступор. — Что? Зачем? — я невольно отодвинулся от нее, вжимаясь спиной в спинку стула. — Я еще нагло наврала нашему врачу, что ударилась. И мне нужна мазь от ушибов, — Лиззи отодвинула ящик стола, доставая оттуда тюбик с мазью. — И как он тебя отпустил? Он же обычно сам наносит мазь. — Я сказала, что ударилась ягодицами. Он, конечно, настаивал на своем. Поэтому пришлось сказать, что, если он увидит мою задницу, ему придется жениться, — пожала плечами девушка. Я вытаращил глаза, а через секунду не выдержал и громко рассмеялся. Голову сразу пронзила острая боль, но это не остановило мой смех. — И он поверил? — с трудом спросил я, утирая слезы. — Мистер Мелтон оказался куда наивнее тебя, — улыбнулась Лиззи. — А теперь снимай рубашку.       Вздохнув, я быстро расстегнул пуговицы и аккуратно снял с себя форму. Элизабет никак не прокомментировала мои травмы. Она молча нанесла крем на руки, а затем начала мазать каждый ушиб. — В этот раз сильнее досталось, — через пару минут произнесла девушка. — Я же был вторым, — спокойно ответил я, поворачиваясь к ней спиной. Вообще-то, я мог бы и сам все намазать, только вот Лиззи не позволила бы. Она утверждает, что хоть в этом должна суметь мне помочь. — Знаешь… — внезапно пальцы больно нажали на лопатку. Я вскрикнул и дернулся. — Что? — зашипел я сквозь зубы, все еще не отойдя от боли. — Я ненавижу твоего отца. И очень хочу спасти тебя… — Ты ничего не сможешь сделать, — я резко обернулся. Глаза Лиззи были на мокром месте. Казалось, что она скоро заплачет, но это было совсем не так. Сколько я ее знаю, она ни разу не плакала. — Я знаю. И это бесит еще больше.       Лиззи всунула мазь мне в руки и отвернулась. Ее плечи мелко дрожали. Хочется подойти к ней и успокоить… Но я совсем не знаю как это делать. — Намажешь еще перед сном. Ладно? — прервала она тишину, оборачиваясь. На этот раз ее глаза были абсолютно сухими. Я знал, что она не заплачет.       Покорно кивнув, я надел рубашку, улыбнулся на прощание и вышел в коридор. Да, сегодня была жуткая атмосфера. В следующий раз ни за что не приду к ней. Она так только нервы себе портит.       Покачав головой, я быстро вернулся к себе в комнату. Мало ли о чем начнут говорить. Слухи в нашей школе – это как новости в желтой газете: хоть поверить сложно, но разлетаются сразу.       Я втайне надеялся, что в комнате будет Марк. Но его там не оказалось. Да и вообще, складывалось ощущение, что он не приходил. Значит, он все же решил съехать. Тем лучше.       Я попытался уничтожить чувство горечи в груди, что получилось довольно легко. Теперь хоть можно будет ходить в одной футболке по комнате. А то надевать кофты уже надоело.       А сейчас нужно спешить в библиотеку, делать домашнее задание. Выложив книги из рюкзака, я взял нужные тетради и направился в сторону библиотеки.       В горле еще першило, а голова была тяжелой, да и весь мир воспринимался словно в тумане. Но все это не было поводом отлеживаться в кровати.       В библиотеке было довольно много людей. В конце концов, если ты в этой школе не учишь, то должен быть хорош в спорте. А если ты плох еще и в спорте, то тебе прямая дорога к отчислению. Бесполезных людей в школе нет.       Я сел за дальний столик, около окна. Тут уютно и достаточно света. Снял очки и положил их рядом с учебниками. Да, знаю, что при чтении их лучше надевать, но глаза уже устали от этого.       Итак, пришло время для учебы. На самом деле я люблю учиться. У меня почти ничего нет, кроме нее. Даже дома, оставшись один, я всегда учился. Только для того, чтобы мне не было одиноко. Когда была жива мама, в доме всегда была музыка. Но после ее смерти отец запретил играть на рояле в доме. Он назвал мое увлечение «детскими забавами». Возможно, он прав. Но я так хочу снова почувствовать гладкие, холодные клавиши рояля… Услышать его громкий, пронзительный звук, который способен затронуть даже самые черствые сердца. «Да, жаль, что у моего отца совсем нет сердца», - я иронично улыбнулся, раскрывая книгу и погружаясь с головой в формулы, правила, даты и рифмы. — Морган! Это библиотека, а не спальня!       Я вздрогнул, резко открыл глаза и выпрямился. К щеке прилип тетрадный листочек. Я что, заснул?! Почему… Черт! Во всем виноваты таблетки от простуды!       За окном уже давно стемнело. Кажется, я проспал около двух часов. Вот же идиот! Целых два часа без пользы! — Морган, ты меня слышишь? — я поднял взгляд на библиотекаря. Эта была пожилая женщина с очень кудрявыми волосами и пронзительным взглядом. — А, да. Простите, — я начал быстро собирать вещи, чувствуя, что ко мне снова возвращается озноб. Да... Таблетки не особо помогли. Кажется, все стало только хуже. В голове начал нарастать гул, руки слегка задрожали.       Собрав вещи, я ринулся из библиотеки со всех ног, надеясь, что провожусь с физикой до самого утра. Было бы здорово. Иначе, я не смогу понять следующую тему… И мои оценки ухудшаться.       Влетев в общежитие, я поздоровался с Горденом, который прокричал что-то о поздних гулянках, и побежал вверх по лестнице. Интересно, когда нам лифт установят?       Я тяжело дышал, чувствуя жуткую усталость во всем теле, когда проводил карточкой по замку. Открывая дверь, я запнулся об собственную ногу и был готов поздороваться носом с полом, но неожиданно наткнулся на преграду. Теплую преграду.       Я поднял взгляд, и оказалось, что я прижимаюсь лбом к груди Марка. — Д-добрый вечер, — неуверенно пробормотал я, отчего-то все еще не отскочив от соседа. — Ты откуда так поздно? — внезапно спрашивает Марк, обнимая меня за плечи. Я вздрагиваю и отвожу взгляд. Кажется, я слишком долго пялился на его лицо. Интересно, что он тут делает? Он вроде хотел съехать… — Из библиотеки. Заснул случайно, — пожимаю плечами и неожиданно начинаю кашлять, прижимая ладонь к губам. Не хватало еще пол-общежития разбудить. — Ты плохо себя чувствуешь?       Неожиданно на лоб ложится большая прохладная ладонь. Я слегка вздрагиваю и хочу опустить голову, но мне не дают этого сделать. — Да ты весь горишь, — рука Марка скользит по моей щеке, отчего у меня перехватывает дыхание, останавливается на подбородке и заставляет смотреть вверх. Прямо в глаза Марка. — Ты был в медпункте? — голос парня строгий. И смотрит он прямо в глаза. Я резко отступаю, чувствуя, как бешено стучит сердце, словно пытается выпрыгнуть из груди. — Со мной все нормально, — пожимаю плечами, резко отводя взгляд от Марка. Кажется, что мои щеки просто пылают огнем. Надеюсь, он не заметит. — Значит, не ходил? - внезапно Марк делает шаг вперед. Я резко отступаю. Что происходит? Я снова его разозлил?! Но он не дает мне даже слова сказать, все еще надвигаясь прямо на меня. — Будешь терпеть боль, но ни за что не останешься наедине с мистером Мелтоном? — с какой-то угрожающей интонацией произнес Марк, когда я спиной почувствовал холодную стену. В это же время по обе стороны появились руки Марка. Теперь отступать некуда.       Кажется, я дрожал уже не из-за озноба. — Я… я вполне могу вылечиться сам, — пробормотал я, поднимая взгляд на Марка. Из-за того, что очки были в портфеле, я видел его нечетко. — И вообще, уже поздно. Нужно ложиться спать.       О том, что спать я не собирался, лучше не говорить. — Никаких спать, пока ты не сходишь к мистеру Мелтону, Эрик, — тихо сказал Марк, склоняя голову на бок. Я упрямо поджал губы, продолжая смотреть ему в глаза. Он не мой отец, поэтому не сделает мне больно. Надеюсь. — Я не пойду к нему. Уже поздно. Он наверняка спит.       Какое жалкое у меня оправдание. — Если ты не знал, то медпункт работает круглосуточно.       Да ладно? Вот уж точно говорят, что зло не дремлет. Даже думать не хочу о походе туда. Как мне объяснить свои ушибы?! — Если ты не пойдешь сам, то я лично отведу тебя за ручку, — голос Марка становится еще страшнее. Я замираю. Становится страшно. Но нельзя показывать свой страх, иначе будет хуже. Просто надо напомнить себе, что он ничего мне не сделает. — Я никуда не пойду, — говорю спокойным и ровным голосом. — Отпусти меня.       Я хочу сначала сам убрать его руку от стены, но неожиданно вспоминаю прикосновение его рук к моей щеке. Сердце снова начало бешено колотиться.       Вот уж точно, пусть лучше скорее съедет. — Тогда я тебя отнесу, на губах Марка появляется очень не хорошая ухмылка. Она не предвещает ничего хорошего. Я рефлекторно вжался спиной в стену. — Не говори ерунды. Ты не сделаешь этого, — в моем голосе совсем нет уверенности. Я растерянно смотрю на парня, стараясь понять: он говорит правду или просто угрожает? — Зря не веришь мне, 3 Марк убирает руки, и я сразу чувствую себя свободнее. Что он задумал? Мне даже представить страшно. Но я ему совсем не доверяю. Марк один из тех людей, которых я не понимаю. Даже не могу представить, что сейчас у него в голове. Поэтому, опустив руки, осторожно обхожу парня, стараясь не поворачиваться к нему спиной. Но смотреть ему в глаза уже невозможно, поэтому я делаю стратегическую ошибку, опуская взгляд в пол.       В это же мгновение сильные руки хватают меня поперек туловища. Перед моими глазами пол, а сам я болтаюсь на плече Марка. Первые несколько секунд я не мог даже закричать, потому что его плечо больно давит на ребра и синяки. — Я же сказал, что отнесу, спокойно сказал Марк. — Что ты делаешь?! - наконец-то смог закричать я. Кажется, это впервые, когда у меня такой громкий голос. — Отпусти немедленно! Да что ты себе позволяешь?! Я не кукла!       В этот момент я поперхнулся воздухом и начал громко кашлять. Да будь проклята эта простуда! — Своими криками ты делаешь хуже только себе, — голос Марка стал еще страшнее. Но меня это не остановит! Да кем он себя возомнил?! — Отпусти немедленно, угрожающе произнес я, немыслимо напоминая отца. Стало даже самому противно. Но мне нельзя появляться в медпункте.       Неожиданно до моих ушей донеся шум открывающейся двери. Точнее «шум открывающихся дверей». — Что происходит? — Кто-то кричал? — Драка?       Шепотки раздавались со всех сторон. Боже! Они же увидят мой позор! Главное, чтобы отец об этом не узнал! — Сам виноват, — шепчет Марк, крепче перехватывая мои ноги. Если и дальше будешь кричать, все общежитие сбежится.       Я это уже и так понял, поэтому упорно молчу, хотя попыток выбраться не прекращаю. Да что ему от меня надо?!       Внезапно с лестницы раздается громкий бас Гордена. — Что тут происходит?       Я слегка вздрагиваю и пытаюсь развернуться, чтобы увидеть смотрителя. И нажаловаться заодно. Мне нельзя в медпункт. — Ховард, куда ты тащишь Моргана? — я не вижу лица Гордена, но с уверенностью могу сказать, что он крайне удивлен.       Шепотков вокруг становится все больше. Да во что я влип-то?! — Этот придурок болеет, у него температура, а он так и не был в медпункте. Вот я решил, что отнесу его туда, раз он так упрямится! — быстро сказал Марк, ввергая меня в еще одну волну негодования.       Да как он посмел назвать меня придурком?! Я был первым по всей школе в прошлом году! И если бы не это, мне бы не позволили вернуться. Так кто из нас придурок?!       Горден молчал с минуту. Я не знаю, что он там делал. Потому что до сих пор висел на спине у Марка, задней частью к коменданту. Лучше сейчас молчать, так как со всех сторон нас прожигают любопытные взгляды студентов.       Я, уткнувшись взглядом в спину Марка, старался не поднимать головы. Вот еще чего мне не хватало. Хотя, кажется, я заметил розовую пижаму Лиззи. Но она вряд ли сейчас подойдет сюда. Прекрасно знает, что лучше не вмешиваться. — Отлично, — наконец-то сказал Горден. — Я тебя провожу, чтоб ты не думал заглянуть куда-нибудь еще.       Черт! Теперь два надзирателя!       Марк сделал пару шагов вперед, но отчего-то перестал двигаться. Только потом я понял, что его остановил Горден. — А ну быстро все разошлись по комнатам, рявкнул комендант. Пару человек вздрогнули. — Или вырублю интернет к чертям.       Да, весомая угроза. Без интернета делать домашнее задание очень сложно. Именно поэтому раздалось недовольное ворчание, но все послушно начали заходить в комнаты. Надеюсь, слухов не будет.       До больничного крыла все шли молча. Я понял, что кричать и сопротивляться бесполезно. У меня была лишь слабая надежда на то, что медбрат просто даст мне таблетки.       Мы остановились. Послышался негромкий стук. Наверно, Горден постучал, чтобы разбудить мистера Мелтона. В это же время Марк дернул меня за ногу. — Эй. Вырубился что ли? — Ты просто не представляешь, сколько ты сейчас создаешь проблем, — устало произнес я, сжимая пальцами футболку на его спине. Надо будет договориться с врачом. Иначе… плохо будет всем. — Я же волнуюсь о тебе, — услышал я шепот Марка. Что? Меня словно ударили током. Я вздрогнул и резко дернулся. Зачем он лжет?! Это жестоко даже для него.       Ответить или сказать что-нибудь обидное я не успел. Раздался скрип двери, а затем сонный голос мистера Мелтона: — Что стряслось?       Я хотел сказать, что ничего. И чтобы меня сейчас же отпустили. Но не успел даже слова вставить. Снова. — Да вот, принесли вам непутевого ученика, который отказывается правильно лечиться, сдал меня Горден. Сразу захотелось сделать ему что-нибудь плохое. — Ну, вы тут разбирайтесь, а я пошел...       И комендант просто ушел. Взял и ушел, оставив меня вместе с этими ненормальными. — О… — кажется, медбрат был растерян. — Хорошо. Проходите в дальнюю комнату.       Марк пошел вперед, внося меня в медкабинет. Для меня это было так, словно меня вносят в ворота Ада. — Простите за поздний визит, — слишком вежливо произнес Марк. А я просто молчал. Это не я пришел, а меня принесли. Поэтому извиняться мне не за что.       Мы остановились посреди комнаты. Марк замер, не предпринимая попыток меня отпустить. Что происходит? Кажется, мистера Мелтона не было. Куда он-то делся? Наверно, вернулся в комнату, чтобы переодеться. Но на первом месте сейчас другая проблема. — Поставь меня, — резко скомандовал я, чувствуя, как начинает знобить. Кажется, из-за шока я перестал даже дрожать. Но как только мы остались одни, лихорадка начала возвращаться. Или я просто не обращал на нее внимания. — Мистер Мелтон, кажется, его состояние ухудшилось, — игнорируя меня, Марк обращается к доктору. На злость уже нет сил. Да и желания. Все тело дрожит и, кажется, не только от простуды. Они все узнают… Надо будет соврать. Почему же я так не хочу врать Марку? — Иду, — раздается приглушенный голос мистера Мелтона. — Положи его на койку, я сейчас.       Марк кладет меня на ближайшую кровать, а я даже не сопротивляюсь. Потому что знаю — отсюда не сбежать. Я пробовал в прошлом году. Оказавшись на кровати, я поднимаю взгляд и понимаю, что Марк смотрит на меня. Сердце сделало кульбит, но я не отвел взгляда. Только сильнее сжал одеяло в кулаках. — Как себя чувствуешь, Морган? - голос мистера Мелтона раздается, как сквозь слой ваты. Я пожимаю плечами, не зная, что именно стоит ответить. — Почему раньше не пришел? — голос доктора становится злее. Кажется, ему совсем не понравился мой неопределенный ответ. Я смотрю на мистера Мелтона, пытаясь разглядеть его лицо. Доктор у нас молодой. Кажется, ему нет и двадцати семи. У него темные волосы, правильные черты лица и мягкий характер. Только один минус: он чересчур заботлив. — Я не хотел отвлекать вас от дел, — сиплым голосом произношу я, бросая быстрый взгляд на Марка. Он все еще стоит рядом. Это начинает нервировать. — Идиот, — резкий голос мистера Мелтона заставляет меня вздрогнуть и резко сесть на кровати, выпрямив спину. — П-простите…       Мужчина подходит к моей кровати, и садится рядом. — Тебя надо прослушать. Давай помогу снять рубашку. Ты весь дрожишь, — руки потянулись к пуговкам на рубашке. Я, почти не соображая, что происходит, следил за ними, пока до воспаленного мозга не дошло, что под рубашкой синяки.       Две пуговки уже были расстегнуты, когда я резко дернулся, испуганно посмотрев на Марка. Ладно врач, но я не хочу, чтобы он это видел! — Ховард, ты свободен, — мистер Мелтон ясно понял мой взгляд, поэтому, встав с кровати, он схватил Марка за плечо и мягко, но настойчиво, вывел из кабинета.       Я провожал спину парня до того момента, пока за ним не захлопнулась дверь. Все… Теперь я в относительной безопасности. Как только эта мысль пришла мне в голову, я расслабился, а мое сознание начало медленно уплывать. Последнее, что я помню, — это холодные руки мистера Мелтона, который снимает с меня рубашку. И его грустный, проникновенный голос, говорящий что-то о боли.