Переводчица

      – Пожалуйста... Убьёшь его – оборвёшь его жизнь, но и свою тоже. Не знаю, что со мной будет...

***

      Нью-Йорк постепенно погружался в вечернюю дымку. Лучи заходящего солнца, сверкая, отражались в зеркальной глади Атлантического океана, рисуя на ней ровную дорожку необычного цвета.       Тобин устроился на ограждении у побережья океана и был погружён в свои размышления над произошедшим с ним в последнее время, так что он не сразу заметил подошедшую к нему Сильвию.       При виде её на лице мужчины проскользнула тень улыбки, и в ответ он получил тёплую улыбку девушки.       – Ну что там? – первым нарушил тишину Тобин, в глубине души надеясь, что Сильвии всё же удалось избежать наказания.       – Ты сказал, что я не представляю угрозу для общества?       – Солгал.       – Спасибо, – ответила на его откровение девушка, и её улыбка стала ещё шире, – они не поверили.       В глазах мужчины проскользнули тревога и печаль. Он обо всём догадался.       – Меня высылают, – Сильвия уже не улыбалась, а прохладный ветер неустанно играл с её растрёпанными светлыми волосами. – Вот, хотела проститься... Ничего, я еду домой. Мы не успели... Я не успела сказать тебе, как сильно я люблю Африку.       – Мы многое не успели сделать, – поникшим голосом ответил мужчина, и его грустный взгляд будто бы впитывал каждую деталь её лица.       Сильвия впервые за время их разговора опустила глаза.       – У тебя ведь там никого не осталось.       – Я буду вспоминать их, – ответила девушка, и в её памяти мелькнула фотография, где она и вся её теперь уже мёртвая семья вместе и счастливо улыбаются. Она снова смотрела Тобину в глаза, и взгляд его становился всё более печальным.       – Ты бывал в Африке? – попыталась разрядить обстановку Сильвия, и у неё это получилось.       – Много аэропортов, никаких львов, – вспомнил он фразу, которую когда-то сказала ему девушка, и улыбнулся ей в ответ.       Между ними затянулась пауза, которая вовсе не была неловкой. В этот момент они осознавали, как важны друг для друга.       – Когда летишь?       – Завтра.       – Воу, – выдохнул Тобин, опустив голову, и его брови непроизвольно подпрыгнули. Он надеялся, что у них ещё будет время; губы его растянулись в печальной ухмылке. – Да, слушай-ка, а мы ведь больше не “кепэла”*, мы на одной стороне.       – Никогда не знаешь, как всё обернётся, – они снова обменялись улыбками.       – М-да...       – Ты не пропадай, хорошо? – Сильвия неуверенно сделала шаг навстречу и стряхнула несуществующую пыль на его пиджаке.       Девушка собиралась уйти и уже почти развернулась, когда мужчина резко поймал её за руку. Он некоторое мгновение смотрел на их переплетённые пальцы, а потом заглянул ей в глаза:       – Не сомневайся.       В этот момент, наполненный отчаянием и страхом потерять друг друга, все барьеры, наконец, рушатся, и она – уже не свидетель планировавшегося преступления, а он – не полицейский, приставленный к ней для защиты. Их губы сливаются в долгожданном поцелуе, их души ликуют, а в сердцах разливается нежность. И они ясно понимают, что не смогут теперь друг без друга. Она помогла ему оправиться после смерти жены, он ей – добиться наказания для убийцы её семьи. Они с самого начала были вместе, и сейчас им просто не дозволено расставаться.       Именно об этом и подумал Тобин, оторвавшись от желанных губ.       Сильвия лучезарно улыбнулась ему и ушла, не оглядываясь, и Тобин точно был уверен, что сегодня же забронирует себе авиабилет до Африки на ближайший рейс. Пьяно улыбнувшись этой мысли, мужчина сунул руку в карман пиджака в поисках телефона и нащупал прямоугольный картонный лист – билет на самолёт, подброшенный девушкой во время поцелуя.       – Сильвия... – счастливо выдохнул Тобин её отдалённому силуэту и, спрыгнув с ограды, поспешил догнать девушку.