Примерная ученица

Я открыла дверь своей квартиры и пошла в комнату, ничего не замечая вокруг. Мама громко кричала из кухни, видимо пытаясь у меня что-то спросить. Но я не слышала. Все мысли занимал Михаил Александрович. Вот что я за идиотка такая? Зачем я сказала, что это моя брошь? Но главное, поцеловала то я его зачем?! Я занималась самобичеванием и самокопанием около трех часов и совсем не заметила, когда уснула. Утро наступило с противного звонка будильника и голосов с кухни: — Алиса! Сколько можно спать? Ты же в школу опоздаешь. — Да-да мам, уже встаю! Идти в школу не было сил и желания. И как я теперь посмотрю в глаза Михаилу Александровичу? Нет, нет, в школу идти точно нельзя! К тому же сегодня первые два урока литературы. Я умылась, позавтракала, оделась и вышла из квартиры на улицу, твердо решив прогулять школу. Первый раз в моей жизни, кстати. Но как говориться, все бывает впервые. Если честно, я даже не знала куда податься. Мой единственный друг Ваня сейчас загородом и у него наверняка дела, а больше знакомых у меня нет. Поэтому я просто шла, практически не разбирая дороги, и думала о своем учителе литературы. Было ли мне с ним приятно целоваться? Да, безусловно, приятно! Хотела ли я этого? Да, я же сама полезла к нему в том кабинете. Хочу ли я повторить поцелуй? Пожалуй, что да. Не люблю врать сама себе и стараюсь принимать жизнь такой, какая она есть. Это было принципом моей жизни, но сейчас я ставлю под сомнения абсолютно все. Ему за двадцать, а я несовершеннолетняя. Какое у нас с ним может быть будущее? У него уже есть работа, а я все еще учусь в школе и живу за счет родителей. На этих мыслях я остановилась и огляделась вокруг. Я стояла у книжного магазина. На прозрачном стекле висело объявление: "Требуется продавец-консультант" Ну, в общем, я посчитала это знаком свыше и зашла в магазин. — Здравствуйте. — Сказала я, проходя в помещение. Магазин был небольшим, но мне он сразу понравился. Тут было очень уютно и приятно пахло книгами, многие из которых я уже читала. Посетителей было немного, всего три человека. У кассы, за прилавком стояла женщина лет тридцати и приветливо улыбалась, складывая в пакет книги и вручая его клиенту. — Привет. Подсказать что-нибудь? — Спросила она, посмотрев на меня. — Да. Я увидела у вас объявление и хотела бы работать в этом магазине. — Сколько тебе лет? — Семнадцать. — Хорошо, тогда заполни эту анкету и отдай ее мне. Я кивнула и взяла листик. Мне предоставили место в подсобке с хорошим освещением и вполне удобное кресло. С анкетой я справилась быстро, правда боялась, что из-за отсутствия опыта работы меня могут не принять. Я вернула заполненный листочек той женщине, что стояла за кассой. Кстати, я услышала, что именно она является владелицей этого магазина и предпочитает работать, заниматься своим любимым делом. Я всегда уважала таких людей. Она читала с интересом, а потом отложила мою анкету и сказала: — Ты принята! — Правда? — Не поверила я. Женщина тихонько засмеялась и кинула. — Правда. Меня зовут Вероника Семеновна. Твой рабочий день будет начинаться с четырех и заканчиваться в девять. Тебя это устроит? — Да. — Хорошо, тогда выходи завтра. Просто у нас нехватка персонала и лишние руки очень пригодятся. — Спасибо! — Чуть ли не крича, произнесла я и, попрощавшись, выбежала из книжного магазина. Сама не знаю почему, но новой работе я очень обрадовалась. Наверное, в глубине души я хотела доказать что чего-то стою, что могу сама распоряжаться своей жизнью и … что я достойна быть с Михаилом Александровичем. Последнее я быстро выбросила из головы, дабы не портить себе настроение. Только сейчас я поняла, что уже вечер и нужно возвращаться домой. Надеюсь, что родители не узнают, что я прогуляла школу. Я размышляла над этим и еще над тем, как рассказать им, что я теперь буду работать, ведь мама наверняка заворчит и заведет свою шарманку о том, что я это плохая затея, потому что я буду мало времени уделять урокам. Вдруг за моей спиной послышались шаги. Сначала я подумала, что это вполне естественно. Сейчас всего восемь и люди идут на работу. Конечно, я шла по короткой дороге, а тут мало кто ходит, но ходит же. Или нет? Я еще пока плохо знаю эту местность. Черт, неужели опять ввязалась в какую — нибудь историю? Шаги усилились, и послышался голос: — Эй, красотка! — окликнул сзади мужской голос. Я бросилась бежать, уверенная, что это обращение было адресовано мне. И не ошиблась. — Стой! Детка, куда ты так бежишь, мы же все равно тебя догоним! Я ускорила бег, хоть и дыхалка была ни к черту. Нужно было посещать уроки физкультуры! Но поздно сейчас об этом думать. Вдруг я обо что-то споткнулась и рухнула на асфальт, проехавшись коленками и ладонями. Я зажмурила глаза от страха. — Хах, я же говорил — догоним! — Сказал мужской голос, а чья-то рука схватила меня за руку и потянула вверх. — Ну вот, теперь ты поранилась. Нехорошо…- Протянул этот тип и я открыла глаза. Передо мной стояли два бугая. Видно, не трезвые. Они были высокие, в черных кожаных куртках и военных сапогах. От их улыбок хотелось плакать. Впрочем, плакать хотелось не только от этого. Тут один бугай притянул меня ближе к себе и принялся растегивать мою ветровку. — Хватит! Не нужно! Я буду кричать! Но на них это явно не подействовало. Я пыталась выбраться из захвата, но крепкие руки мужчины сдавливали запястье еще сильнее. Оба как-то странно засмеялись и принялись раздевать меня дальше. Куртка оказалась брошена на землю. Второй бугай подошел ближе и залез своей рукой мне под юбку. Я стала вырываться сильнее, забыв про боль в руках, и тут же получила пощёчину. Слезы полились из глаз и начали скатываться по моей щеке. Ненавижу такие ситуации, когда я совершенно беспомощна. Меня сейчас могут изнасиловать два огромных мужика, а я ничего не могу им сделать! Вот, что бесило в этот момент больше всего. — Эй! Отпустите ее! — Услышала я знакомый голос. Из-за уличного фонаря вышел Михаил Александрович. Оба бугая повернулись в его сторону. Первый все еще не отпускал меня, но ослабил хватку. Второй начал наступление, подходя ближе к учителю литературы, но тот почему-то не боялся. Совсем. Когда этот хмырь подошел к нему и замахнулся на Михаила Александровича непонятно откуда взявшейся бутылкой из-под пива, учитель развернулся в пол оборота и ударил его ногой в живот. Когда бугай сложился пополам от боли, Михаил Александрович взял его за куртку и бил в нос, пока тот не отключился. Бугай, державший меня, понял, что лучше не связываться с разъяренным учителем литературы и убежал, толкнув меня на землю. — Ты как? — Спросил Михаил Александрович, подходя ко мне и помогая встать. — Нормально, — пробормотала я, вытирая слезы, — А где вы научились так драться? — Что ты тут делаешь в такой поздний час и почему прогуляла школу? — Спросил учитель, проигнорировав мой вопрос и зло смотря на меня. От этого взгляда по спине пробежались мурашки. — Сейчас вовсе не поздно! Всего-то восемь! А в школу не пошла, потому что вас не хотела видеть…- Честно ответила я. Михаил Александрович стоял с хмурым видом и осматривал меня. Потом, ничего не сказав, развернулся и пошел обратно. Я хотела было сказать ему спасибо за свое спасение, уж больно не хотелось быть в долгу, но его фигура скрылась в тени, а я осталась стоять на месте, не в силах произнести и слова. Не помню, как добралась домой, а помню лишь крики матери и недовольный взгляд отца. После чего меня отчитали за то, что не взяла водителя и посадили под домашний арест. — Мам, я не могу сидеть дома! — А кто тебя будет спрашивать! Ты наказана! — Сегодня я устроилась на работу и не собираюсь халатно к этому относиться. — Что? Какая еще работа?! — В книжном магазине… — Продавщицей?! Тебе что наших денег мало?! Да и на что тебе они нужны? Тебе и так не в чем ни отказывают! Вон разбаловали совсем. — В этом и дело! Я хочу все делать САМА! Без вас! Мама хотела еще что — то возразить, но ее опередил отец: — Хорошо, — сказал он, — можешь ходить на работу. — Толя! Да как же так! Она совсем не … — Начала возмущаться мама, но папа был непоколебим. — Это ее выбор и если наша дочь хочет быть ответственной, то я не вижу в этом ничего плохого. Тем более я свой бизнес тоже с малого начинал. Мама вздохнула и пошла в зал, смотреть телевизор, а папа продолжил читать газету, словно ничего и не было. А вот я еще полночи не могла уснуть, переваривая информацию и все время мысленно возвращаясь к своему учителю литературы… Почему он спас меня? Нет, ну почему спас — то понятно. Он был любого спас, окажись кто на моем месте. Но вот почему он шел к моему дому…? Может, хотел увидеть меня? Нет, бред какой. На кой-черт я ему сдалась? Небось, и видеть меня не желает… Да уж, насыщенный денек! Про таких как я обычно говорят «Стихийное бедствие» или » Мисс тридцать три несчастья» и я не могу с этим не согласиться.