Совпадения случайны

В природе все замыкается в широкую нарядную цепь – неделя рано или поздно кончится, любая жизнь перейдет в иную форму и даст жизнь новым поколениям, клевер накормит нектаром шмелей, а молоко на губах младенца сменит кислинкой старого вина. Микаса смотрела на такие вещи по-взрослому – есть и было, скоро пройдет, значит, нужно смириться. Она быстро привыкала к новым порядкам и не пыталась построить свои собственные – зачем? Для этого в ее мире есть командир Ирвин, капрал Райвель, Эрен и Армин. Как оказалось, справятся и без нее. В ее мир пришла весна – и Микаса старательно пыталась запомнить ее, эту новую весну, когда она внезапно осознала одновременно и свою слабость, и силу. Закончилось ее наказание – женская комната по-доброму встретила ее новым покрывалом на кровати и букетом свежих листьев – цветов пока не было. Саша была рада ее возвращению. Криста даже прослезилась от мысли, что могла бы быть на ее месте – ей тоже запретили участвовать в последней вылазке, и она послушалась. - А не надо было, - сказала она горячо, когда чай остыл, и Саша принялась подчищать все, что не успели съесть. – Если бы там… Если бы я тогда… Имир бы… - Она бы тебе не простила, - серьезно сказала Саша. – Знаем мы Имир. Имир не прощает такие вещи. Имир – это Имир. Ее проще принять и смириться с этим. Скоро мы ее увидим. И всех – их. - Увидим, да, - кивнула Криста. Микаса молчала, вслушиваясь в голоса – за окном Жан торопился закончить уборку, чтобы увидеть Микасу первым – Эрен кричал следом что-то, Армин просил их не шуметь. - Я хочу взять отпуск, - призналась Микаса. – Если разрешат. - Ты? – спросила Саша, - Не шутишь? Она смотрела так, что Микасе стало неудобно – разве так бывает? Ее едва выпустили из архива, за этот месяц она пропахла книгами, волосы стали длинными и тусклыми, глаза не блестят – она не видела Эрена столько времени, и торопится сбежать снова. - Ты шутишь, - сказала Криста. – Так не бывает. Разве тебе не хочется выйти наружу через месяц, когда… - Не хочется, - подумав, призналась Микаса. – Вернее, хочется, но есть то, чего мне хочется сильнее. Туда я хочу попасть. - Домой? – спросила Саша, потому что именно домой мечтала она попасть последний год. - В столицу? – спросила Криста, потому что туда ей вскоре предстояло вернуться. - За город, - выдавила из себя Микаса. – Туда, где можно будет встретить лето… Знаете… Такие места, где можно садить цветы, и где ручей будет бежать неподалеку, а в ручье рыба, можно будет рыбачить и охотиться… Ну… - у нее не хватало ни слов, ни воспоминаний. Саша вдруг заплакала, когда вспомнила свою деревню, Криста испугалась. - Микаса, - тихо сказала она. – Ты хочешь бросить нас? Оставить? Уйти? - Нет, - покачала головой Микаса, - Но я хочу дать им время… Встать на ноги и найти то, ради чего они будут жить. Армину. Эрену. Капралу Райвелю, возможно. - А ты? – Криста нагнулась – и в ее голубых глазах Микаса увидела саму себя, маленькую, в широкополой шляпе, с улыбкой на губах. - А я скучаю по родителям, - призналась Микаса, - Скоро будет годовщина их смерти. Я всегда встречаю ее в строю. Теперь хочу встретить ее похлебкой, какую варила мама. И рыбалкой, как делал отец. Это неправильно?.. Криста с минуту смотрела на спокойное лицо Микасы, слушая, как Саша устало посапывает на ее коленях, покачала головой. - Вовсе нет… - призналась она. – Это лучшее, что ты можешь хотеть в этой жизни. Я знаю, - уверенно сказала она, - Я и сама этого хочу иногда. *** - Я дам тебе увольнительную, - решил Ирвин. – Но в июне. Сейчас много работы, и ты нам нужна. Летом будет чуть проще. Но ты уверена, что тебе так нужен этот отдых? - Я нашла себе подработку, - призналась Микаса, - Тот дом опустел – там жил один из отряда, он погиб. Его семья переехала и сдает дом. Я сниму его и буду за ним ухаживать. Рядом горы, лес… Винтовки у них есть, еда тоже. Река холодная, хотя и неглубокая… - Эрен знает? – спросил Ирвин. Он вдруг подумал, что безумно рад был бы последовать ее примеру. Микасе рано в отставку. Микаса вдруг полюбила спокойствие и тишину. Или кто-то научил ее любить простые вещи? Ирвину предстояло разобраться в этом – но прежде горы, река, лес… - Я сказала, - пожала плечами девушка. – Но он слишком занят. Планирует возвращение к Шиганшину. Сказал, что если сможет, то поедет со мной. - Я про другое, - перебил ее Ирвин, - Он знает, что ты обижена? Что ты разлюбила его? Что ты устала и хочешь все бросить? Не делай из меня идиота, Аккерман. Я за тебя головой отвечаю. И читаю тебя лучше других. Быть может, даже лучше Райвеля. - Эрен – мой брат, и я никогда его не разлюблю, - твердо сказала Микаса, - Я люблю Эрена, Армина, майора Ханджи, вас, капрала, Сашу, Кристу, Жана, Конни и… - Да, ты права, - отмахнулся Ирвин, - Права. Июнь, договорились? Отпущу в июне. Он снова вернулся к бумагам – Микаса вытянулась, глаза предательски заблестели. Ей не понравился его тон, но она читала в нем не равнодушие, а тоску и усталость. Это было близко ей сейчас. Ирвин – был близок всегда. Он заботился об Эрене. И Микаса знала – пока Эрен нужен Ирвину, с ним ничего плохого не случится. - Отпустишь Аккерман? – спросила его вечером Ханджи. Райвель равнодушно пил чай и читал газету. - А что мне делать? – Ирвин отмахнулся. – Она еще ребенок. Быть может, кончит не так плохо, как мы. Замуж выйдет. Тот же Кирштайн пойдет. - Ханджи не об этом, Ирвин, - не поднимая головы, сказал Райвель. – Это не отпуск для Аккерман. Это отставка. Она собирается отпустить Эрена и свое прошлое. Значит, мы потеряем ее навсегда. - Это лучше, чем, если бы ее убили в какой-нибудь вылазке, - сказала Ханджи. Она впервые рассердилась, и выглядела суровой и обиженной. - Что? – не понял Райвель. - Это ты виноват, глупый капрал. Ты и Эрен… - Ханджи встала, у нее не хватало ни слов, ни эмоций, чтобы описать ситуацию. – Она уходит, потому что вы ее унизили. И теперь ей ничего не остается, как признать свое поражение. Это Аккерман. Это не… - Я тоже ношу эту фамилию, - отмахнулся Райвель. – И я ее не отпускал. Отпустил Ирвин. А ты, Ханджи, заткнись, идиотка. И пей свой чай. Он остыл. Он отвернулся, поставил кружку, поправил сапоги и вышел. Ирвин и Ханджи смотрели ему вслед. - Ты задела его за живое, - заметил Ирвин. - Это не я, а Микаса, - с нежностью сказала Ханджи. – За большее, чем за живое. *** Эрен спал – и Микаса осторожно прошла в комнату, тихо села. Конни, Жан, девчонки тихо играли – Армин читал, Микасу все встретили сдержанной радостью. Она села и осторожно прислушалась к дыханию Эрена – не простыл ли… - Вчера выучили новый прием, - коротко шепотом рассказывал ей на ухо новости Армин. – Эрен упал с муляжа. Его новый титан силен. Этой бронью можно будет закрыть дыру в стене. Я уверен. - Это здорово, - сказала Микаса. – Значит, совсем скоро можно будет увидеть подвал его дома… Столько лет, Армин, столько лет… Она осторожно накрыла его ладони своими и сжала их – Армин благодарно прильнул к ее плечу, как маленький. Вчерашние дети смотрели друг на друга – и детство кончилось, и Микаса оставалась той же Микасой, заботливой, надежной и настоящей. - Микаса, - позвал ее во сне Эрен. – Микаса… - Я здесь, - ответила ему девушка. – Я еще здесь, Эрен, - она прекрасно знала, что он не слышит ее, но ей нужно было сказать это – для себя, для Армина. И для Райвеля, стоящего у дверей.