Влюбиться в директора или адепты смерти не сдаются

Спустя полгода Всё шло из рук вон плохо, настолько плохо, что мы с моей лучшей подругой, принцессой клана летучих мышей, самой обаятельной вампиршей школы искусства смерти, коей её признали на конкурсе «ужаса», не выдержав, напились с горя в хлам! И вот мы две, пьяненькие девицы идём по улочкам Ксараха, ступая босыми ножками по каменной дорожке, которая ведет прямиком к школе искусства смерти. Перед нами возвышалось величественное здание из тёмно-серого камня, башенки которого уходили ввысь, витражные окна, переливающиеся яркими красками при лунном свете, каменная дорожка, ведущая к главным вратам школы искусства смерти. Две гарпии застыли каменными статуями возле входа, ярко сверкая красными глазами, осматривая и контролируя территорию, которая была защищена не только высокими воротами с шипами на концах, но и магическим щитом из демонического огня. Каменный двор школы был пустым и безжизненным, издалека виднелся небольшой прозрачный пруд, в котором плескались маленькие золотые рыбки, выпрыгивая из воды и обратно. Вход в сад, охраняемый трёхголовым чёрным, как сама тьма, псом. Прямо за зданием распростёрся лес длиною в километры. Завидев нас, охраняющие главные врата школы трёхголовые псы, недобро так зарычали. Гарпии – наши верные союзники вовремя практических занятий, сверкнули своими красными глазами, как бы намекая, нам с Иви пришёл кибздец! Мы с подругой переглянулись, нервно сглотнули и начали отчаянно придумывать план отступления. Магический щит передёрнуло красноватыми всполохами, что означало проявление магической силы поблизости. Бросив последний раз взгляд на главный вход в школу, из которого, слава бездне, хаосу и всем существующим божествам, никто не выходил нас встречать, мы с Иви приняли одно единственное верное решение – сматываться! Псы зарычали громче, что было нам вовсе не на руку, поэтому мы развернулись, и хотели было уже бежать, как я врезалась в чью-то мужскую грудь, а Иви схватили зашкварник, как котёнка. - Куда-с, - протянул директор школы искусства смерти, а мы с подругой уже начали планировать наши похороны. - Прощай, любименькая школа! Прощай, белый свет! Прощай, Иви! – обречённо произнесла я длинную тираду, боясь взглянуть на магистра. - Не говори «прощай», - так же театрально сказала подруга. – Встретимся в бездне! Решившись, я всё-таки подняла голову, уставившись в серо-синие глаза, в которых виднелся отблеск луны. - Убивать будете? – спросила одна дрожащая адептка, то есть я. - Нет, - издевательски произнёс директор, улыбаясь кровожадной ухмылочкой. – По крайней мере, сейчас точно нет, - мы с подругой сглотнули. - Может н-не надо? – заикаясь, попросила Иви. - Н-надо! – подразнил её директор. – Адептка Дерсон и адептка Лэнг, как же вам не стыдно, нехорошие мои! Ну, не умеете пить и не надо! Ещё и ночью шляются по Ксараху. И что мне прикажете делать, а? – задал риторический вопрос, никак не ожидая ответа. - Давайте мы тихонечко по своим комнатам уйдём, - начала я милым голоском. – И вы нас не будете наказывать. - Хорошо, - хитро улыбнулся магистр. - Я дам вам шанс. Успеете убежать, наказания избежите. Не успеете, будете отрабатывать неделю, нет, месяц в библиотеке. Директор опустил Иви на землю, отошёл в сторону и раскинул руки, мол, бегите. Не знаю, как надо поступать в таких случаях и как поступали в таких случаях другие адепты, застуканные с поличным, но мы с Иви газанули, что есть мощи. Вампирше, как принцессе из клана летучих мышей, удалось это сделать, обратившись в мышку и влетев в окно нашей комнаты, а я пыталась убежать, но передо мной возгорелось синее пламя и меня схватили за руку. Ну, Иви, ну предательница! Я уже смерилась с тем, что буду отрабатывать месяц в библиотеке, а там… Там кикимора болотная. Светлана Всеволодна – библиотекарь школы искусства смерти была злой, с бородавками и вредной такой, а ещё взятки в виде шоколадных конфет любила. Меня она застукала, когда я в запрещённой секции пыталась найти книгу о ментальной магии, по которой, кстати, зачёт завалила вчера, поэтому и напилась! - Дерсон, я вот поражаюсь, - усмехнулся директор, садясь за кожаное кресло. – АЙШАРИН! – заорал он так громко, что я зажмурилась. В комнату вошла секретарша и выжидающе посмотрела на магистра Эллохара. Кто-кто, а она привыкла к его крикам. - Принеси мне крепкого спиртного, - приказал, а Айшарин кивнув, вышла за дверь. – Так, вот, - продолжил он, теперь уже глядя на меня. – С виду вроде приличная девочка, а пьёшь, как мужик, по ночам шастаешь, да незнакомцев в коридорах целуешь. Я покраснела. Вообще после того, сколько мы выпили, я еле соображала, да и на ногах стоять не могла, поэтому даже облокотилась об стеночку. Директор всё заметил и всё понял. - Ладно, иди, - смилостивился он надо мной. - Спасибо, - поблагодарила я, сделала шаг и мне чуть не досталось открывающейся дверью по лбу, если бы не магистр, который успел схватить меня за руку и не дать столкнуться моей пустой головушке с такой же пустой дверью. - Нельзя женщинам пить, - произнёс лорд директор, а у меня уже закрывались глаза. – Не спать, адептка! - М-м-м, - выдала несвязное я и отключилась. «Ярко светит солнце, пробираясь лучами сквозь занавески молочного цвета, которые чуть колышутся при малейшем дуновении ветерка. Кабинет выполнен в светло-коричневых, кофейных оттенках: стол из красного дерева, на котором разложена карта, а на карте помечены какие-то места, раскрытые книги по истории, страницы которых перелистываются, подхваченные ветерком. Книжные стеллажи, заполненные доверху книгами, семейными альбомами. Несколько фотографий, на одной из которых изображена семья, состоящая из трёх человек, стоит на столике. Рядом расположилась точно такая же фотография, только на ней не хватает одного человека. В открытое окно лезет маленькая девочка с двумя тёмно-каштановыми хвостиками. Мужчина, читавший до этого газету, отрывает взгляд и переводит его на дочурку, сразу же улыбаясь. - Лара, для этого же есть дверь, - смеётся мужчина, направляясь к девочке. - Так быстрее, - отвечает она, обнимая отца. - Моя обезьянка, - ласково произносит мужчина, прижимая к себе ребенка, как самое ценное в этом мире. – Непослушная, строптивая и очень вредная обезьянка. Мужчина ставит девочку на пол и направляется к столу, закрывая книгу по всем видам магических существ. Затем отвернувшись, напряжённо смотрит в окно, не замечая, как ребенок внимательно изучает карту, разложенную на столе тёмно-вишнёвого оттенка. Затем поворачивается к ребенку, и девочка поднимает голову, немного щурясь от солнца, светившего ей прямо в глаза. Лица мужчины не видно, лишь высокий силуэт в светлой рубашке и брюках, с такими же тёмными волосами, как и у самой малышки. Его взгляд блуждает по тёмно-коричневой шкатулке, в которой спрятано то единственное, что у него осталось от жены, за исключением маленькой дочки. - Пап, - обратилась девочку к отцу. – Помнишь, ты обещал взять меня с собой на охоту? А как насчёт верховой езды или стрельбы из лука? - Лара, - мягко произнёс мужчина. – Непоседа ты моя! Да, ты совсем отличаешься от своих сверстниц… Не успела она задать вопрос, как за дверью что-то прогремело, заставив взрослого мужчину, стоявшего рядом вздрогнуть. Он быстро открыл шкатулку золотым ключом и, достав оттуда изумрудный медальон, присел на одно колено перед дочерью. - Лара, послушай меня внимательно, - его голос немного дрожал. Было ясно, что мужчина обеспокоен. Расстегнув цепочку кулона, мужчина одел на тоненькую шейку массивное украшение из изумруда. – Однажды ты оставишь в этом мире большой след. Я буду тобой гордиться!» Проснулась, чувствуя, как по щекам катятся слезы. Я прекрасно помнила, что случилось дальше, но вот, что я не помнила, так это того, как оказалась в нашей с Ив комнате, на своей кровати, переодетой в пижаму. - Лара, - обеспокоенно спросила подруга. – Что случилось? – она тут же присела на краешек моей кровати. – Почему ты плачешь? - Кто меня принёс вчера? – хрипло спросила я. - Догадайся, - вздохнула подруга, улыбаясь. - А к-кто переодел? – ой, что-то мне нехорошо. - Ну… - подруга загадочно улыбнулась. - О, бездна! – я откинулась на подушки, закрывшись одеялом по голову. - Так почему ты плакала, - вернулась к первоначальному разговору подруга. – Тебе приснился голый магистр Эллохар? - Если бы мне приснился голый магистр Эллохар, - сказала я из-под одеяла, чувствуя, как щеки заливаются румянцем, от нарисовавшейся картины в мыслях. – Уж, поверь, я бы не плакала! - Да, принц Хаоса воистину шикарен! – мечтательно произнесла подруга. – Мне одна моя знакомая рассказала, что её знакомая переспала с ним. После него ходить тяжело… - Иви, прекрати! – я уже тяжело дышала. Ну, и фантазия у меня! – Сколько время? - Часов пять утра, - ответила вампирша. – Через десять минут подъём и зарядка, - мы обе обречённо вздохнули. - У меня голова болит, - пожаловалась я подруге. – Ещё в горле першит, а тренер сейчас будет гонять кругами, а потом перейдёт к силовым тренировкам, я умру! - Я от одной мысли о тренировках готова умереть, - простонала Иви. Вставать с кровати вообще не хотелось, но переборов себя, я направилась в ванную, чтобы умыть холодной водой моё опухшее от вчерашней пьянки и сегодняшних слёз лицо. Надела спортивный костюм, собрала волосы в небрежный пучок и вышла из ванной, освобождая помещение Иви. Спустя десять минут, как и было обещано, начался подъём всех адептов боевого факультета, чтобы отправить нас на зарядку. Когда вышли, то не удивились тренеру, стоявшему на заднем дворе школы, где ежедневно проходили пытки над нами. Семиминутная растяжка, а дальше пробежка кругами. С тех пор, как я поступила в школу искусства смерти, прошло уже полгода, что не могло не радовать. Всё портила только приближающаяся сессия, некоторые предметы из которой, как и я, так и Иви уже завалили. Поначалу было безумно интересно учиться, я даже часами зависала в библиотеке, пока Светлана Всеволодна пинками не выгоняла меня за двери, громко пыхтя и ругаясь. Моими любимыми предметами были: история тёмной Империи, история Хаоса, теория любовной магии, а вообще это всеобщий любимый предмет женской половины школы. Где, как не на теории любовной магии, расскажут о приворожении противоположного пола, искусстве обольщения и древних любовных артефактах, используемых некоторыми хитрыми дамами, желавшими заполучить себе в мужья известных личностей. Теория боевой магии был основным предметом на нашем факультете, поэтому я его и любила, и ненавидела. Любила за интересность предмета в моих глазах. Ненавидела за то, что после боевой магии энергетических сил практически не остаётся. Предмет, который не любил никто – ментальная магия. У некоторых не хватало магических сил, чтобы читать чужие мысли и влиять на них, а я была против того, чтобы лезть в чужую голову. Но это не основная причина. Профессор Дьяволус, преподающий ментальную магию довольно сильный менталист, славящийся своими способностями, как с лёгкостью прочитать человека, подобно открытой книге. На нашем первом занятии профессор начал считывать наши мысли. Смог прочитать каждого, кроме меня. Пытался много-много раз, даже магистра Эллохара приобщили к этому делу, но ни у того, ни у другого не получалось залезть в мою голову. Я попыталась пошутить, что она пустая, но Дьяволуса такой исход дела не устраивал. В общем, все полгода он не оставлял надежды прочитать меня, но пока у него не получалось. Чему я несказанно радовалась, конечно, втайне от него, а то злить его ещё больше не хотелось. Мы невзлюбили друг друга сразу, поэтому сидеть на его занятиях персональные пытки для меня. Остальные же предметы не вызывали у меня такой сложности, поэтому училась я хорошо, а точнее, была в отличниках. Некоторые преподаватели мной гордились. Кроме Дьяволуса, он завалил весь наш первый курс боевиков, и сегодня после тренировки мы собирались поднять восстание против этой жестокой несправедливости. К слову, четвёртый курс он тоже завалил, поэтому планировалось пригласить и их. - ДЕРСОН! – крик тренера разнёсся по всему заднему двору. – Шевели копытами! – обидно! У меня не копыта, а ножки, причём сексуальные ножки. Копыта у демонов. - Лар, что с тобой? – спросила запыхавшаяся Иви. - Голова раскалывается, - ответила я, тяжело дыша. – Потом в планах ещё восстание, зови своих, кстати. - Восстание? – удивилась подруга. - Ага, - выдохнула я, ускоряясь, потому как бежала я впереди всего отряда. Тренер почему-то решил, что именно я буду возглавлять наш первый курс на всех пробежках и заданиях. – Против ущемления прав адептов школы искусства смерти. - Ого, - только и выдала она, а я продолжала бежать, глядя прямо перед собой. Пробежка закончилась, и все мы приступили к силовым тренировкам. Взяв тяжёлые грузы, заранее приготовленные для нас тренером, я принялась приседать. Мысли невольно возвращались назад ко сну. Это был последний раз, когда я видела папу живым, а дальше всё произошло так стремительно и сумбурно. Диана – лучшая подруга моей матери, а затем и невеста моего отца, успела увезти меня. Мне тогда было около пяти лет. Вплоть до поступления в школу искусства смерти, я жила с Дианой и её сыном Каем от прошлого брака. Несмотря на то, что Диана была подругой моей матери и невестой моего отца, что странно, согласитесь, я всё же любила её. Как только мне исполнилось шесть лет, Диана отдала меня куда-то, где во мне тренировали силу. Хорошо помню, как маленькую шестилетнюю девочку оставляли в подвале на несколько суток, лишая её последней капли достоинства. Могли не кормить днями, принося только воду. Таким образом, меня закаливали. Не люблю вспоминать об этом, потому что сразу слышится свист ветра, и всё тело как будто вспоминает удары хлыста. «Для тебя заготовлена особая роль, Лара, важная роль», - это были слова Дианы, как только я вернулась из того кромешного ада, в который меня насильно впихнули. Именно она настояла на поступление в школу. Сказала, что мне нужно развивать свой магический дар, учиться боевой магии. Вся моя жизнь была сплошной загадкой, решения на которую я не могла найти. Начиная с приказа императора Анаргата Тьера казнить моего отца по подозрению его в заговоре против власти, заканчивая теми пытками, которые пришлось пережить шестилетнему ребенку вплоть до десяти лет. - М-да, - вырвал меня из воспоминаний голос тренера. – Какие-то тухлые вы сегодня, ребятушки. А ещё адептами смерти называетесь. Эх, вы… - вздохнул тренер. – Но ничего у меня для вас хорошая новость. Я изменил программу тренировок и со следующей недели вы нежильцы! Теперь…пошли вон! Ну, и мы ушли, кто куда. Только меня успели подхватить первокурсники, мы договорились устроить саботаж прямо перед дверями кабинета профессора Дьволуса. Естественно после тренировки идти не хотелось, поэтому мы решили разойтись по комнатам, переодеться и свежими, полными сил (шучу, после тренировок, сил не было), идти отстаивать свои права. Когда я пришла, Иви в комнате не было, хотя на зарядке мы были вместе. Быстренько приняла душ, надела униформу школы искусства смерти и направилась на первый этаж. Возле кабинета профессора уже собрался четвёртый курс, потихоньку подходил и первый курс. Решив дождаться остальных, мы начали голосовать, выбирая лидера. Спустя несколько минут споров и ссор, мы начали тянуть жребий, и так вышло, что этим самым лидером стала я. Трескотня в наших рядах первого и четвёртого курсов прекратилась, как только я вышла вперед, оглядывая обстановку. Удивленные адепты, которые до этого шли по своим делам, затормозили, собрались некоторые преподаватели. - Кто мы? – начала я, громко крикнув. - Адепты смерти! – крикнула толпа. - Чего мы хотим? – и снова мой крик разносится по всему зданию школы. Двери кабинета открываются, и оттуда выходит взбешённый профессор Дьволус. - Оценку за зачёт по ментальной магии! – толпа негодовала, толпа злилась и тяжело вздыхала, глядя на всеобщего мучителя, завалившего не один курс. - Когда мы этого хотим? – мой голос был твёрдым, громким и с нотками решимости. - Сейчас! – потребовала толпа, а профессор покраснел от злости. - Вы… Вы… Маленькие паршивцы! – прорычал профессор, крепко сжимая кулаки. – А ну-ка прекратили этот балаган! Никакого зачёта вам, первый и четвёртый курс! Вы у меня по гроб жизни будете пересдавать ментальную магию, ясно? – но обиженные адепты смерти не собирались отступать, пока не поняли, что пришёл нам кибздец. – Я непременно доложу об этом инциденте директору. Мы все и разом вздрогнули, зло уставившись на Дьяволуса. Дьявол, он есть дьявол! - Это несправедливо! – крикнул кто-то из толпы. - Нечестно! - У нас тоже есть гордость! - ЗАТКНУЛИСЬ! – здание сотряслось криком профессора. Мы еле на ногах устояли. – Всё, достали! Живо к директору. Кто у вас тут главный? Все начали оглядываться друг на друга. Я, скрестив руки, наблюдала за этой картиной с усмешкой. Нет у нас главного! Но не тут-то было… - Лара! – крикнул кто-то, а я чуть ли не подавилась, затем закашлялась, а потом начала бледнеть. – Дерсон, мы выбираем тебя, отстаивать наши права перед директором! - Дерсон значит, - как-то недобро проговорил профессор. Я сглотнула ком в горле. – Марш в кабинет к директору! Делать было нечего, бросив взгляд на предателей, я опустив голову, протопала вперед по коридору, понимая, что моя смерть неминуема. В этот момент, как раз заканчивалось занятие по музыке у пятого курса, поэтому какой-то паренёк, взяв скрипку, сыграл похоронную мелодию, а у меня на душе кошки скребли. У меня со вчерашнего дня после того, как нас с Иви поймал магистр Эллохар пьяными, закончилась квота на шалости. Директор обещал наказать, но не наказал, взяв с меня слово, что впредь такого больше не повториться, а сейчас… Сейчас будет кибздец! Всё, Светлана Всеволодна может ждать меня на отработку в библиотеку. Стоп, а почему только меня собственно? Весь первый курс и четвёртый тоже принимали в этом участие, так что никаких я, только мы. В приёмную вошла уверенным шагом, с гордо поднятой головой и нисколько не удивилась, увидев Айшарин, которая сидела за своим столом и попивая чай, вчитывалась в документы. - Адептка Дерсон, - не поднимая головы, усмехнулась дриада. – Что-то вы в последнее время зачастили в кабинет директора. - Не нарочно я, - попыталась оправдаться, но вышло как-то нелепо. – От профессора Дьяволуса я, - печально вздохнула, а Айшарин подняла голову, устремив сочувствующий взгляд на меня. - Ох, деточка, - произнесла дриада. Да, таким голосом, что мне стало жаль саму себя. – Магистр Эллохар сейчас в ярости. В тёмной империи проблемы, с которыми, как и всегда, без него не могут справиться. К нему недавно Тьер заходил, чуть дверь не снёс, гнома учителя не раздавил. - Всё настолько плохо? – у кого-то зародилось любопытство. Ну, то самое любопытство, которое до добра не доводит. Мне, как адептке смерти, такая черта характера автоматически присваивается. – Айша-а-а-рин, - предвкушающе улыбнулась я, направляясь к секретарше директора школы искусства смерти. - Чай будешь? – её глаза блеснули в полуденном свете солнца. – Садись, директор занят пока. Как освободиться, о твоём прибытие доложу. Глядишь и подобреет, но не факт, - да, с настроением магистра Эллохара шутки плохи. Кажется, улыбается, спокоен с виду, а внутри планирует твоё убийство во всей красе. - Конфетки есть? – спросила я, вспоминая вкус шоколада, сортов ягод, которые не росли в тёмной империи, а были доставлены лично из сада его величества властителя ада. – Так, что там произошло? - Ведьмы, - шепотом произнесла дриада сумеречного леса. – Не спокойно ведьмам в последнее время, это может означать только одно… - и она замолчала, глядя куда-то в пространство. Я подошла к ней, а она даже не дёрнулась. Посмотрела туда же, куда был устремлён её взгляд, а потом легонько толкнула. – А! – крикнула она, а я вздрогнула. – Прости, задумалась. Так вот, ведьмам говорю не спокойно. - Да, поняла я, что ведьмам неспокойно, - я села обратно на стул, устремив взгляд любопытно-хитрющих глаз на Айшарин. – Ведьмы вообще существа…крайне неспокойные. Это неудивительно. - Да, что ты знаешь о ведьмах? – усмехнулась дриада. – У магистра Эллохара вообще целая история с ведьмами! – она тут же запнулась, когда поняла, что взболтнула лишнего. - Та-а-к, - протянула я, облизнув губы. – Ра-с-с-казывай! – потребовала от бедной, побледневшей Айшарин одна очень наглая адептка. - Нечего тут рассказывать, - печально вздохнула она. – Одна его сестра, с ней лучше не связываться, на слово мне поверь. Вторая его бывшая. А как он её любил, как любил, - мечтательно произнесла дриада. – Всем бы такого мужчину! – не удивили меня слова Айшарин. Мне Иви неоднократно талдычила о всеобщей любви к директору. - АЙШАРИН! – громко, основательно так, прорычал директор, как будто сам демон ада. – Веди эту безголовую сюда! Безголовая, склонив эту самую голову, вздрогнула и уже без прежнего энтузиазма, с коим отправлялась сюда изначально, направилась к дверям директорского кабинета, откуда были слышны ругательства. Айшарин помолилась за меня своим богам, а я помолилась и её богам, и своим, и всем, всем, всем. Магистр Эллохар не просто знает, что меня сюда направил Дьяволус, но и слышал весь наш с Айшарин разговор. Ничего от него не скроется, тем более в стенах его же школы. Наивная, глупая Лара! Постучав, как полагается правилам этикета, я пошла, сначала просунув ногу, затем руку, потом вторую ногу. Короче выглядело это со стороны, наверное, неприлично, потому как моя попа полезла вперед головы. И вправду, безголовая. - Лучшая адептка первого курса факультета боевой магии, а такая бестолочь! – не слишком радушно встретил меня директор. – Можешь не рассказывать, я и так всё уже знаю. Ну, Тараг, ну погоди! Бедные адепты смерти уже давно на него зуб точат, вот как начнутся каникулы после сессия, ему не жить! - Это нечестно! – вскрикнула осмелевшая адептка, но тут же замолкла под яростным взглядом директора школы искусства смерти, магистра, принца Хаоса, демона, лучшего друга лорда Риана Тьера, мужчины, которого желает вся женская половина школы, да и не только женская. Некоторые парни тоже заглядывались, только об этом даже подумать страшно. - Вы, первый курс, совсем оборзели! У меня так даже двенадцатый курс не буянит, как вы! В назидание другим, назначаю тебе исправительные работы в библиотеке на три месяца, - три месяца, ТРИ МЕСЯЦА! Дохлый гоблин! Невольно вспоминается бородавка Светланы Всеволодны. - М-магистр! – я стремительно лечу к нему через весь кабинет, обхожу стол и чуть ли не падаю на него, споткнувшись. Лорд директор успевает не только встать, но и подхватить падающую на него адептку. Слышно шелест листьев за окном, как дует ветерок, приятно охлаждая разгорячённую кожу, тиканье часов, стрелки которых указывают второй час дня, тяжелое дыхание магистра, обжигающее моё лицо. Я же стараюсь почти не дышать, крепко вцепившись руками в плечи магистра Эллохара и глядя в светло-голубые глаза, в которых отражается блеск солнца, исходящий от витражного окна, переливающегося множеством ярких красок. Сердце бешено отбивает удары, грозя выпрыгнуть из груди, а я зачарованно смотрю на директора, не в силах оторвать глаз. Последний раз, когда я была настолько близко к нему, как сейчас, было ещё в начале учебного года. Мы с Иви поспорили, а я очень хотела выиграть, поэтому и накинулась на магистра, не подозревая тогда, что незнакомец оказался директором школы искусства смерти, где мне предстояло учиться двенадцать лет. Вспоминаю слова Айшарин о том, что он любил. Каков этот мужчина, когда влюбиться? Какого это быть любимой магистром Эллохаром, чьи чувства скрыты под плотной коркой льда? Невозмутимый, серьезный и властный магистр смотрел на меня свысока своего роста, заставляя чувствовать себя слабой. Его руки крепко сжимали мою талию, прижимая к себе. - Эм… - я сделала вздох. – Простите, - и аккуратно отстранилась. Магистр хотел что-то сказать, только вот я не дослушала и выбежала из кабинета, чувствуя, как щёки заливаются румянцем. Айшарин подскочила, удивлённо посмотрела на меня, особенно после таких-то рассказов про любовь к ведьмам у директора. Что это со мной? С детства я всегда находилась в окружении мальчиков, а затем, когда подросла, парней, но никогда не испытывала такую симпатию ни к кому другому. Из приёмной не вышла, а вылетела, столкнувшись прямо с профессором Дьяволусом, которому, судя по всему, надоело ждать одну студенту и решение директора. Кстати, о решении. Печально взглянула в сторону библиотеки и вздохнула. Участвовали в восстании все, а отрабатывать мне. Так, придётся ехать в город покупать фирменные конфеты и пирожные. - Наказал? – спросила Иви, стоило мне открыть двери в нашу комнату. - Ага, - вымолвила я, падая на свою кровь, но мысли крутились вовсе не о наказании, а о крепких мужских руках, сжимающих мою талию, глазах аквамаринового цвета. - Какое наказание? – не унималась подруга. – Вымыть все кабинеты? – я отрицательно покачала головой. – Сгребать опавшие листья в саду? Чистить каменную дорожку, статуи? - Нет, нет и нет, - ответила я на вопросы Иви. – Хуже! Скажу только одно слово, - подруга чуть наклонилась из гроба, приготовившись внимать. – Библиотека! - Ах! – ахнула вампирша, прикрыв рот руками. – Ты какой гроб хочешь? Как у меня серый или чёрный, а может розовый? - Даже не хочу об этом думать, - пробурчала я. – Всеволодна сожрёт меня с потрохами. Три месяца пахать на неё, лучше умереть. - Магистр жесток и он об этом знает, - при упоминании магистра мне стало неловко. – Что с зачётом-то, кстати? - Да, ничего, - ответила я печально. – Будем бегать пересдавать. - Это ещё ничего, - сказала Иви. – Мы вот боевики, нам легче учиться, чем остальным факультетам. У них трупы, расчлёнёнка, теория убийства. Короче ужас! Вот ты знаешь тысячу и один способ, как кого-то убить только с помощью кинжала? - Не-а, - мои глаза расширись от удивления. - Вот и я о том же, а все остальные факультеты, кроме боевиков, знают. Недаром ведь школа искусства смерти, а не какое-нибудь простое магическое учебное заведение. Получается, что основная программа школы направлена, что ли на изучение понятия смерти, так таковой. Естественно за всю жизнь мне ещё не раз придётся убить кого-нибудь, боевики они такие, но чтобы увлекаться этим серьезно, ну уж нет. Тем более, я планировала стать защитником нашего государства, служить на благо и процветание империи, хотя там уж как жизнь занесёт. После восстания, наказания и перспективы пахать три месяца на кикимору болотную, у меня было ужасное настроение, поэтому оставшиеся занятия я пропустила, нисколько не заботясь о том, что и преподаватели могут отыграться на мне за пропуски. Хуже, чем отработка в библиотеке, уже не сможет произойти со мной, но как же я ошибалась. После поездки в город за сладостями для Светланы Всеволодны, я направилась в библиотеку, минуя пустые коридоры школы, которые по-прежнему пугали меня, несмотря на то, что я проучилась здесь полгода. Школа искусства смерти хоть и была роскошной изнутри, но это не означало, что тут безопасно! Из глубины здания, где находились лаборатории, как я знала, исходили жуткие крики о помощи и помиловании. Похоже, кто-то перешёл дорогу магистру Эллохару, раз он решил отдать на растерзание адептам смерти очередного самоубийцу. Пытки здесь дело обычное. В программу каждого адепта входят такие изучения, как способы убийства и пыток, обязательно анатомия, где на живом примере, то есть на подопытных, изучали строение человеческого тела, как снаружи, так и внутри. Школа искусства смерти приютила адептов с разных концов империи, некоторые из которых, как виды, вообще находятся под запретом и таких надо истреблять. Пожиратели, например. Но здесь они могли чувствовать себя спокойно, потому что магистр искренне поддерживал каждого адепта своей школы и за нас стоял горой! На факультете боевой магии не изучали способов убийства, мы скорее на физической подготовке специализируемся, чем на умственной. Каждый боевик должен быть сильным, быстрым и готовым к любой ситуации. Здесь в школе искусства смерти, нас готовят к тому, чтобы уметь не только защититься, но и защищать, что тоже немаловажно. К сожалению, в тёмной империи выдающихся магов женщин практически нет, но это была моя мечта, цель, которую я планировала достичь. Отец всегда видел во мне что-то большее, чем просто девочку, а Диана не зря отдала меня на растерзание чужим людям, чтобы научить меня контролировать собственные мысли, магию, внутренние чувства и желания. Я будущая защитница, а не убийца, но диплом школы искусства смерти мне необходим не только потому, что это малая часть моей цели, но и потому, что именно здесь мне дадут то, к чему я так стремлюсь. Добравшись до библиотеки, я не удивилась двум застывшим гарпиям, которые охраняли вход в святое святых, где есть любая информация, которую только можно пожелать. Помниться у отца тоже была такая домашняя библиотека, где он хранил запрещённые книги. Плюсы есть во всём, даже в моём наказании, потому что я смогу получить те знания, которые запрещены, то есть приоткрыть завесу в тайны отца, которые он унёс с собой в могилу. Папа был зациклен на вымерших магических существах, зачем-то часами изучал их свойства и функции, их создание и историю. У меня всегда была отличная интуиция, но стоило мне вспоминать про отца, странное поведение Дианы после его смерти, как будто она была рада тому факту, что я осталась без родителей. Все это было более чем странно и загадочно. Вся моя жизнь сплошная череда тайна и загадок, разгадать которые я не в силах. До поступления в школу, я старалась не думать о Диане, о прошлой жизни, а сконцентрироваться на своём будущем, но ведь человек состоит из трёх частиц: прошлого, настоящего, будущего. Я плохо помню своё прошлое, запуталась в настоящем и неуверенна в будущем. Моего отца казнили за заговор против власти, только что он такого натворил, что император подписал указ лично? Что скрывал мой отец, поплатившись за это жизнью? Теперь я не просто обязана стать защитником, но и узнать правду о своём отце. Ничего не помню о маме и папе. Единственное, что у меня осталось от них – изумрудный медальон. Я же даже не была Дерсон, это имя мне присвоила Диана, потому как было безопаснее на то время. - Чего встала, как вкопанная? – язвительно поинтересовалась Светлана Всеволодна, чей хриплый, гадкий голос я узнала сразу. - На отработку наказания явилась, - доложила я. - На отработку наказания, говоришь? – она коварно улыбнулась и её бородавка шевельнулась вместе с ней. Пакость, какая! Меня передёрнуло от такого вида, но я старалась смотреть на куда симпатичных гарпий, который тоже были не в восторге от Светланы Всеволодны. – Иди за мной, Дерсон, - звучит так, как будто дьявол зовет за собой в ад. Библиотека школы искусства смерти была нереально огромной. Уходящие ввысь стеллажи, верхушки которых не видно. Приглушённый свет, окон почти не было, так как дневной свет вредит книгам. Читательский зал со всеми удобствами. Меня повели дальше, затем мы спустились вниз по маленькой лестнице и оказались в слегка пыльном помещении, набитым доверху книгами. - Апчхи! – громко чихнула я из-за пыли. - Нечего меня тут заражать! – вредно пробурчала библиотекарша. – Заразу тут разносит, а мне потом болеть. В отпуск никто не отпустит посередине учебного года. Ещё и магистр Эллохар жалование понизил, - сетовала Светлана Всеволодна. Я вдруг вспомнила, что у меня в сумке для неё небольшой презент. - Ой, я и забыла, - я постаралась мило улыбнуться, но выражение лица болотной кикиморы заставило резко посерьезнеть. – У меня для вас подарок, - достав из сумки шоколадные конфеты и пирожные с вальным клубничным кремом – её любимые, вручила Светлане Всеволодне. - Так сразу бы с этого и начала, - недовольно произнесла кикимора. – Сколько времени отрабатывать будешь? - Три месяца, - едва слышно ответила адептка Дерсон. - О-о-о, ну всё, Дерсон, - хитро протянула она. – Можешь сразу селиться здесь! - Кибздец! – не сдержалась я от ругани. - А ну-ка, - она грозно оскалилась, помахав указательным пальцем в воздухе. – Нельзя в библиотеке повышать голос! Все эти книжки разложишь в алфавитном порядке стопками, завтра придумаю что-нибудь ещё, - и ушла, с нежностью обнимая пирожные. Наверняка сейчас пойдёт читать романы, попивая чай и заедая сладким. Взглянув на десяток гор книг, я тяжело вздохнула и поняла, что даже до завтра не успею разложить все книги в алфавитном порядке. Да, что там! Если мне сейчас кто-нибудь предложил помощь, вместе бы мы всё равно не управились до утра. В принципе обмануть Всеволодну можно, она сейчас явно занята. Наверное, погрузилась с головой в недавно вышедший роман о двух брутальных магах и симпатичной гномке. Многим нравиться любовные треугольники, именно поэтому роман имел такую популярность среди тех, кому за тридцать. Хотя, судя по кикиморе, за все сто. Делать нечего, я смирилась и, схватив первую книгу, название которой было «инструкция по приворожению» отсекла её к букве «и». Книга за книгой, я уже выбилась из сил, расцарапала все пальцы от шершавых страничек старых книг, пряди волос постоянно лезли на лицо, выбиваясь из причёски. Швырнув книгу к стопке с буквой «а», я сильно пожелала, потому что прицелилась плохо и стопка, пошатнувшись, развалилась! Дальше хуже, стопки книг стояли близко друг к другу, поэтому разваливавшаяся стопка, упала на соседнюю и так по кругу. Вся работа коту под хвост. Взвыв, я села на пыльный пол и безэмоционально уставилась в пространство, проклиная эту школу, Дьяволуса, директора и Всеволодну. Маникюр был испорчен, руки грязноватые от соприкосновений к старым пыльным книгам. Вдруг откуда ни возьмись в воздухе появилось привидение. Забыв, как вести себя при встрече с призраком, я вскочила с пола и с криками «мамочка», бросилась прочь, только дверь перед моим носом тут же закрылась. - Ну, что за народ-то такой пугливый, - недовольно пробурчал призрак, глядя на меня свысока. Я, сжавшись, стояла спиной к двери, надеясь на спасение. То, что призраки существовали, знали все, а вот встречались с ними редко. – Ни вежливости, ни воспитания. Эх, в моё время, адепты сначала кланялись, спрашивала про погоду, жизнь привиденческую, а уже потом уносили ноги, зато как уносили! Что стоишь, глазами моргаешь, горе луковое? – ехидно вопросил призрак. - Вы кто? – сглотнув, спросила я. О, кажется, голосок проснулся! - Как, кто? Слепая, что ли? Приведение, дух, призрак, называй, как хочешь. Только не бабайка, умоляю. За «бабайку» казню через четвертование. Тебя как звать-то? - Лара, - представилась я, а затем вспомнила про этикет и задала встречный вопрос: - А вас? - Яков, - дух галантно поклонился, а у меня глаза до размера чайного блюдца увеличились. – Лара, каким судьбами здесь? Забыв про весь страх от встречи с духом, я печально скатилась вниз по дверце и, подняв голову, сначала решила рассмотреть духа повнимательнее. Серый, прямо как пыль в этом складе отработавших своё книг. В том, что он мужчина или был некогда мужчиной, я сомневаться не стала, и так всё видно. Длинные волосы, некоторые прядки заплетены в косички, в которых словно вплетён бисер или украшение. Чем-то похож на пирата, только одеяние не соответствует. - Нравлюсь? – насмешливо поинтересовались у меня о своей персоне. Не до шуток мне сейчас, не до шуток. У меня вон стопки книг, которые я с таким усердием расформировывала, упали. - Да, какой там, - отмахнулась я. – Меня сюда наказание отправили отрабатывать. Три месяца и я присоединюсь к вам! - Неплохая идея, - улыбнулся дух, но получилось жутковато. Вместо зубов острые клыки. – У нас хорошо, присоединяйся. Будешь с нами летать, да адептов пугать. Знаешь, как смешно наблюдать за вашими рожами, когда вы шугаетесь, - и призрачно заржал. - Спасибо за приглашение, но мне как-то жить больше нравится, - я натянуто улыбнулась. - Ну, как хочешь. Ох, дитя, может тебе, чем помочь? Жаль мне тебя, - чтобы дух кого-то жалел, разве такое возможно?! - Нет, - поспешно отказал я, поднимаясь с пола. – Сама как-нибудь. - Хранитель библиотеки я, - дух укоризненно покачал головой. – Сюда редко кто приходит, вот мне и скучно, а тут ты, ещё и на три месяца. - Что вам от меня надо, уважаемый? – я упёрла руки в бока, глядя на привидение. - Помочь хочу, девонька, - бескорыстно произнёс Яков. - Знаю я вашу помощь, - язвительно пробурчала я. – После такой умирают! - Гордая! – с усмешкой протянул дух. - Чем и горжусь! Всё, давай лети там по своим делам, а мне не мешай. Обиженно показав язык, ну или то, что от него осталось, Яков испарился, словно его здесь и не было, а я принялась заново восстанавливать стопы упавших книг. Призраки, привидения и духи совсем отличались друг от друга по классификациям и разному роду деятельности. Конечно, было у видов кое-что общее – все они когда-то были живы и умерли, а вот как умерли уже другое дело. Духи по сути своей добрые, часто помогают по хозяйству, прямо как домовые, некоторые из них становятся хранителями. Сейчас в тёмной империи духов не так много, но есть даже вакансии на разные рабочие места. Духи умирают естественной смертью, и им предоставляется возможность уйти за грань, туда, куда уходят многие и откуда не возвращаются, либо вернуться в материальный мир, но потерять тело, хотя взаимодействовать с предметами духи могут, но не все. Для этого нужна большая сила, которую может даровать духу его хозяин, если таковой есть или поделиться силой какой-нибудь маг. Более того, духа можно вернуть к жизни, но и на это способны лишь несколько человек. Уверена, магистр Эллохар так может. А вообще, что это я о нём вспоминаю!? Так, Лара, не отвлекаемся на этого голубоглазого, высокого и властного… Бездна! Почему в последнее время я часто думаю о нём? Пожалуй, и на этот вопрос я не могла дать себе ответа. Призраки недобрые и незлые, они нейтральные, никому не подчиняются, никого не слушаются. Чаще так случается, если человек умер не своей смертью: убийство или самопожертвование, но смерть признавать не хочет, то он возвращается назад, чтобы закончить все незаконченное. Если к вам явиться призрак – это первый признак того, что ваша жизнь круто измениться, вы в опасности и вообще скоро вполне можете присоединиться к своему призрачному дружку. Призраки не могут взаимодействовать с материальном миром, они беззвучны и не могут разговаривать. Вечно молчаливые, тоскливые и замученные бесконечными блужданиями меж миров. Помочь таким невозможно. Когда призрак закончит своё дело, он уйдёт сам. Привидения же, наоборот, являются сущим злом! Гадкие, мерзопакостные и злобные, они любят гадить и мечтают подчинить себе мир. Как и предыдущий вид, умирают не своей смертью. Скорее всего, при жертвоприношениях, потому что привидения, как при жизни были желчные, так и после злобные. Наверное, это к лучшему, что привидения не могут взаимодействовать с материальным миром, иначе ситуация стала бы плачевной, но даже отсутствие физической оболочки не мешает им пакостить. С помощью ритуалов чёрной магии, какую не преподают в тёмной империи нигде, даже в школе искусства смерти, привидение можно подселить к человеку в качестве второго жителя или вовсе сделать так, чтобы злобная тварь завладела разумом своего инкубатора. - Бу! - услышала я за спиной. - А-а-а-а! – проорала испугавшаяся адептка, чувствуя, как позвоночник покрывается ледяными мурашками. – Яков, вы дурак или просто издеваетесь? – мрачно спросила я у явившегося духа-хранителя библиотеки. - Второе, - оскалившись (пардон), улыбнувшись, ответил мне дух. Просто у него улыбочка, как оскал. Ужа-с-с! – Я смотрю, ты без дела не сидела, - головой он указал в сторону высоченных башенок из книг. – Как ты тут без меня, развлекалась? - Ага, - вымученно скорчила лицо я. – У меня тут такая тусовка была. М-м-м, двенадцатый курс может только позавидовать, честно слово! Книги и я, я да книги. Посмотри на меня, Яков, я похожа на ту, кому было весело? Дух уставился на меня, едва сдерживая смех, а все потому, что у меня на голове сейчас творилось такое! Волосы превратились в какой-то веник, ногти на руках сломались, одежда в пыли, лицо тоже, кстати. - Хотел бы я сказать, что ты выглядишь отлично, но… - Но, что? – я схватила ближайшую книгу, готовясь пульнуть тяжеленный томик в надоедливого хранителя. - Лар, Лара, ты чего? – обеспокоенно спросил дух, отлетая от меня подальше. – Обиделась, что ли? Так я ж по делу к тебе, - Яков примирительно выставил руки перед собой, мол, сдаётся. Я уже упоминала о том, что духи в отличие от призраков и привидений могут контактировать с материальным миром, соответственно и чувствовать, ощущать. Вот, к примеру, если кинуть том в духа, ему будет больно. Какая я кровожадная, однако! - С чем пожаловал? – грозно вопросила я у Якова. - Вижу, ты устала, - многозначительно протянул дух, оглядывая меня с головы до ног. – Ещё и грязная вся, - я всё-таки не выдержала и запульнула книгой в духа. – Ай, идиотка! – книга пролетела сквозь него, но некоторый дискомфорт причинила. – В школе есть одно тайное место, я как дух-хранитель о таком знаю, пришёл тебе поведать. Слово «тайное» и всё моё раздражение, как рукой сняло. Любопытненько! - Какое? – с видом озверевшего искателя приключений, произнесла я. - Ой, я смотрю, у кого-то глазки заблестели, улыбочка на лице… Ладно, ладно говорю! – заорал дух, как только увидел, что моя рука потянулась ко второй книге. – Идёшь в восточную часть школы… - Нет, - безапелляционно заявила та, кто дорожила своей жизнью. – Я. Туда. Ни ногой, - восточная часть школы искусства смерти, как ад, там общежитие запрещённых видов магических существ в тёмной империи, а оно мне надо. Вот, и я говорю, что нет. - Да, ты дослушай, хотя бы, - дух посмотрел на меня, как на чокнутую. – Там внизу, после лабораторий… - Да, ты сдурел, что ли? – ошарашено крикнула я. – Мне эта идея уже автоматически не нравится. - Бездна, дайте этой девчонке мозгов! – дух поднял глаза куда-то в потолок, а затем вспомнил, где находится бездна и опустил взгляд в пол. – ДОС-ЛУ-ШАЙ до конца! – рассердился хранитель. – У магистра Эллохара есть личная купальня, в которую ни он, никто другой не заходят. В этой купальне уже долгое время никого не было, вот там ты и можешь расслабиться, отдохнуть, как говориться. - Ванную я могу принять и в своей комнате, - устало ответила я, не желая тащиться в такую даль, тем более там опасность за каждым углом. - Твоё право, - выдохнул Яков. – Смотри, не пожалей, - и растворился в пространстве, оставляя меня одну. Из библиотеки вышла, волоча ноги по полу, сгорбившись и сонно оглядываясь по сторонам, при этом зевая. Светлану Всеволодну не застала, зато услышала: - Ну, кто так насилует! – восклицала она. – Сначала надо снотворного, а потом к кровати наручниками привязывать! Мотнув головой и скривившись, я быстренько выбежала за масштабные двери библиотеки, на которых был изображён герб школы искусства смерти. В голове тут же нарисовалась картинка, как кикимора, подсыпав снотворного какому-нибудь бедняге, приковывает его наручниками к изголовьям огромной двуспальной кровати. Как только тот очнётся, у него гарантированно случиться инфаркт, но это уже совсем другая история. Охраняющие вход гарпии спросили, почему я задержалась, но у меня не было сил даже ответить. Мой измученный видок, как будто меня отколошматили веником, сказал всё за свою хозяйку. Библиотека находилась в центральной части школы, общежитие боевиков было в западной части, а общежитие запрещенных магических существ в восточной. От библиотеки топать ровно столько же, сколько и до своей комнаты. Только если до своей комнаты я могу добраться, то до купальни вряд ли. Тщательно всё осмыслив, взвесив все «за» и «против», подсчитав плюсы и минусы, я пришла к выводу, что идти в восточную, а по совместительству самую опасную часть школы, неразумно. Поступила так, как поступала всегда, плюнула на разум, послушалась любопытства и рванула в направлении к восточной части. Чем ближе подходила, тем отчётливее видела сильные преображение в обстановке: тёмно-бардовые, как кровь, стены, недостаток света, точнее, свет был, но только в начале коридора, а дальше сплошная тьма, в которую я несмело ступила. За спиной то и дело чувствовалось чьё-то чужое присутствие. У меня даже волоски на шее встали дыбом! Окон в восточной части не было, это, наверное, для того, чтобы не сбежала очередная жертва или подопытный. У нас в школе искусства смерти не только квота на пакости и шалости установлена, но и на убийства. Хотя, для кого-то убийства и есть маленькая такая шалость. Издалека послышался приглушённый волчий вой, что было крайне странно, оборотни в этой части школы не живут. Я продолжала идти, внимательно прислушиваясь к посторонним звукам, коих здесь было предостаточно и все они издавались с особой периодичностью, чтобы напугать посетителей. Сюда боялись приходить даже преподаватели, за исключением магистра Эллохара, а вот Дьяволус в восточное крыло точно ни ногой. Он же половину факультетов по менталке завалил, сейчас ходит дрожит, да директору стукачит. А стукачей, как известно, никто не любит, особенно мстительные магические существа, вроде пожирателей, троллей, демонов и прочих. Резкий крик заставил меня вздрогнуть, но не успела я моргнуть, как прямо передо мной открылась дверца чьей-то комнаты и оттуда, держась за дверные косяки двумя руками, на меня посмотрели умоляющим предсмертным взглядом. При этом незнакомого кто-то усиленно тянул назад. - Помогите! – кричал этот бедняга. - Куда!? Держите его, я ещё не успела изучить влияние демонической урины на печень! - Мне его сердце, я слышал, оно бьется, даже если его вырвать из грудной клетки! - М-мамочка! – неслышно прошептала я, глядя, как незнакомца со всей силы затаскивают обратно, а потом дверь захлопнулась, оставляя меня в темноте, но не факт, что одну. - Му-ха-ха-х! – злобно рассмеялся кто-то из соседней комнаты с левой стороны, а затем прокашлялся, подавившись слюной: - Кхе… Кхе… Я поняла, что пора уносить ноги, причём не обратно, а скорее в купальню, потому что зря что ли шла, получается. Подобно ночному ниндзя, я шагала по коридору госпожи тьмы, мысленно проговаривая вперед и только вперед. Даже была идея спеть песенку, но услышать могут, так что я эту идею сразу отбросила. Впереди показалась полоска света от автоматического огненного факела – дорогая вещь, кстати. Как и говорил Яков, я спустилась вниз по лестнице, минуя лабораторию, а затем и школьный морг. Вход в купальню никем не охранялся: ни каменных статуй, магически заколдованных, ни привычных гарпий, ни даже верных директору чёрных костлявых псов. Величественные серые двери из мрамора, на которых изображены несколько змей, переплетённых друг с другом и застывших в одной позе. Похоже на замок. Ну, и как Яков мне предлагал здесь искупаться, если двери купальни магически заперты. То, что заперты они именно с помощью магии, я почувствовала сразу. От дверей так фонило энергией, словно они были живыми. Медленно подошла и провела рукой по мрамору, чувствуя под собой приятную прохладу. Прикусив губу, как ребенок, я начала проводить пальчиками по змейкам, ощущая тепловатые покалывания в ладошках и до кончиков пальцев. Змейки как будто ожили и начали уползать, а вместе с тем раскрылась и сама дверь, впуская меня внутрь. До этого мне не приходилось видеть купальню, поэтому, когда я зашла, то остановилась, как вкопанная, глядя на помещение. В купальне не было огненных факелов, светом служила луна, пробивавшаяся сквозь огромные, уходящие в потолок, витражные окна, на которых была изображена плескающаяся русалка. Существо столь же древнее, как сама бездна и хаос. Длинные волосы, прикрывающие грудь, чешуйчатый хвост зеленовато-голубого оттенка, как море, только зеленого больше. Длинный бассейн, наполненный водой до краёв. Теперь я поняла, почему Яков настоятельно рекомендовал сходить расслабиться сюда. Сняв с себя школьную униформу, я с разбегу прыгнула в воду, которая оказалась тёплой и как по волшебству появились мыльные пузыри, образовывая пену по всему бассейну. Это было по-настоящему сказочно плавать в бассейне, чувствуя, как тёплая вода приятно ласкает обнажённую кожу и смотреть на пробивающуюся сквозь окна луну. Безмолвная русалка взирает на меня, словно контролирует и охраняет помещение. Мне даже не хотелось возвращаться обратно в те жуткие коридоры восточной части, потому что здесь я чувствовала внутренне душевное спокойствие и умиротворение. Послышись чеканные шаги каблуков и я вздрогнула, испугавшись. Ну, Яков! Почему все духи-хранители, что Тараг, что Яков такие вредные вруны?! Отплывая подальше в конец бассейна, откуда меня будет не видно при всём желании, я спряталась, приготовившись наблюдать. Мои вещи, оставленные на полу, лежали незаметно, поэтому я не волновалась, что меня могут засечь, а вот если наведавшийся решит искупаться, мне кибздец! Я к тому же ещё голая. Гархен, а как мне ещё нужно было купаться, в одежде что ли… Того, кто зашёл в купальню, я не просто увидела, я сразу поняла, кто это. Значит, магистр Эллохар сюда не заходит… Ну, Яков, сволочь призрачная! Он быстрым движением снял верхнюю одежду, а я начала нервничать, но не в силах оторвать взгляд от зрелища. На пол полетела чёрная рубашка и длинные светлые волосы заструились по спине. Сглотнув, я отчаянно начала искать выход из сложившейся ситуации, даже по воде заметалась. Так, выход во-о-о-н там, но туда нельзя, там Магистр. Запасного выхода здесь нет, разве что в окно. Хотя, не вариант, я ж нагая, а одежда на полу возле входа. Меж тем, директор уже снял брюки, движение рук и… на пол упали трусы. С величайшим трудом сдержав вскрик, я нырнула под воду, стараясь успокоиться. Голый магистр Эллохар ещё сексуальней, чем одетый. Ну, это логично, конечно, но какой у него… Поглоти меня, бездна, я никогда не смогу забыть это зрелище! - Адептка Дерсон, - прозвучал насмешливый голос позади меня. Я бы грохнулась в обморок, только мне этого не дал сделать магистр Эллохар, вовремя подплывший и прижавший к своей груди. - Л-лорд директор, - дрожащим голосом произнесла я. - М-м-м, - сладко протянул директор, отчего внизу живота сразу же появилась приятная боль. Руки магистра крепче прижали меня к себе, а затем одна, прекратив сжимать, обхватила мою грудь. - М-магистр! – возмущённо крикнула. – Ах! – не сдержалась я, когда настойчивые губы директора поцеловали меня в шею. - Лара, Ларочка, - хрипло произносил моё имя магистр. - Уважаемый директор, - магистр на мгновение замешкался и я тут же отплыла от него, поворачиваясь к мужчине лицом. – Что вы делаете? – но тут же поняла, что директор был пьяным, судя по мальчишеской ошалевшей улыбке. - Пришёл в свою купальню, а тут плавает одна адептка, причём без разрешения, - одна адептка тут же покраснела. – Прелесть моя, вот только не надо стесняться. Мы взрослые люди, почему бы и нет. - Я… Я… Эм… Я не такая! – в долю секунды мужчина оказался рядом со мной и прижался в страстном поцелуе к моим губам. Я честно, насколько мне позволяло воспитание, начала сопротивляться. Пыталась оттолкнуть, да силёнок не хватило. Колотила его по груди, при этом вырываясь из цепких объятий, так директор сжал настолько сильно, что мне стало не хватать воздуха и я расслабилась, поддавшись зверскому натиску магистра Эллохара. Невольно руки как-то сами сжали его плечи, а ноги под водой обхватили талию. Бедрами я чувствовала его желание, судя по напряжённому…кхм…короче, чувствовала и все! Зарывшись руками в мои волосы, он углубил поцелуй, заставляя громко застонать, отчего в помещении появилось эхо моего возбуждённого девичьего стона. Разом исчезли из головы все мысли, оставляя меня с одним единственным желанием - отдаться его воле, его рукам и губам, а может и не только им. Поздно поняла, что поступаю так, как не свойственно леди и этику в целом, а ещё своду школьного устава, придуманного и заверенного лично директором. Получается, он сейчас тоже нарушает правила. Ай, какие к демону правила! Мы подплыли к бортику, на который я облокотилась, а директор начал спускаться губами ниже с шеи, целуя ключицы, грудь. Я же крепко цеплялась за него, закрыв глаза. Почувствовала, как мужчина отстранился, а когда открыла глаза, наткнулась на строгое лицо магистра Эллохара. - Смотри на меня! – хрипло приказал мне, заставив вздрогнуть и резко опомниться, что я как бы сейчас нахожусь в купальне директора школы искусства смерти, плаваю голой вместе с этим самым директором, который собирается перейти к более активным действиям, чем просто поцелуи и поглаживая. - Отпустите меня, - тихо потребовала, глядя на сердитое лицо мужчины из-под опущенных ресниц. - Нет, - холодно ответили мне. Испугавшись, я подняла затравленный взгляд на магистра, чьё лицо сейчас выражало полнейшую невозмутимость. От прежнего опьяненного чувства ошалелости не осталось и следа. – Ты же сама этого хочешь, - прошептал он, опаляя меня дыханием. - Пожалуйста, - стараясь скрыть страх, попросила я. – Вы меня пугаете. - Ты думаешь, я смогу сейчас тебя отпустить? – издевательски спросил директор. - Но я не хочу, - захныкала я. Хочу, на самом деле хочу, просто это было неправильным. - Врёшь, прелесть моя, - губы магистра начали посасывать мочку моего уха, заставляя тело дрожать. Гад! Нашёл слабое место на моём теле. – Ты забыла, что я демон, а демоны, милая, чувствуют желание женщины. - Магистр, вы пьян! – попыталась вразумить я мужчину. - Это нисколько не помешает процессу, обещаю. От тебя требуется расслабиться, остальное сделаю сам. - Отношения между адептами и преподавателями, а уж тем более директором, строго запрещены уставом, - панически пролепетала я, понимая, что сморозила такую глупость. - Я это устав написал, - выдохнул Эллохар, целуя и покусывая мою грудь. – Я же могу его и отменить. Гархен! Остался последний козырь. - Я девственница! – выкрикнула я и ведь нисколько не вру. - Спорить не буду, - подняв голову, он хитро улыбнулся. – Будет нелегко, я уже давно не был с девственницей, но обещаю быть нежным. - Я храню невинность до брака! – упрямо продолжала настаивать на своём. - Ладно! – раздражённо сдался мужчина. – Марш отсюда! На глаза мне не попадайся в ближайшие дни, иначе… - Иначе, что? – спросила я, сглатывая ком в горле. Правду говорят, нельзя возбуждать мужчину и оставлять его ни с чем. Ну, так я и не возбуждала! - Иначе, адептка, - повторили для меня. – Я уже не остановлюсь!