.Between.

      Вопреки нежеланию Джерарда, зима все-таки наступила. Солнце едва появлялось на горизонте, но тучи сразу же лишали людей его тепла. Хмурое небо, Джерард был готов выть от ненависти к данному времени года. Он боялся, что его Ангелу сейчас также плохо: в последние месяцы Фрэнк был сильно опечален чем-то. Джерард старался сделать для него хоть что-то, но парень как будто не замечал заботы классного руководителя. А многое одноклассники уже давно поняли, что неспроста учитель рисования устроил вечеринку в классе в Хэллоуин.       Джамия начала отдаляться от Фрэнка. Конечно, девушка этого не хотела, но черлидерство, предметные олимпиады, проектная деятельность. Она просто не могла оставить хоть немного времени в своем сумасшедшем графике для Фрэнка, которого все время тянуло к музыке. Он проводил часы с Майки, играя и сочиняя. Но для Фрэнка Джамия была спасательным кругом: пока он любит Джамию, он не любит Джерарда. Страдать от неразделенной любви к учителю не было в его планах.       Майки был счастлив – он нашел друга. Точнее даже двух: Фрэнк и Джерард стали для подростка родными людьми. И он единственный, кто догадывался о взаимности чувств его друзей. Только вот как сделать так, чтобы они признались? Пит и Патрик готовили детскую для маленького Деклана. Оказалась, что однополым парам не очень-то охотно отдают детей из детских домов. Но Пит буквально сражался за право быть папой Деклана, и со дня на день должны были быть готовы последние документы, подтверждающее усыновление. Патрик никогда не видел столько нежности в глазах Пита. Просто он не мог видеть, как завуч смотрит на обнимающихся Деклана и Патрика.       В кабинете рисования сегодня было необыкновенное оживление: 10 «В» готовились к празднованию Рождества. Венки из омелы, маленькие фигурки Санта Клауса, праздничные салаты и яркие наряды. Каждый поделился с классным руководителем праздничным настроением, благодаря чему Джерард смог избавиться от раздирающей его изнутри ненависти. У учителя зазвонил телефон, Джерард вышел из кабинета, чтобы ответить. – Да, Пит. – Джи! Деклан! – Завуч почти задыхался от восторга. – Он с нами! Мы с Патриком теперь его официальные папы! – О, поздравляю! Это отличная новость. Надеюсь, Патрик счастлив. – Ага, мне кажется, он до сих пор не поверил, что все десять кругов ада с усыновлением позади. А ты в школе? Каникулы ведь. – Да, мы отмечаем Рождество. – От меня поздравления 10 «В». – Обязательно передам. – Ладно, я побежал к семье, - учитель буквально почувствовал, с какой нежностью говорит завуч о дорогих ему людях. - Пока. И с Рождеством! – Еще раз поздравляю, хорошо проведите время!       Джерард шагнул в дверной проем и столкнулся с невысоким парнем. Это был Фрэнк, так близко, сознание унеслось в космос, и сквозь пелену в голове, как будто издалека до слуха доноситься голос вездесущего Майки: – Они столкнулись под омелой. Они должны целоваться. Это традиция! Пусть целуются. – Оба парня подняли глаза вверх. Действительно, прямо над ними вход украшал венок из омелы. – Эта старая традиция, Майки. – Старалась помешать поцелую Джамия, но большинство одноклассников поддержали Майки. И класс, как стены Колизея, наполнился криками. Парни и девушки скандировали: «Целуйтесь!»       Джерард медленно наклонился к лицу Фрэнка и заботливо коснулся губами его губ. У парня сорвало крышу, это было именно то, чего он так страстно желал на протяжении долгих месяцев. Он целовал учителя и не мог остановиться. Миллионы искорок фейерверка зажигались и сгорали, даря непередаваемое наслаждение. Мозг пускал по всему телу электрические разряды, оповещая каждую клеточку о самом прекрасном действе в жизни Фрэнка. Двое влюбленных, которые так боялись высказать все то, что в них копилось и бурлило, сводило с ума, оказались в вакууме, сейчас важны лишь только такое родное лицо, теплые губы и их единство. Выбегая из кабинета со слезами на глазах, Джамия толкнула Фрэнка плечом. Но ни Фрэнк, ни Джерард не могли разорвать поцелуй. – Эй, ну хватит уже! Вы сожрете друг друга. – Закричал кто-то. Джерард нехотя отстранился, Фрэнк еще было потянулся губами за поцелуем, но учитель отошел к Майки, стараясь скрыть счастливую улыбку, хранившую тепло поцелуя. – Можете не благодарить, – заговорчески с улыбкой на лице прошептал Майки. – Спасибо, – тихо ответил Джерард.       Фрэнк выбежал из класса. «Идиот, нельзя было допускать этот поцелуй, теперь он поймет, что тебе понравилось, и будет думать, что ты влюблен в него. Еще и Джамия все видела, теперь у тебя точно нет девушки». – Фрэнк, – кто-то окликнул парня на полпути к огромному оконному проему. Парень повернулся и увидел спешащего к нему Джерарда. – Давай поговорим. – О чем поговорим? – Фрэнк резко остановился, а Джерард наконец-то смог его догнать. – О том, что ты мне нравишься? О том, что я думаю о тебе с гребанного сентября, и ты никак не хочешь выходить из моей головы? – Кричал Фрэнк, еле сдерживая слезы и признавая свое окончательное поражение. Парень набрал воздуха, готовясь нанести сокрушительный удар своей гордости и признаться Джерарду. – О том, что я не хотел, чтобы этот поцелуй заканчивался? О чем ты хочешь поговорить? – Все хорошо, – Джерард ласково провел рукой по щеке парня, зарываясь второй в отросшие волосы. – Я тоже не хотел, чтобы наш поцелуй заканчивался. Все хорошо, – нежно шепчет учитель, прижимая ученика к себе и вдыхая его аромат, стараясь запомнить этот запах, пьянящий не хуже крови. Кто бы мог подумать, что аромат кофе может вызывать такой эффект. – Я люблю тебя. – Горячо шепчет Джерард, и Фрэнк растворяется в этом бесконечном тепле близости любимого человека, в этих поцелуях куда придется и в таких простых долгожданных словах, что дороже любых драгоценностей мира.