А вДРУГ?

      – Эскурра! – громкий и четкий голос старосты разносится в конце коридора. – Томас Эскурра!       Блас был в бешенстве. Он узнал о новых ночных похождениях двух друзей: Эскурры и Бустаманте в свою смену. Хорошо еще директор ничего не заметил.       Поймав малолетнего юнца за воротник, Эредиа оттащил его на пару метров назад.       – Эскурра, ты долго будешь бегать от меня? – староста. Блас не сводил грозный взгляд и все тщательнее продумывал свой план. – Пойдем сразу к директору или ты мне объяснишь, где вы были с Бустаманте вчера ночью? Да и судя по всему в нетрезвом виде, учитывая, сколько банок из под пива стоят в комнате.       Томас переводил взгляд, думая как спастись, и случайно заметил дочь директора, которая мирно писала лекции.       – А сеньор Дунофф меня лично отпустил, – отчеканил Томас и усмехнулся, заметив как лицо старосты поменялось, но тут же напрягся, потому что Эредиа схватил его еще сильнее.       – Ты думаешь, я совсем идиот? Дунофф никому не подписывал пропуска, и меня об этом предупредил, – Блас яростно сверкнул глазами и усмехнулся. – Так что Эскурра не вяжется сказка...       – Так мы встречались здесь с его дочерью Пилар. Она девушка очень стеснительная и её отец попросил меня за ней присмотреть, – сделав героически вид, парень убрал руки старосты с себя, понимая, что поселил в нем тень сомнения.       Эредиа перевел взгляд на Пилар. Он, конечно, не верил, что директорская дочка стала встречаться с таким идиотом, но все же.       – Хорошо, иди, я разберусь еще с этим. И с Бустаманте тоже.       – Я бы на вашем месте не стал говорить с директором. Вы же знаете, как он не любит, когда лезут в его семью, – Эскурра быстро развернулся и постарался удалиться, пока Блас не наказал его ещё за что-нибудь.       Эредиа старался сохранять спокойствие, но с каждым словом этого слащавого юнца выходил из себя. Сжав кулаки, Блас выдохнул, и уже хотел было назначить наказание парню, но тот быстро удалился из его поля зрения.       Бласу было абсолютно плевать, что подумает директор или ещё кто-то, но мысль о том, что Пилар связалась с Эскурра не давала ему покоя. Он знал как эти богатенькие придурки используют таких, как она, в своих целях. Что это было, Эредиа не мог объяснить, но в нём проснулось чувство старшего брата к сестре, которую он захотел защитить.       Подойдя к девушке, он заглянул в тетрадь.       – Не вовремя пишете сеньорита Дунофф, – резко сказал Блас, и девушка подпрыгнула на месте от неожиданности.       – Я ничего не делала, – спокойно сказала Пилар и закрыла тетрадь, собираясь встать и уйти.       – Это мне решать – делала или нет, – вновь рявкнул на нее староста. Он не хотел разговаривать так с ней, но чем больше думал о связи Эскурры и Пилар, тем больше выходил из себя. – Вставай, пройдем в одно место. Ты наказана.       – Что?! – возмутилась Дунофф. – Я никуда не пойду! Меня не за что наказывать.       Пили собиралась уйти как её резко потянули за руку и потащили за собой.       Коридор, еще один и еще.       Куда вел её Эредиа, девушка поняла сразу. Это излюбленное место старосты для проказников-учеников. Только одного она не могла понять, что же сделала, в чем могла так согрешить, что сам Эредиа осмелился отвести директорскую дочь в прачечную.       – Может, ты наконец-то расскажешь, что произошло?! – вырвала руку Пилар из цепкой хватки Бласа, встав около двери.       – Заходи! Поговорим, – после выходки Дунофф, Блас еще больше пришел в ярость. Он не любил ослушания, точно дав понять, что контроль – его сильная сторона. Теперь разобраться в этом деле стало принципиально. Ну, хотя бы ради того, чтобы Эскурра получил своё, и неважно от него или директора.       – Слушай, я не знаю, что ты напридумывал себе, но я правда ничего не делала, – стала оправдываться Пили, затолканная в прачечную. – Я могу поминутно расписать свой день.       – А лучше вечер... – яростно произнес староста, закрывая дверь и защёлкнув её на замок. – Мне интересно про вечер, про вчерашний.       Блас сложил руки и перегородил дорогу к двери. Пилар тяжело выдохнула и прищурилась, смотря на Эредиа.       – Про вечер? Ты про что?! Я вчера весь вечер провела в своей комнате и учила эту ужасную литературу. Кармен совсем съехала с катушек и задала нам сочинение по трем темам. – выпалила Пилар, и подошла к нему ближе. – А теперь отойди, мне нужно еще дописать свои лекции, которые, между прочим, остались лежать в коридоре.       – Ничего с ними не будет, – усмехнулся Блас. – Конечно, твоя история похожа на правду. Но может ещё кто-нибудь её подтвердить? – Эредиа приподнял бровь, явно насмехаясь над Пилар, думая, что Дунофф всё же лжет, и провела этот вечер с Эскурра.       – Нет... Я была одна… – тихо прошептала Пили. – А на что ты намекаешь? Уперев руки в бока, она решила, что нападение – лучшая защита.       – Я не намекаю, сеньорита Дунофф, а говорю прямо. Я не собираюсь покрывать ваши ночные похождения и попойки с Эскурра! – Блас провел рукой по волосам. Казалось еще секунда и он взорвется. Он хотел помочь, защитить, направить, а эта маленькая девчонка еще и врет ему в глаза. – И не надо говорить, что это не так. Я уже успел пообщаться с Эскурра. И он популярно объяснил, что у вас роман. Я не собираюсь лишиться работы из-за любовной истории дочки директора и богатого мальчишки.       Пилар стояла в ступоре. Её глаза всё больше расширялись от удивления. Она не могла поверить в то, что говорит ей староста их курса. Дунофф то и дело непроизвольно мотала головой, повторяя, что всё сказанное один сплошной бред.       – Какой роман?! Ты о чём, Эредиа? Может это ты выпил?! – Пили подошла ближе, пытаясь учуять запах алкоголя. – Ты совсем спятил? Выпусти меня! Не знаю, что тебе наплёл Томас, но это уже не смешно. Я иду к отцу.       Пилар стала обходить старосту и хвататься за ручку двери, но её запястье ловко перехватили.       – Да отпусти ты меня! – Дунофф уже не разговаривала размеренным голосом, она громко кричала и пыталась вырваться из хватки крупного парня. – Эредиа, я ни в чём не виновата, отпусти.       Потянувшись очередной раз к ручке двери, она заметила как Блас не рассчитал силы и просто её оторвал. Пилар округлила глаза и отошла на пару шагов назад, наблюдая за тем, как Эредиа растеряно смотрел сначала на дверь, а после на свою руку. Ведь все это означало только одно – они в запрети.       – Идиотка! – на всю прачечную раздался крик старосты, и Пили вновь подскочила на месте. – Ты хоть понимаешь, что наделала?! Блас был в ярости. Он не собирался провести весь день с избалованными детишками.       – Я?! А кто сломал дверь? – взяв себя в руки, Дунофф решила дать отпор. – Это ты меня сюда приволок, вот ты и вытаскивай,– Пилар демонстративно отошла еще пару шагов назад и села на пол, поджав ноги. Она не понимала, почему именно сегодня на неё свалилась немилость старосты, ведь впереди ещё должен был состояться разговор с отцом о чём-то "очень важном". Пили закатила глаза и выдохнула, обхватив коленки руками.       Эредиа понадобилось ещё минут пять на осознание всей ситуации и придти в себя, отходя от ярости. Парень стал искать что-то в карманах, но как оказалось, телефон он благополучно забыл в учительской. Блас посмотрел на Пилар, которая казалось вот-вот разревётся, и, выдохнув, прошел вглубь прачечной и присел рядом.       – Прости... Я не должен был срываться на тебя. Просто.. Ты должна понимать, что я староста и мои приказы – это закон. Ты не должна была меня ослушаться.       Эредиа посмотрел в потолок, замечая какой на самом деле ужасной была эта комната. Темная, холодная, мрачная, очень похожая на ту, где запирали его в детстве. Блас немного поёжился. Воспоминания неохотно стали заполнять его голову, а он вовсе не хотел этого. Только не здесь, только не сейчас.       – Что с тобой? – Пилар чувствовала, что здесь что-то не так. – Слушай, я правда не знаю, что тебе наплёл Эскурра. Конечно, у нас с Томасом когда-то были отношения, но всё в далеком прошлом. –Пили улыбнулась и посмотрела на стену перед собой. – Казалось, что любила, а на деле так... Ему нужны развлечения, а мне другое. Поэтому, что бы он тебе не говорил обо мне, я прошу не верь. Хорошо? – Дунофф посмотрела в голубые глаза старосты и засмущалась. – Просто они прикрываются мной так как я дочь директора и мой отец очень любит Томаса, мечтая о том, что мы вновь сойдемся. – Пилар улыбнулась. – Ты же знаешь моего отца.       Эредиа смотрел на скромную девушку, которая вот так просто могла рассказать всё о себе человеку, которого почти не знает. Или знает, но с худшей стороны.       – Знаешь, я сразу не поверил ему. Ты создаешь вид умной девушки. А такие вряд ли будут встречаться с Эскурра, – Блас тихонько усмехнулся и опустил голову. – Просто будь осторожна. Такие богатенькие сынки только и ждут, когда им попадётся такая как ты.       – Как я? Простушки, верящие всему? Ты, наверное, это хотел сказать? – Пилар приподняла бровь и улыбнулась. – После того как мы с ним расстались я снова стала белой вороной в школе. Многие меня избегают, ведь я директорская дочь, – Дунофф повернула голову к своему собеседнику. – Хотя думаю тебе этого не понять. Ты всегда в центре внимания и тебя окружают самые красивые девушки колледжа, - Пилар замолчала, подумав, что взболтнула лишнего.       – Я тебя понимаю... – после недолго молчания ответил Блас. Почему-то с ней он нашел общий язык, понимал её. – Я тоже когда-то был изгоем... Но видишь – встал на ноги, и получаю всё, что хочу, как ты и заметила. Ты тоже можешь этого добиться. У тебя есть власть, просто ты ей не пользуешься. Почему? – он перевел свой взгляд на Пили и заметил смущение. – Тебе не комфортно? Неожиданно для себя спросил Блас.       – Нет, да... Нет...       Под пристальным взглядом голубых глаз, Пилар стала смущаться. Конечно, у неё был опыт общения с парнями, но всё равно неуверенность в себе была сильнее.       – Конечно, комфортно. Наверное, впервые за долгое время, – Дунофф слегка замялась. – Власть... Мне не нужна власть... Я не хочу, чтобы со мной были рядом, потому что я дочь директора. Я хочу, чтобы со мной просто были рядом. Я хочу быть свободной от стереотипов. Просто свободной. И делать то, что хочу я, а не отец, мать и кто-либо еще, – Пилар так вдохновилась, что не заметила как пристально на неё смотрит Блас.       – Ой, прости, я увлеклась.       – Ничего, мне даже интересно с тобой... – осторожно проговорил Эредиа, словно пробовал каждое слово на вкус. – И всё же будь осмотрительнее с Эскурра. Я знаю, что он ещё будет принимать попытки, чтобы присутствовать в твоей жизни. И это может обернуться бедой.       Блас аккуратно взглянул на милое личико Пилар и улыбнулся.       – Спасибо, - она нерешительно положила свою ладонь на руку Эредиа, но тут же убрала, заметив насколько удивленно и пристально Блас смотрит на происходящее. – А теперь давай выбираться? – Пили пыталась скрыть своё смущение, решив перевести тему. – Есть варианты как?       – Парочку я приберёг, – развеселился Блас и встал, чтобы выйти из комнаты, которая напоминала о худших годах его жизни.