Фея

      Я шла от Артура пешком. Одна. Без всякого желания на сопровождение и компанию.       Прогуливаться по парку, идя в сторону своего дома, было хорошей идеей: гулять всегда приятно. Приятно думать обо всем, что увидишь. Например… Например, я вижу воркующую парочку на лавке возле ларька с мороженым. Они мило краснеют. Прямо впереди, в десяти метрах. Я прохожу мимо них.       — Вы такие милые, аж блевать тянет, — зевнула я.

***

      Александра приехала ко мне ровно в пять, когда я начала рыться в своем шкафу. Я была обречена с самого начала: лишь потому, что мне нечего было надеть. Однако, шкаф от моих шмоток уже не закрывался.       Подруга ворвалась в мою комнату, когда я пребывала в белом нижнем белье. Я в одну секунду накинула халат на себя и присела на кровать. Подруга странно смотрела на меня, будто ей что-то не нравилось.       — И на что ты рассчитываешь в таких трусах?       Брюнетка скрестила руки на груди и покачала головой. Почти все ее шутки склонялись к разврату, но чаще всего это было смешно нежели обидно или грубо.       Я покрутила пальцем у виска, намекая на глупость и неуместность ее шутки, и вздохнула, пожала плечами, упала на кровать. С одной стороны мне нравились дискотеке. В школе я ни одну, на которую была приглашена, не пропускала. Иногда приходила в шортах или джинсах, но была там до последнего.       — Ну точно не на бесстыдство со стороны главаря баскетбольной корзины, — Где-то в глубине своей души я, возможно, рассчитывала на это, но это ВОЗМОЖНО.       — Он любит черное белье, — скептически сказала она, пристально посмотрев на меня. Ирония в этом диалоге была только в том, что на мне белое.       — Да не нужен он мне! — как обычно я вспылила на этой шарманке и смутилась, не заметив. Смирнов своим существованием меня раздражал: я просто знала, что где-то есть этот придурок, что он живет и давит на окружающих.       — Ха-ха, да не бесись ты так. Я просто решила проверить твою взвинченность по поводу вечера.       Саша сразу достала бордовую кожаную юбку, черные чулки с кружевом и темно-зеленый, словно изумруд, топ на бретелях с еле заметными звездами на груди. Мне понравился ее выбор. Саша прекрасно подбирала наши наряды, создавая ощущение, что мы сестры-близнецы.       Моя подруга была уже одетая в темно-изумрудное платье а-силуэтом. Оно безумно подходило ей по фигуре, очерчивая талию.       — Что ты придумала сделать с волосами? — она посмотрела на мое отражение в зеркале.       — Выпрямить и…       — Не продолжай, я возвращаю тебе твою диадему.       Сентябрь в этом году славился только теплой погодой, но мне все равно пришлось надеть колготки в мелкую сетку. Самое забавное, что именно сейчас, в шесть вечера, температура составляла почти двадцать шесть градусов. Немного не свойственно Неоновому Городу.

***

      В семь мы уже были в университете, в актовом зале. Пока ректорат и деканат произносили речь о новом учебном году, о важности экзаменов и сессий, о надобности знаний, «ведь для вас начался новый этап, новый уровень, и вы должны пройти его, иначе будете дворниками» и так далее, я думала о всей ненадобности этой речи.       Я не люблю подобные встречи по одной-единственной причине — наличие руководства и «душещипательных» речей о важности знаний, «которые вы получите в течении учебного года».       Когда мы только поступили на первый курс, нам рассказали о том, что студенты — новый образ жизни. Мои тупые однокурсники с тупыми шуточками восприняли эти слова как «тараканы в общаге», «пельмени на завтрак/обед/ужин» и «постоянный секс».       Но как же они ошиблись, когда поняли всю трудность занятий в этом университете. По началу, я восхищалась студентами, которые пребывали на третьем и четвертом курсах филологического, потому что они говорили очень красиво и научно, но быстро в них разочаровалась, когда увидела в Паутине их фото топлес и фотографии с вечеринки, где они снимали топики и майки, даже бюстгальтеры. Ужас.       Я не следила за ходом своих мыслей, потому не сразу заметила как все уже танцевали, веселились и пили. Иногда такие знания, как «уметь не пьянеть» — жизненно необходимые. В таком случае, надо поскорее начать веселиться.       Внезапно мне стало грустно. Я чувствовала себя одиноко в толпе пьяных студентов. Не понимаю, как кто-то смог пронести алкоголь. Ректорат вынюхивал всех. Но, видимо, в больших количествах пили только те, кто держал себя в руках.       Уже через полтора часа я была в хлам, но сознание мое пока не подводило, но это пока. Мой брат в углу зажимал какую-то второкурсницу, кажется, это Люда — наша староста. М-да, ну и вкусы у моего братца.       Против Люды я никогда ничего не имела. Она была забавной и чуткой, но совершенно не разбиралась в людях и никогда не понимала намерений людей. Она была похожа на ангела. Люда ничем не баловалась, жила в приличной семье, хорошо воспитывалась, не закрывала «хвосты», не грубила, не хамила и искренне не понимала, что общество не нуждалось в ней, как в чем-то необходимом.       Танцпол горел свето-музыкой и глазами веселившихся. Решаюсь искать кого-то из знакомых, но на ноги наступают только симпатичные третьекурсники со знаниями в голове. К сожалению, симпатии я к ним не испытывала, но очень хотелось бы.       Я не понимала, что делала. С одной стороны я была в сознании, а с другой — не знала, что творила. Некоторые вещи выветривались из моей головы. Я не помнила имен, язык заплетался, иногда тошнило, но я продолжала веселиться, изредка отходила попить воды.       Я поняла, что сошла с ума, когда осознала, что целуюсь с одним из баскетболистов. А обещала себе без бесстыдства. Категорически наплевать на то, кто это. Я не видела его лица. Меня просто зажали у стенки и жадно хватали ртом.       Абсолютно все равно, что я это делаю из собственной потребности. Особенно похер, что будут думать обо мне однокурсники и другие учащиеся, если узнают. Ведь это человек, которого все девушки хотят, а парни ему завидуют. Я не видела ничего, никого. И не хотела вообще что-то видеть. Мне казалось, что я теряюсь в чувствах.