А впрочем...

Прошло еще две недели с того случая на крыше. Клэри готова была поклясться, что еще никогда в жизни ей не было так больно, как сейчас. Алек продолжал избегать разговоров с ней, но при этом каждое утро появлялся на их совместные тренировки. Моргенштерн была слишком упертой для того, чтобы просто так опустить руки и смириться с тем, что не значит для Лайтвуда ровным счетом ничего. Она продолжала бороться. Чтобы доказать парню, что она лучшая, девушка выкладывалась на все двести процентов, но Алек почему-то оставался недоволен ее результатами. А может, его просто выводит из себя тот факт, что у начинает получаеться не хуже его самого? Так что, можна сказать, что изменений в жизни Клариссы за это время практически не произошло. Но изменилась жизнь других. Саймон, неизвестным образом, набрел на Институт поздней ночью и стал стучаться в дверь, требую подругу. Кажется, что тогда он даже был пьян. Благо, ему открыла Иззи. Заспанная, но все еще идеальная и неотразимая. Она сразила Льюиса наповал, поэтому он безоговорочно влюбился в Лайтвуд-младшую. Кажется, у них даже есть надежда на серьезные отношение. Но чего сейчас об этом говорить, если еще ничего толком неизвестно? А вот Джейс, кстати, начал встречаться с девушкой, чем удивил всех жителей Института. Его девушка была примитивная девчонка Инга. Когда парень привел ее домой впервые, она выглядела жутко напуганной. Но сейчас, кажется, Инга медленно, но верно вникает во все заморочки Сумеречного мира. Признаюсь честно, Алека это жутко выводило из себя, но он сдерживался, так как очень был рад за своего парабатая. Среди этих идеальных взаимоотношений молчание Алека и Клэри никак не клеилось. Эти двое приносили много проблем, но Джейс и Иззи старались не лезть в их проблемы. Они знали, что это может повлечь за собой роковой результат. В один вечер, когда в Институте были только Лайтвуд и Моргенштерн, нужно было срочно отправляться на задание. Джейс и Иззи срочно понадобилось куда-то уйти, поэтому другого выхода не было. Нужно было идти вдвоем. − Ты никуда не пойдешь, − резко отрезает Алек, хватаясь за лук со стрелами. − Ты не в тех правах, чтобы запрещать мне куда-то идти, − в подобной манере отвечает Клэри, стараясь найти свой клинок. − Ты совершенно не обучена. − Да? А я думала, что ты хороший учитель. Лайтвуд едва не взорвался от гнева. Каже, Моргенштерн действительно надавила ему на самое больное. Она посмела усомниться в его мастерстве. − А я и хороший. Просто я не виноват, что это тебе не дается, примитивная, − бросает он. Его слова больно врезаются Клариссе прямо в сердце. Примитивная. Алек назвал ее примитивной. Она и подумать не могла, что он сможет еще раз сказать что-то подобное в ее адрес. Клэри казалось, что Лайтвуд изменился, что она смогла растопить его ледяное сердце. Но она ошиблась. В который раз ошиблась. Он все так же холоден и расчетлив. Случай на крыше был нелепой ошибкой. − В таком случае, я пойду одна. Кларисса быстро изучает координаты на карте, удостоверившись, что это всего в трех минутах отсюда, выбегает за двери Института. Алек, не успев сориентироваться , застыл на месте, как вкопанный. Этой минуты хватило, чтобы Моргенштерн успела оторваться. Лайтвуд бежал прямо за ней. Кажется, ему в голову даже пришла дурацкая мысль, чтобы припечатать ее рукав прямо к дереву. Но потом он сразу же передумал. − Клэри, стой. Девушка была слишком близко, но в то же время слишком далеко. Где-то там, вдали, виднелся демон. Кларисса медленно, но уверенно, подбиралась прямо к нему. Алек знал, что этот бой ей самостоятельно не выстоять, но Моргенштерн слишком уперта, чтобы стараться ее в чем-то переубедить. Да и останавливаться она уж точно не собиралась. − Клэри, − снова кричит он. Девушка оборачивается всего на секунду, а потом ускоряется еще сильнее. − Я справлюсь сама, − кричит она, больно впиваясь зубами в нижнюю губу. − Остановись, чертова маленькая девочка. Кларисса, посильнее вцепившись в клинок руками, нанесла демону удар со спины. Тот, взвыв от боли, собирался свалить ее с ног щупальцем, но промахнулся, так как Моргенштерн удалось отскочить. Лайтвуд все еще находился слишком далеко от всех этих событий, но он стремительно ускорялся, боясь вовсе не успеть. Девушка вновь нанесла удар, в этот раз уже менее удачный. Ихор больно обжег ей руку, так что она закричала от боли. − Я люблю тебя, Кларисса Моргенштерн, − доносится до нее голос парня. Клэри останавливается, забывая, где находится и что делает. Она просто замирает, как статуя. Расстерянная. Далекая. Отстраненная. В реальность ее возвращает лишь крик Алека, который был где-то очень далеко. А потом она врезается спиной прямо в каменную кладку, больно ударяясь и сползая прямо на землю. Перед тем, как ее глаза закрываются, она успевает заметить, как стрела Лайтвуда вонзается прямо в цель. … а потом наступает темнота.