Часть 14
21 марта 2016 г., 15:29
POV Андрей Жданов
Сашка входил в конференц-зал с довольной, лоснящейся от удовольствия, как бы это помягче сказать… физиономией, радостно предвкушая Катин позор и мой провал.
— Ваша любезность, Андрей Павлович, не знает границ. Не прошло и часа, как вы соизволили меня принять, — сарказм липкой, тягучей струйкой сочился из Сашкиного рта и стекал ниже, туда, где льется бальзам на душу, — Спасибо, что выкроили минутку и снизошли до меня, простого смертного.
— Ну, что вы, Александр Юрьевич? Ничто не доставляет мне такого удовольствия, как общение с будущим родственником.
— Хватит паясничать, — вклинилась Кира, — давайте переходить к делу.
— Пусть братец развлечется, нельзя у Сашеньки отнимать игрушку, он ведь так долго ждал аудиенции — я делал вид, что ничего не знаю.
— Я думаю, что мы сейчас все развлечемся, — Сашка покрутил диктофон в руках, словно демонстрируя, а затем швырнул мне его через весь стол.
— Мы будем слушать музыку? Как это мило с твоей стороны, выступить в роли диджея. В чьем исполнении?
— Сюрприз, — Саня чуть не подпрыгнул на стуле, сейчас, вот прямо сейчас начнется матч-реванш, где он, однозначно, должен победить, — но тебе понравится.
— Я весь в предвкушении, — сказал я и включил адскую машину.
— Ну что, Мишенька, дело сделано? — спросил Ветров.
— Сделано, — это уже Краевича голос.
— Быстро, даже я удивлен. Пушкарева постаралась?
— А кто еще, если не Пушкарева?
— Ну, и сколько же ты ей отстегнул?
— Она оказалась очень алчной, не стала по тарифу работать, пришлось пообещать ей восемь процентов комиссии.
— Уже расплатился?
— Скоро перечислю.
При первых звуках записи я опустил голову и плечи, а лицо закрыл руками. Какой из меня актер, еще увидят, что я сияю, вся игра скомкана будет. Нет, ну, каковы подлецы. Они нарезали разговор. Я эту пленку слушал полтора часа назад, там было следующее:
— Ну что, Мишенька, дело сделано? Я могу тебе перечислить деньги?
— Сделано, можешь перечислять, думаю, что твой заказчик останется доволен.
— Быстро, даже я удивлен, Пушкарева постаралась?
— Ярослав, ты что, приболел? А кто еще, если не Пушкарева? Вы кажется просили развести именно ее?
— Ну, и сколько же ты ей отстегнул?
— Она оказалась очень алчной, не стала по тарифу, который я платил тебе, работать, пришлось пообещать ей восемь процентов комиссии. Но… как говорится, обещанка не цацанка — дурню радость.
— Уже расплатился?
— Да что с тобой сегодня? Кто с ней расплачиваться будет? Ага! Скоро перечислю, на деревню дедушке, Константину Макарычу!
Сашка подошел к мне и, как бы по дружески, снисходительно положил мне руку на плечо. Боже мой, как же хотелось не только сбросить его руку, вмазать бы ему, да как следует. Ну, сделал его Господь мужиком, так и вести себя по-мужски нужно. Без этих бабьих подлянок, без этого позерства и фиглярства. Мучительно хотелось врезать Сашке прямо в светящуюся физиономию.
— Вот так, Андрюшенька, — проговорил он участливо, — вот так. Ты променял нас всех на свою собачонку, на Пушкареву, а она тебе вот как отплатила.
Не умея молиться, я молился, чтобы быстрее зашла Катя, чтобы у меня сейчас не снесло крышу, и чтобы Воропаев остался в живых. То ли молитва была услышана, то ли у нас с Катей телепатическая связь, но стук в дверь раздался в эту самую минуту.
— Андрей Павлович, — скороговоркой начала Катюша, — простите, что помешала. Тут курьер привез платежки от Краевича, нужна Ваша подпись, — Катя стала совать Андрею бумаги.
— Ну, Андрюшенька, что же ты? Подписывай, тебе сама твоя помощница бумаги принесла, можно подписывать не читая, — Александр гомерически захохотал.
— Как вы могли пойти на это, Катя? Как вы могли пойти на сговор с «Ай-Ти-Колекшен» за моей спиной? Вы хотя бы знаете, как это называется? Вы предали меня, Катя! — я кричал, как ненормальный, кричал и подмигивал Катюше. Но моих подмигиваний ни Сашка, ни Кира видеть не могли, я был к ним спиной.
Катя меня поразила, да она актриса! Так натурально, так естественно она сыграла испуг, ужас разоблачения и стыд, что даже заплакала. По-настоящему, с крупными слезами и покрасневшим носом! Ай да Катька! Ну, и Катька! Сара Бернар*, а не Катька!
— Андрей Павлович, в моих действиях не было никакого умысла, я не собиралась на Вас давить, Вы как-то сами вдруг приняли это решение. Простите меня, Андрей Павлович! Они мне предложили очень большие деньги и я не смогла устоять.
Какое же удовольствие я получал, от игры Катерины Великой! Если бы мог, захлопал бы в ладоши и закричал «Браво»! Увы, я не был зрителем, я был ее партнером по сцене, а значит нужно было подыгрывать.
— Катя, вы уволены. Ступайте, соберите свои вещи и через час чтобы вас больше не было в «Зималетто»
— Нет, нет, нет, Андрюшенька. Так не пойдет, — слава Богу, Сашку мы просчитали, он запел ту самую арию, которую мы и хотели услышать, — Ты слишком легко отделаться хочешь. Думаешь, уволишь Пушкареву и дальше будешь проводить в жизнь ее бредовый план, занимая президентское место? Этому не бывать.
— Сашка, что ты от меня еще хочешь? Ты не видишь, что я и так раздавлен?
— Что я хочу? Я хочу созыва полного состава совета директоров. Маргарита с Павлом через шесть часов будут в Москве, я им уже позвонил. Я хочу, чтобы на совете Пушкарева тоже присутствовала, и мы все вместе решим, можешь ли ты и дальше оставаться президентом и отдавать ли под суд твоего серого кардинала.
При этих словах Сашки, Катя очень натурально пошатнулась и стала оседать. Я подхватил ее, усадил на стул.
— Сашка, а может не надо? Посмотри на нее, ей и так стыдно.
— Очень даже надо, она предала тебя, предала фирму! Она должна сполна расплатиться за все, что она творила. — ответил не Сашка, ответила Кира.
— Кира, а если бы на ее месте была Вика, ты бы так же говорила?
— Виктория никогда не оказалась бы на ее месте! Я считаю, что Саша прав и ее судить надо.
— А в отношении меня Саша тоже прав?
— Не знаю. Я сообщу свое решение завтра на собрании, во время голосования. Саша, я предлагаю собрание устроить завтра. А вы, милочка, — Кира презрительно посмотрела на Катю, если вздумаете завтра не прийти на собрание, мы подадим на вас в суд.
— Как быстро ты все решила, Кирюша. Молодец! И дату собрания назначила, и Катю уже осудила… Кира, а меня ты уже сняла с должности? Катя, что вы стоите? Идите, собирайте свои вещи. — Катюша вышла, я обернулся к братцам-кроликам, больно было от Кириных слов так, что и в самом деле хотелось плакать, — Ладно, всем пока.
— Андрей, а ты сегодня ко мне не приедешь? — Кира недоуменно смотрела на меня.
— Знаешь, Кирюша, что-то не хочется.
— Очень интересно, предала тебя Пушкарева, а видеть ты не хочешь меня.
***
И снова штаб квартира располагалась на кухне у Пушкаревых. И снова Елена Александровна пекла пирожки и угощала «дорогих гостей». Все было как тогда, когда Катюша не могла ходить на работу. Все, кроме одного… Андрей был очень грустный, вялый и апатичный. Казалось, что его больше не интересует ни сама эта история, ни ее результат. Катя понимала, что случилось, на ее глазах Андрея предала невеста, а это больно. Очень больно. Если бы Катюша могла, она взяла бы его боль сейчас на себя. Увы, это было невозможно. Все, что она могла сделать для Андрея, она уже сделала, и квартиру предоставила и в «Пигмалион» не пошла. Все изменилась к девяти часам вечера, когда мобильный Андрея начал выводить свою трель. — Жданов у аппарата… Да? Не может быть… И что, он готов завтра на общем собрании? Вот это да… А Вика? Да ты что? Вот это сюрприз, так сюрприз. Глаза Андрея снова горели, он оживал. Катя, забыв про уроки хороших манер, в нетерпении перебирала ногами, Ромка теребил рукав друга, тихонько спрашивая: — «Ну что там?» — Все, они раскололись. Оба! Завтра Игорек будет раскладывать колоду, да по его правилам! Ура! — Так что, может по маленькой? — вклинился в разговор Валерий Сергеевич.
Примечания:
* Сара Бернар — французская актриса, которую в начале XX века называли «самой знаменитой актрисой за всю историю».
