Академия двуликих

Ташки – енот, студент пятого курса природного факультета - стоял и зло сверкал глазами на окруживших его парней. Да, ему не стоило заходить в этот трактир. Не стоило пить пиво, в которое ушлый трактирщик подливал самогон, чтобы клиенты быстрее пьянели и начинали сорить деньгами. И уж тем более не стоило затевать драку, услышав от пьяной местной компашки нелестный отзыв о студентах академии вообще и о природниках в частности. Не стоило, но… что сделано, то сделано. Теперь Ташки только и оставалось, что подороже продать свою шкуру. И ведь, как назло, никого из студенческой братии рядом не оказалось, а один против шестерых… В сотый раз Ташки пожалел, что не родился хотя бы росомахой, уж та бы одним видом когтей распугала этих идиотов, но енот… Даже обернувшись в зверя, только и можно было, что сбежать с места драки, да вот беда: предвидя такую возможность, один из местных завалил входную дверь опрокинутым столом, отрезая путь к отступлению. - Ладно, посмотрим, кто кого, - бросил Ташки и, закатав рукава, встал в стойку, готовый отразить нападение. Родившись в бедной многодетной семье, он умел постоять за себя, не раз участвуя в уличных драках, но не c таким количеством противников на одного. В бой Ташки бросился первым, по собственному опыту зная, что нужно ошеломить противника, если хочешь выжить. Увы, но в этот раз действительно не повезло: первых двоих он завалил, зато получил удар сзади, мгновенно сбивший с ног. Упав, Ташки еще успел нанести несколько ударов ногами, прицельно пнув одного из противников между ног, а потом нападавшие просто озверели. Оборотень свернулся клубком, прикрывая голову руками, пока его остервенело пинали, а потом… Трактир содрогнулся. Дверь затрещала и буквально вылетела, пришибив одного из нападающих, а внутрь, разворотив косяк, ворвался белый медведь и бросился к месту схватки. Сделав всего один гигантский прыжок, он смел со своего пути несколько столов и лавок, взревел - и драчунов просто снесло к противоположной стене. Замерев на миг, они бросились врассыпную, стремясь покинуть трактир хотя бы через окна, поскольку путь к двери преграждал разъяренный зверь. Трактирщик тоже поспешил сбежать. На всякий случай. Ташки со стоном сел, потирая отбитое бедро. Медведя он узнал: Бакти был самым угрюмым студентом-боевиком и единственным медведем на факультете за последние годы. Связываться с ним боялись даже задиристые волки, потому что он и в человеческом теле больше напоминал гору, а не нормального парня. Однако Ташки, разозленный собственным бессилием, забыл о том, что медведя дразнить не желательно. - Какого хрена ты влез, морда белобрысая? Я бы с ними сам разобрался, без твоей помощи. В ответ Бакти тяжело вздохнул, подошел к пыхтящему на полу Ташки и, подхватив его когтями за шиворот, одним движением закинул себе на спину. Тот мгновенно вцепился в белую шерсть, запуская пальцы как можно глубже: когда еще удастся погладить белого медведя или верхом на нем покататься? - Но это не значит, что я тебя простил, - поспешил заявить Ташки, а медведь только согласно кивнул, выбираясь из трактира. До академии они добрались быстро, но войти в ворота в зверином теле Бакти не мог, пришлось ему сгружать седока и обращаться. Вот только одежда при обороте в зверя безвозвратно рассеялась магией, так что в академию пришлось идти в чем мать родила. Хромающий позади Ташки бурчал себе под нос ругательства, поминая здоровенный член спасителя и сверля хмурым взглядом его спину. Когда они подошли к жилому корпусу пятикурсников, енот решительно направился к комнате Бакти, сопровождаемый его удивленным взглядом. - Чего уставился? – рыкнул Ташки, сбрасывая с себя одежду и становясь на колени посреди чужой кровати. – Я привык отдавать долги сразу. Спас – получай плату. Тяжело вздохнув, Бакти закрыл дверь, подошел к мелко подрагивающему от волнения Ташки, провел ладонью по его спине, ласково погладив ягодицы, и снова вздохнул. - Ты красивый и давно мне нравишься, - произнес он, и Ташки вздрогнул, услышав низкий грудной голос, пробирающий до самого нутра, – только… я не люблю быть сверху. - Чего? – Ташки обернулся, изумленно открывая рот, а потом сел на кровати, внимательно оглядывая мощное тело перед собой. – Правда, что ли? - Бакти кивнул, смущенно покраснев, и рот Ташки растянулся в сумасшедшей улыбке. Он даже представить себе не мог, что этот гигант так мило выглядит, когда смущается, не говоря уже об остальном. - И я тебе действительно нравлюсь? Хочешь со мной… это… попробовать? - Бакти вновь молча кивнул, а потом растеряно оглянулся, переминаясь с ноги на ногу. - Что? - Подготовиться же надо. - Я сам… подготовлю, - выдохнул Ташки, наблюдая за тем, как член Бакти наливается силой, – если, конечно, ты мне доверяешь. - Бакти снова лишь кивнул, а потом лег на кровать лицом вниз. - Не так - ложись на спину, я хотел бы видеть твое лицо. Ташки давно не был девственником - и отдающим был, и берущим, - но никогда еще он не действовал столь осторожно. И дело тут не в боязни последующей мести - просто хотелось, чтобы Бакти испытал настоящее удовольствие именно с ним, с Ташки, еще не до конца понимая собственные чувства. Хотелось целовать это сильное тело, ласкать, пока у Бакти перед глазами не замелькают звезды, и Ташки делал это, упиваясь стонами удовольствия. А потом осторожно и медленно проник в доверчиво подставленный зад, надрачивая возбужденный член Бакти, стараясь максимально избежать боли первого слияния. Кончили они практически одновременно, а потом Бакти поймал в объятия тяжело дышащего Ташки, благодарно поцеловал его и прижал к груди, зарываясь носом в каштановые волосы, пахнущие травами. - Будешь со мной встречаться? - Что за глупый вопрос? Конечно буду, - Ташки потерся щекой о грудь Бакти и счастливо вздохнул, засыпая.