Visuma Berns

POV Люцифер Я плотно стиснул зубы, чтобы не издавать ни звука. Не хочу показывать, что мне больно. Рана в боку сильно болит, но мне было и больнее. К тому же рана не очень глубокая. Жить буду. Да и кровь почти перестала идти. Я чувствую на себе чей-то взгляд. Поднимаю глаза и вижу, что на меня смотрит Мэдлин. На лице у неё довольная усмешка, а в глазах огоньки от предвкушения того, что будет дальше. Ох, пусть эта зараза молится, чтобы я до неё не добрался, иначе я с ней такое сделаю. Фантазия у меня очень хорошая. Я бросаю в сторону Мэдлин злобный взгляд и отворачиваюсь, чтобы осмотреться. Кажется, все в отключке. Чёрт! Я же говорил, что нужно было убить эту с... Эту суку! Вот и последствия. Не знаю, как она узнала про наш план, но этому Альбрехту хватило и каких-то двух слов «Это ловушка», чтобы начать действовать. Как и говорил Отец, этот гад вселился в Амару. Единственный плюс в том, что он не может пользоваться своими силами. – Мэдлин, дорогая, я очень благодарен тебе за предупреждение. – Сэр, я всего лишь выполняла свои обязанности. Я опять смотрю в сторону Мэдлин и Альбрехта. Девушка смотрит на него таким преданным взглядом, что мне стало тошно. Некоторые демоны, вроде Мэг, были такими же. Это хорошо, но иногда раздражает. А сам Альбрехт улыбается так, как будто уже победил. Ну, уж нет. Я не собираюсь просто сидеть здесь и ждать, когда меня убьют. Нужно придумать что-нибудь. Я опять осматриваюсь. Все до сих пор в отключке. Неужели я один в сознании? Нет, не один. Я забыл про Отца. Он приходит в себя после удара. На стене большая вмятина. Удивительно как всё здесь ещё не рухнуло. Я вижу затылок Отца. Там кровь. Многовато крови. Для Бога это не смертельно, но видимо какое-то неудобство доставляет. – Что Вы будете делать дальше? – спросила Мэдлин и кивнула в сторону Бога. Я почувствовал, как растёт моя злость. Нужно срочно что-то делать. – С ним разберёмся потом, – вдруг лицо Альбрехта, точнее было бы сказать Амары, помрачнело. – Сначала займёмся тобой. На лице Мэдлин удивление. Она не понимает такую резкую смену настроения. Я тоже. – Сэр... – голос брюнетки немного дрожит. – Я сделала что-то не так? – Мэдлин, дорогая, – Альбрехт подошёл к Мэдлин. Девушка заметно напряглась. – Я говорил, что ты можешь поиграть сколько хочешь. Но какие предупреждения я давал насчёт девчонки? – Н-не... Пр-ричинять... Е-ей... Сильного вр-реда, – Мэдлин вдруг затряслась от страха, слова давались ей с трудом и она постоянно запиналась. Как же жалко она выглядит. Я вижу как ей страшно, но девушка продолжает стоять на месте и смотреть своему хозяину в глаза. Ну, у него действительно такой взгляд, что мурашки по телу бегают. – А что сделала ты? – спросил Альбрехт. – Я ничего не делала! Это... он... Люцифер... он... – начала оправдываться девушка. Появилось желание встать, несмотря на боль, и ударить эту девку. Альбрехт посмотрел на меня и вдруг улыбнулся. – Разумеется ты не в чём не виновата, – он коснулся рукой щеки девушка и нежно погладил её. – Вы не сомневаетесь во мне? – на лице Мэдлин блаженная улыбка, но в глазах осталось ещё немного страха. – Конечно же, нет. Я никогда... – резкое движение и Альбрехт пробил девушке грудную клетку рукой. – …в тебе не сомневался, дорогая. Изо рта Мэдлин вытекает чёрная и вонючая жидкость. Девушка смотрит на Альбрехта, а во взгляде у неё немой вопрос: за что? Альбрехт вытаскивает руку, и тело брюнетки замертво падает на пол. Я, конечно, удивлён таким драматичным поворотом событий. Очень удивлён. Но мне захотелось встать и молча похлопать Альбрехту. Он отряхнул руку от слизи и опять посмотрел на меня. Как-то странно он улыбается. Как будто задумал что-то. – Извини за это маленькое представление. Давно нужно было избавиться от этой маленькой потаскухи, – сказал Альбрехт. Я ничего не ответил, только бросил на него злобный взгляд. Мельком я глянул на Отца. Он смог подняться, но Ему пришлось опереться об стену. – Слушай, Бог. Или Чак, – обратился Альбрехт к Отцу. – Мне всё равно как тебя зовут. Давай решим это мирно. Без жертв. Скажи, где девчонка и я никого здесь не убью. Я видел, что Отец хотел что-то сказать, но я не мог не задать этот вопрос. Тем более мне кажется, что Бог знает на него ответ, но упорно продолжает молчать. – Зачем тебе нужна Тоня? Надеюсь мне удалось скрыть беспокойство в голосе. Не хочу этого признавать, но я волнуюсь за девчонку. Чёрт, кажется, я даже рад, что её здесь нет. Альбрехт кинул на меня заинтересованный взгляд. Но он быстро вернул себе ту улыбку. – Люцифер, здесь разговаривают взрослые. Дети должны молчать. Я был в шоке от этого. Дети?! Я что, ребёнок ему?! Я попытался внешне выглядеть спокойным, но внутри всё бушевало от злобы. Если бы не эта рана... – Альбрехт, оставь его, – голос Отца был немного хриплый. – Люцифер здесь не причём. – Не причём? Не причём?! Ты серьёзно?! – улыбка Альбрехта провала, он был зол. – Он здесь как раз очень причём! Он украл кое-что моё! Что? Я вижу его впервые в жизни. Ничего я у него не крал. Альбрехт заметил моё замешательство. Он опять улыбнулся. – Ах, да! Я забыл! Тебя же лишили памяти! Ты ничего не помнишь! – эти слова повергли меня в шок. Я не понимаю, о чём он говорит. Его же, кажется, забавляла эта ситуация. – Позволь объяснить. Когда-то очень давно ты кое-что украл у меня, я попытался это забрать, но вышло не так, как я хотел. А тебе стёрли память. Знаешь, что самое забавное? Все ангелы и даже архангелы прекрасно помнят, что тогда произошло. Все, кроме тебя. Я не мог поверить в услышанное. Нет, он врёт. Просто выдумал всё это, чтобы меня позлить. Я глянул на Отца. У Него виноватый вид. Встретившись с ним взглядом, я увидел немое «прости». После Отец отвёл взгляд. Это что... Правда? Но это невозможно! Я... Я... Я ничего не понимаю! – Ох, какой момент! – сказал Альбрехт, сделав грустное выражение лица и театрально положив руки на сердце. Но он тут же вернул своё серьёзное лицо. – Успокойтесь, у вас будет время поговорить об этом. Разумеется, если я вас не убью. Где девчонка? Отец молчит. Я же всё ещё в шоке от услышанного. Не могу поверить, что со мной так поступили! Я зол! На Бога, на всех остальных. Теперь я понимаю, что это было за чувство. Чувство, что я забыл что-то очень важное. Это из-за того, что мне стёрли память. Но почему мне кажется, что это как-то связано с Тоней? Тоня... Что же в тебе такого особенного раз за тобой охотиться кто-то такой сильный как Альбрехт? – Молчишь? Эх, а я так хотел всё сделать быстро и мирно, – Альбрехт сделал печальное выражение лица. Но его лицо, точнее лицо Амары, быстро сменила улыбка. – Я заставлю тебя говорить в любом случае. А если не тебя, то кого-то другого. Сказав это, дядя Амары глянул на меня. Оу, намёк понят. Вот только я ему ничего не скажу. Я не знаю, почему я так защищаю Тоню. Но я не отдам её этому типу. Ни за что на свете. – Не трогай его! – сказал Отец и сделал шаг вперёд. Но Альбрехт просто откинул Его назад к стене силой мысли. После он посмотрел на меня. – Люцифер, я даю тебе шанс... – начал говорить Альбрехт. – Да пошёл ты! – резко оборвал я его. Он удовлетворенно улыбнулся. Альбрехт ожидал такого ответа. Он подошёл ко мне на несколько шагов и направил на меня свою руку с раскрытой ладонью. Секунду, лишь одну секунду ничего не было. И вдруг ужасная боль по всему телу. Я зажмурился и не смог сдержать крика. Такое чувство как будто внутри бушует огонь. Кажется, что я горю изнутри, что я плавлюсь. Кажется, кто-то что-то сказал. Но я не уверен. Я ничего не слышу. Только жуткая боль. И вдруг всё прекращается. Боли больше нет. Я облегчённо выдохнул. Но почему всё прекратилось? Я открываю глаза. Альбрехт лежит немного поодаль меня, держится за живот, откашливается и пытается подняться. А там, где он стоял, стоит... Тоня?! Что она тут делает? Я смотрю в её глаза. Ох, никогда не видел, чтобы она так злилась. Когда наши взгляды сталкиваются, злость сменяется беспокойством. Я вижу, что Тоня хочет кинуться ко мне, но замечает Отца, а после и всех остальных. Я вижу, как она волнуется за всех, как ей хочется каждому хоть чем-нибудь помочь, убедиться, что со всеми всё в порядке. Странная она. Из-за Тониной грубости, хамства и сарказма не сказал бы, что в ней есть что-то хорошее. Но сейчас, видя, как она беспокоиться за всех... Даже за Ровену и Метатрона, которых не очень-то и любит. Особенно последнего. Эх, хотелось бы мне увидеть её душу, узнать, о чём она думает. – Не могу поверить, – мои мысли прервал голос Альбрехта. Он поднялся на ноги и смотрел на Тоню со злобой улыбкой. – Птичка сама залетела в клетку. Ты умница. Я уже хотел его убить, – Альбрехт кивнул головой в мою сторону. Тоня содрогнулась и посмотрела на меня. Ей было страшно. Вот только не из-за того, что она сейчас перед Альбрехтом практически сам на сам, а из-за того, что если бы она не вмешалась, то я бы, скорее всего, умер. Хотя я в этом сомневаюсь. – Ну, вот... Я перед тобой. Не трогай остальных. Пожалуйста, – последнее слово она произнесла совсем тихо, голос у неё немного дрожал. – Разумеется! Я никого не убью, если ты будешь послушной девочкой и пойдёшь со мной, – Альбрехт начал медленно подходить к Тоне. Нет! Я не позволю ему тронуть её! Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я смог подняться и в одну секунду очутиться рядом с Тоней, загородив её собой. – Ты её и пальцем не тронешь, – я попытался придать своему голосу суровости. Это было трудно из-за раны. – Люцифер! – резкий голос Отца заставил вздрогнуть. – Прекрати. Отойди от неё. Что? Почему Отец так говорит? Ну, уж нет! Я не позволю этому чёртовому дяде Амары забрать Тоню. - Если ты не пойдёшь со мной по-хорошему, то я их всех убью, – сказал Альбрехт. Тоня сглотнула и ступила вперёд, но я её остановил, схватив за руку. Я не позволю ей натворить глупостей. – Люцифер, пожалуйста. Я не хочу, чтобы с тобой или остальными что-то случилось, – Тоня чуть ли не плакала. – Знаю, поэтому уходи отсюда, – ответил я, всё ещё крепко держа девчонку за руку. Не знаю, как Тоня здесь очутилась, но я не могу просто стоять и наблюдать за тем, как её забирает Альбрехт. – Не хотите отдавать мне её? Тогда я сам возьму её! Меня резко откинуло к стене. Я больно удалился спиной и свалился на пол. Вот... Дерьмо! Я попытался встать, но меня что-то держало на месте, и я не мог пошевелиться. Мне оставалось только наблюдать за тем как Альбрехт подходит к Тоне. – Не надо. Не трогай его, – голос Тони дрожит, она плачет. – Я бы его не тронул... – Альбрехт подходит к ней вплотную и резко хватает за горло. – Если бы ты была послушной! Тоня хватает его за руку и пытается вырваться. Мне хочется помочь ей. Но я не могу пошевелиться. Я вижу, что с Отцом происходит то же самое. Чёрт! Внутри нарастает паника и страх. Кто-то должен хоть что-нибудь сделать! Я не сразу заметил Габриэля, появившегося за спиной Альбрехта. Кажется, мой младший брат очнулся. Наконец-то! Альбрехт тоже его не заметил, поэтому, когда Габриэль резко очутился перед дядей Амары, тот не смог среагировать вовремя. Я заметил, что одна рука Габриэля в крови. Он коснулся этой рукой лба Альбрехта. Резкая и яркая белая вспышка заставила меня закрыть глаза. Когда я их опять открыл, то увидел Амару, лежащую на полу, а рядом с ней Отца. Габриэль и Тоня бегут ко мне. – Люси, ты как? – Тоня садится на колени рядом со мной и смотрит с таким искренним беспокойством. Эх, почему я разрешаю ей так меня называть? Меня ведь раздражает эта кличка. Только Габриэль мог так звать меня. – Нормально. Жить буду, – я слабо улыбаюсь, Тоня же облегчённо выдыхает. – Конфетка, я осмотрю его, а ты иди и попытайся привести остальных в чувство, – говорит Габриэль. Тоня не спорит. Она только согласно кивает головой и бежит к остальным. Я только сейчас замечаю, что Ровена тоже очнулась. – Так вы вместе очнулись и закончили заклинание? – спросил я, давая брату осмотреть свою рану. – Да, это было очень трудно. Ровена сбежать хотела. Повезло, что я её поймал, – Габриэль закончил осматривать мою рану и недовольно цокнул языком. – Ох, Люси, жить-то ты будешь, но рана серьёзная. Нужно ждать пока не заживёт сама. Я тихо выругался. Чёртовы Дети Бездны! Ненавижу! Габриэль улыбнулся и предложил мне помочь подняться. Я согласился, ведь чувствую, что сам не справлюсь. Брат закинул одну мою руку себе на плечо и помог встать. – Знаешь, Люси, я не ожидал от тебя такого, – сказал Габриэль. – В смысле? – спросил я, не понимая, о чём он говорит. – О том, как ты кинулся защищать Тоню. Это было мило. Мне захотелось дать брату подзатыльник. Но я сдержался. Я бросил на Габриэля сердитый взгляд. Он только невинно улыбнулся. Я перевёл взгляд на Отца и Амару. Тьма уже очнулась и, кажется, не понимала, что происходит. – Сестра, ты в порядке? – Отец подал руку Амаре, помогая ей подняться. – Да... Что... Что происходит? – Тьма осмотрелась. Все очнулись, стали немного поодаль и были напряжены. Так же как и я. Кто знает, что сейчас может сделать сестра Бога. – Эмм... извините, что перерываю, – Тоня вышла вперёд, привлекая к себе внимание. – Давайте все проблемы оставим на потом. Сейчас лучше валить отсюда, не так ли? – Это будет трудно, учитывая, что ты здесь, – сказал Кроули. Тоня сердито на него глянула и демон притих. Мне захотелось спросить, как Тоня здесь оказалась. Но я откинул это на второй план. Сейчас действительно важнее убраться от сюда подальше. – Тоня права. Оставим всё на потом. Сейчас мы должны... – договорить Отцу не дал толчок. Сильный, резкий. Все упали на пол, а здание фабрики затряслось. Ох, если это повторится, то всё здесь точно рухнет. Но это было не важно. Не в этот момент. Важно было то, что я почувствовал чью-то силу. Огромную, тёмную силу. Эта та самая сила, что я чувствовал, когда небо стало чёрным. Это сила Альбрехта. Я в этом уверен. Мы бы могли все сейчас убежать, но Тоня... Как она вообще здесь оказалась, чёрт возьми?! Стена, где был вход в эту фабрику, взорвалась и разлетелась на маленькие кусочки. Теперь там была огромная дыра. Заметил одну особенность у Детей Бездны. Вместо того чтобы нормально войти через дверь, они как-нибудь разрушают вход или делают себе новый. Это что, традиция? Показался чей-то силуэт. Он прошёл вперед, и я увидел мужчину. Это точно был Альбрехт. Я в этом уверен. И чувствуя, какая мощь исходит от него, можно вынести только один вердикт – мы в дерьме.