Visuma Berns

Так, Тоня, успокойся! Всё нормально! Давай, девочка, ты сможешь. Глубокий вдох, глубокий выдох… Фух! Вроде, попустило. Не знаю, как и почему, но это всегда помогает мне успокоится и привести мысли в порядок. Правда вот ситуацию это не меняет! Эй, кэп, у нас всё ещё полная жопа! Габриэль, который, кажется, не на шутку разозлился и… и хрен его знает что! Я уверенна, что ЭТО точно является Шарлоттой, но.… Извините, но блять! Что это?! Через порванную одежду тело девушки покрывали шипы. А может, это что-то типа костей? Не знаю. Мне трудно описать эти штуки, поскольку я никогда раньше не видела ничего подобного. Большие, тёмно-красные и, что-то мне подсказывает, что очень острые. Один такой шип «вынырнул» прямо из плеча рыжей в том момент, когда вошла я. На Шарлотту как раз кинулся Габриэль с ангельским клинком, а эта фигня образовалась прямо из неоткуда и полностью… как бы это сказать? Она полностью облекла руку Таффанель. То есть от плеча и до кончиком пальцем. Даже чуть длиннее. Ещё два таких же были на её бёдрах, только верчёные, напоминающие два больших бараньих рога. Выглядит стрёмно. Тем, что на руке, девушка воспользовалась как щитом. Клинок архангела приземлился на эту странную штуку, разнося по помещению звон. Они стояли не очень далеко от меня, поэтому я смогла рассмотреть лицо Габриэля. Там было абсолютное изумление. Он не ожидал такого поворота событий. Впрочем, как и я. Шарлотта тем временем воспользовалась шоком мужчины. Всё произошло так быстро, что тот не успел отреагировать. Из-за спины девушки образовались ещё два шипа или что это там, только эти были поменьше в диаметре. Резко вздёрнув вверх, они образовали на её футболке пару дырок. Дальше эти штуки со странным хрустом начали двигаться! Они покрылись ещё одними какими-то мини-шипами и, вцепившись в кисти архангела, развели его руки в стороны. Габриэль застонал от внезапной боли. Я же поняла, что больше мешкать нельзя ни в коем случае! Вот только, что же я должна делать? Чтобы придумать хороший план, у меня не было времени. Оставалось только внезапное нападение. Но и этот вариант мне пришлось откинуть из-за Шарлотты. Девушка заносила руку для удара! Мозг начал хаотично соображать, что нужно предпринять, а вот ноги оказались проворнее в этом плане. Не успев ничего понять, я кинулась к этим двоим и просто загородила собой моего сладкоежку. Закрыв глаза, я приготовилась к неизбежному. И оно настало. В боку разлилась жуткая боль от удара. Мне даже показалось, что я от неё сейчас задохнусь. Ноги отказались держать меня, и я начала падать. Благо, чьи-то руки быстро подхватили меня. С эти мне всегда везло. – Тоня! Мне показалось или кричали двое? – Смотри, что ты наделала! – Я?! Это всё из-за тебя! – Из-за меня?! С какой это вдруг радости?! – А кто назвал мой облик тентаклями?! – Я просто пошутил! – Шутить сначала научись! – Научись понимать шутки! – Это тупые шутки! – Как и ты сама! – Что?! Несмотря на боль, я прекрасно слышала перепалку Габриэля и Шарлотты. И у меня назревал только один вопрос: какого хера тут происходит? Его же я и поспешила озвучить. Правда получилось тише, чем я хотела. Из-за боли было даже трудно говорить, не то, что двигаться. Тем не менее, благодаря своей упорности я смогла открыть глаза. Мда.… Как говорится, картина маслом. Шарлотта и Габриэль застыли, смотря на меня. Руки рыжей сомкнулись вокруг горла мужчины. Она его душила, что ли? Габриэль же тем временем одной рукой придерживал меня, а второй пытался отбиться от девушки. Мне захотелось спросить у них, кто же после этого ребёнок. Ведь именно меня постоянно сравнивают с малым дитём, говоря, что мне пора взрослеть. Только пусть теперь попробуют сказать мне это снова. После такой-то сцены! Конечно же, мне очень хотелось озвучить свои мысли вслух, но кое-кто очень противный и наглый решил по-другому. Только я открыла рот, как у меня тут же опять начала болеть голова. Я громко выругалась и застонала. Да что же это такое?! Что случилось снова? Почему в последнее время у меня постоянно какие-то странные проблемы со здоровьем? Особенно эта голова напрягает. Кто-то хочет получить люлей? Эти мысли проносились у меня в голове одна за другой с бешеной скоростью, как раз тогда, когда я падала в небытие. Вырубилась я, короче.

***

Я лежала на чём-то твёрдом. Возможно, на полу. Голова больше не болела, как и мой несчастный бок. Вроде, можно бы и расслабиться, если только не одно «но». Вокруг было тихо. Настолько, что моё собственное дыхание казалось мне слишком громким. Глупо, не правда ли? Но так оно было. Особенно, если учитывать то, что несколько секунд назад Габриэль и Шарлотта чуть не оглушили меня своими криками, то сейчас тишина была не просто угнетающая, но и слегка пугающая. Надеюсь, они не поубивали друг друга. Решив, что лежать без дела как-то скучно, я попыталась встать и понять, что же только что произошло. Первое сделать у меня получилось с лёгкостью, но вот со вторым были проблемы, потому что, открыв глаза, я охренела. И это ещё мягко говоря. И так. Это мой разум. Да, именно. Это тот самый чёрно-белый мир в моей голове. Только с маленьким дополнением: там были две огромные двери! Реально огромные! По величине их можно было сравнить с какими-нибудь воротами средневекового замка. На мгновение я даже потеряла дар речи. На обоих сторонах этого «мира» стояли две такие странные махины. На ватных ногах я осторожно подошла к ним поближе, чтобы рассмотреть. На чёрной стороне находилась белая дверь, а на белой, соответственно, чёрная. Они обе были украшены разными замысловатыми золотистыми узорами и надписями на неизвестном мне языке. Никогда раньше не видела подобных букв. Но самое странное – цепи. Громадные и массивные, они свисали с дверей, будто пытались удержать внутри что-то опасное... Я сделала шаг назад. – Что за чёрт?.. Это сон?.. – В каком-то смысле, да. Но вообще-то это твой разум. Голос Глюцифера прозвучал слишком неожиданно, поэтому я слегка вздрогнула. После я повернулась к нему самому. Он, как и я, стоял на чёрной стороне моего разума. Белая находилась позади меня. – Что тут происходит? – я гневно посмотрела на мужчину. – Опять твои проделки? – Нет, – Глюцифер отрицательно покачал головой. – Да ради всего святого и праведного, не ври хотя бы сейчас! Ты всегда надо мной издеваешься! Придумал какую-то новую выходку? – вдруг меня осенило. – Так, подожди… Ты надо мной в моей же голове ещё не глумился… – Ты так думаешь? – этот насмешливый взгляд и наглая улыбка всегда меня бесят. – Наивное дитя. –В смысле? – я удивилась и с непониманием посмотрела на своего собеседника. Глюцифер только загадочно улыбнулся и отвернулся, делая вид, что в этой чёрной пустоте он смог найти что-то привлёкшее его внимание. Так он любил говорить: «Думай сама, ты же вроде умная». Ну, или просто игнорировать. Эта зараза любит выводить меня из себя. Я обиженно отвернулась и пошагала к белой стороне, стараясь не смотреть на страшные двери. На самом краю я остановилась. Хотелось кое-что проверить. Я начала немного стучать по чёрной стороне, пытаясь отломать от неё хотя бы маленький кусочек. И у меня получилось сие действие. Этот кусочек тут же полетел вниз, исчезая из поля моего зрения. Вау. Получается, что в моей голове ничего так и не поменялось. А ещё чёрная дверь просто парит над белой бездной. Интересно. Учитывая то, что Глюцифер когда-то говорил мне, что этот мир якобы рушится... Вот тут-то до меня резко и дошёл смысл слов моей галлюцинации. – Это ты! – я так резко развернулась, что на миг потеряла равновесие. В глазах мужчины проскользнул мимолётный страх за меня. Или мне показалось? – Это ты! Ты – те голубые глаза в темноте! Ты мучил меня! Это всё ты! Глюцифер победно улыбнулся и похлопал мне. Кажется, он был очень доволен. – А ещё я тот, кто посылал тебе сон с тобой самой и галлюцинацию Альбрехта. Мне понадобилось время, чтобы вспомнить эти моменты. – Это ты? И тот сон про бездну и боль... – Нет, это был не я, – мужчина опять отрицательно покачал головой. – Как и всё остальное. Это уже твои воспоминания. – Объясни, – я подошла к мужчине ближе и с интересом смотрела на него. Глюцифер опять только улыбнулся и отвёл взгляд. Я показала ему язык. После отвернулась и задумалась. Мои воспоминания? Ну, то, что я не человек, это уже известно. Что я знаю ещё? Ну, София говорила, что меня к ним кто-то принёс очень давно. Значит... Что это значит? Что... Что я.… раньше жила? В смысле, у меня была другая жизнь, другая семья и друзья, а потом вдруг... не знаю. Может, что-то случилось, что всё резко поменялось?.. – Мыслишь в правильном направлении. Голос Глюцифера прозвучал прямо над моим ухом, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности. Какого чёрта ты творишь, гад?! И откуда ты знаешь, в каком направлении мне мыслить? – О-о-о! – Глюцифер широко улыбнулся, аки Чеширский кот. – Я немного покопался у тебя в сознании и нашёл очень много скрытых воспоминаний. Некоторые я смог посмотреть, а до некоторых мне, к сожалению, не добраться. То есть… Я реально раньше жила. И, судя по всему, потеряла память. Или мне её стёрли? – И то, и другое, – прервал мои размышления Глюцифер. Объяснить не хочешь? – Так ведь не интересно! – мужчина скорчил по детски обиженное выражение лица. Уверена, что я сделала в ответ точно такое же. – Не обижайся, хомячок, – я обиделась ещё сильнее. – Ты ведь согласишься со мной, что искать ответы самой гораздо интереснее, чем когда тебе дают их в готовом виде. Вот здесь поспорить я не могла, к большому сожалению. Тупая привычка из детства, когда за самостоятельно решённую задачу ждёшь похвалы от взрослых. Думала, что переросла её, но, видимо, не совсем. Какая-то часть меня хотела решить всё самостоятельно. Но вот другая «я» жаждала получить решение всех загадок уже сейчас немедленно. – К тому же… – мужчина перешёл на более серьёзный тон. – В прошлый раз у меня кое-что не получилось. Мне… помешали. На этот раз я очень хочу всё сделать. Будет хорошо, если ты просто закроешь глаза и не будешь мне мешать. Я почувствовала, как по спине пробежало целое стадо мурашек. Было что-то очень стрёмное в этом холодном взгляде и словах. Настолько стрёмное, что я сделала шаг назад, забыв о том, что сзади меня белая пустота. На секунду мне даже стало интересно, что было бы, если б моя чёртова галлюцинация не успела схватить меня. Правда, только на секунду. Ибо падать мне всё-таки не хотелось. – Тонь, – голос Глюцифера стал каким-то… томным, что ли? Руки мужчины сильнее сжали мои бёдра, а лицо приблизилось. Знаете эту заезженную фразу: «Моё сердце билось так громко, что его стук могли услышать другие окружающие меня люди»? Вот сейчас было точно такое же ощущение. Слово в слово, мать вашу! – Тонь, – тон не изменился, лицо всё так же близко, а моё сердце продолжает пытаться пробить грудную клетку. – Я не такой идиот, как он, понимаешь? Я не позволю тебе снова уйти от меня. Не в этот раз. Смысл понять я не успела: лицо мужчины приблизилось к моему на опасно-близкое расстояние. Только вот поцелуя (а я уверена, что должен был быть именно он) не последовало. У меня опять разболелась голова и я вырубилась.

***

Когда я открыла глаза, то первым делом увидела Габриэля и Шарлотту. Отлично, я вернулась и меня не изнасиловали в моей же голове! Это победа! – Тоня, ты как? – на лице девушки было столько беспокойства, что я даже растрогалась. Серьёзно, она такая милая. – Да нормально, – признаюсь, эти два простых слова я проговорила с большим трудом. Рыжая облегчённо выдохнула. Но после опять вернула прежнее волнение. – Слушай, бутончик, прости меня. Я честно не хотела сделать тебе больно… – Таффанель начала говорить, но её перебил Габриэль. – Конечно, не хотела! Может, и передо мной извинишься? Вот мне-то ты очень даже хотела! Архангел и рыжая впёрли друг в друга гневные взгляды. – Сам виноват, – процедила сквозь зубы девушка. – Я? Виновата тут только ты и твоя неконтролируемая агрессия! – Чего?! Виноваты твои вечно тупые шутки! – Ты!.. – Хватит! Я не могла больше терпеть это издевательство над моими бедными ушами, поэтому громко, насколько мне хватало сил, закричала. Это подействовало. Габриэль и Шарлотта действительно успокоились. Но злобные взгляды метать в стороны друг друга они не перестали. – Какого здесь происходит? – слова давались мне с немалым трудом. – Вы что, знакомы?.. Чёрт… Мне пришлось замолчать, потому что (какая «радость»!) неприятные ощущения в боку вернулись. Теперь каждый вдох сопровождался новой порцией тупой боли. Я видела, как мужчина и девушка переглянулись. Кажется, они поняли, что я сейчас не в лучшем состоянии, чтобы выслушивать чьи-то ссоры. – Видимо, всё не так уж и нормально, – подытожила Шарлотта. Габриэль мягко и не спеша поднял меня на руки. Я успела обратить внимание на то, что у него были перевязаны кисти рук. Интересно… Мужчина осторожно перенёс меня к столу и посадил на стул. После, слегка задрав мне футболку, начал щупать место удара. В любой другой ситуации я бы смутилась, но сейчас мне было всё равно, потому что каждое прикосновение мужчины вызывало неприятные, даже болезненные ощущения. – Боль тупая? Я смогла только кивнуть. – Болит только при вдохах? Опять только кивок. – Именно там, где я трогаю? Я опять же кивнула. Шарлотта, которая стояла рядом, что-то тихо сказала на французском. Почему-то я уверена, что это была брань. И я понимала, почему она ругалась. Там, где у меня болело – ребро. Вспоминая уроки по Защите Отечества, я могла (пускай пока что и не стопроцентно) сказать, что у меня травма ребра. Нехило мне Шарлотта вье… Кхм… Забудем. Если предположения верные, то осталось только узнать что у меня конкретно: трещина или перелом? – Внешних признаков нет. Рёбра выглядят целыми и не двигаются. Скорее всего, трещина, – будто прочитав мои мысли, Шарлотта начала рассуждать в голос. Она присела около Габриэля и тоже смотрела на место ушиба. Архангел одарил девушку ещё одним сердитым взглядом. Он открыл рот, явно собираясь начать опять с ней ссориться. Поскольку мне этого совсем не хотелось, я поспешила их заткнуть. – Немедленно прекратите ругаться! Или я вас зашипперю! Удивительно, но эти слова подействовали. Мужчина и девушка даже шарахнулись друг от друга. Им обоим так претит мысль, чтобы их представляли парой? Господи, теперь я ведь точно буду их шипперить. Кинув в сторону друг друга последние взгляды, полные неприязни, они наконец-то начали действовать. Габриэль приложил к месту удара лёд, а Шарлотта пошла искать бинты туда, куда её направила я. Вернулась она быстро с аптечкой в руках. Они помогли мне снять футболку, а после наложили тугую повязку. Во время всего этого меня посетила любопытная мысль. Когда мы дрались с той англичанкой с кастетами, Шарлотта показала, что довольно слаба физически, а теперь она чуть не сломала мне ребро. Просто потрясающе. Надо будет спросить у неё об этом. Так же я в который раз пожалела, что на меня не действует ни одна сила или магия. Так Габриэль смог бы меня вылечить одним щелчком пальцев, а теперь придётся мучиться. Несправедливо!.. После того как закончилось моё частичное превращение в мумию, мы все разместились в гостиной. Я выжидающе уставилась на архангела и рыжую. – Ну? Вы мне ничего рассказать не хотите? Двое «подсудимых» кинули друг на друга последние взгляды. На этот раз без злобы или чего-то подобного. Первым говорить начал Габриэль. – Мы познакомились несколько лет назад. Думаю, ты догадываешься, что после своей «смерти» я тратил почти всё свободное время на самые разные развлечения. Так вот. Я отдыхал тогда в одном элитном клубе. Пил хорошую выпивку, заигрывал с местными красавицами. В общем, хорошо проводил время. И вдруг я заметил её! – мужчина кивнул в сторону Шарлотты. – Она случайно привлекла моё внимание, а я не смог отвести взгляда. Эта чокнутая танцевала на барной стойке. Уже немного подвыпившая, в прекрасном зелёном платье, облегающее её стройную фигуру, и в чёрных туфлях на высоком каблуке. То, как она двигалась, это было нечто! Такие плавные и грациозные движения в такт музыке! Её бёдра!.. Я не успела остановить Габриэля. Шарлотта, которая сидела рядом с мужчиной, отреагировала первой. Я не видела, что конкретно она сделала, потому что атака была нанесена под столом, но предполагаю, что это был удар по ноге. Довольно мощный удар. Архангел болезненно выдохнул, согнулся и злобно глянул в сторону девушки. Та делала вид, что не причём. Немного погодя, мужчина продолжил. – Я сразу почувствовал, что она не человек, но никак не мог понять, что же за существо передо мной. Эта странная аура вокруг и необычная красота влекли меня к ней. Разумеется, я попробовал подкатить к ней. Но она меня отшила в очень грубой форме. Если честно признаться, это слегка задело мою гордость. Я наблюдал за ней некоторое время и заметил, что флиртует она исключительно только с девушками. Ну, я и решился на маленькую хитрость. – Это на какую? – я практически сгорала от любопытства. – Он притворился девушкой, – вдруг подала голос Шарлотта. Она выглядела очень сердитой. – Этот хитрый жук перевоплотился в девушку и начал флиртовать со мной. Уже тогда я была пьяная, поэтому не заметила подвоха. К тому же, она была в моём вкусе, – рыжая слегка смутилась. – Милая и весёлая шатенка, которая не прочь хорошо выпить и знает толк в веселье. Я купилась на этот трюк. Мы пили и развлекались всю ночь. А после пошли в комнату «для отдыха». Так сказать, решили узнать друг друга получше. И уже там этот идиот раскрыл себя. – Как? – поинтересовалась я. – Я слишком сильно возбудился и потерял контроль, – кажется, Габриэля это веселило, но вот у меня его слова вызвали только недоумение. – Просто Шарлотта была великолепной! Эти поцелуи сводили меня с ума! А что она делала своими руками у меня под юб… Архангел опять не успел договорить. Шарлотта, похожая на помидорку, намеревалась врезать этому наглому сладкоежке, на этот раз по лицу. Но, видимо, мужчина уже был готов к подобной реакции, поэтому ловко увернулся от удара. – Я никогда не забуду то лицо и крик, когда я снова стал мужчиной, – судя по ухмылке архангела, он нарочно пытается вывести из себя девушку. – Мне не понравилось! – Шарлотта практически горела от ярости. Серьёзно. – Это была одна из самых мерзких вещей в моей жизни, которая случилась со мной! Поэтому не улыбайся так. К тому же… – рыжая насмешливо улыбнулась, – я кричала от шока, ведь хвастаться там-то особо нечем. Чёрт, это был удар ниже пояса. Я вижу, как мой сладкоежка багровеет от злости. Кажется, ещё несколько секунд и они накинутся друг на друга. Надо что-то делать! Вдруг я услышала, как открываются двери, ведущие в бункер. За этим звуком последовал голос Дина. Да! Винчестеры всегда спешат на помощь! – Мелкая, мы вернулись! Вот засранец. За «мелкую» потом ответит. – Эй, что здесь происходит? – спросил Винчестер-старший, смотря на разгневанных Шарлотту и Габриэля. – Не обращай внимания. Это они так флиртуют, – я ехидно улыбнулась. Говорила ведь, что буду шипперить. – Что?! – крикнули вместе мужчина с девушкой, но я на них уже не обращала внимание. Почему? Да потому что Сэм! Да, в гостиной были все: Мэри, Дин, Кас и Сэм! Последний смотрел прямо на меня с нескрываемой радостью. Правда, без удивления. Жалко, хотела сделать сюрприз. – Сэмми! – я была так рада снова увидеть этого Лося, что забыла про своё ребро. Оно, конечно же, вежливо и незамедлительно напомнило про себя новой порцией тупой боли. От этого я охнула и села обратно, схватившись за место, где болело. – Тонь! – кажется, это были голоса обоих Винчестеров. – Что случилось? – а это уже точно был Сэм. – Спросите эту рыжую истеричку, – голос Габриэля был полон негодования. – Что?! Я же сказала, что не специально! – Откуда нам знать? Может, ты враг! – Ну всё, мудила пернатая! Ты нарвался! Я в ужасе посмотрела на Шарлотту. Девушка перебывала в таком состоянии бешенства, что мне стало немного страшно. Из её плеча опять вынырнула эта странная красная штуковина. Габриэль принял оборонительную стойку. Остальные шарахнулись в сторону от увиденного. Я же не представляла, что нужно делать, чтобы остановить начинающуюся драку, как вдруг всё решилось само собой. Шарлотта медленно опустилась на одно колено и плотно сжала зубы. – Бляха!.. Только не сейчас!.. Кажется, ей было больно. Шип из руки пропал, а сама девушка легла на пол лицом вниз в позе звезды. – Я пасую, чувак. Не сегодня. Мой лимит кончился. В комнате повисло неловкое молчание, которое никто не хотел нарушать. Все были шокированы, и это ещё мягко говоря. И… это ёбаный пиздец, честно. С одной стороны, моя жизнь в геометрической прогрессии летит в Тартар к хуям, а с другой – я чувствую себя так, будто я в каком-то грёбаном ситкоме. Это трындец, ребята...

***

– Там, притормози! – опешил Винчестер-младший и выразительно посмотрел на меня. – Подытожим. Тебя выгнали из твоего же собственного мира пинком под зад, дав напоследок шкатулку с неведомо, чем внутри. Ты не человек. А ещё ты не умерла, и всё это время была в коме в своём мире. Всё правильно? Я утвердительно кивнула головой. – Охренеть, – подвёл итоги Дин, кладя в рот ещё один кусок вишнёвого пирога. Все остальные промолчали, но, если судить по их лицам, то они явно согласились с Белкой. И так. После того, как драка между Габриэлем и Шарлоттой прекратилась, не успев начаться, все решили разместиться в гостиной, заказать еды и поговорить о том, что же произошло, когда они уехали. То, что Таффанель – не человек, повергло всех в шок. И меня тоже, естественно. Ну, кроме Габриэля. Всё-то эта зараза знает. Правда, Шарлотта так и не стала признаваться, что же она за существо. Странная всё-таки она девушка, но да ладно. После увиденного приставать к ней с расспросами никто не стал. Кроме всего этого вот, что мне удалось узнать ещё. Для начала, время в наших мирах действительно идёт каким-то своим чередом. Если в первый раз у Винчестеров я пробыла больше полугода, а в своём мире у меня прошло всего три месяца, то сейчас всё как раз таки наоборот. У меня прошёл целый месяц, а здесь – всего лишь какая-то неделя. Круто, да? Идём дальше. Хранители знаний. Эти гады объявились только сейчас. Почему – непонятно. Мои знания канона говорят мне, что они должны ведь были вылезти из своей берлоги ещё раньше. Странно, что решили повременить. Дальше. Дети Бездны. Если раньше о них никто ничего не знал, то сейчас у нас была кое-какая информация. Начнёт с того, что для жизни этим существам нужен человек, как демонам или ангелам. То есть, им нужен сосуд. Тем не менее, в очень скором времени тело носителя не выдерживает нагрузки и начинает гнить, умирая, как было с Эриком. То есть, показывает настоящую внешность этих «паразитов». Странно то, что такого не происходило с Мэдлин, но в этом дерьме мы решили не копаться. Вычислить Детей Бездны можно только по сильному запаху гнили или духов, которыми они пытаются скрыть свой «прелестный» аромат. Неизвестно насчёт Альбрехта, но Дети Бездны не умеют самостоятельно телепортироваться: у них для этого маловато магической силы. По крайней мере, те, что нападали на меня, не умели точно. Для этого они носят с собой маленький чёрный камушек в форме слезы, похожий на какое-то украшение. Скорее всего, какой-то артефакт или типа того. Габриэль нам его показал, но поддержать в руках не дал, какашка пернатая. А ещё, по словам Габриэля, имён у них нет, поэтому берут они их у своих носителей. Это многое объясняет. И насчёт убийств, конечно. Если вы хотите навсегда избавиться от этих существ, то нужно просто пропустить сквозь их тело магию, словно электрический заряд. Как, например, сделал это Альбрехт, пробив грудную клетку Мэдлин. Из этого делаем вывод, что человек убить их не может, и если мы их встретим, то у нас только один вариант – бежать. Что дальше? Ах, да! Меня до сих пор ищет ФБР. Да, я всё ещё опасная и невменяемая маньячка. Особенно после той драки на ярмарке... И ещё Кеприкорн и Скорпио куда-то пропали и не хотят выходить на связь. Вот так вот. Ну, кажется, это все важные новости. Дальше мы просто продолжили свою трапезу, болтая о чём-то непринуждённом и весёлом. Я заметила, что Дин и Сэм много говорили с Мэри. Особенно Винчестер-младший. Я видела, как сильно у него светились глаза от счастья, и это вызывало у меня только умиление и невольную улыбку. Я была так же счастлива, как и он. В тоже время я вела диалог с Касом, расспрашивая его о том, как у них дела и что вообще происходит в их жизнях. А то мало ли? Умерла я на недельку, а они там себе девушек нашли и жениться собираются, например. Хотя это больше похоже на несбыточные мечты. Грустно, да? Но не будем о печальном! Так вот. Я разговаривала с Касом, хотя, наверное, стоит добавить, что мы с ним иногда мельком поглядывали на нашу горячую парочку: Шарлотту и Габриэля. Эти двое постоянно бросали друг на друга взгляды, пылающие чистой ненавистью, и диалог у них совсем не складывался. Мы с моим ангелом волновались, чтобы они опять не бросились грызть друг другу глотки, но Шарлотта вовремя спасла ситуацию. Видимо, не зря у неё высшее образование по психологии. Девушка сказала что-то про усталость и удалилась к себе в комнату. Я облегчённо выдохнула вместе с Касом. Не думала, что мой сладкоежка может кого-то так ненавидеть. Габриэль же тем временем подсел к нам, быстро вливаясь в нашу компанию и поддерживая беседу. И я вдруг почувствовала, как мне стало хорошо и тепло на душе. Все улыбались и были вместе. Все, кого я люблю и кем дорожу. Все... кроме одного. Я так резко вспомнила про него, что удивилась, как могла забыть о нём. Ведь именно ему первому я и собиралась позвонить, как только оказалась в этом мире. Поэтому я громко, чтобы меня услышали, сказала: – Слушайте, а как там Кроули поживает? А то все собрались, а его нет. Как-то нечестно. Болтовня резко стихла. Тишина, которая образовалась, мне сразу же не понравилась. Она была какая-то… напряжённая. Все, кроме Мэри, почему-то замялись и старательно отводили свои взгляды от меня. Я же внимательно смотрела на каждого из ребят, показывая, что всё ещё жду хоть какой-нибудь реакции, и что такое меня совсем не устраивает. Первым голос подал Сэм. – Тонь, – было видно, что он немного нервничает. – Кроули… он… он у Люцифера…

***

Кроули, конечно, не самый положительный герой, но надо сказать, что я любила его. Не знаю, как остальные, но для меня он был частью нашей большой семьи. Поэтому, разумеется, я волновалась за него. И когда я узнала, что Кроули у Люцифера, я не была в гневе. Я была в грёбаном бешенстве! В бешенства на Люцифера, которого опять переклинило, и он решил, что апокалипсис всё-таки нужен, хотя до этого, вроде бы, помирился с Богом. Ох уж эта ангельская драма. Она у меня уже в печени сидит! А ещё я была в бешенстве на Винчестеров, которые даже не планировали спасать нашего короля Ада из цепких рук архангела. Как вы думаете, что я сделала? Правильно! Начала доказывать, что Кроули срочно нужно вытягивать оттуда, потому что Люцифер его, мягко говоря, ненавидит и панькаться с ним не будет. Мне было жутко даже представить, что он мог за неделю сделать с демоном. Винчестеры не очень разделяли мои мысли, из-за чего я чуть не поссорилась с Дином. Но вовремя вмешался Сэм и сказал, что мы не можем просто взять и явиться в Ад, приветственно махая ручкой. Нам нужен план действий. С этим я не спорила. Меня волновало, почему никто так и не начал разработку этого плана. Точного ответа на этот вопрос мне так и не дали, а просто отправили спать. Спорить я не стала, потому что ещё большей ссоры не хотелось. Когда я лежала в постели, уже тогда я знала ответ на мой вопрос. Ребята не были так привязаны к Кроули, как я, поэтому и не вмешивались. Единственная их цель – смерть Люцифера. Я их ни в чём не винила. Просто было очень обидно и немного больно. Мне нужно время, чтобы остыть. Я провалялась в кровати где-то около часа, а желание спать так и не появилось. Этому способствовали мои слишком навязчивые мысли. От Кроули они переместились на него. На Люцифера. Наверное, я обязана сказать, что я хотела и в то же время очень боялась услышать это имя. Люцифер. Он был дорог мне. Не как друг или знакомый, а как мужчина. Ещё после комы я вдруг осознала это так чётко, что мне стало страшно. Я смотрела «Сверхъестественное», видела его и чувствовала, как у меня больно сжимается сердце и как оно быстро стучит. Чувствовала, как скучаю и как сильно желаю прикоснуться к нему сквозь экран ноутбука. Я убеждала себя, что это не по-настоящему, просто вымысел моего сознания. Глупая подростковая влюблённость, которая быстро пройдёт. Но это не прошло. В конце концов, даже Дарья заметила моё состояние и спросила, что со мной, пошутив «не по парню ли я вздыхаю?». А когда я вместо ответа глянула прямо ей в глаза, женщина вдруг стала серьёзной и спросила, не хочу ли я об этом поговорить. И я согласилась. Разумеется, я немного соврала. Для психолога я была «безответно влюблённой в мужчину значительно старше меня». Я до сих пор так чётко помню наш разговор. – Значит, тебя волнует не то, что ты влюбилась во взрослого мужчину, а то настоящая ли это любовь или подростковое желание драмы? – В точку. Женщина задумалась. – Тогда давай разбираться. Для начала опиши его. Я растерялась от такого вопроса. – Зачем? – Его фото ты точно мне не захочешь показывать, если оно у тебя есть, – Дарья улыбнулась, откидываясь на спинку своего кресла. Я немного засмущалась и отвела взгляд. – Ну... он высокий. Выше меня на голову. Сильный. Немного полноват, – я улыбнулась. – У него... много морщин на лбу. И это... так мило. И красиво. Длинные пальцы. Волосы цвета пшеницы. Знаете, не яркие, а тусклые. А лицо!.. – я закусила губу, невольно улыбаясь шире. – У него такая забавная мимика лица. Особенно, когда он делает какие-нибудь недовольные гримасы. И глаза, – я посмотрела на психолога. – У него такие яркие голубые глаза. Я... я никогда не видела такого цвета, как у него. Я вдруг остановилась, понимая, что меня заносит. Зато вот Дарья смотрела на меня очень внимательно. – А что насчёт его характера? – Он говнюк. Женщина опешила. Кажется, она совсем не ожидала такого ответа. Впрочем, как и я. Оно само как-то вырвалось. Чисто на рефлексе. – Прямо говнюк? Неужели у него нет хороших качеств? – Конечно, есть. Но в большинстве случаев он ведёт себя не лучшим образом. Он... мизантроп. – Если он прямо уж такой мизантроп, то как ты умудрилась начать испытывать к этому человеку чувства? Я пожала плечами. – Не знаю. Просто... – я вспомнила, как он носил меня на руках. Как заботился после пыток Мэдлин. Каким был добрым. Как улыбался мне. Как смеялся. – Просто... я не знаю. – Это личное? – Дарья как-то загадочно улыбнулась. – Личное, – я смущённо отвела взгляд. – Хорошо. На несколько минут между нами образовалась молчание. – Тонь, вот скажи мне. Почему ты, именно ты сама, думаешь, что твои чувства не могут быть настоящими по отношению к этому мужчине? Я улыбнулась как-то неуверенно. – Разве это не странно? Он плохой. Я знаю это. Я вижу все его негативные качества, но продолжаю выбирать его. Оправдывать. Многие девочки моего возраста сохнут по таким «мальчикам плохишам». Может, я одна из них? Типа... какой-то внутренний подростковый радар по поиску драмы. Дарья опять задумалась. – Если этот мужчина настолько плохой, то твоё замечание имеет смысл. Тогда могу порекомендовать один простой, но верный способ понять настоящая ли твоя любовь или нет. – Какой? – Разочарование, – я растерялась. – Если это не любовь, а просто влюблённость, то ты наверняка возомнила из него принца на белом коне для себя. Настроила кучу воздушных замков и спряталась в них. Тогда тебе стоит разочароваться в нём. Пойми, если он говнюк, то обязательно сделает тебе что-то плохое, что-то отвратительное. Настолько мерзкое, что его нужно будет возненавидеть. Влюблённость – разочаруешься, спадёт пелена с глаз. Любовь – найдёшь оправдание, и будет больно. Так, что да, внутренний радар по поиску драмы, – Дарья улыбнулась.

***

Я устало открыла глаза. Кажется, за всеми этими мыслями я и не заметила, как уснула. Сегодня ночь была спокойная. Без Глюцифера и его издевательств, без маленьких архангелов в моих снах. Обычная ночь, обычный сон, который уже пропал из моей памяти. Да уж… Не помню, кто это сказал, но «покой – это роскошь». Видимо, я доросла до того возраста, когда с этим выражением уже можно согласиться. Я встала с кровати и хотела уже потянуться, чтобы насладиться хрустом костей в спине, но резкая боль заставила меня вспомнить про моё сломанное ребро. Чудесно. Благо, сегодня будильник не звонил, потому что я убрала его к чёртовой матери. Нет, никаких пробежек с утра, я не хочу. Не произойдёт ничего страшного, если я прогуляю один день. С такими мыслями я осторожно оделась и вышла из своей комнаты, чтобы пойти позавтракать. По дороге в гостиной я увидела собирающихся куда-то Винчестеров. Всех троих. Интересно. И куда это они намылились? – Доброе утро, – поздоровалась я, с любопытством наблюдая за вознёй ребят. Заметила, что Мэри подстриглась. Миссис Винчестер и Сэм поздоровались со мной в ответ, а вот Дин пробубнил что-то вроде «ага». Так, я смотрю, на меня кое-кто обиделся после вчерашнего. Блин… Немного поговорив, я узнала, что ребята уезжают на охоту. Все вместе. А ещё дело выбрала Мэри. Вау. Стоит сказать, что она быстро освоилась. Это хорошо. А ещё Кас тоже ушёл по каким-то своим ангельским делам. По каким – мне не сказали. То есть, в бункере остаюсь только я, Шарлотта и Габриэль. Да, эта пернатая сладкоежка решила присмотреть за мной, потому что никто всё ещё не доверяет Таффанель. Честно говоря, я их понимаю. После её вчерашнего пугающего поведения я тоже немного опасаюсь эту рыжую бестию. Да и вообще, я не была против компании архангела. Правда, Дин пригрозил, что убьёт меня и его, если с бункером что-то случится за время их отсутствия. И сказал он этого таким тоном, что мне стало страшновато. Всё-таки мне кажется, что он сильно обиделся. Когда ребята уже уходили, я, немного подумав, решилась и окликнула их. Я должна была сказать эти слова. Уж слишком мне было стыдно. – Подождите, – на меня уставилось три пары глаз. – Я… я хотела извиниться за вчерашнее. Устроила истерику из ничего. Испортила всем настроение. Мне… мне жаль. Простите. Сэм и Мэри улыбнулись. Кажется, они и не сердились на меня. Хотя это понятно. Сэмми всегда был очень мягким и добрым, словно большой плюшевый мишка. Видимо, миссис Винчестер такая же. Или она просто видит во мне ребёнка и поэтому не думает, что на меня следует серчать за такую глупость. Кто знает? Но вот Дин точно на меня злился. Он смотрел на меня таким гневным взглядом, что я невольно опустила глаза. Наверняка выгляжу как дитя малое, которое взрослые решили отчитать, хотя так оно вообще-то и есть. Винчестер-старший подошёл ко мне, медленно поднимая руку. Честно, я ожидала, что Белка мне треснет. И хорошенько так. Просто давайте будем откровенными, я это заслужила, ведь моё поведение вчера была действительно мерзостным. Поэтому я позволила себе зажмуриться, ожидая неизбежного. Но вместо удара или ещё чего-нибудь, Дин положил свою руку мне на голову и потрепал по всё ещё распущенным и не расчесанным волосам, приводя их в ещё больший беспорядок, чем было до этого. – На тебя позлишься! Научилась этому щенячьему взгляду у Сэма и пользуется, мелочь наглая, – несмотря на слова, голос Дина стал мягче. Я невольно улыбнулась. Всё-таки он для меня как старший брат. На этом и закончили. Винчестеры уехали, а мне стало легче на душе. Теперь, когда я знала, что на меня больше никто не злится, я могла со спокойной совестью пойти и наконец-то поесть. Но по дороге на кухню случилась одна ма-а-аленькая неприятность, о последствиях которой я буду скорее всего очень сожалеть. Ну, просто совсем малюсенькая! Я вспомнила Дарью. Её слова про разочарование. Про Кроули. И про Люцифера. Шестерёнки в голове начали крутиться с бешеной скоростью, заставляя мои извилины работать. Тараканы в голове закопошились, соединяя все эти мысли в одно целое. Начался бардак и хаос. И вдруг всё прекратилось. Осталось только одно: я могу убить двух зайцев одним выстрелом. Я могу пойти в грёбаный Ад. Прямо сейчас.