Выжить вовремя

— Попалась! , — произнес Мирон, — А я не думал, что ты так быстро спалишься. — Я тоже так думала, — с грустью сказала она. Почему-то Мирон не отпускал ее руку и вел куда-то за ним. — А куда мы идем? — наконец-то задала вопрос Нат. — Как куда? Целоваться, — серьезно ответил Мирон. Глаза у Наташи резко округлели и она начала нервно дергать рукой, пытаясь освободиться из этой мертвой хватки. — Нет, подожди, стой. Я там… — начала та отговариваться. — Ха! 1:1! — засмеялся Мирон. Наташа резко остановилась, тем самым вырвав свою руку из его руки. Сморщив лицо, она развернулась и направилась к дому. — Эй, постой! Я же пошутил, ну. Чего ты, Наташ? — опять догонял ее Мирон. Зайдя в дом, Наташа села у камина, скрестив руки на уровне грудей. Помпон шапки совсем случайно начал насовываться ей на глаза, но она продолжала обижаться как ребенок. — Наташ, -спокойно сел рядом Мирон, параллельно растягивая куртку, — Ну, ты чего? Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал? В ответ Наташа лишь отвернула голову, чтобы Мирон не увидел ее лица. — Да, блин! Посмотри мне в глаза! — не выдержал тот и повернул своей ладонью ее лицо к себе. — 2:1 в мою пользу! Вхахах, — выдала себя Нат, — Пойдем друзей позовем, а то замёрзнут. — Погоди. Вот вопрос про поцелуй надо закрыть. Давай, отвечай, — серьезно проговорил Мирон. — Ааа… Ну… Как бы… Ее «ответ» перебили друзья, которые замёрзшие вошли в дом. — Я конечно понимаю, поцелуи и все такое, — начал Ваня, — но все же о нас забывать не надо. Позвали бы в дом и целовались бы себе в удовольствие. Так нет, они нас на улицу выправили попы морозить. — Ты сам придумал эту игру, — переключился Мирон на Ваню.- И чего сразу целоваться? — Я слышал слово поцелуй, — не унимался Ваня. — Тебе показалось, — выкрикнула из кухни Наташа. До нового года остаются считанные секунды. В телевизоре скачут какие-то артисты. А вся компания пишет на листике желание, которое обязательно сбудется в новом году. — Я — все! — как ребенок выкрикнула Наташа. — Держи, — протянул зажигалку Ваня. — Сжигать надо что ли? — не поверила та. — Ну, как бы да. Но если хочешь, можешь съесть вместе с салатом, — засмеялся Мирон. — Блин, а если я отравлюсь? — начала немного паниковать Нат. — Мы уже… долгое время это делаем. Все ок будет! — подключился и Порчи. Бьют куранты, телефоны звенят, телик орет… Бумажки уже давно сожжены и их прах уже в бокалах. Все пьют, а Наташа со страхом смотрит в него. « Да и хрен с этим желанием. Зато здоровая буду» — думала Нат. — Натах, давай, пей, — начал торопить Мирон. — Иначе желание не сбудется! — Ладно! Выпивать залпом весь бокал шампанского для Наташи было впервые. В голову ударил алкоголь, которые в тот час же заорал: « Танцыыыы». Все же этот «крик» Наташа сумела усмирить. — Все хорошо? Ты нормально сейчас чувствуешь? — начал немного переживать Мирон. — Да, но мне сегодня больше не наливать, — немного с пьянцой в голосе произнесла Нат. — Я это уже понял, — заулыбался тот. Наташа не смотрела ему в глаза. Страшно. Страшно было влюбиться. Ведь говорят, что глаза — это зеркало души. Если бы она оказалась в плену, и ее спросили какой цвет глаз имеет Мирон, ее бы обязательно убили. Ей казалось, что она знает его всего, но это была всего лишь иллюзия. Конечно, хотелось заглянуть в эти глаза, которые повидали много чего, но она боялась разочарования. Не хотелось прощаться с образом хорошего Мирона. — Ты сидишь, как будто накурилась, — подошла сзади Лина, — Все хорошо? Может тебе поспать? — А, блин. Сори. Задумалась немного. — Задумалась, — передразнила та.- Давай с нами играть! — О, а во что играем? , — потирала руки Наташа, чтобы хоть как-то ободрить себя после этих странных мыслей. — Покер, — уверенно произнесла Лина. — На секундочку, — заулыбалась парням Нат и резко развернула Лину. — Ты нормальная? Ты же играть не умеешь! — Главное блеф, — произнесла Лина. От нее пахло… разным алкоголем. Видно, что она пила и повышая градус, и понижая, чего делать нельзя было. — Дорогая моя, тебе проспаться надо. А то завтра. То есть, сегодня, тебе голова будет бо-бо, а во рту-ка. Как ни странно, Лина не стала сопротивляться и мирно начала подниматься по лестнице. Ее нога ступала неуверенно, постоянно соскальзывала со ступеньки и пару раз чуть не летела вниз. — Наташ, может тебе помочь? , — отозвался Ваня. — Ну, ступай же ты уже! Да нет, Ваня, спасибо, мы уже почти пришли! — толкала вперед Лину та. — Я почти пришла! Сама! Видишь, Нат, и не надо было мне помогать, — твердо сказала Лина. — Это да. Как только они зашли в комнату, Лина сделала резкий разворот и по-депутатски сказала: — Я не хочу тут спать! Смотрим соседнюю! — Это не твой дом! Давай, ложись! — Неет, — заорала та, — хочу таам! Наташа, как покорная слуга, взяла за руку Лину и повела в другую комнату. «Так много комнат. И все, как будто, делались с любовью. Вот оно, то самое спокойствие, о котором я так долго мечтала » — О, как раз! Се, спим тут! , — начала орать Лина и плюхнулась на кровать. — Спим? Нет, дорогуша! Спишь ты здесь одна. Я не собираюсь дышать твоим перегаром, — немного разозлилась та. В ответ Лина начала что-то говорить, но Нат не стала ее слушать и вышла из комнаты. С первого этажа доносились приятные, ласкающие душу, звуки акустической гитары. В груди сразу зажегся теплейший огонек от которого Наташе захотелось всех пообнимать, ну, или же просто укутаться в плед и слушать эту невероятно душевную музыку. Собравшись с мыслями, Наташа спустилась вниз к ребятам и села рядом с Ваней. — Лине плохо? , — тихо поинтересовался тот. — Ага. Коньяк усыпил ее. Зачем было так делать? Она же девочка! , — начала шепотом ругать его Нат. — Ребят, — прервал шёпот Мирон, — давайте споем что-нибудь. Надеюсь, Лине мы не помешаем? , — с усмешкой произнес Мирон. — Это ты ее споил? — заулыбалась Наташа. — Нет, но я видел, кто предлагал ей, — начала потихоньку выдавать Ваню Мирон. — Ладно. Уже ничего не исправишь. Да, давайте что-нибудь споем, — перевела тему та. — Предлагай. — Что-нибудь из иронии судьбы может? , — неуверенно сказала Нат, думая, что за такое «старье» ее осудят. — А давай, — подхватил неожиданно Порчи. — «Мне нравится» знаешь? — Да, но я одна петь не буду, — начала капризничать Наташа. — Без проблем. Я буду с тобой петь, — поддержал Мирон. Заиграли аккорды и опять… Опять на душе стало тепло, опять хотелось кого-то обнять. Но все эти чувства вылились в песне. Наташе казалось, что она только открывает рот, а кто-то вместо ее поет; Мирон исполнял все аккорды точь-в-точь, как и в фильме… Голос сменился: вместо грубого голоса появился вовсе мягкий, легкий и красивый голос. Кажется, сказать бы ему: « Пой попсу!», но в тот же момент становится понятно, что сейчас вся попса — хрень. Даже не так. Попса не хрень, просто сам Мирон создан не для попсы… Гитара замолчала, в комнате стало тихо. За окном было слышно, как свистит метель, наметая огромные сугробы снега… — Itʼs perfect! , — перебил тишину Порчи. — Давайте еще что-нибудь, — вошла в азарт Нат. — Мирон, не устал? — Нет, не устал. Но немного бешусь. Точнее МНОГО бешусь. — Что-то случилось? , — испугано спросила Наташа. — Я тебя просил как называть меня? — Мир. Помню, — начала мямлить та. — Вот и договорились, — заулыбался Мирон. — Это и была проблема? — Ну, да… Наташа с легкость выдохнула и начала пролистывать песни, которые можно было бы спеть под гитару. — М! Песню «Моя Мишель — Я же твоя дура» знаешь? — Эмм, — начал рыться у себя в голове Мирон в поисках этой песни.- Знаешь, нет, не слышал. Может ты мне лучше аккорды покажешь? На самом деле Мирон знал эту песню, да и аккорды там были лёгкими. Ему хотелось услышать голос Наташи, которая то и дело стеснялась петь. — Ага, ну, ясно, — продолжал притворяться Мирон, — Ты положи сюда телефон, я буду аккорды смотреть. Мирон взглянул на Ваню, которые понял хитрый замысел его, но не стал выдавать. Обменявшись короткими улыбками, Мирон начала играть. Ее голос был, как ни странно, идеальным. За всю песню никто не сделал ни одного шага, все смотрели на поющую даму, которая немного махала указательным пальцем и периодически закрывая глаза. — Наташ, вопрос такой возник, — по окончанию песни начал говорить Мирона. В голове Наташи только сейчас проснулась мысль, что она пела одна… И, возможно, это было ужасно. Слезы уже сами собой начали появляться на глазах, а горло будто кто-то сжимал, не давая ничего нормально сказать. В ответ Мирону Наташа лишь вопрошающе кивнула головой. — Почему ты не записываешь песни? Голос твой лучше всех, блин, на свете, а ты поешь раз в год… Да еще и стеснясь, — начал возникать Мирон, — Все, решено. Я буду тебе помогать с песнями. — Кстати, да, — подтвердил пьяный Порчи, который уже почти спал. — А мое мнение уже не надо? , — спросила Наташа. — Ты, скорее всего, будешь отговариваться. — Кстати да, — продолжал поддакивать в хлам убитый Дарио. — Ну, все там, — обратился Мирон к нему, — спи! В ответ опять же начались какие-то пьяные ворчания. Мирон лишь махнул рукой и опять обратился к Нат: — Просто, таких стеснях, как ты, над Опять солнечная погода, опять тепло и уют в комнате. Никто не мешает мечтать. Перевернувшись на другой бок, Нат сладко потянулась и поняла, что здесь что-то не так. Она была накрыта одеялом, но хотя прекрасно помнила, что она не накрывалась им. Стало не по себе. Наташа повернула голову в сторону полки, которая стояла у стену. « Мужик, — подумала Нат, — Я же не пила вчера… То есть, сегодня. Так, без паники» Нат неловко выставила указательный палец и тыкнула в спину человека. — А?, — послышался тихий голос Мирона. — Бля, ты что тут делаешь? — возмутилась Наташа. — В своей комнате сплю, — все еще сонно бормотал Мирон. — Ой, извини. Я уже ухожу, — испугалась Нат и уже собралась уходить. — Оставайся, — хитро улыбнулся тот. — Нет, — грубо ответила Наташа. — Опять твое актерское мастерство? — Может тебя еще поцеловать? — Было бы неплохо, — перевернулся Мирон на спину, забросив руки за голову. — Федоров, сам себя целуй, — с усмешкой ответила Нат. — Все равно я поцелую тебя. Спорим? — Спорим, — уверенно протянула свою холодную ладошку к Мирону. — Поцелуй в губы, — добавил тот и резко схватил ее за руку. — Ну ладно, — сжав зубы, сказала Нат.