Ты больше никогда не будешь один!

      Когда Минато вошел в прихожую, он первым делом посмотрел на мальчика, который очень сильно волновался. Намикадзе забыл, как дышать. Его волосы, глаза, лицо, полоски на щеках точно такие же, как и были у его новорожденного сына.       Мужчина представить даже не мог, что его сын, Наруто будет перед ним живым и здоровым. Наплевав на присутствующих в прихожей, Минато в одно мгновение подскочил к мальчику и крепко прижал его к себе, давая волю своим слезам, которые потекли из его глаз.        Наруто сначала не знал, что делать, когда его обняли. Но ощутив, это странное незнакомое тепло, мальчишка прижался к Намикадзе сильнее. Из глаз у него большим потоком хлынули слезы от мысли, что он больше не будет одинок.       Сарутоби с Какаши, который появился в прихожей сразу после Минато, смотрели на эту семейную сцену с доброй улыбкой.       После того, как оба блондина более менее в пришли себя, Хирузен с Какаши попросили выпустить их из барьера. Минато решил ставить барьер, чтобы хотя бы дома не ходить под Хенге, так как это лень и это очень утомляет.       После ухода Третьего и ученика Четвертого, Минато взял не сопротивляющегося ребенка на руки. Намикадзе сразу же не понравилось то, каким легким был мальчик. - Ты кушать хочешь? - Аккуратно спросил старший блондин, идя с ребенком на кухню. Наруто осторожно кивнул. Он стал очень сильно присматриваться к своему папе. Его лицо было каким-то знакомым.        Минато смутился под таким взглядом четырехлетнего ребенка и мягко спросил маленького блондина, садя его на стул в кухне: - Тебя что-то беспокоит? - Мальчик дернулся от такого голоса. К нему никто и никогда не обращался с такой интонацией, даже старик Хокаге. - А, ты случайно не Четвертый Хокаге? - Чуть слышно спросил мальчик, зажмурив глаза. Его всегда били, когда он задавал глупые и странные вопросы.        Минато, который отошел от своего сына, чтобы что-нибудь приготовить. Услышав вопрос, тихо подошел к Наруто и чмокнул его в нос. Мальчик резко открыл глаза и посмотрел на мужчину с неким непониманием. Минато усмехнулся и, подмигнув, проговорил: - А, что если это так?! - Мальчишка прям весь засеял. - Мой отец - сам Четвертый Хокаге! Это круто! Круто... - Радостно завопил Наруто, смотря своей детской улыбкой на ухмыляющегося папашу, а потом более серьезно спросил: - Ты теперь будешь управлять деревней вместо Третьего? - Неа, я решил отойти от своих дел и работать в АНБУ, чтобы проводить с тобой больше времени. Причем все думают, что я погиб, так зачем травмировать всем психику. Я надеюсь, что ты тоже сохранишь это в тайне. - Спокойно разъяснил старший блондин, посмотрев на сына серьезным взглядом. - Хорошо. - Счастливо воскликнул младший блондин, а потом с непониманием спросил: - А почему ты хочешь проводить со мной больше времени? Я же демон?! - Намикадзе не понравился ни вопрос ни голос ребенка, его сына.       Старший блондин нежно потрепал волосы своего сына и, поцеловав того в лоб, ласково проговорил: - Ты не демон, а мой сынишка. И я тебя люблю, вот поэтому мне хочется проводить с тобой больше времени. Причем мне надо же как-то нагнать то время, которое я пропустил. - Не только Наруто стало очень тепло от таких слов своего папы, но и Минато. Он впервые почувствовал за эти четыре года радость, счастье и некое удовлетворение. - Ты будешь рамен? - Поинтересовался Намикадзе после непродолжительной тишины. - Конечно. - Мальчишка быстро закивал. - Вот и славно. - Сказал Минато и пошел готовить рамен.       Для обоих было как-то необычно вот так просто есть еду в кругу семьи. Намикадзе вел себя достаточно спокойно, вот только в душе у него все ликовало. А Наруто слишком волновался и немного дрожал. Он до сих пор не мог поверить в происходящее, и все время поглядывал на Минато, пытаясь запомнить его в подробностях. А то вдруг это окажется сном, мальчик снова окажется один в своей маленькой квартирке.       Минато всерьез забеспокоили такие взгляды. Он, не доев свою порцию, встал и подошел к Наруто, мальчишка медленно повернулся к папе лицом. - Что такое Наруто? - Спросил Минато, взяв руки Наруто в свои и внимательно глянул в небесно-голубые глаза мальчика.        У мальчишки появился румянец на щеках, а глаза начали снова слезится. - Я боюсь, что это сон и, когда я проснусь, я опять буду в одиночестве... - Всхлипывая, произнес маленький блондин. - Это не сон, я с тобой. Ты никогда больше не будешь один! Я тебе обещаю. - Очень мягко, ели слышно проговорил старший блондин, прислонившись своей ладонью к щеке мальчишки. -Правда? - С надеждой уточнил маленький ребенок, смотря на мужчину, как на героя, которым он восхищается. - Угу. - Минато кивнул, рукой ветирая выступающие слезы у мальчика. Наруто не много успокоившись, кинулись на шею к Намикадзе. Он не выдержав равновесие, так как стоял на карточках, упал на спину вместе с мальчиком, прижимавшийся к нему. - Ей, убьешь же... - Сказал Минато, скорчив свое лицо от маленькой боли. - Эмм, прости... Я не хотел... Очень больно? - С виноватым видом протараторил Наруто, быстро поднимаясь с Минато. - Не извиняйся, мне не так уж и больно... - Произнес Намикадзе, хватая ребенка за запястье, заключая мальчика в объятия. - Отпусти меня... - Мальчишка начал вырываться, а Минато только засмеялся, видя безуспешные попытки Наруто освободиться из железной хватки старшего блондина. - Не хочу, - Хихикая промурлыкал Минато, продолжая обнимать мальчишку. - Ах так... - Наруто потянулся ближе к папе и поцеловать его в губы. Мужчина вздрогнул и расслабил свою хватку, он медленно сел на полу, находясь немного в шоковом состоянии. Наруто только выдавал еле слышные смешки, закрывая рот рукой. - Ну, иди сюда маленький негодник... - Весело отозвался Минато, когда отошел от шока. Он накинулся на мальчика и стал его щекотать. Они оба начали смеяться во весь голос.       Минато пытался запомнить каждую секунду этого момента. Ведь вот так играть с сыном было его мечтой с тех пор, как он узнал, что Кушина беременна.       Про недоеденный рамен они вспомнили, не так уж скоро. Хотя это для них сейчас было неважно, так как судьба позволила двум близким людям, хоть и из разных миров, воссоединиться, чтобы их не сгубило одиночество.