in adfectus

Музыка. Мысли. События. Я не знаю, кто же из вас ранил меня сильнее: Кто сжигал изнутри или тот, с кем сердце стучало ровнее.

      Разрывает изнутри по частям, на куски и по линиям резким, вдребезги в неясной мне спешке. Мне неясно ещё, почему поперёк всё пошло, когда было иначе сначала.       Начиналось ведь всё так хорошо. Было мягко и нежно, открыто, свежо. Каждый вдох, каждый выдох и каждое слово, словно сон меня вывел в райское лоно понимания, знания, в объятия жаркие. Слов не требовал мир, принимал и хранил, и берёг, в океане будто бы островок домом стал мне родным, безопасным. Коротала я дни в нескончаемой сказке. Пустота. Красота. Безопасность и ясность. Вот и всё. Так я нашла своё место в жизни, храм для богини Весты, оплот защищённой наивности. Весь мир за пределами стен был стремглав мной забыт и совсем не у дел. Был совсем не у дел, пока я добровольно не открыла все двери навстречу тебе, наградив тебя ролью лампочки в темноте. Это было так просто: открыться, отдаться, довериться всей. Не пришлось сомневаться – так манили твои огни. Я поверила спешно, не сумев тогда устоять перед магией красоты, перед сладкой усмешкой, погружаясь в распев голоса твоего, я сдалась – до того всё дошло. Я любила свой мир, но его разделить захотелось внезапно с родной душой, а найдя тебя, захотелось делить с тобой. Так тебя я ввела в чертоги веры моей, души, так соседями в мире моём стали мы.       Было уютно, удобно, феерично, волшебно, понимание абсолютное. Это словно дрейфуешь на во́лнах, словно сгораешь как спичка, отринаешь враждебность и становишься новым человеком. Так случилось рядом с тобой, но кто же знал, что на закате века обернётся всё болтовнёй пустой, разочарованием полным, когда душат переживания.       Я считала, что мы с тобой что-то большее, чем просто люди, что-то большее, чем волей рока сведённые жертвы судеб, что мы созданы быть рядом. Кто же знал, что осядет ядом на лёгких наших вся эта связь, и любовь, и внимание, и ошибочное понимание, эта сладкая явь, что нам сбила все руки в кровь.       Я же верила тебе. Всем сердцем. Я лелеяла всё в себе, что по инерции от тебя я хранила в душе. Я любила, слышишь? Всем сердцем любила в тебе всё. Даже безразличие твоё, что срывалось временами с пальцев. Просто вдруг начало всё в тебе жалить безудержно больно, иногда против воли, но мы начали отдаляться, сдаваться под напором собственной жалости.       Всё было, как прежде: мы общались, держались рядом, наверное, в слепой надежде всё исправить, поднять и отладить. Разговоры были как раньше: по ушам не били, не резали скальпелем. Всё же нормально, только стало иначе всё. До того, как в мире моём стали мы с тобой, я вечера здесь так часто коротала совсем одна, и мне комфортно было и безопасно до появления твоего на гранях моей сказки. Ведь увидав тебя тогда, я подумала, ты чудо, смотрела на тебя во все глаза. Да, я сама тебя затащила сюда, так что же требовать от тебя теперь? Я любила тебя всем сердцем, поверь.       Просто... я сама ошиблась во всём, вот так просто я пошла не тем путём. Почему-то думала, что доверив тебе свой мир, он тебя целиком окутает, одарит новыми силами жить. Думала, ты увидишь, разглядишь, как всё здесь важно для меня, будешь хранить всё так же, как я. Я просто ошиблась, считая, что ты подаришь себя мне. Наверное, просто надеялась, что теперь наедине мы всегда будем, только ты и я. Что никто не осудит, а закрыв глаза, мы на множество миль вокруг останемся одни, вслушиваясь в каждый звук.       Я думала, что разделив свой мир с тобой, его детали, его ритм живой, думала, это всё останется между нами, скрытое ото всех, кто там, за стенами, кто не с нами, кто за пределами этой сказки, но оказалось всё слишком шатким. Я просто забыла о твоей открытости, и однажды не смогла вытерпеть того, что мой мир был отдан тобой другим. Людям совсем чужим, кому места тут не было никогда: ни сегодня, ни через года́. Это было больно, знаешь, хоть я и добровольно – напомнит память! – тебя сюда привела, но я ведь не знала. Не знала, что мой мир, который однажды стал наш, ты решишь разделись с ещё одной парой глаз. Не со зла и без какого-то умысла, просто такова судьба. Но во мне всё равно что-то хрустнуло, что-то сломалось безвозвратно и крепко. В тот момент я сдалась, как под напором сапог ветка.       Просто я не сумела разделить тебя и мой мир с кем-то ещё за пределами этого мира. Просто, глядя в твои глаза, я чувствовала – всё изменилось. А теперь я не знаю, как выставить прочь за двери тебя, забываясь в своём неверии. Если успею выгнать, я знаю, смогу ещё выстоять, по новой всё это выстроить, упавшие башни поднять. Но даже вонзая лезвия в тело моё истерзанное, ты продолжаешь смотреть невинно, заставляя выть болезненно, то ли не понимая, а может тебе то обыденно, я не знаю. Разрываешь мой мир на части, на сувениры, клочки бумажные, буравишь дыры и раздаёшь, даришь кому ни попадя, сталкивая меня тем в пропасть. Горечь жжёт мне губы, слёзы сжигают глаза. Пусть это не в полной мере предательство, но удар был слишком уж грубым, заставил согнуться пополам. Твои руки вошли в меня неподатливо, словно бы ищут, что ещё вырвать наружу. А я как котёнок слепой рыщу, тычусь, выход ищу, силы, чтобы выгнать тебя за пределы, чтобы выжить, избавившись разом от тебя – в этом мире заразы.       Я люблю тебя, веришь? Но это – то, что сделано тобой с мои миром… Раньше здесь круглый год было лето, а теперь я про солнце забыла. Потому что ты даришь по частям мои мысли, мои чувства, мою любовь, людям, укрытым в пыли серости буйства, будто пытаясь помочь им вновь с помощью осколков меня и моего мира восстать снова над этой пылью.       Что ты делаешь? Прекрати, слышишь? Ты думаешь это мелочь? Кому-то расскажешь мысли, кому-то общую шутку, а третьему подаришь картинку, что в доме моём над решёткой висела вот уже сотню лет. Нет. Это не мелочь, ты меня на куски разбираешь, убиваешь так просто, на части рвёшь и душишь своей ложью.       Я кричу, а ты не слышишь, просто тихонько рядом дышишь, заставляя меня всё забыть и заснуть. Я совсем иначе себе представляла нашу жизнь, после того, как я решила с тобой рядом жить и всё пополам делить. Я думала, мы с тобой одно целое, одна душа в двух разных телах. Только у единства этого вкус мела, что вокруг осел на кирпичных стена́х. Снова ночь, а завтра уже новый день. Завтра вот так просто вновь ты найдёшь новую себе мишень, чтобы кусками урвать и отдать на съедение волка́м – людям, что за стена́ми, ждущим новую партию драм в моём мире и между нами. Снова на сувениры будешь тихонько драть меня, видно, я пред богами то провинилась, накликав тебя на себя.       Теперь я давно уже сдалась, оставив попытки тебя изгнать. Мне никакой от того радости, среди всего этого дерьма я просто хочу знать. Ведь мне всё так же неясно, почему поперёк всё пошло, когда было иначе сначала, когда впустила тебя в своё тепло.