Когда любовь...

«Наш сын знает, что мы не просто поссорились. Он сам догадался, но к тебе у него будут вопросы». Регина несколько раз перечитала полученное сообщение. Ее мучил вопрос, касательно Генри. Как он догадался? Что выдало ее и Эмму? Вспоминая утреннюю встречу с сыном, она не могла припомнить, где могла выдать себя. Может Эмма как-то странно повела себя? Как бы сейчас Миллс хотелось встретиться с любимой и все обсудить, но Свон ясно дала понять свою позицию. «Что случилось?» Это все, что мадам мэр могла написать. Оставалось только ждать ответа. «Генри подслушал мой разговор с Анной, и все не так понял. Я пыталась объяснить ему, но он не поверил. В итоге мы поссорились». Последнее предложение сильно удивило Регину. Эмма и Генри никогда раньше не ссорились, а тут такое открытие. Это было странно и необычно, что даже настораживало. Что такого мог услышать мальчик, чтобы в итоге поругаться с матерью? А о чем разговаривала Эмма с Анной? - Черт! Ненавижу вопросы без ответов, - устало прошептала королева. Она хотела услышать историю целиком, а не читать об этом в смс. - Прости, Эмма, но тебе придется поговорить со мной лично. Регина покинула рабочий кабинет, чтобы поехать в офис шерифа. Выяснять отношения она не станет, а вот обсудить возникшую проблему с сыном является главной задачей на данный момент. Миллс нервничала из-за встречи с Эммой, но отступать была не намерена.... - Что ты здесь делаешь? - зло прошипела Эмма, когда Регина появилась на пороге ее кабинета. - Пришла поговорить о Генри, - миролюбиво ответила мадам мэр. - Из твоих сообщений я ничего не поняла. Расскажи, что произошло? - Генри зашел ко мне после школы, а я разговаривала с Анной, - нехотя начала рассказывать Свон, повернувшись к Миллс спиной. Ей было больно смотреть на любимую женщину, обида никуда не исчезла. - Он подслушал наш разговор, а потом начал задавать вопросы. Я сказала, что мы поругались, но он не поверил и тут же обвинил меня во лжи. Генри повысил на меня голос и за это я его отругала. А потом он убежал, а сейчас он должен быть с Анной. - Почему именно с ней? - Регина была в недоумении. Генри раньше никогда не повышал голос на своих мам, ни в чем не обвинял их. Ну, кроме тех случаев, когда он считал Злой королевой свою приемную мать. - Она хочет поговорить с ним, - ответила Эмма. - И советую тебе придумать историю по убедительней. Генри считает меня лгуньей, может тебе удастся провести его. - Не думаю, что стоит врать ему, - неуверенно произнесла мадам мэр. - Хотя, это ведь не совсем ложь, верно? - Я не хочу сейчас ни о чем разговаривать, Регина, - с обидой прошипела Эмма. - Прошу, уйди. Иначе уйду я. Я попробовала поговорить с Генри, у меня не вышло. Может у тебя получится лучше это сделать. - Я поговорю с Генри, - Миллс поняла, что разговор исчерпан. Ей не хотелось идти против желания Эммы , полностью осознавая свою вину перед ней. - Я напишу тебе. Прости, что побеспокоила тебя. Плотно поджав губы, Регина в спешке покинула участок шерифа. Она едва сдерживала слезы, и не представляла, что тоже самое было и с самой Эммой. Обе женщины чувствовали боль, но скрывали ее друг от друга за масками. Также у Свон и Миллс были схожие желания: крепко обнять и поцеловать. Регине, глядя на напряженную спину блондинки, хотелось прижаться и попросить прощение. Эмма мысленно представляла себе, как она яростно и грубо целует сладкие губы своей королевы. Но в итоге никто из них не сделал первый шаг.... - Черт! - ругнулась Эмма и сильно ударила кулаком по подоконнику. - Вижу, что ты сегодня не в духе, - Свон обернулась и увидела в проеме двери ухмыляющуюся Ингрид. - Неудачный разговор с Региной? - Можно и так сказать, - пробурчала Спасительница. - Да еще и с Генри поругалась. А с утра Крюк настроение испортил. Сегодня определенно худший день в моей жизни. - Вы выясняли отношения? - спросила Ингрид, подойдя к мрачной Эмме. - Твой бывший давно должен был понять, что у него нет никаких шансов. А с Генри что произошло? Из-за чего вы поругались? - Мы с Анной обсуждали мои отношения с Региной, - призналась Свон. - И Генри услышал его. Он стал задавать вопросы и поймал меня на лжи. В итоге мы поругались. Я написала об этом Регине и она тут же примчалась сюда, хотя я ее об этом не просила. - Она беспокоилась о тебе, - ответила Фишер. - Как и о Генри. Когда дорогие тебе люди ругаются, это всегда вызывает тревогу. Сейчас между вами сложные отношения, и Генри невольно встал между вами. Вам нужно как можно скорее разрешить конфликт и принять окончательное решение. И чтобы между вами не произошло, Генри всегда будет вашим общим сыном. Он должен чувствовать, что его по-прежнему любят, что из-за него никто не будет ссориться, как раньше. Может ваша семья распадется, но ваш сын не должен этого ощущать. - Знаю, - обреченно выдохнула Эмма и прислонилась спиной к стене. - Но я пока не готова разговаривать. Когда я увидела Регину, внутри все оборвалось. Боль была такой сильной, что еще чуть-чуть и она захлестнула бы меня. Я могла сорваться и наговорить лишнего, но больше всего мне хотелось поцеловать ее, прижать к себе и больше никогда не отпускать. Но... - Знаешь, я видела как Регина уходила отсюда, - Ингрид решила высказать свои наблюдения. - Я видела ее слезы, ее боль. Если бы она не любила тебя, то не было бы и причин переживать так. Ситуация сложная, но разрешимая. Регина любит тебя, Эмма. И вы, либо будете бороться за свои чувства и счастье, либо всю оставшуюся жизнь будете страдать и жалеть. Знаешь, я вам обеим даже немного завидую. - Завидуешь? - удивилась Свон. - Почему? - Вы нашли друг друга, - мягкая улыбка Снежной королевы вызвала ответную улыбку у Эммы. - Ваши чувства взаимны и очень сильны. Истинная любовь никогда не ошибается. Любящие сердца всегда найдут свою вторую половинку. Я свою так и не нашла, поэтому и завидую вам. - У тебя еще все впереди, - возразила шериф. - Главное верить в то, что ты встретишь своего избранника. Надежда всегда должна жить в нашем сердце. - И сейчас эта самая надежда живет в сердце Регины, - Ингрид положила руку на плечо Эммы. Зеленые глаза с грустью устремились в окно. - И она есть в тебе, моя дорогая. Спорить было бессмысленно. Ингрид попала прямо в точку. Эмма надеялась на примирение, ей не хотелось терять свою любовь, но отпустить случившееся было не так уж просто. Рана еще болела, но она уже не кровоточила. Время начало залечивать. Совсем скоро раны затянутся, эмоции перестанут бушевать. - Я хочу надеяться, что между Региной и Эльзой ничего нет, - призналась Свон. - Я хочу верить, что меня по-прежнему любят. Я хочу забыть, что видела этот злосчастный поцелуй. Я хочу, чтобы Регина была только моей. - Твои родители знают о вашей ссоре? - спросила Ингрид. - Нет, и я не хочу им об этом говорить, - ответила Эмма. - Мы сами разберемся. Вмешательство моих родителей может все усугубить. Зная характер матери, она тут же побежит разбираться с Региной. А мне потом разнимать придется их. Пусть родители остаются в неведении. - Логично, - согласилась Снежная королева с понимающей улыбкой. - А что насчет Генри? - Регина сама поговорит с ним и потом отпишется, - Эмма надеялась, что сын выслушает свою мать и все поймет. - У нее должно получиться достучаться до него. Иначе ему тоже будет больно. - Все будет хорошо, - заверила Ингрид. Фишер верила, что любовь победит. Любые трудности можно преодолеть. Испытания делают людей сильнее, если между ними есть доверие. А если его нет, то все усилия будут напрасными и это приведет только к разрушению отношений. Но Эмма и Регина не сдадутся, им только нужно время. *** Регина яростно смахнула слезы. Она ругала себя за трусость и слабость. Сегодня у нее был шанс все выяснить, даже если Эмма этого не хотела. Она могла все ей рассказать о том вечере, но не стала. Миллс просто ушла, чувствуя себя побитой. - Мам? - Генри нашел свою мать в кабинете. Разговор с Анной помог ему успокоиться. Он понял, что должен выслушать своих мам, что был не прав. Ему не следовало обвинять Эмму во лжи, не дав объяснить. Генри не знал, что произошло, а Анна ничего не рассказала толком, поскольку это касалось только его мам. Только они могут поведать ему свою историю. - Привет, дорогой мой, - Миллс встала с дивана и крепко обняла сына. - Прости меня. - За что? - настороженно спросил Генри. - Утром я солгала тебе, - призналась мадам мэр. - Эмма не ночевала дома, потому что мы поссорились. - Я слышал об этом от нее, - сказал мальчик. Взяв маму за руку, повел к дивану и усадил ее, и сам сел рядом. - Я случайно подслушал разговор. Скажи, что произошло между вами? - Между нами произошла размолвка, - с виноватой улыбкой ответила Регина. - Эмма хотела устроить романтический вечер, а я все испортила. Сейчас она обижена на меня и не хочет разговаривать. - Я заметил, что ты стала задерживаться на работе, - заметил Генри и посмотрел на приемную мать. - Это всегда расстраивало нас обоих. Ты словно отдалилась от нас. - У меня действительно было много работы, - призналась Регина. - Если бы не помощь Эльзы, я бы просто утонула в горе бумаг. Проклятие Снежной королевы принесло много разрушений. Многие здания нуждаются в капитальном ремонте, медикаментов стало не хватать, старое оборудование нужно поменять на новое. - Нелегко быть мэром, - покачал головой школьник. - Тебе пора взять отпуск, мам. Ты слишком много работаешь, а так нельзя. Может город и нуждается в тебе, но нам с Эммой ты тоже нужна. - Прости меня, - Миллс почувствовала укол совести. Ее сын был абсолютно прав. Работа отняла у нее время на семью, а также сблизила с Эльзой. Они стали хорошими друзьями, но под угрозой оказались отношения с Эммой. Регина поняла, что нужно все менять, исправлять собственные ошибки. - Вы же помиритесь, верно? - спросил мальчик с надеждой. - Я должна искупить свою вину перед твоей матерью, - неоднозначно ответила королева. - Я очень виновата перед ней. Поверь мне, я сделаю все, чтобы она меня простила. - Ты справишься, мам, - улыбнулся Генри. - Потому что вы любите друг друга. - Ты прав, - вяло, но искренне улыбнулась Миллс. - Я люблю твою маму и хочу, чтобы она вернулась к нам как можно скорее. - Все будет хорошо, - оптимистично ответил Генри, а затем выбежал из маминого кабинета. Регина ухмыльнулась и покачала головой. Сын сумел подбодрить ее и поверил словам. По сути Миллс ничуть ему не солгала, просто утаила правду. Видимо, и Анна сумела повлиять на Генри. Он спокойно выслушал ее, не стал задавать никаких вопросов. Это существенно облегчило Регине задачу, не пришлось придумывать ложь на ходу. Эмме повезло меньше, на нее Генри просто сорвался. И за это ему предстоит извиниться перед родной матерью, а также выслушать нотации от другой матери. *** «Генри успокоился и выслушал меня. Он все понял». Эмма слабо улыбнулась, читая сообщение от Регины. Свон могла вдохнуть с облегчением. Раз Миллс все объяснила сыну, значит инцидент исчерпан. «Хорошо. Он очень расстроился?» Шериф хотела знать, как прошел разговор. Генри прислушался к матери, поверил ее словам. Даже Анне удалось достучаться до него. Но только не ей. Сын обвинил ее во лжи, накричал и просто убежал. Эмма осознавала, что повела себя не лучше. Они оба сорвались и это привело к обоюдной обиде. Слова Генри задели ее за живое, ранили в самое сердце. Может она и солгала, но он не должен был обвинять ее в этом. В итоге и он получил оплеуху за свои слова. «Генри настроен оптимистично, как и я. Когда ты будешь готова поговорить, дай мне знать. Я люблю тебя, Эмма. И ни за что не сдамся. Я буду бороться за тебя!» Эмма едва не расплакалась, когда читала последние строчки. Это одновременно обрадовало ее и причинило боль. Ей хотелось верить в эти слова, но она боялась. Страх крепко сжал ее сердце в тисках и не собирался отпускать. Но признание Миллс согревало душу, ведь чувства были взаимны и сильны, как и прежде. И страху, обиде и злости этого не подавить. - Я тоже люблю тебя, Регина.