My Funeral

I      t's my funeral Welcome you all!       Хм, интересно, что они говорили обо мне? И вообще, пришел кто-то на мои похороны? Эх, хотел бы я вылезти, послушать. Черт, я даже не знаю. Сколько времени прошло с того момента, как меня похоронили! Час, минута, год? Я мог бы определить по степени разложения, но не владею ночным зрением. Здесь слишком темно. Почему никто из моих друзей не положил мне в гроб зажигалку? Может, потому что у меня не было друзей? Все считали меня слишком странным, грустным. Всё повторяется. Я даже на шести футах под землей чувствую вашу ненависть ко мне.       У меня всегда были проблемы в отношениях с людьми. Сейчас, таких как я называют интровертами, ну а во времена моего пребывания в школе, таких называли одним емким словом. ЧМО. Почти как ГМО. Его тоже все раньше ненавидели. Если бы ГМО был человеком, мы могли бы подружиться… Трудновато было.        Так, с одним разобрались. Друзей у меня на похоронах не было. Теперь родственники.       Итак, в моей семье меня считали козлом отпущения, белой вороной, называйте, как хотите, смысл не поменяется. Я был средним ребенком, до меня была сестра, после меня - брат. Разница между нами была в год. Сестра моя, очень умная, серьезная девушка, относилась ко мне с холодностью, даже с презрением. Когда мы учились в школе, она никому не признавалась, что я её брат. Стыдилась. Но я не в обиде на неё за это. Мой младший брат милый, добрый мальчик, относился ко мне как клоуну или умалишённому. Впрочем, так же, как и все остальные родственники. Однажды, моя сестра посоветовала мне психологический прием, под названием «Маски»:«Притворись, может, за умного сойдешь»       Я понял её буквально. К вечеру у меня было уже шесть масок из папье-маше. На каждой я нарисовал различные эмоции: грусть, радость, злость, злорадство, удивление, восхищение и грустную ухмылку. Я пригласил сестру к себе в комнату, и устроил дефиле в масках. Она посмеялась надо мной. Тогда я сжег все маски, оставив только радостную и грустную, склеил их. Нанюхавшись клея, я выбрался через окно в сад и отправился на прогулку. Я любил гулять один в лесу. В этом году был на удивление холодный конец осени. Шагая по запорошенным снегом листьям, я думал о своем одиночестве. Дойдя до середины леса, я услышал крик. Ужасный, раздирающий мои барабанные перепонки крик. Всё моё существо тонуло во всепоглощающей боли. Я был готов продать душу за то, чтобы прекратить эти пытки. Пойдя на звук, я увидел младенца. Он лежал прямо в снегу и отчаянно кричал. Я никогда не питал к детям какой-то особой любви. Когда появился мой двоюродный брат, все мои родственники бегали, сюсюкались с ним. Я же видел маленькое существо, которое в будущем станет убийцей. Нет, я не экстрасенс. Любой человек хоть раз убивает за свою жизнь, может быть не своими руками, но по его вине умирают живые существа. Комары, мухи, тараканы тоже считаются.       Тогда я смотрел на это меленькое, распростертое на снегу тело, и в моей голове крутился рой мыслей. Я могу помочь ему. Помочь ему оставаться таким же… Хм.. Пожалуй, подойдет слово «чистым». Не могу сказать, что считаю убийство грязным делом, возможно раньше считал, но только не сейчас. Младенец уже почти прекратил плакать. Он умирал от холода. Я хотел облегчить его страдания. Оглядевшись, я увидел увесистый булыжник. Я хотел было уже поднять его, но потом представил, что останется от младенца. Нет. Я хотел оставить его тело, хотел, чтобы люди видели, какое доброе дело я совершил. Сняв с себя куртку, я осторожно подошел к младенцу. Завернул его в куртку и прижал к себе. Он начал сильнее орать, почувствовав что-то теплое рядом. Мою голову сжимал железный круг боли. Я ощущал биение его сердца. Тук-тук… Обхватил его шею пальцами… Тук-тук… Потихоньку начал их сжимать.. Хрип… Тук-тук-тук… Всё быстрее… ТУК-ТУК-ТУК Этот звук отдавался биением миллионов барабанов в моей голове. ТУК-ТУК-ТУК-ТУК-ТУК Всхлип…Хрип… Барабаны закончили свой адский концерт. Звенящую тишину в голове прерывало лишь моё дыхание. Не знаю, сколько я стоял посреди леса с трупом младенца на руках. Час, пару минут, несколько секунд, вечность? Всё это время, моя голова была пуста. Прекрасное чувство. Впервые за долгое время меня не одолевал огромный поток бессвязных мыслей. Наконец я очнулся от этого сладкого забытья. Будь моя воля, я бы навсегда остался в этом голом, продуваемом осенними ветрами лесу с трупом младенца на руках, погруженный в сладкую пучину своего бессмысленного, но такого опьяняющего счастья. Уже начинало темнеть. Я хорошо ориентировался в лесу, но должен был успеть до ночи для того, чтобы люди, которые пойдут по дороге, пролегающей через окраину леса, увидели тело, избавленное мною. Подойдя к дороге, я оставил младенца на маленькой кучке листьев, запорошенной снегом, и поспешно удалился.