Ты да я да мы с тобой

«…Sail sail sail gotta gotta go go Gotta find the El Dorado El Dorado do Sail sail sail gotta gotta go go Gotta find the El Dorado El Dorado*…» Реук подпевал песне, выстукивая ритм пальцами по рулю. Смена закончилась, и теперь можно было немного расслабиться. Мечтая о холодном американо, омега перестроился в другой ряд, недовольно рассматривая красный сигнал светофора на перекрестке. Заветный «Старбакс» всего в паре кварталов, а тут… Вздохнув, юноша слегка убавил громкость радио, тоскливым взглядом провожая прохожих. – Поехали, поехали, – едва машина тронулась с места, «ворвался» к Реуку пассажир, захлопывая дверцу и натягивая поверх майки рубашку. – Сонмин! Эй! Вернись, паршивец! – кричал бегущий за машиной молодой альфа, придерживая джинсы и не давая им упасть. – Фух, сбежал, – выдохнул пассажир, расслабляясь и поворачиваясь лицом к Реуку. – Спасибо. – Почему сбежал? – поинтересовался юноша, вспоминая альфу и хихикая. – В обычные дни он меня затрахал, так еще течка скоро, – поморщился пассажир. – Оу, сочувствую, – улыбнулся омега, протягивая визитку, – если что, обращайся. Ким Реук. – Ким Сонмин, – усмехнулись в ответ. – Рад знакомству. – Составишь компанию за кофе? – поинтересовался Реук. – Или говори адрес, отвезу. – Согласен на кофе, – Сонмин заглянул в рюкзак и кивнул сам себе. – Ледяной американо – та еще вещь! *** Когда тебе двадцать пять, и ты давно не живешь с родителями, то можно позволить себе многие вещи, за которые не получишь выговор. Например, работать водителем такси, ходить в клубы и возвращаться домой под утро в разной степени опьянения. Статус – а кому до него дело? Может, где-то и сохранились принципы «омега – это продолжатель рода и хранитель домашнего очага», но явно не в голове Реука. Молодой человек жил как большинство его сверстников, радуясь наступающему дню и провожая уходящий. Некая беспечность оправдывалась самим юношей довольно просто: «нельзя предугадать, что случится завтра, поэтому я хочу жить по полной сегодня». Правильный или нет, но такой подход имел право на существование. Конечно, и абсолютно безответственным или разгильдяем Реука нельзя было назвать: стабильная работа, собственная квартира (спасибо родителям), сбережения в банке (благодарности дедушкам) позволяли ему вести себя так, как хочется. А хотелось немного: верных друзей и собственного альфу. Если первым пунктом юноша себя обеспечил, то вот второй никак не желал материализоваться в реальности. Иногда Реук думал, что его пара – та еще штучка, раз столько времени не соизволила найти его. В итоге, перестав надеяться, омега плыл по течению, переживая периоды течки с партнерами, тщательно выбранными заранее. Как правило, знакомился парень первым, не смущаясь своего «слабого» пола и быстро беря в оборот альфу. Оба понимали, к чему все идет, и поэтому при расставании не было никаких обид или претензий. Да, пару раз Реуку приходилось прятаться от настойчивых ухажеров, да, сам один раз чуть не влюбился, но это все было в прошлом. В настоящем же Ким стоял, опираясь о капот машины, и ждал Сонмина, попросившего забрать его из ночного клуба. После той памятной поездки они сдружились, периодически встречаясь и весело проводя время. Реук не спрашивал парня об альфе, не желая слышать откровения личной жизни. Почему-то было неприятно, и в глубине души неспокойно. – Хеееен, – счастливо улыбается младший, еле передвигая ногами и опираясь на какого-то парня. – Вот счастье-то, – ворчит Реук, пристегивая друга ремнем безопасности и спрашивая адрес, который назвали на удивление четко. – Йесон меня ждет, – бурчит Сонмин, периодически проваливаясь в дрему. – Он ждет меня. Я обещал прийти раньше, и много не пить. Что он сделает со мной? Накажет? – Я бы наказал, – кривит губы в усмешке старший омега, но стоит вспомнить брюнета, бегущего за машиной, как лицо становится серьезным. Остановившись на парковке, юноша подпинывает младшего, заставляя выпрямиться, и забрасывает его руку себе на плечо. Так и идут – с остановками, ворчанием и матами сквозь зубы. Стоит выйти из лифта, как дверь ближайшей квартиры распахивается, являя омегам сердитого альфу, сложившего руки на груди и насупившего брови. – Явился? – Йесоооооооооооон, – радуется Сонмин, выпутываясь из рук Реука и повиснув на шее брюнета. – Я люблю тебя! – звонкий чмок в губы. – Так сильно тебя люблю! – прижавшись крепко и расслабляясь. – Я…я пойду, – не знает, куда себя деть, Реук. Неловко смотреть на эту сцену, неловко осознавать, что подходящий тебе альфа надежно и прочно занят твоим другом. Вспомнив слова Сонмина «в обычное время затрахал», юноша краснеет, затем бледнеет и пятится в лифт, не глядя, нажимая на кнопки. Взгляд Йесона заставляет сердце колотиться, а усилившийся запах – понять, что его тоже признали парой. Наваждение спадает, стоит дверцам закрыться, и Реук съезжает по стенке вниз, пряча лицо в ладони. Как быть дальше, он не знает, понимая, что впервые предстоит сделать мучительно трудный выбор, результат которого в любом случае будет с нотой горести. *** Неделю омега работает на износ, игнорируя звонки и сообщения Сонмина. Он сделал выбор, и потому так трудно. В груди болит, а глупое сердце умоляет пойти и предъявить права. Но жизнь – не сказка, здесь не всегда бывает счастливый конец. Это расстраивает еще больше, и, не выдержав внутреннего напряжения, Реук позвонил лучшему другу, неизменному сопровождающему в походах по барам Чо Кюхену. Ну и что, что тот альфа? Главное, что никогда не лез с непристойностями к Реуку, а частенько даже выручал его от сомнительных знакомств. – Пойди и изнасилуй его, – спокойно предложил друг в ответ на исповедь омеги. – Никто тебя не осудит, все же истинный партнер. – Но Сонминни… – растерянно смотрит Реук. – Ну, тогда просто продолжай избегать его, – выдвинул новое предложение Кюхен, прося бармена повторить порцию виски. – В чем проблема? Раз ты все решил, зачем сомневаться? – Не знаю, – тянет омега, опуская голову на барную стойку и прикрыв глаза. – Вот она какая, любовь, – хмыкает альфа, вытаскивая из пальцев друга телефон, последние минуты яростно вибрирующий от входящего вызова. С экрана смотрит миловидный омежка, показывающий пальцами сердечко, а подпись «Сонмин» заставляет парня ответить на звонок и, выслушав младшего, хмыкнуть, взглянув на Реука. – Балда! – легкий подзатыльник заставляет Кима хмуро взглянуть на альфу. – За что? – Сам поймешь скоро, – улыбается Кюхен, переписывая себе номер Сонмина. Реук, не дождавшись объяснений, отмахнулся от друга и, пробурчав про предательство, сполз со стула и отправился на танцпол, не забыв допить свой коктейль. Перспектива забыться прельщала все больше, и омега отдался танцу, следуя за музыкой в своем собственном ритме. Чьи-то руки обнимали за талию, но Реук ловко уворачивался, зная, что, попробуй применить к нему насилие, Кюхен придет на помощь. «Блюститель задницы Ким Реука», – так называл себя альфа. – Оу, – воскликнул юноша, услышав знакомую мелодию, и начиная выписывать пируэты, искренне веря, что двигается правильно, «как надо». – Да, это Супер Джуниор! Еееее! Омега прыгал, вскидывая руки вверх, а на припеве развернулся и, вспоминая выступление любимцев, потряс попой, копируя движения. Ойкнув, когда чья-то ладонь шлепнула его по ягодице, Реук хотел развернуться, чтобы посмотреть в лицо нахалу, но запутался в своих ногах, падая в подставленные объятия и утыкаясь носом в чужую грудь. Незнакомец пах просто шикарно, что затуманенный алкоголем рассудок отметил машинально, и держал крепко, но бережно. Сразу закружилась голова, и юноша обмяк в руках альфы, сжимая в кулачках его футболку. Безумно хотелось спать, что омега и озвучил, доверчиво одной рукой обвивая шею парня. *** Глаза открывать совершенно не хотелось, но, вздохнув, Реук все же сделал над собой усилие и сел, кулачками потирая веки в попытках прогнать сон. Поерзав, юноша определил, что ни голова, ни задница не болят, а значит, Кю вчера исполнил свой долг охранника тела омеги. «Кофе куплю в качестве оплаты», – решил Реук, спуская ноги с кровати и пытаясь нашарить свои любимые тапочки, но ступни коснулись холодного пола, что заставило парня наконец-то открыть глаза и осмотреться. – Где это я? – удивился омега, изучая комнату, явно принадлежащую альфе. Ответ на вопрос возник сам собой, стоило сделать вдох: Йесон, здесь все пахло Йесоном. – Проснулся? – брюнет вошел в комнату, улыбаясь и рассматривая юношу. Сделав шаг по направлению к омеге, Йесон запнулся об щенка, неожиданно выскочившего сбоку, и свалился на пол. – Я, конечно, мечтал, чтобы альфы падали к моим ногам, – задумчиво тянет омега, – но не подобным образом. Я в душ, ты не против, если возьму твои вещи? Даже если против, мне плевать. Вздернув носик, Реук перешагнул через альфу, подхватил испуганного щеночка и, что-то воркуя ему, скрылся в коридоре. Йесон же, улыбаясь, поднялся, заправляя кровать и потирая колени. – ААААААА, – на одной ноте выводил омега, что заставило альфу рвануть в ванную и успокаивать свое чудо. – Реука-а, что случилось? – распахнув дверь и застукав парня обнаженным, спросил Йесон. – Сволочь! Как ты мог! Не спросив меня! Что это? ЧТО ЭТО? – верещал младший, изгибаясь и демонстрируя метку на загривке. – Мы что, переспали? Как иначе поставил, тем более в таком месте! – Тише, тише, это просто метка, ты же сам понимаешь, что мы истинные, – выставил руки вперед в миролюбивом жесте Йесон, попутно уворачиваясь от полотенца, которым юноша норовил огреть первую попавшуюся часть тела альфы. – Ах ты кобель! Тебе плевать на меня, да? Трахнул, пометил, так еще и благодарностей ждешь? Все вы, альфы, одинаковы: тащите к себе омег и ломаете им жизнь такими вот поступками! – Господи, да успокойся ты! – поймал брюнет Реука, фиксируя руки и не позволяя вырваться. – Ничего не было, могу поклясться. И вообще, ты первый мне метку оставил. – Ложь, – открестился омега. – Смотри, – отодвинувшись и убедившись, что парень не собирается бросаться на него, Йесон приподнял футболку, оголяя торс и демонстрируя отчетливый след от зубов чуть ниже левой ключицы. – Точно ничего не было? – робко переспросил Реук, рассматривая укус и думая, что он явно мог пойти на подобное безумство. Но где это слыхано, чтобы омега метил альфу? Вот позор! – Абсолютно, – усмехнулся брюнет. – Думаешь, я бы выпустил тебя из кровати в противном случае? Покраснев, Реук вытолкнул парня из ванной и заперся, вставая под теплые струи воды. Факт, что секса не было, сильно огорчил, и с каждой минутой омега расстраивался все больше. Не желая демонстрировать свое состояние альфе, он быстро принял душ и, натянув прихваченные с сушилки штаны и футболку, ушел на кухню, намереваясь заняться готовкой. Необходимо было избавиться от стресса, а это лучший способ, что доказывалось на практике не единожды. Йесон пришел, когда Реук поставил готовиться рис и промывал соевые ростки. Хмуро взглянув на брюнета, омега продолжал свое занятие, стараясь не обращать внимания на нарушителя уединения. Когда альфа отобрал нож и сам стал нарезать мясо, юноша просто пожал плечами – ну помогай, если хочешь! – наливая себе кофе. Подумав, он все же достал вторую чашку, наполняя ее и двигая к Йесону. Собственно, пока больше работы не было и Реук, игнорируя стоящего рядом альфу, рассматривал обстановку. Прикрепленные к холодильнику записки привлекли его внимание, и омега подошел ближе, вчитываясь в слова и видя подпись человека, про которого, учитывая обстоятельства, забывать этим утром было нельзя. – Сонмин, – тихо шепчет Ким, выпуская кружку из ослабевших пальцев и прижимая руку к метке, которая сейчас обжигала, словно позорное клеймо. – Что такое? – подхватывает парня альфа, но Реук отступает, смаргивая с ресниц непрошеные слезы. – Сонмин, – повторяет он, еле шевеля губами от понимания ужаса своего поступка и положения. – Он – мой младший брат, – брюнет смотрит серьезно, не делая попыток приблизиться. – Просто брат, которого я доверил твоему другу, пообещав в ответ беречь тебя. Находя в глазах напротив искренность, поверив в нее, омега сокращает расстояние, обнимая альфу и плачет, крепко прижимаясь. Переживания уходили из мыслей, облегчение и радость наполняли вены, заставляя сердце неистово биться. Пальцы сжались в замок за спиной истинной пары, и Реук улыбнулся сквозь слезы, упираясь лбом в чужое плечо. – Сонмин променял одного тирана на другого, – пересказав Йесону свое знакомство с омегой, замечает юноша, когда они уже сидят за столом. – Я не тиран, – улыбается альфа, ероша челку истинного. – Просто требовательный. – Тогда Мину просто не повезло с Кю, – хихикает омега, поймав руку старшего и переплетая пальцы. – Он его затрахает во всех смыслах, так что жди братика через пару дней в гости. – Солгу, если скажу, что у меня не было подобных планов, – тихо говорит брюнет, перетягивая Реука к себе на колени и с некой робостью, словно впервые в жизни, целуя чужие губы, получая такой же робкий ответ. *** Эпилог – Никогда не думал, что мой сын и племянник родятся в один день, – улыбается Сонмин, поглаживая животик. – Они еще не родились, – хмурится Реук, пытаясь дотянуться до любимой кружки, неведомым образом оказавшейся на верхней полке. – Но это все равно круто! – омега цепляет кимпаб и сосредоточенно изучает его, прежде чем съесть. – Ага, – сдается Реук, с сожалением гипнотизируя взглядом кружку и усаживаясь за стол, взяв стакан. – Только мы все равно вас обставили, выкуси, – съев кимпаб и делая глоток воды. – То есть? – замирает Сонмин, смотря на довольного собой друга. – Близнецы, – хихикает старший, указывая на свой живот. Сонмин расплывается в коварной улыбке, демонстрируя на телефоне фотографию снимка УЗИ. Реук сосредоточено изучает ее, хмыкая. – Тройня, – сияет счастьем омега. – Все-таки мы продули, – складывает руки на животе Реук. – Тогда новый спор: у нас альф будет больше, чем у вас. – Маловато шансов, – хихикает Сонмин, но пожимает протянутую ладонь. – Проигравший должен месяц выполнять поручения, в пределах разумного конечно же. – Ок, – старший мысленно составляет список, что же попросить у семьи Чо, ведь Кюхен так некстати проболтался, что суждено ему жить в омежьем царстве единственным альфой. *EXO - El Doradо