Неразлучные. Близнецы

Не помню, когда в последний раз пробуждение было столь же ужасным. Сначала, ещё до конца не проснувшись, но повернувшись на бок, чтобы потянуться всем своим затёкшим телом, я рухнула прямиком на пол. Ещё и головой пребольно ударилась о тумбочку. Теперь точно шишка будет. Чёртова келья. Спать вчера упала, как была, в одежде. Теперь помятая, что закономерно, не только в области физиономии… Совершенно позабыв, что вообще-то в храме нахожусь, я тихо бранилась, отыскивая в своих вещах хоть что-нибудь более или менее приличное. Из-за налётов Аллитки я же и постирать вещи не успела. Осталась только чистая рубашка одна штука, да брючки для тренировок, тоже одна штука. Ну и бельё нижнее пара комплектов, но это уже не так важно, как-то, что сегодня ведьма Чернокосья будет выглядеть не вполне профессионально. Хотя мне даже на руку это. Затоплю всё-таки баньку, постираю одежду, да вымоюсь сама. Благодать. От мыслей о баньке меня отвлекла Велена. Вопреки обычному я сегодня припозднилась, и жрица решила проверить всё ли в порядке, а заодно и поинтересоваться, приду ли на завтрак. Мой голодный взгляд был куда как красноречивей слов, да и желудок выл не хуже сумеречного волка. Скромный ужин не был рассчитан на ночные приключения, и сейчас я оголодала так, что способна была употребить не только проросшие зёрна пшеницы, но и кору грызть как бобёр. И нет существа ужаснее, чем голодная, не отдохнувшая и не выспавшаяся ведьма на взводе. Поэтому для блага окружающих, хотя бы поесть сперва нужно. В ведьминскую избушку я плелась в ужасном расположении духа. Ибо думала о том, что написать в дневнике о вчерашних событиях. Если не написать, Велена может проболтаться. Насколько я поняла, с Кьесси жрица в приятельских отношениях. Да и в дневнике у меня сейчас что написано? Разок воспользовалась изначальной магией, чтобы сушняка натащить, ходила поля, да огороды заговаривала, а в остальное время зубрёжкой занималась. Стыдно будет показывать такое. Зато вчерашний день был богат на разнотипные заговоры, виртуозный полёт на метле и побег от сумеречного волка. Только если за удачное использование заговоров, меня похвалят, то за два последних пункта, боюсь, накажут чем-то похуже работы в хранилище. Будет ли Кьесси брать в учёт, что я человеческую жизнь спасала? Это вряд ли. Ведь в итоге, Аллитке ничего, кроме скорой свадьбы не угрожало, а тут я вся такая грозная на метле и с нравственными принципами. Короче, помогай или отказывай, но ясно одно. В мире, где существует магия, постоянно будет верна только одна аксиома. Аксиома трёх В! Всегда виновата ведьма. И придётся описывать события так, как есть. А я, наивная, ещё думала, что мне на практике будет легче. Пока занималась своими нехитрыми хозяйскими делами, от местных сплетниц узнала, что после вчерашнего мучительно плохо не только мне… Болела голова у трактирщика Жеана, который решал вопросы, связанные с грядущей свадьбой дочери… Страдали влюблённые ибо «свадьба не раньше, чем через две недели и точка»… Зализывали раны оборотни (но это ребятам ещё повезло, что никого не убили, а одна ведьма всё-таки никакой заразы на их шкуры не наслала)… Ссорились «господа из столицы». Говорят, что староста всё-таки обломал их с заработком… Последнее было отчего-то особенно приятно слышать. Во-первых, я была права и осознание собственной уверенности хотя бы в такой мелочи успокаивало. Во-вторых, ну просто всегда приятно, когда чья-то афера не удаётся (а аферистов я ещё с Земли люблю с особой шальной нежностью). Ну и третьих, мне не нравится, как на меня смотрит девица с красными волосами. Иногда у меня складывается ощущение, что она сожрать меня хочет. Одной жрице Жизни в Чернокосье всё фиолетово. Прямо столп непоколебимости и спокойствия, а не женщина. Закончив со стиркой, я как обычно направилась в трактир, чтобы пообедать. Видок у меня был не слишком привычный, но ничего другого не оставалось. Юбки сушились, а в мокром я даже ради соблюдения порядка и приличия не пойду. Трактирщик Жеан встретил меня с несколько удивлённым взглядом, но ничего по поводу внешнего вида говорить не стал. Поздоровался только, снова поблагодарил за мою помощь и сообщил, что теперь будет кормить меня обедами бесплатно. Приятная компенсация грядущему в Академии разносу… Пока ждала свой обед, мимо пронеслась красноволосая. Девица пулей выскочила за дверь трактира и разве что дверью не хлопнула. Интересно, что её всё-таки не устроило. Что не удалось доверчивых сельчан обмануть или есть какая-нибудь другая причина?.. От размышлений меня отвлекла Аллитка, подошедшая ко мне с подносом в руках. — Ты прости меня, Влада, что накричала вчера, — тихо сказала она, опустив взгляд. — Уже простила, — вздохнула я. Девушка кивнула и, оставив чашки с едой, быстро исчезла на кухне. Когда я заканчивала со вторым блюдом, появился ещё один участник вчерашних событий. Взгляд тёмно-карих глаз, в которые я старалась не смотреть, задержался на мне чуть дольше, чем хотелось. Я вообще в его присутствии усиленно делала вид, что мне интересен тут только обед, наблюдая за происходящим в трактире только периферийным зрением и ушки навострив. Вот он говорит трактирщику, что, несмотря на отсутствие заказов, задержится вместе с женой тут ещё на некоторое неопределённое время и платит за комнаты за неделю вперёд. Затем, направляется к выходу и покидает таверну. Не знаю, какая муха меня укусила, но я вдруг вспомнила, что так и не поблагодарила его вчера и бросилась следом… Короче, может я была слишком быстрой, а может он притормозил не вовремя, но сначала по блондину ударила открывшаяся резко дверь, а затем летящее по инерции ведьминское тело. Вообще думала в последний момент, что падаю, и от этого падения меня уже ничто не удержит. Но мой нос угодил в жёсткую, как стиральная доска, грудь, а мои руки, рефлекторно вцепившиеся в чёрную ткань рубашки, были перехвачены в предплечьях. Поднять взгляд отчего-то не решилась. Знала на кого налетела. — Ночная героиня, — говорит он негромко, и по голосу опознаю — улыбается. Странно. В тот первый раз Ведьмой назвал, причём так, что осталось ощущение, будто меня оскорбили. — Что же так неосторожно? — После полётов на метле штормит, — оправдываюсь я, пытаясь отстраниться, но мне не дают. Но теперь я вижу уголки подрагивающих в улыбке губ. — Ах, вот оно что, — протягивает блондин, и я отмечаю, что голос у него всё же приятный. Только кота напоминает, который благосклонно вещает мышке о том, что в его отсутствие она может воспользоваться мышеловкой. Да-да, там есть вооот такой кусок сыра и абсолютно никакой опасности! — А я уж думал, убить меня решила. — Неа, только отомстить чуток, — ехидно отвечаю я, начиная немного злиться. Ну не очень удобно разговаривать с человеком, в таком положении. — И за что же, позволь узнать? — тем временем интересуется блондин, как будто держать девушку притянутой к себе вплотную почти посреди улицы, это нормально и вполне для него привычно. Мой ответ по-женски логичен. — За всё, — говорю я, но всё же милостиво решаю уточнить. — Особенно за удар дверью и оскорбление. — Только скажи, что я был не прав и ты — не ведьма, — уже откровенно смеётся он, абсолютно решив проигнорировать тот факт, что ещё и дверью меня ударил. — Хотя, постой. Всё же признаю, что неправ был! Ты не ведьма. Ведьмочка. Мелкая и, выходит, мелочная. — Не мелочная я, — дёргаюсь я, пытаясь вырваться. — Мелочная, — настаивает голос над самым моим ухом. — А иначе бы не вспомнила даже… ну или, если предположить, что это я на тебя такое впечатление произвёл. Признай, а? — Признаю, что ты позёр! — фыркаю я. — И отпусти меня уже, а то на нас все смотрят. Надо же. Подействовало. И в самом деле, отпустил. Только потом увидел, что на улице против таверны только пёс облезлый болтается в поисках пищи. Но этого времени хватило, чтобы отступить и посмотреть на оппонента как свободная и уверенная в себе ведьмочка. — Подловила меня, — говорит и как будто старается сохранить серьёзное выражение лица, но не может. В тёмных глазах бесенята. — Попался, как ребёнок, — подтверждаю я и даже язык показала, чтобы подразнить. Он делает шаг вперёд. Я не свожу с него взгляда и отступаю. Только отступать во дворе трактира не слишком удобно. Заграждения тут всякие, стойла… да ещё и какая-то зараза поленья просыпала. Мир собрался было совершить неприемлемый для моего нормального состояния кувырок, но меня снова удержали. Сграбастали сразу за руку и за талию. Прямо как в танце. Только в этот раз, он склонился так, что наши глаза друг против друга. Отчего-то сложно мне в них смотреть… — Что же ты на ногах не стоишь, ведьмочка? — говорит он вкрадчиво. — Боюсь, мой ответ будет неоригинален. Но я больше летать привычная, — отвечаю не в силах зажмуриться или отвести взгляд. В блондине есть нечто пугающее, от чего даже сердце в панике заходится. — А ты хорошо летаешь. Для первокурсницы, — неожиданно говорит он. — Спасибо. На самом деле, я хотела поблагодарить тебя за то, что забрал Аллитку. Вдвоём бы мы до Чернокосья никак не долетели. Ты вовремя там оказался, — вспоминаю я, подумав о том, что действительно очень уж ладно всё вышло. И началось всё с того, что его жена про цветок дочери трактирщика поведала, и закончилось на том, что он сыграл немаловажную роль в спасении. Странно. И не подстроено ли? Он как-то очень внимательно смотрит прямо в глаза и тут как говорится, меня накрывает… Становится просто дико страшно. И самое худшее — страх этот иррационален. Его глаза сильно напоминают мне другой взгляд, виденный за гранью этого мира и не принадлежащий смертному. Этот же и вызывает страх. Только отчего, понять невозможно. Просто хочется вырваться и убежать, чтобы разум перестал метаться пытаясь понять происходящее, а сердце успокоилось. Ситуацию спасло появление девицы с красными волосами. — Дорогой? — раздался её резкий и неприятный голос. На лице блондина тут же промелькнула такая гамма чувств, что мне захотелось немедленно ретироваться как можно дальше. С такими выражениями лиц и холодным взглядом убивают. С особой жестокостью и без сожалений. И, о чудо, меня выпустили. Причём аккуратно, придержав и поставив на ровный участок почвы. Что сделала я? Немедленно бежала, решив не играть с огнём. Как и хотелось несколько секунд назад. Правильно. Я ещё молодая ведьмочка. Только начинаю жить. А в списках пострадавших пусть значится кто-нибудь другой. Например, та красноволосая.

***

Прошла только половина практики, а уже хоть волком-оборотнем вой. Хотя, если эти двое аферистов уедут и Аллитка замуж выйдет, мне будет спокойнее. Вспомнив как этот блондинистый хам руки распускал, я вздрогнула. Всё-таки глаза у него жуткие. И жена тоже. Свадьба состоялась. Причём не одна, а сразу две. Тимен, по которому Аллитка сохла, тоже женился. На дочери старосты. Свадьбы было решено играть в один день. И родителям выгодно и молодым только в радость. Меня тоже пригласили. Даже в подруги невесты звали, но жених упёрся. Всё из-за моего кольца. Недолюбливали они людей из вампирских кланов. Но снимать подаренное братьями кольцо я теперь попросту из принципа не буду. И без того скрываться приходится и даже от друзей своё происхождение скрывать, а тут ещё чужим предрассудкам потакать. Не бывать этому! Когда пары обменивались кольцами, я в стороне стояла. Уж очень неприятно рядом с вожаком стаи новоиспечённого мужа Алитки находиться. Непреклонный он и упрямый как ишак, даром, что волком оборачивается. Велена исполняла обязанности соединяющей судьбы жрицы и возносила молитвы богине. Просила ниспослать милость жизни — детей, здоровье и достаток. После молодые принесли друг другу клятвы верности и любви. Настала очередь подбрасывать венки. Этим действием невесты отрекались от статуса невесты, становясь жёнами. Ну и тут как с букетиками. Кому доведётся поймать венок тому скоро и невестой быть. Когда кидали венки, я даже подальше отошла. Думала ведь на досуге о замужестве. И решила, что меня такое «счастье» не привлекает. Каков бы ни был жених, это поначалу он будет ласковым и романтичным. После свадьбы, что ждёт меня, ведьму? Вряд ли работа по специализации. Будет дом, хлопоты и воспитание детей. Конец романтики. Поэтому лучше воздержусь. Впереди меня ждут шесть лет интереснейшей учёбы, а там кто знает, может и найдётся интересная работа для дипломированной ведьмы. Когда что-то шмякнулось на мою голову, я вздрогнула и похолодела. Окружающие смотрели на меня и на девицу с красными волосами. Вот её я только увидела и готова была поклясться, что вначале церемонии её не было. Она лишь задумчиво держала венок в руках, а вот я до сих пор не решилась до него дотронуться. Как будто ядовитая змея на голове была, а не цветы. Толпа загалдела и принялась поздравлять молодожёнов и будущих невест. Красноволосая даже скривилась, но венок на волосы водрузила. Я усмехнулась и успокоилась. Дурацкий обычай. Всё равно не выйду замуж. Это так же верно, как и то, что эта замужняя девица уже состоявшаяся жена, а не будущая невеста. Кстати, блондина в поле зрения не наблюдалось. Хоть одна радость. С нашего последнего разговора у трактира, я старалась избегать обоих. Даже обедать иногда не приходила. Странные они и бедой от них веет. Как это водится, в храм я отправилась ещё до заката. Не хотелось рисковать ни своей шкурой, ни жизнями селян. А утром началось… Все видели, как я смиренно приняла свою судьбу, и весь остаток дня ходила с венком на волосах. А иметь в жёнах ведьму здесь считается незазорным, а хорошую ведьму даже почётно. Всегда в хозяйстве поможет такая жена. И от хворей вылечит и с урожаем поможет и на удачу заговорит. Вот и пошли свататься. Вконец озверела так, что за метлу схватилась. Передумала в самый последний момент и стала остудные шепотки каждому раздавать. Всё одно — практика. Под вечер, когда я уже собралась уходить, в дверь постучали. Я была готова увидеть очередного «жениха», но увидела того самого блондина. — Привет, — просто сказал он, даже и не думая заходить. Я молча кивнула и накинула на плечо сумку. Что ему нужно? А я ведь даже и имени его до сих пор не знаю. — Я вижу, ты неплохо справляешься. О тебе хорошо отзываются в селе, — задумчиво проговорил он. — А тебе-то что, незнакомец? — фыркнула я, выходя за дверь и запирая на простой засов. Ведьминские хижины не принято было запирать, потому что в них никогда не забирались. — Сайр, — говорит он, усмехаясь, и руку протягивает. Нет уж, плавали, знаем. Руки у вас, господин Сайр наглые, а потому мы просто этот жест проигнорируем. — Влада, — отвечаю я и прохожу к калитке. — И работы тут не особо. Просто скука смертная. Назад в Кхаэсс, в Академию хочу. Неспешным шагом я пошла в храм, и блондин присоединился, зашагав рядом. Странный он. Не понять так сразу, чего нужно. — На юго-востоке назревает война, скоро все понадобятся, — вдруг сказал он. Нет, не сказал, а будто обухом ударил. Я остановилась даже. Война? Но почему? Насколько я знала из уроков по политинформации, в последнее время с соседями у нас царила довольно мирная обстановка. — Что случилось? Властитель Бар Шиата всегда был настроен миролюбиво и не собирался нарушать многолетний союз. — Перемена власти. Произошёл переворот, и трон захватила другая династия. Все представители правящей династии были убиты. Случился мятеж, но его быстро подавили. Видимо, переворот планировался не один год. Я грустно вздохнула. Что сказать? Это даже не печально. Это катастрофа! И мы оба без слов это понимали. Только что это он? О политике пришёл поговорить? Не верю. — А вы правда из столицы? — осмелилась поинтересоваться я. — Правда, — кивнул блондин. — А почему тогда приехали с другой стороны? — Я наблюдала за ним только краем глаза. Хотелось понять, врёт или нет. Блондин улыбнулся и достал из кармана куртки кристалл перехода. — Никогда не был тут и не придумал ничего лучшего, как перенестись в Ниарру. Его слова казались искренними, но… — А как же стационарные телепорты? Используя стационарный переход можно было переноситься в любой город или крупное селение. При этом навыков владения магией не требовалось. Всю работу выполнял специалист. Личные кристаллы перехода стоили дороже, требовали определённых навыков и умений, а также периодической подзарядки. Вопросительно заломила бровь, так и не получив ответа, посмотрела на собеседника. — Так уж получилось, — отмахнулся тот. Хмыкнула. В принципе плевать на то, что он темнит. — Вчера тебе повезло, венок невесты получила, — вдруг произнёс Сайр. — Не верю я в эту примету и чья-то жена прямое тому доказательство, — усмехнулась я. — Зря. Примета стопроцентная, — продолжил он, проигнорировав замечание по поводу жены. — Есть уже претендент? Мне хотелось страдальчески закатить глаза, а ещё лучше вообще сбежать. Но я ответила. Скорее из вредности. Хотя Тир то действительно поклялся, что будет меня ждать. Даже на браслете часов выгравировал, чтобы я не забыла. — Есть, и это самый лучший мужчина на свете. Идеал любой девушки. Мне сказочно повезло, знаете ли. — О, даже так? — светлые брови поползли вверх, но как я подозреваю, удивление было притворным. — Идеалы скучны и предсказуемы. Ты от скуки с ним взвоешь, ведьмочка. И так сказал, будто по носу щёлкнул. Я даже снова фыркнула. — Есть множество вещей, которые не позволят скучать. Учёба, а потом и работа. — Зачем же тогда брак вообще? — лукаво прищурив свои тёмные глаза, поинтересовался блондин. Я даже не нашлась, что ответить и непроизвольно плечами пожала. Меня всё устраивало и так. Любимое занятие, друзья… — Какая ты всё-таки… Он почему-то не договорил. Мы дошли до храма, и я остановилась, взглянув в его глаза. Столько эмоций в них. Завораживает. И в то же время сам взгляд пугает. Раздался вой. Который буквально пробивался из подпространства. Приближение сумеречного волка. И меня вталкивает на территорию храма сильная рука Сайра. А незримый охотник теряет след, так и не сумев воплотиться. Наши взгляды снова встретились. Он знал. Полностью осознавал происходящее. Знал о сумеречных волках и их опасности для меня. Знал, чем грозят мне сумерки. Встретил мои полные удивления глаза лёгкой странной улыбкой и только тихо произнёс: — Мне нужно уходить. До встречи, ведьмочка. После этих слов был активирован личный амулет переноса и недавний провожатый исчез в серебристом сиянии. Странный. Он только и появился, чтобы это сказать? Только зачем? Озадачил меня несчастную. Надеюсь, та с красными волосами тоже ушла. Действительно озадаченная я вернулась в келью. Хочу, чтобы быстрее пролетело это лето. В Кхаэсс хочу. В Академию. К друзьям. Соскучилась по ним ужасно.

***

Дни неспешно шли за днями, а ничего интересного не происходило. Разве что в самый последний месяц мне и в самом деле было что записать в дневник. Во-первых, от скуки я решила помочь селянам в поливе урожая и «поиграла» со стихиями. Это звучит только так легко. Такие игры стоили мне больших сил и нервов. Как-никак сплетала я силу двух, сразу двух стихий. Создавались тучи, после чего и воздушная стихия подключалась, вступать во взаимодействие с которой было проще всего. Неплохая тренировка получилась, но я не злоупотребляла. Слишком сложно входить во взаимодействие с двумя и более стихиями одновременно. Не зря гармония всех четырёх считалась высшим пилотажем и изучалась только на седьмом курсе. Были попытки создания водных големов, но то только интереса ради. Устойчивую форму таким существам могли обеспечить только маги, когда брали стихию непосредственно под контроль собственной воли и силы. Вторым пунктом, сильно повлиявшим на количество и качество записей в моём дневнике, стало появление умеренного потока селян с различными проблемами. Все словно резко осознали, что моя ведьминская практика заканчивается, и решили воспользоваться по полной. Появились и просьбы, связанные со здоровьем (это, видимо, Велена решила поделиться, чтобы самой на подготовку к осени времени хватало). Отрабатывала заговоры на скотину и жильё, отчего полсела почти обошла. Забредали в последнем месяца лета и маги-практиканты. Была парочка боевиков-третьекурсников, разведывающих обстановку. Некромант наведывался с шестого курса. Кладбище проверил, повесил защиту и продолжил путь, остановившись в «Чёрном гусе» только на ночь. Все понемногу готовились возвращаться назад в Академию и подбивали итоги. В последний день, я с утра пораньше отправилась в избушку, чтобы собрать вещи и упаковать заготовленные травки. В сумке, оставшейся в келье при храме, уже лежал расчерченный лист графика активности. Закончить работу над ним я намеревалась уже в Кхаэссе. Не смогла не зайти в трактир «Чёрный гусь», чтобы попрощаться с Жеаном. Какой бы ни была история с его дочерью, но всё обошлось, и ко мне он по-доброму относился. Тут же узнала о том, что Аллитка уже ребёночка ждёт, а староста деревни оборотней неожиданно приболел. Лишай на него с почесухой напал. А я-то и не насылала на него ничего специально. Так, когда на свадьбе на меня косился, в уме перебирала пакости, которые мне известны. Это на всякий случай. Честно-честно. Если чего и случилось, то только от нервов. Ну нельзя ведьм нервировать. Любопытно даже стало, что кроме лишая и чесотки у оборотня ещё появилось. Для практики, думаю, не лишним было бы упомянуть. Но только чует моё сердце, в этот раз оборотни не будут со мной в перепалки вступать. На такой почти что оптимистической мысли я вернулась в храм, у которого нос к носу столкнулась с некой рыжей особой. Это была даже не девушка, а молодая женщина с типичной ведьминской внешностью. Грива волос рыжая, а глаза зелёные и хитрые-хитрые. Сама невысокая, хрупкая, но в руке видавшая виды метла и внушительная сумка. — Да благословит тебя богиня, сестра, — церемонно поздоровалась она и дождавшись пока я отвечу тем же, продолжила. — Я Лиаль, прибыла в Чернокосье по распределению. Покажешь, что да как? Я охотно закивала, но на душе кошки скребли. Как-то странно было осознавать, что едва я покину это село, моё место займёт другая ведьма. Но так и должно быть. Чернокосью необходима ведьма. Особенно такая опытная и взрослая. — Ты ведь Влада? — поинтересовалась ведьма, пока мы шли к хижине. — Да, я первокурсница. Сегодня уезжаю вот. — Знаю. Меня ввели в курс дела. Вообще я месяц назад должна была приехать, но решила отложить на конец месяца. Нужно же тебе что-то в практике писать. — Благодарю. Если бы не этот месяц, мне и в самом деле почти нечего писать бы было. Лиаль хитро улыбнулась и подмигнула. — Сама маялась с первыми практиками. Знаю, какая это тоска. Теперь правило по безопасности это ещё, когда ночевать приходится на территории храма. Пришлось мне через стационарники сюда прыгать. Ох, надеюсь, обо мне не забудут и вернут личным телепортом. Правда, это только от Кьесси зависит. Избушка ведьме понравилась. Ну ещё бы… Этим летом я хорошо позаботилась о домишке, пока без дела сидела. Подновила крышу, заменила прогнивший порог, обновила побелку, да сушняка натаскала напоследок. Несмотря на скуку, мне иногда нравилось представлять себя хозяйкой. Оттого, наверное, и осадок на душе. — Не беспокойся, всё будет хорошо, — поговорила Лиаль, легонько дотронувшись до моего плеча. — А теперь беги, у храма гости по твою душу. Удивляться было нечему. Высшая ведьма, закончившая обучение, постоянно открыта и чувствует любое колебание стихий поблизости. Видимо, элементали и дали ей знать о том, что за мной пришли. Бежала к Храму и в самом деле со всех ног. Кто его, нашего архимага, знает. Вдруг из вредности не дождётся? Но Харольд Кьесси находился у ворот храма. И более того, беззаботно облокотившись о забор, беседовал с Веленой. — Доброго дня, директор Кьесси… — я с почтением склонила голову, приветствуя директора. Тот окинул меня оценивающим взглядом, мазнул по сумке, висевшей через плечо. — Рад видеть в добром здравии, адептка Светлая. Готова отправиться домой? — Почти. Мои сумки и метла в храме. С этими словами я не дождавшись разрешения, побежала в храм. Позади раздалось порицательное цоканье директора и негромкий смех жрицы. Ну да, практика в селе не прибавила мне хороших манер, зато памяти не убавила. Прекрасно помню, что у Кьесси импульсивный характер. Он мог увидеть при мне сумку и не разбираясь утащить в портал. Потом бы сказал, что вещи студента — дело наживное, а у него, директора единственной Академии магии, времени в обрез, а нас целых семь курсов. Обернулась за сумкой я и в самом деле быстро, и не успев попрощаться со жрицей, спасибо сказать ей, как была увлечена в открывшийся портал. Затем, чтобы бесцеремонно бросить у парадного входа Академии. А я что говорила?.. Вокруг царило оживление, и я быстро затерялась в хаотическом потоке адептов, спешащих вернуться в родное общежитие. И, несмотря на свой груз, который в другое время мог показаться мне тяжёлым, я стремительно взлетела на пятый этаж. Комната сияла чистотой, как будто я и не покидала её. Домовой приглядывал, как и обещал. — Владиславушка! Вернулась! — воскликнул Егорыч, что ему обычно было несвойственно. — Егорыч, родной, как же я соскучилась! — выпалила я, бросая сумки прямо на пол и обнимая домового. Тот даже слезу умиления стёр. — Влада! — раздался вопль и на меня налетела радостная дроу, сжимая в объятиях, как в тисках. — Я так переживала, ты бы знала… — Хель… я тоже. И скучала, веришь? Только пожалуйста потише, а то раздавишь меня. Тёмная эльфийка разжала хватку и уставилась жадным взглядом, отмечая цепким взглядом, произошедшие со мной изменения. — А ты загорела и похудела сильно, подруга. Но тебе идёт. Вот чуть-чуть мускулов бы… ой, а пошли смотреть первокурсников? Я была не против, по той простой причине, что сейчас хоть куда готова идти. Лишь бы в Академии. Ведь я ещё ребят не видела и Тира… Пока выходили из общежития, Хель поведала о том, что практикой занималась в основном только последний месяц. Всё остальное время она гостила у родных. Так поступали многие боевые маги, чему я и сама была свидетелем. Приёмная комиссия только начала свою работу и желающих посмотреть на новеньких на лужайке перед Академией уже было довольно много. Выходит, мне даже повезло с моим опозданием. Многие играли в угадайку. То есть, каждый из новоявленных первокурсников, пройдя отбор, направлялся к общежитию. Там он или она должны были ждать комендантов, которые забирали адептов только оптом, чтобы не по одному водить. Ну и вот, пока такой адепт проходил к месту ожидания мы развлекались тем, что угадывали факультет и расу под личиной, если она была, не пользуясь истинным зрением. Мухлёж был бессмысленным, поскольку делалось это исключительно ради развлечения. — Ведьмочек не видно почти, — заметила я. Остроглазая Хель кивнула. Вообще новый набор был не слишком пёстрым. В этом году везло преимущественно на боевых магов и целителей, остальным факультетам грозило остаться в меньшинстве. — Сестрёнка! Два синеглазых вихря, едва не сбили меня с ног. — Клав! Рэм! — взвизгнула я уже в полёте, ибо меня уже тискали и подбрасывали в воздух эти обалдуи. — Не бойся, не уроню, — шепнул Клавьер, намереваясь видимо побить рекорд брата по подкидыванию вверх одной отдельно взятой ведьмы. Мне, конечно, было приятно слышать, что по отношению ко мне выражали такие эмоции. Но даже в надежных руках братьев от таких полётов я почувствовала головокружение. Не выдержав, откликнулась на зов воздушных элементалей и не вернулась в наглые руки мучителей. Зависла над их головами и, придерживая юбку, показала обоим язык. — Влада, спускайся. — обиженно позвал Рэм. — Мы больше не будем, правда. Он не лгал. И как минимум потому, что мои взлёты не остались незамеченными и к нам быстрым шагом приближался Дин. Вот в его объятия я была только рада упасть. Тем более, он никуда меня не подбрасывал. Сжал крепко и в макушку поцеловал. Но от этого не менее тепло и радостно на душе сделалось, чем от приветствий братьев и Хель. Вспомнив о дроу, я тактично высвободилась из объятий оборотня и отступила. Кажется, инициатива принадлежала эльфийке и она первая сделала к некроманту шаг. Но поцеловал её Дин. Во мне даже некая гордость за названого брата проснулась, ну и радость за них обоих. Чтобы не смущать друзей, я отошла, схватившись за руки близнецов. — Как прошло лето, обормоты? — поинтересовалась я сразу у обоих. — Практика в посольстве, — фыркнул Рэмьен. — Клан стараются подключить к грядущей войне с Бар Шиатом. Работы невпроворот, — дал более развёрнутый ответ Клавьер. — Нас хотели оставить, но только не имеют права расторгнуть договор об обучении. — У менталистов самая отстойная практика. Но мы превзойдём всех. Куда ни плюнь политика и неразглашение. — Сочувствую. А я скучала… Ребят, кстати, как думаете, мне в график вписывать то, что я вождя волков-оборотней лишаём наградила? Вампиры сделали удивлённые лица, а затем в голос заржали. Отсмеявшись стали требовать подробностей и смотреть на меня такими влюблёнными глазами, что я почти сдалась. Но меня оборвали на полуслове… Точнее меня сграбастали за талию очередные наглые конечности. Резко развернувшись я, нос к носу встретилась с Тиравьелем. А он только сильнее сжал меня за талию и закружил. Недолго, но голова всё равно пошла кругом. — Влада… Он так это прошептал, что у меня сердце дрогнуло. — Я соскучилась. По правде говоря, это касалось всего. И Тира и моих друзей, лекций, комнатки на пятом этаже и даже работы… но он понял это по-своему. Тир склонился ближе, позволяя мне утонуть в пронзительно синих, как чистое осеннее небо глазах, а затем поцеловал. Это был почти целомудренный поцелуй. Лёгкий, как крылья бабочки. Словно ветерок тёплый и ласковый коснулся губ… Но даже такой малости хватило, чтобы меня бросило в стыдливую краску. Меня вообще никто никогда не целовал в губы, а поцелуй Тира и вовсе дезориентировал. — Влада, я никогда ни в чём не буду настаивать, потому что умею ждать. И учёбу ты спокойно закончишь. Только скажи… ты выйдешь за меня? И он даже колечко достал. Витое, с листьями из белого золота и с синим сапфиром. Как его глаза. — Да, — ответила я, не узнав свой голос и как завороженная наблюдая за тем, как на мой палец водружается это самое кольцо. А его глаза. Они светились неподдельным счастьем. И в тот самый миг я понимала, что всё происходящее правильно. Я следую голосу собственного сердца…