Неразлучные. Близнецы

Устало прислонившись к прохладной оконной раме, я смотрела на снующих по двору адептов, занятых приготовлениями к самому грандиозному событию сезона — осеннему балу, давно ставшему традицией для всех учащихся в Академии Единств. Ведь главной целью этого мероприятия являлось не только неформальное общение адептов с преподавателями, но и знакомства с будущими работодателями, так как на него приглашались многие высокопоставленные гости. Но угораздило же руководство Академии устраивать осенний бал непременно в этом году, когда по всей территории империи свирепствует эпидемия. Понимаю, что распоряжение о проведении праздника поступило из Илароса и непосредственно от самого императора, но смотреть на праздничные фейерверки вперемежку с дымными погребальными кострами, это слишком. Многие преподаватели и адепты были не в восторге от этой идеи, но сам директор Кьесси выступил с речью перед нами и преподавательским составом, сообщив о том, что мы должны быть сильными духом и не терять надежды. Могла бы я поспорить и бросить факты в лицо? Могла бы попытаться доказать свою правоту? Да, вот только я свою надежду уже потеряла и не верила в то, что мои слова примут на веру. Скорее меня посчитают причастной к происходящему и попытаются задержать. Я грустно усмехнулась своим мыслям. Не такой уж я и сильный маг, чтобы на полном серьёзе противостоять тому же Кьесси, не говоря о том, если противников будет несколько. Они расправятся со мной в два счёта, если конечно я не решу воспользоваться силой всех стихий. Только подобное и вовсе лишено всякого смысла. В этот раз не будет попыток кого-то уговорить. Не буду доказывать я свою правоту. Бессмысленно это, да и времени больше не осталось. А потому, сегодня мне придётся использовать ситуацию с максимальной выгодой и совершить ещё одно преступление против народов мира Равьет. Мне не привыкать к тому, что не простят и не поймут. Главное, для меня — знать о том, что те, кого люблю, не погибнут из-за болезни. А чтобы подобного не повторилось, я приложу все возможные силы. Страшно. Я не могу никому сказать, как мне страшно. И как холодеет и рвётся что-то на части глубоко внутри от одной только мысли о том, что именно мне придётся совершить. Не могу позволить встретиться глазами, наполненными ужасом и паникой, с теми, кто верит в меня. Только остаётся повторять себе как заклинание — я обязательно вернусь. И я действительно вернусь. Постараюсь это сделать вопреки всему, как уже делала раньше. Так или иначе. Я буду сильной. План, разработанный совместно с Адвинтэсом и одобренный остальными участниками заговора, заключался в проникновении к главному порталу между мирами и снятии с него печатей. Это должно на время восстановить баланс близнецов и стабилизировать их состояние. Дальше — сложнее. Мне придётся отправиться в Эно, чтобы уничтожить неведомый механизм, забирающий магию из этого мира и уже оттуда найти способ, позволяющий сделать связь близнецов неприкосновенной. Кроме того я очень надеюсь на то, что у меня получится договориться с демонами. На демонов в качестве союзников я возлагала большие надежды. Если они увидят, что я истинная, то прислушаются и возможно, помогут. В конце концов, если верить душе этого мира, Эно приходится намного хуже. То, что запланированное выпало на день главного ежегодного торжества Академии Единств, не случайность. В этот же день, во дворце императора состоятся свои мероприятия, на которых будут присутствовать большая часть воинов Ордена Ночных Теней, в то время как здесь останется только стандартная пятёрка стражей, призванная следить за Хранилищем. Конечно, даже они представляют серьёзную угрозу, поскольку подготовлены намного лучше и имеют ни с чем несравнимый боевой опыт, однако я смею надеяться на то, что наша тщательно планируемая операция пройдёт успешно. Я верю Тэсу. И знаю, что отступать всё равно некуда. В груди разливалось тепло пополам с горечью от воспоминания о вчерашнем вечере, который я провела в кругу друзей… нет, семьи. Каждый из них стал по-настоящему мне дорог. Воинственная, никогда не унывающая и готовая подставить плечо, Хель. Дин, мой названный старший брат и тот, кому я могу доверять безоглядно, полагаясь на его холодный рассудок. Близнецы-воронята Рэмьен и Клавьер — неиссякаемые источники оптимизма и новых идей. Тэс и Шен, с которыми у меня гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд и чей дом стал мне родным. Неугомонная и порой слишком язвительная демонесса Виарра. И Кори — гениальный изобретатель и просто хороший друг. Конечно, это не все, кого я хотела бы видеть в этот вечер. Антон находился в карантине. Я навещала его и могла сказать, что он не так плох, и настроен очень даже оптимистично, только вот скверна уже начала своё дело и однажды пожрёт его организм, если не принять мер. Тиравьель. В этот вечер я вспомнила и о нём. Об эльфе с глазами цвета ясного осеннего неба, удивительным, самоотверженным и сильным духом. Он вернулся однажды в этот мир ради того, чтобы помочь мне, и я уверенна в том, что не предал бы Ордену Ночных Теней, которому служил… даже сейчас. Тир в меня верил. И Халликэр. Он мир готов перевернуть, чтобы сделать по-своему. Наверняка он не стал бы меня уничтожать или обрекать на пожизненное заключение в подземелье, если бы узнал о том, кем являюсь, но не позволил бы воплотить план, подобный этому, в жизнь. Признаться честно, у меня была мысль о том, чтобы рассказать ему обо всём и попросить поддержки, но от неё пришлось отказаться. Всё же я не смогла удержаться от того, чтобы не навестить его после вечера в доме Дьяров. Использовав кристалл переноса я оказалась в гостиной его покоев и немного подождав, пока глаза привыкнут к темноте осмотрелась. Но здесь никого не было и я прошла в спальню магистра Тени. Ничего. Лишь едва уловимый запах мужских духов витает в воздухе. Наверное, он не приходил со вчерашнего дня. Усталый, голодный, но как всегда упрямый, продолжает трудиться на благо империи. Грустно улыбнувшись, я постояла немного у большого окна в гостиной и, окинув на прощание погружённую во мрак комнату, активировала амулет переноса. В собственной комнате женского общежития Академии Единства тоже никого не было. Видимо, Хель предпочла задержаться у Дьяров, а может быть вернулась и проводит время с Дином. Она понимает, что даже тщательно продуманный план может дать сбой и завтра может случиться всё что угодно. Я до последнего не хотела вмешивать своих друзей в это. Если бы у меня только был выбор… Сняв с себя украшения и кристалл переноса, я развеяла иллюзию и отправилась в ванную, чтобы принять душ и переодеться. Уже вытираясь, я вдруг заметила какой-то серый след на правом запястье, и уж было сунулась к воде, чтобы попытаться оттереть это, но присмотревшись, всё поняла. Скверна. Выходит всё настолько плохо, что даже организм истинной не в силах противостоять этой заразе. Для меня это ещё один знак того, что отступать некуда. Процесс только начался. Я ещё не испытывала других симптомов болезни — слабости, жажды и головокружения. Они начинаются гораздо позже, примерно на вторую неделю со дня заражения, и могла успокоить себя тем, что пока не заразна сама. Впрочем, уже завтра всё это не будет иметь значения. Завёрнутая в одно лишь полотенце, я открыла шкаф, чтобы ещё раз взглянуть на наряд, который будет на мне завтра и даже примерила перчатку, убеждаясь в том, что никто ничего не заметит. Вздохнув, я погасила магический светильник и закрыла створки. В этот момент, резко обернулась, почувствовав чьё-то присутствие, и вмиг оказалась в крепких мужских объятиях. Конечно отсутствие света для меня не проблема, но его я узнала бы даже с закрытыми глазами. — Кэр… — прошептала я, понимая, что напряжение, которое испытывала все эти дни, сегодня достигло предела. — Кэр… — Ты приходила сегодня, — констатировал он, гладя меня по слегка влажным после душа волосам. — Я устала наблюдать за тем, как день ото дня мы становимся всё ближе к бездне. И мне так не хватает тебя… хотела увидеть, вот, — сбивчиво пробормотала я, млея в его объятиях, под чуткими прикосновениями к обнажённой коже. Пальцы магистра скользнули вверх по моей шее, нежно очертили линию скулы и надавили не подбородок, заставляя поднять голову выше. Я зажмурилась, чувствуя тёплый ветерок его дыхания на своём лице, но он медлил, не предпринимая больше никаких действий, и хранил молчание, как будто хотел насмотреться. Запомнить. Его шёпот как нечто нереальное, донёсся до моих ушей, в тот момент, когда большим пальцем своей руки он погладил мою нижнюю губу, чтобы я расслабилась и прекратила её прикусывать. — Ты ведь знаешь о том, что я всегда буду с тобой. Прикосновения Халликэра были до боли нежными и почти невесомыми. Он стирал непрошенные слёзы, успокаивая так, как умел только он и, позволяя с новой силой поверить в самое важное предназначение в наших жизнях. Что бы ни случилось, мы части одной вселенной. И пусть наша связь не такая тесная и взаимозависимая как между двумя неразлучными мирами, но даже если мы однажды расстанемся, наши пути всё равно когда-нибудь пересекутся. Его поцелуи словно сорвали незримый замок. Я смелей обняла Халликэра за шею, прижимаясь всем телом и с неистовым рвением отвечая ему, бесстыдно игнорируя давно развязавшееся и упавшее на пол полотенце. Не знаю, каким чудом нам удалось удержаться на грани перевоплощения, но мы остановились до того, как нас коснулась волна изменений. Дрожа всем телом, я замерла в его руках, стараясь усмирить бьющееся на пределе сердце. Расставаться не хотелось, но за окнами уже брезжил рассвет. — Побудь со мной ещё немного, если можешь, — попросила я, когда Халликэр скрепя сердце отправил меня в постель, потому что, видите ли ноги у меня холодные и надо хотя бы немного поспать. — Так уж и быть, пару минут своего драгоценного времени, я тебе уделю, — с важным видом сообщил он, улыбнувшись так многозначительно, как умел только он. Мне тут же остро захотелось добраться до его наглой физиономии, но Кэр уже предусмотрел всё заранее, спеленав меня в одеяло так, что я не могла пошевелиться. И что самое интересное, несмотря на мысли о том, что уснуть в таком состоянии не получится, вновь открыла глаза я только тогда, когда его уже не было рядом, но зато вернулась Хель. Вид у подруги тоже был ещё тот и красноречиво свидетельствовал о том, что минувшую ночь она провела более чем продуктивно. Пока она отправилась приводить себя в порядок, я тоже решила не терять времени и собираться. Близился назначенный час и уже очень скоро наш план воплотится в жизнь.

***

Сегодня зал был украшен не особо ярко. В декорациях преобладали жёлтые и тёмные цвета. Но вдобавок ко всему отчего-то переборщили со звёздами на ночном небе, которое слишком низко наползало на стены, отчего местами казалось, что находишься в открытом космосе. Но большинству это даже нравилось. У меня же перед глазами всплывали образы мёртвых и живых. Больные, погибшие от скверны, целители и добровольцы. Черные одежды с белыми символами и защитные маски, похожие на земные респираторы, зачарованные специально для того, чтобы не пропускать инфекцию. После карантинных рейдов редко когда иначе бывает. Мне до сих пор чудится горький и удушливый запах дыма. Не могу спокойно смотреть и видеть только праздник и декорации, не чувствовать липкие прикосновения чужого отчаяния. Но не оттого, что сама испытываю суеверный страх перед безликим грядущим. Напротив. Мне открыто многое из того, что должно случиться уже сейчас. И страшусь я только за тех, кто решил встать на мою сторону. Меньше часа осталось до воплощения тщательно проработанного плана. И кажется, будто с каждой последующей секундой время ускоряется. Я вежливо отказываюсь от приглашения на очередной танец от одного из магов-старшекурсников с факультета некромантии и держусь поодаль от танцующих. Ловлю на себе задумчивый взгляд нашего директора и когда он больше не смотрит в мою сторону, старательно прячу под искристой ажурной перчаткой следы скверны. Кто бы мог подумать, что наша раса тоже подвержена ей. Надеюсь, у меня хватит сил… Мои оголённые плечи накрывают сильные руки того, новая встреча с кем волнительна не меньше безумного плана, на который я отважилась. — Мой магистр. — Мне думалось, ты не хотела приходить. В итоге же готова затмить любую в этом зале, — прошептал он на ушко, заставляя его пылать, а сердце болезненно сжаться. На мне сегодня было бальное платье в жёлтых и алых тонах с чёрным кружевом паутинкой, разбавленным искристыми нитями. Невинное в своей внешней простоте, оно легко преобразовывалось в одежды, в которых, можно было уверенно чувствовать себя в полёте и в боевых условиях. В этот раз такой костюм не был моей разработкой, его прислали из Клана Серебряного Ворона. Но я успела оценить обновку по достоинству. Обернувшись, поймала усталый взгляд любимого мужчины. Его глаза сейчас казались темнее, чем обычно. Нужны ли слова, чтобы понять, насколько он сам не хотел приходить сюда сегодня? Он тут только ради меня. Играл какой-то очаровательный в своей фривольности мотивчик, но мы оставались двумя тёмными и неподвижными фигурами из иного мира. Теми, кого не трогает сегодняшнее веселье и боль. Звучит новая мелодия. Необычная и грустная. Музыка иного мира. Я поднимаю взгляд и вижу Виарру. Она выходит на сцену в красивом тёмно-синем платье. Она слегка опускает ресницы, будто пытаясь скрыть слёзы, и начинает петь. Голос её дрожит от волнения, но с каждым словом набирает силу. Ну почему она выбрала именно эту песню? Нас книги обманут, а люди не вспомнят Последняя битва сорвёт голоса Стараться не стану, ничем не наполнить Пустая молитва, пустые глаза. А ты уходи и чем дальше, тем лучше Нет права тебе оглянуться назад И ты не следи, как цепляясь за тучи Дорогой небес поднимается ад. Время на исходе. Грустный голос демонессы летит над залом. Возможно, он и не способен соперничать с оригиналом, но искренность в нём заставляет замирать сердца. И не думаю, что кто-то смог сохранить равнодушие. Нас дьявол покинет и бог отвернётся, Сломается хрупко бессильная сталь. И время застынет, и кто-то вернётся, Затем, чтоб найти на пороге Грааль. Молчание дней, сонной жизни кумиры Уходят стремительной горной рекой Мы будем сильней за границами мира Мы пленом земным заслужили покой. Я протягиваю руки к любимому. Сегодня не будет борьбы, не будет завоеваний. Это прощание. Его чуткие пальцы пробегают по участкам моей обнажённой кожи, уверенно придерживают за талию в медленном кружении. В его руках я могу спокойно закрыть глаза и слиться с мелодией, биться в унисон с его сердцем и лететь во власти усиленного магией, пения. Протянуты в вечность вечерние тени, Дневная обида предсмертно нежна. Фальшивая ценность пустых откровений, Для всех очевидна и этим смешна. Не видно лица неизбежности жуткой, Где пламя ревёт и бессильна вода Душа в небеса улетает голубкой, Она не умрёт, не умрёт никогда! Но ничего не может длиться бесконечно и магия танца истаивает. Мне уже всё равно, что о нас подумают, и что скажут обо мне. Я крепко прижимаюсь к его широкой груди и шепчу: — Кэр, а ты бы смог бы быть счастливым? Хотя бы попытаться? Мужчина склоняется ниже и нежно целует меня в губы. Состояние головокружения усиливается и мне кажется, что я парю. А о реальной цели своего вопроса я и в самом деле позабыла. — Я уже счастлив, — выдыхает он мне в губы. Вдруг я замечаю тоненькую полоску скверны под его шейным платком и, хотя знаю — с этим можно справиться. Для меня это зрелище, как нож по сердцу. — Счастлив даже здесь? Посреди этого странного бала и дыма погребальных костров? — мой голос дрожит. Против воли на глазах выступают слёзы. Мне кажется, что я говорила шёпотом, но на нас стали оглядываться. — Счастлив… умирая? Он останавливает мою руку у самой своей шеи. Отводит медленно в сторону, не отрывая от меня своего пристального взгляда. — Что бы ни случилось, я всё равно вернусь к тебе... если буду нужен. Слова, которые, по его мнению, должны приободрить меня, только делают больнее. Уж лучше бы он ударил меня. — Ну уж нет! Какое сомнительное удовольствие терять тебя из-за твоего упрямства! Терять целый мир! — я срываюсь на крик, уже не замечаю ничего и никого вокруг. — Ты хоть знаешь кто я? — Знаю. И всегда знал, — произносит он спокойно. Он не говорит этого имени вслух, но оно у него в глазах. Отражается болью. Надломом. Я вырываю руки из его ладоней и резко отступаю на шаг. — В таком случае ты понимаешь, что я поступлю по-своему. В ответ на мои слова Халликэр горько усмехается, и я замечаю краем глаза, что меня окружает целое кольцо магов Ордена. Он тоже собирался поступать исключительно так, как считал нужным. Вот так всё и должно было закончиться. Я подозревала это с самого начала. И выходит он тоже изначально был готов к такому исходу. Но не собираюсь я драться с ним. Даже сейчас. И не только потому что это лишено смысла. Вместо этого я медленно развожу руки, активируя щиты, и становлюсь на колени, прямо на пол, медленно начиная в него погружаться. Заклятия и магические удары не успевают пробить защиту. Смысл моих действий доходит до магов Ордена слишком поздно. Адвинтэс прекрасно сработал. Мы переместились в недра хранилища, откуда он уже с моей копией, отправился заметать следы. И я ничуть не сомневалась в том, что у них всё удастся. — Тэс, Эш! Берегите себя! — бросила я вослед убегающим. Менталисты на позициях, — прозвучали слаженные бесплотные голоса Рэма и Клавьера прямо в моей голове. — Кори и Дин справятся с обороной, — сообщила Хель, навешивая на меня амулеты различного назначения. Они должны были повысить вероятность того, что я выживу, разломав неизвестную конструкцию на той стороне. — Хорошо. Главное ты тоже должна успеть уйти, — сказала я, одарив дроу напряжённым взглядом. А то знаю я её. Что с неё, что с её братца станется и в самое пекло прыгнуть. — Я из соседней комнатушки понаблюдаю, — задорно подмигнула она. — Ну что, готова? Я кивнула. Внутренне я собралась ровно в тот миг, когда просочилась сквозь пол бального зала. Теперь же была до зубов вооружена артефактами и полна решимости выжить. Вдруг дроу резко схватила меня за плечи и крепко обняла. — Ты там это… даже если что-то не так пойдёт, возвращайся. Хорошо? А то с твоим блондинистым чудовищем больше никто кроме тебя сладить не сможет. И я пообещала. Хотя не люблю это дело. Не всё ведь на свете зависит только лишь от наших желаний, верно? Теперь мне предстояло самое простое — доломать то, что начали ломать ещё до меня. Пресловутые запертые врата миров выглядели довольно странно и ничуть не фантастично, своим видом напоминая сливное отверстие в полу. Этакая перевёрнутая на бок железная раковина с наглухо запертыми створками. Хотя не совсем запертыми. Сила сквозь них просачивалась с чудовищным напором. Прикоснувшись к металлу и уничтожая печати, я приняла свой истинный облик и, чувствуя, как дрожат открывающиеся створки и меня затягивает вовнутрь, коротко обернулась к дроу, стоявшей в проёме соседней комнаты. Ну, не поминай лихом, подруга… Потом на краткий миг меня ослепило. Я вдруг оказалась в гудящем ярком потоке света. Всё что я смогла сделать здесь, это сгруппироваться и активизировать сразу все щиты и амулеты, отчаянно надеясь, что этого хватит. Короткий воинственный клич, зажмуренные глаза и вот я со всей силы врезаюсь в сияющее нечто.

Отступление

Большое хранилище Академии Единства сегодня казалось на редкость маленьким и неуютным. Этим вечером здесь собрались не только некоторые преподаватели во главе с директором, но также сам глава Ордена Ночных Теней собственной персоной и пара диверсантов, посмевших своевольно прикоснуться к самому запретному, что есть в обоих мирах — Вратам. Действующих лиц было немало, но на месте преступления были пойманы лишь самые отчаянные — дроу с факультета боевой магии и оборотень с факультета некромантии. — Что вы можете нам сообщить в своё оправдание? — спросил директор, оглядывая строгим взглядом обоих. С тем, что сообщников они будут скрывать до последнего, он уже смирился. — Мы сумели на время нормализовать магический фон нашего мира. Эпидемия побеждена, — отрапортовала тёмная эльфийка, гордо вскидывая голову. — Риски были сведены к минимуму, и никто не пострадал. По залу пробежал мертвенный холодок. — Никто не пострадал, значит? А где же тогда организатор вашей затеи? — прошипел магистр ей в лицо. — Организатор? — Хель тоже умела выглядеть наивно, но вот только с магистром это не действовало. — Где Влада Светлая? — вмешался директор. — Так уж вышло, что она оказалась единственной, кто смог проникнуть туда. Она в мире демонов, потому что не смогла сидеть здесь сложа руки и смотреть как умирают люди. Вдруг откуда-то сверху послышался топот ног, и незнакомый голос позвал директора. Прибыли представители императора из Илароса. — Прошу прощения, но должен покинуть вас, лорд Элайр, — бросил он на ходу. — Когда закончите допрос, оставьте моих студентов в Академии, будьте добры. Я позабочусь о том, чтобы они не покинули её пределов. Но магистр не ответил. Он сверлил взглядом Хель. Ему казалось, что именно дроу всегда знала о Лит чуточку больше, чем все остальные. — Что вы скрываете, адептка Элетто? — поинтересовался он, снова склоняясь ниже, — Перед исчезновением Лит много говорила со мной о каком-то счастье. Быть может, она поняла, что её место там? Хель посмотрела на этого безумного мужчину и покачала головой. Но вот как можно быть таким умным и в то же время непрошибаемым? — А честны ли вы с собой, милорд? Если бы она была счастлива где-то без вас, разве вы не примчались бы к ней при первой же возможности? Разве бы не приложили все силы, чтобы разрушить это счастье и дать своё? Я вижу. Это в вашем характере. Или скажете, что я не права? — Права, — тихо ответил он. — Так почему же вы отступаете сейчас? Почему не сказали, умертвие вас задери, того, чего она хотела от вас услышать, говоря о счастье? Можете не отвечать, мне и так всё понятно. Вы слишком сроднились со своей маской, созданной отчасти вашей репутацией. Но если вы любите и уважаете Лит, будьте самим собой… Она была права во многом, а он просто слишком самоуверен. — Отведите адептов в их комнаты, — сухо распорядился он и в следующий миг магистра Тени не стало. На его месте мелькнула и исчезла крылатая тьма, устремившаяся к Вратам. Через некоторое время был созван большой имперский совет, на котором было признано, что магический фон мира пришёл в норму, а больные действительно идут на поправку. Но, что именно произошло в Академии тем вечером оставалось для многих большой загадкой. Орден Ночных Теней хранил молчание, а все причастные действующие лица ушли в глубокое подполье. К слову не было нигде адептки с факультета изначальной магии Владиславы Светлой и самого великого магистра Ордена Ночных Теней. Немного позже «Имперский вестник» не упустил возможность выдвинуть весьма оригинальное предположение о том, что лорд Элайр снова спас империю, и на этот раз употребил в ритуале свою новую любовницу. Многие в это охотно верили и пускались приукрашивать сплетню. Других же радовали минуты затишья. Тот шанс, который, как им казалось, был дарован небом. И лишь немногие знали истину. Всё ещё чувствуя слабость во всём теле, Антон поднялся с узкой кушетки и рванулся к пыльному окну, сквозь который брезжил серый рассвет. Только, даже несмотря на такое раннее время суток, улица была оживлённой. И непонятно, что там за этим чёртовым окном — светопреставление или карнавал. — Антуан, ты чего? — послышался скрипучий старческий голос с соседней койки. Этого обитателя карантина привезли только вчера. Сиор — старый вояка, которого лишь слегка тронула скверна. У Антона ею были покрыты все руки и шея… — Там что-то происходит, Сиор… — начал было Антон и привычно взглянув на свои руки, ахнул. Болезнь истаивала. От мерзких пятен почти не осталось и следа. Не веря себе, парень бросился к соседу. — Мы здоровы, Сиор! Они нашли способ победить эпидемию! — воскликнул землянин, который, честно говоря, уже успел отчаяться и подумать, что на этом и закончится его приключение. Пока сосед недоверчиво осматривал себя, открылась дверь и в комнату быстрым шагом вошла Виарра. Всклокоченный вид у демоницы и её сумасшедший взгляд, могли бы отпугнуть кого угодно, но Антон несказанно обрадовался появлению этой вечно язвительной девицы. — Ви, я здоров. Болезнь прошла. — Знаю. Она порывисто шагнула навстречу и прильнула к его губам. От неожиданности Антон ответил неуверенно, но вдохнув такой знакомый запах её волос, прижал крепче. Его губ коснулась солёная влага. Неужели она плачет? — Кажется, ты мне начинаешь нравиться, — нервно усмехнулась она сквозь слёзы. — Мне бы пришлось нелегко, убей тебя эта болезнь. Он порой совершенно не понимал её перепадов настроения и как завороженный слушал её хрипловатый изменившийся голос. А ещё она зачем-то перешла на русский. Чтобы не мешать их воссоединению, сосед тактично покинул комнату, но причина, происходящих с демонессой была не в этом. — Ви, теперь ведь всё в порядке? Все здоровы? Она закусила губу и отчаянно закивала. — Там праздник решили устроить. Ярмарку. Гуляния, — произнесла она вмиг потерявшим всю эмоциональную окраску голосом, а затем резко и зло выплюнула: — Безумие… — Не понимаю, — Антон окончательно перестал понимать происходящее. Только что ему казалось, что она рада, а теперь… — Это только отсрочка, — пояснила она, немного успокоившись и взяв себя в руки. — Ты разве не чувствуешь? И мы должны использовать её, ради Лит. В карих глазах плескалась боль и вина.