Не Уронить Падающую Звёздочку

      Ей не хочется плакать, но слезы сами наворачиваются и стекают по щекам. Проблемы в школе, дома, да и вообще во всем делают ей больно, и эта жгучая невесомая боль долго мучает девушку изнутри.       Её и брата перевели в новую школу, где у Мэйбл сразу выстроились не самые лучшие отношения с классом и учителями. Диппер говорит, что она сама виновата, и что лучше бы девушка училась, а не лелеяла мечты о возвращении в Гравити Фолз. Но какая тут учеба, если родители на грани развода и постоянно её в чем-то упрекают?       Она сидит в своей комнате возле кровати, нервно теребя подол юбки и вытирая слезы рукавами свитера. За дверью всё ещё слышатся срывающиеся голоса родителей. Они из тех, кто выглядят со стороны идеальной семьей, а наедине утопают в ссорах и раздорах. Мэйбл и Диппер единственные, кто является этому свидетелями, но брат давно не волнуется по этому поводу.       Потому что Диппер тоже стал частью этой картины идеальной семьи. Он научился, как и родители, вести себя, будто живет в примерной семье, но стоит лишь людям отвернуться, как Пайнс сразу исчезает, как будто его и не было. Не трудно его понять — сын просто не хочет участвовать в скандале.       Мэйбл продолжает рыдать в запертой комнате. Запас слез постепенно иссякает. Размытый взгляд девушки падает на окно.       Сбежать.       О, нет. Этого себе она не позволит. Это было бы глупо, безрассудно, необдуманно…       И в её стиле. Мэйбл кажется, что она мыслит, как её брат. Так почему бы и не уйти, если всем плевать?       Она поднимается на ноги и подходит к окну, за которым видна лишь полная темнота. Но, находясь в этом доме, где ссоры родителей ядом въелись ей под кожу и причиняют лютую боль, ей кажется, что где-то там, за окном, тьма рассеивается и озаряется светом. Ей кажется, что там намного светлее, чем здесь.       Ей кажется, что нужно уйти, пока не поздно.       И Мэйбл открывает окно. Забравшись на подоконник и вывесив ноги наружу, она снова колеблется. Ногами она чувствует свежий воздух. Свежий, не тот, что в доме — постоянно сотрясаемый криками и удушливый, а чистый. Наконец, девушка спрыгивает.       Она быстро бежит к задней калитке и выходит через неё на улицу. Глаза ещё не привыкли к темноте, но где-то вдали, в конце улицы она видит фонарь. Он светит, как звезды на небе, и Мэйбл трет глаза, чтобы убедиться, что это всё-таки фонарь.       Улицы пустые и чёрт, ей становится страшно. Обернувшись к дому, она видит силуэты родителей, туда-сюда перемещающиеся по комнате. Крики продолжаются.       Обратной дороги нет.       Девушка идет тихо, будто её может услышать какой-нибудь маньяк, убийца, грабитель. Но улица пустынна, и тишину нарушает лишь стук её балеток о тротуар.       Наконец, она находит фонарь. Он стоит прямо на углу, но девушке не видно, что находится дальше или за поворотом. Она видит лишь фонарь.       Его свет больно бьет по уже привыкшим к темноте глазам, и Мэйбл щурится. Из-за этого глаза начинают болеть, и она вспоминает, как долго плакала у себя в комнате. Колени невольно начинают дрожать. Она опускается рядом с фонарем, поджав под себя ноги.       Холодно, пусто, жутко. Наверное, это отвлекает её от слез, и Мэйбл просто сидит в тишине, иногда чуть слышно всхлипывая.       — И что ты тут забыла? — прорезается сквозь тишину голос, который заставляет Мэйбл невольно вздрогнуть.       Она смотрит направо. На лавочке сидит какой-то мужчина в темных очках, черно-желтой футболке, черной кожаной куртке, в джинсах и желтых кедах. Волосы его светлые и довольно густые. Весь его вид словно говорит: «Беги от этого больного как можно быстрее и дальше», но Мэйбл не спешит бежать.       — Я — ничего, а тебе чего надо?       Незнакомец усмехается.       — Довольно смело для девочки на пустой темной улице разговаривать с незнакомым мужчиной, да ещё и таким образом. А что, если я маньяк? — говорит он, повернув голову в сторону Мэйбл.       Действительно. Почему же она не бежит? Почему вообще говорит с ним?       Ах да, ей же некуда бежать и больше не с кем поговорить. Или она так думает, по крайней мере.       — Ты не похож на маньяка, ты похож на придурка, — наконец говорит она. — Какой идиот будет носить солнцезащитные очки ночью?       — Какая идиотка будет сидеть ночью на асфальте и ныть?       Мэйбл снова становится больно. Он просто не понимает, из-за чего она здесь. Хотя, это, в любом случае, совсем не его дело.       — Между прочим, это был намек на то, чтобы ты села на лавочку, пока не превратилась там в ледышку, — говорит незнакомец и сдвигается на противоположную сторону скамьи.       Он только что назвал её идиоткой, а теперь пытается быть дружелюбным? Что за странный незнакомец.       Но Мэйбл ценит любой жест дружелюбия, ведь получает она их в последнее время не очень-то и часто. Пайнс поднимается с тротуара и садится на лавочку с этим подозрительным парнем. На свой страх и риск.       Они оба сидят на противоположных концах лавочки, так что находятся довольно далеко друг от друга. Наконец, Мэйбл может полностью разглядеть его прическу. Волосы с одной стороны совсем короткие и темные, а с другой — густые и золотистые.       — Так что, расскажешь, почему тут сидишь и ноешь в одиночестве, Падающая Звёздочка? — говорит он, пальцем указывая на звезду на её свитере.       Девушка раздражается от этой странной клички, но это раздражение быстро сменяется любопытством.       — А почему ты спрашиваешь?       — А почему бы и нет? Тем более, тебе, похоже, не с кем поделиться.       Это задевает Мэйбл, но незнакомец прав.       — Ты, скорее всего, подумаешь, что у меня тупые подростковые проблемы, разве нет?       — У всех людей бывают проблемы, вне зависимости от возраста.       Ситуация кажется Мэйбл всё более и более странной. Но, в любом случае, у неё нет сейчас другого выбора и она рассказывает. О новой школе, в которой она чувствует себя чужой, о брате, которому вдруг стало на неё плевать и о родителях, которые постоянно устраивают истерики. Мэйбл кажется, что она вот-вот заплачет, но ей даже становится легче.       Незнакомец внимательно слушает, но непонятно, смотрит ли он на неё из-за этих дурацких темных очков. Когда Мэйбл сбежала из дома, она точно не думала, что вот так вот будет изливать душу первому встречному, но ей нужно было выговориться.       Он сделал только пару комментариев, но по ним было ясно, что он внимательно выслушал каждое слово девушки.       — А что насчет тебя? — спрашивает Мэйбл.       — Что?       — А ты почему здесь? Тоже выглядишь не очень весело. Да и как-то нечестно — я тебе всё рассказала, а ты ничего не говоришь.       Незнакомец вздыхает и поднимается с лавочки.       — Не всё сразу, Звёздочка, не всё сразу, — говорит он и внезапно уходит.       «Не всё сразу»? Он имеет ввиду, что Мэйбл ещё с ним встретится?       — Постой! — выкрикивает Мэйбл и встает с лавки. — А как тебя зовут?       Незнакомец поворачивается.       — Билл.       — А меня Мэйбл! — говорит девушка и выдавливает из себя что-то похожее на улыбку — вымученную, но искреннюю.       На лице Билла на секунду застыло удивление. Эта девчонка только что была заплаканная и уставшая, а сейчас пытается улыбнуться для него? Воистину, Звездочка — очень интересная личность.       — Хм, ясно, — говорит он, снова разворачивается и шагает. — До встречи, Мэйбл.       И машет рукой, не оборачиваясь.       Мэйбл решает, что не зря сегодня убежала из дома.