Каникулы, длинною в жизнь

Диппер, наконец, проснулся, и теперь, потянувшись, сел на кровати, видя обеспокоенную близняшку перед собой. - Тебе снился кошмар? Ты так сильно ворочался во сне и кричал. - Да, мне снился Билл, я у него жил, а потом... Бррр, - нервно передёрнулся, позёвывая мальчик. - Ничего страшного, теперь всё хорошо. Все сны - это неправда. Все, кроме этого, - подмигнула Мейбл.       Пайнс не успел сказать ни слова из тех, что были у него на уме, как Билл тут же развеял иллюзию. Покалеченный демоном Диппер лежал на сырой, холодной земле, в окружении тел своих близких. Вокруг было больше ни души, одна разруха. Только верхушки и колкие, игольчатые лапы сосен качались в такт ветру, беспорядочно снующему по земле в поисках успокоения.       Перед мальчиком, жаждущим хоть немного любви и понимания раньше, а теперь находящимся в полном животном ужасе и панике от случающихся вещей висел в воздухе тот самый Билл Сайфер, разрушивший его жизнь напрочь, сжёгший его мечты и надежды и развеявший их прах по ветру, который, кажется, пару минут назад так ласково его лелеял. И только теперь Пайнсу пришли абсолютно все ответы на вопросы. Именно благодаря ему уничтожится вся реальность, теперь - суровая, из которой почти не представлялось перспективы выбраться живым.       Сайфер схватил Сосну за руку, проволоча его немного по земле, не потрудясь объяснить, куда он его телепортирует. Ему было всё равно. Он попросту закрыл глаза на жизнь этих мясных мешков, на жизнь всего Гравити Фолз, куда уж, на жизнь всей вселенной. Он знал, как выбраться за купол, заранее знал судьбу всего мира. Нужно было накопить только ещё немного энергии. Он всё всегда знает заранее, демон разума.       И даже теперь, когда он медленно, с наслаждением, пачкая руки в крови, убивает последнего из Гравити, последнего из Пайнсов, с которого всё и началось, слушая надрывные крики сорвавшего голос, бьющегося в агонии Сосны, заставляя его мучаться, не даёт ему умереть быстро. Даже теперь, когда ничто не могло растопить его ледяное, вперемешку с камнем и ненавистью сердце, даже слёзы влюблённого в самого демона. Даже теперь, чувствуя всем естеством смерть, смотрящую прямо на него с нескрываемой радостью, благодарящую его за масштаб и мощь действий.       Даже сейчас. Он не остановится и продолжит идти дальше, пожирая всё на своём пути. Он безумно улыбается, стоя с ножом, оглядывая всё вокруг. Он смеётся, зная, что никто и никогда не сможет остановить его.