Измена

      Вместо того, что бы думать: «Этого не может быть, как же так?», или вовсе заорать на весь дом: «Трэвис, твою мать, что ты творишь?», парень просто думает: «Это пиздец, пиздец.»       И так он думает долгие секунды, пока стоит на пороге в гостинную, в которой уже давно, полным ходом, идет вечеринка.       И это действительно так, многие из гостей просто пиздецки пьяны. Потому что они совершенно не обращают внимание на Адама, застывшего с глазами по пять рублей, а только пьяно выкрикивают что-то лежащим на зеленном бильярдном столе девушке и парню. Трэвис и Британи без стыда сосутся на этом ебаном бильярдном столе, который теперь так ненавистен шатену.       А ведь Трэвис и Адам вообще-то встречаются, и уже можно сказать, давно. Но сегодняшний вечер просто в прах разбил почти 1,5 года отношений. Сейчас его парень и подруга его парня, чуть ли не ебутся на бильярдном столе на глазах всех кому не лень, и это пиздец.       «Это пиздец» — еще раз думает Адам перед тем, как подойти к этой парочке и встать рядом с ними. Он не знает, что ему делать, но стоящий графин с пивом подкидывает ему одну идейку.       Взяв наполовину полную, большую стеклянную кружку, шатен просто переворачивает ее над все еще целующимися девушкой и парнем. Что ж, это не отрезвит эту парочку, но зато небольшой душ поспособствовал тому, что бы они, наконец, оторвались друг от друга.       — Твою мать, чувак, ты что делаешь?! — завопил брюнет и пьяными, ничего не соображавшими, глазами уставился на Адама. Да эта пьяная скотина, даже не понимает Кто стоит перед ним.       — Ты, больше не смей появляться у меня на глазах, — притворно-спокойным голосом произнес шатен, держа графин в правой руке.       — А ты, дорогуша, — заплетающимся языком, проговорила эта нахальная сучка, которая восседала на парне, без какого-либо стыда. — Ревнуешь? — и она явно была не так убита спиртным, как хотела казаться.       В место слов, Адам со всего дуре бросает пивную кружку на пол, она разбилась и разлетелась на миллион мелких осколков. Чем позабавила окружающих упырей, большинство из которых шатен видел впервые.       И потом, он думает немного по-другому: «Твою мать, Трэвис. От тебя я такого не ожидал» — сокрушенно проносится в голове парня, он поспешно сваливает из хрен знает чьего дома, намериваясь сделать хоть что-нибудь, чтобы заглушить боль в груди.       Однако, с собой он так ничего и не делает, а так хотелось просто взять и броситься под машину. Но он понимает, что это не выход, ведь кому он сделает хорошо, если погибнет? Родителям, друзьям? Никому. А с болью можно жить, теперь, хотя бы ради своих близких. Которые так кстати уехали в другой город, вряд-ли они вернутся, и шатен был сильно рад и удивлен, что они оставили его в Лос-Анджелесе, а не забрали с собой в Нью-Йорк.       И все это было только ради счастья сына, который был влюблен в другого парня. Но никто не был против, а что вы хотели это Америка. Страна, которая намного толерантнее, чем та же Россия.       «Твою мать, а ведь это было так» — со слезами на глазах думает Адам. Он ушел далеко, и теперь сидел на пляже, смотря на еле видневшиеся волны. «Я был готов ради тебя на многое, зачем ты так со мной, Трэвис?»       Он мысленно представил себе своего, теперь, бывшего парня. Брюнет, стоящий на против него и улыбающийся, любил и ценил Адама всем сердцем. До недавнего времени. Они были вместе уже давно, и для шатена это время было чем-то похожее на радужную сказку.       Конечно иногда они ссорились, но им было хорошо вместе. И они начали встречаться не с бухты барахты, а сначала они стали друзьями, а познакомились они в ночном клубе.       Знакомство прошло вполне себе предсказуемо, они просто налетели друг на друга в толпе, но тогда Трэвис был со своей кузиной, и показывал ей здешние достопримечательности Л.А. И куда же могли пойти почти совершеннолетние подростки, как не на вечеринку, да и в ночной клуб.       Налетев друг на друга, парни уставились друг другу в глаза, и пару минут просто пялились, не отрываясь. Не сказать, что это был какой-то сказочный момент, или типо любовь с первого взгляда. Но это все-таки чем-то определенно было. В общем, после этого они начали общаться в узком кругу, Трэвис, Адам и Лана-кузина Трэвиса.       Ну, была еще одна подруга брюнета, Британи. Она все время пыталась замутить с ним, но он отказывал ей, все-таки они были друзьями еще с детства, и Трэвис не питал особой любви к девушке, кроме дружбы. Но похоже, что это было не совсем так, ведь ей все же удалось его соблазнить.

***

      «Это больно» — думал шатен, лет 17-ти отроду, спустя пару дней, смотря на своего парня, или вернее сказать бывшего парня.       До появления Трэвиса в доме их общего друга Зака, Адам помогал этому самому другу собирать недавно купленный бильярдный стол в одной из свободных комнат. Вы представляете? Бильярдный стол!       — Зак, это ебаный бильярдный стол! — просто охеревший от увиденного произнес парень, переводя взгляд с ненавистного предмета на своего, вроде, нормального друга.       — Я в курсе, — как ни в чем не бывало ответил Зак, разворачивая детали, намериваясь собрать этот стол сегодня же. — И не матерись при мне, ты же знаешь, я этого не люблю.       — Ох, ну извини. Но это же бильярдный стол!       — Может хватит так убиваться, это не тот самый бильярдный стол, этот совершенно новый, из магазина, — упрекнул друга Зак.       — Я все равно ненавижу его, и зачем ты попросил меня помочь? Ты в курсе вообще, что произошло пару дней назад? — не унимался Адам, он не собирался даже прикасаться к этой ебаной штуке. А ведь раньше ему нравилось играть в бильярд.       — Ты обещал мне помочь и уже давно, так что, просто пересиль себя и помоги мне, — спокойно ответил ему брюнет. — А еще бы взял и поговорил с Трэвисом, он хоть и мудак после того, что он сделал, но… — Зак не был сторонником ссор, и конечно же у него было желание помирить парней, и чем быстрее это произойдет, тем быстрей все будет по прежнему. Ну или по крайней мере так будет казаться. — Надоело смотреть на твою убитую моську, — еще раз сказал эту фразу Зак, он повторял ее сегодня уже раз пятнадцать кряду.       — Ты повторяешься, и я скажу тебе тоже самое, что говорил уже и не раз. Я не собираюсь с ним не то, чтобы разговаривать, а даже видеться не буду! — раздраженно произнес Адам. Ему надоело, что все лезут в его жизнь, намериваясь помочь ему в сложившейся ситуации. Да какая тут может быть помощь? Вот испытают измену на своей собственной шкуре, вот тогда и узнают какого ему сейчас.       — Ладно, но все равно помоги мне, — упрашивал его Зак.       — … — Адам уже хотел ответить другу какими-нибудь резкими словами, как его прервали шаги и негромкое покашливание.       — Привет, дверь была открыта, — сказал только что зашедший в комнату Трэвис.       «Он посмел показаться мне на глаза?!» — зло подумал Адам, и сжал пальцы в кулак до еле слышного хруста.       — Я могу поговорить с Адамом? — пришедший брюнет явно обращался к Заку, спрашивая разрешения остаться с шатеном наедине.       — Ага, разберитесь уже, — Адам недовольно уставился на друга, но тот лишь ответил ему виноватой улыбкой, и оставил парней одних в довольно просторной комнате.       И какого черта Трэвис все же появился в поле зрения Адама. А ведь так хорошо и тихо было эти пару дней, в течении которых брюнет видимо страдал нехилым похмельем. И Адам даже был уверен, что вспоминать какую, блядскую, вещь учудил, брюнету не понадобилось, потому что оказалось, что их перепалку засняли на телефон.       Это было то еще зрелище, которое ходило не только из руку в руки, но и облетело уже весь «YouTube».       «Суки» — думал Адам, когда впервые увидел это видео. Ему даже не удалось заблокировать его, и тогда он чуть не расхерячил свой, ни в чем не повинный, ноутбук.       Несколько минут молчания, и гневного тяжелого дыхания шатена, он старался не смотреть на парня, стоящего напротив него, примерно в 10 шагах. Это хоть и не большое расстояние радовало Адама, но не убавляло его раздражения и злобы на весь мир, а главное он злился и на себя тоже. А как иначе!? Он не мог понять, почему не может сказать себе, что разлюбил или даже ненавидит Трэвиса. Этого сукина сына, который так глубоко засел у него в сердце. А вырвать его от туда хотелось, и как можно быстрее, чтобы больше не чувствовать ту боль, снова.       И он определенно сделает все, чтобы этого больше не произошло.       — Эй, — неловко произнес брюнет, нарушая тишину, которая нещадно давила на уши. — Привет, — еще раз по идиотски поздоровался Трэвис, его лицо было как всегда красивым, и все еще казалось Адаму таким родным.       — Какого черта! Привет?! Ты пришел сюда, чтобы просто поздороваться? — повысив голос воскликнул шатен.       — Нет, я пришел извиниться и поговорить с тобой, — Трэвис поднял руки вверх, и сделал один шаг вперед.       — Стой на месте! — закричал на него Адам, не было ни малейшего желания находиться сейчас с бывшим в одной комнате. Шатену казалось, что этой комнаты, да и всего дома было мало на них двоих.       — Ладно, просто выслушай меня, — начал говорить брюнет, не делая больше попыток подойти к шатену. — Прости меня. То что произошло — было ошибкой, — Трэвис говорил спокойным и размеренным тонном, будто разговаривал с маленьким ребенком, пытаясь не обидеть или не напугать его. — Ничего серьезного не произошло, мы просто были пьяны и…       — О да, давай, спиши все на выпивку, — закатил глаза Адам, он так и чувствовал, как желание ударить это красивое лицо увеличивалось.       «Это больно. А может мне полегчает, если я врежу ему?» — спрашивал сам себя шатен. Но все же трогать Трэвиса он не хотел.       — Но это правда, я напился и Бритни тоже, — да уж, оправдываться Трэвис никогда не умел, хотя раньше он и не попадал в такие ситуации.       — Слушай, представим, что я услышал твои извинения. Больше я не хочу видеть тебя рядом с собой, — упоминание имени этой суки, долбаной подружки Трэвиса, перевесило чашу желания ударить брюнета.       — Нет, я правда… Что, то есть, — брюнет несмело двинулся еще на полшага. — Мы можем продолжить встречаться?       — Ты шутишь? Нет конечно, я не собираюсь больше встречаться с тобой, — возмутился на такую наглость шатен.       — Эй, ну правда, прости меня, это больше не повторится, — обещал Трэвис, и медленно стал приближался к парню. — Давай просто забудем об этом недоразумении и будем жить, как раньше, — он умел говорить, нет, конечно же, не убедительно, а соблазнительно. Его голос был приятным и бархатным. Но сегодня это Трэвису не поможет.       — Нет, — сказал Адам, как отрезал. — Забудь все, как будто ничего и не было, никаких 1,5 года, их просто не было, — в одно мгновение в голову шатена забралась одна заманчивая, и казалось единственно-правильная мысль. Он должен уехать, чтобы больше не видеть Трэвиса, и тогда, возможно со временем, и он забудет эти отношения. — Мне надо идти, — резко произнес Адам, он должен собрать вещи и уехать.       — Адам, подожди, — брюнет схватил, проходящего мимо, парня за локоть, разворачивая к себе. — Как это забудь?! — раздраженно спросил Трэвис.       «Что, он хочет бросить меня, из-за такой мелочи?» — лихорадочно металось в голове брюнета.       — Отпусти, — бесцветным голосом произнес Адам.       Он уже понял, что ему просто нужно покинуть Лос-Анджелес и он будет свободно жить дальше. Не боясь увидеть Трэвиса в толпе людей, и не имея возможности вновь застать измену своего возлюбленного парня. Который по идее должен быть геем, а на деле оказался би.       А во всем виновата эта сучка-подружка и конечно выпивка, куда же без нее. Не хотите проблем, лучше не напивайтесь до свинячьего визга.       — Мы еще не договорили, — упрямо сказал ему Трэвис, сжимая запястье сильнее. Теперь на руке Адама, наверняка, останутся синяки.       — Нам не о чем говорить, — так же спокойно ответил ему шатен. И вырвав руку из захвата, отошел к двери, ведущую к выходу. — Хочешь можем быть друзьями, это так видимость, но может успокоит твое больное сердце. Ах, что же это я? У тебя же его нет, — с сарказмом и болью в голосе добавил Адам.       Он все решил, пора валить из этого проклятого и такого прекрасного города, в котором он познал любовь и такую сильную боль.