Ответ на звонок

      POV Роза       Я конечно понимаю, что во времена Академии я частенько бывала в больничном корпусе. Однако я уже давненько не чувствовала запах спирта, всяких медикаментов и особенно хлорки.       По крайней мере именно такое чувство у меня было, когда я стала постепенно очухиваться после очередной потери сознания. В последнее время это происходило со мной уж слишком часто и при не особо приятных обстоятельствах.       Как только я открыла глаза, передо мной оказался серовато-белый потолок, который часто встречается в различных больницах. Но стоило мне повернуть голову направо, как тут оказался огромных шкаф с прозрачными дверцами, полки которого до нельзя были наполнены различными банками и склянками с жидкостями всех известных человеку цветов. Перед шкафом стояли несколько столов, на которых также находились сосуды самых различных форм и размеров, из которых кое-где выходил пар. Все это представляло собой образ некой химической лаборатории. — Она очнулась! — послышалось где-то неподалеку. — Я вижу, спасибо, Даниэль, — прозвучал голос с заметной хрипотцой. — Я сам займусь ею. Будете мне помогать, потому что эти дампиры слишком сильны, и мы не знаем всей их мощи. Идемте. И прихватите с собой раствор! — голос становился все громче, по мере его приближения.       Что за?.. — С пробуждением, мисс. — Кто вы? И где я вообще? — судя по его виду и действиям, этот мужчина не имел никаких плохих намерений, казалось бы. Поэтому, я решила сразу напрямую спросить. — Меня зовут Блейк Харрисон. А это мой помощник — Даниэль. Мы с головой поглощены химией. Не так давно я был даже удостоен звания почетного профессора главной академии наук нашего штата. На счет вашего второго вопроса: вам этого знать не обязательно.       Я хотела было встать, но мне помешали ремни, которых было по 3 штуки на каждой руке, один сковывал мою талию и по 4 штуки были на каждой ноге. — Рада знакомству, профессор Харрисон. Но при чем тут я? И с какой стати вы привязали этими ремнями меня к кушетке? — Розмари, — я в шоке посмотрела на него, — я уже давно знаю, что мир людей не одинок. Видишь ли, ваша раса очень таинственная с точки зрения строения организма. У вас обостренные рефлексы, сильный иммунитет, вы не боитесь солнца… — И что с того? -… и вы не можете иметь детей от себе подобных, — закончил он.       В мою голову начали закрадываться подозрения, что этот шизанутый химик что-то затевает, и это что-то далеко не хорошее. — Розмари, понаблюдая за тобой и хорошо изучив тебя, я прекрасно знаю, что тот вопрос очень мучает тебя и твоего возлюбленного стража Беликова. — Что вы с ним сделали? Не смейте трогать его! — если они и его схватили, это просто ужасно. Дмитрий и так из-за меня много натерпелся. А в логове этого профессора с ним сделают все что угодно не алея его, да и со мной тоже. — Он в нужном месте, дорогая. Но у меня есть теория, чтобы узнать причину столь странного явления! И было бы очень кстати проверить ее на тебе. Мне нужна твоя кровь. Даниэль?       Вдруг в мою вену резко вонзился шприц, что я невольно вскрикнула. Он взял из меня достаточно крови, и я обессиленная упала обратно на кушетку. — Отлично! Давай ее сюда, — Блейк уселся за столик и начал какую-то мелкую работу. Через какое-то время он сказал напарнику, — не работает. Кровь быстро остыла. Значит нужно ввести препарат прямо ей в вену, — он посмотрел на меня, и я съежилась от страха. Не каждый день ты оказываешься прикованная в плену у чокнутого профессора. Он направился ко мне с другим шприцом, который был наполнен густой темной жижей. — Не дергайтесь, мисс Хэзевей, — он воткнул шприц в другую руку и ввел содержимое в меня.       Сначала по моему тело прошелся небольшой приятный холодок. Но затем он быстро сменился нарастающим жаром и ознобом. — Что… что вы мне ввели? — вяло промямлила я. — Это раствор ртути. К сожалению, через некоторое время он убьет тебя. Прости, Роза. Но это во благо всех дампиров. Ты была героем! Возьми новый образец, — сказал он помощнику, — и введи его дампиру.        Взяв мою кровь во второй раз, Даниэль открыл штору, которая находилась слева от меня. Я повернула голову налево, и предо мной оказался Дмитрий. Он спокойно лежал, без единого движения, только равномерно поднимающаяся грудь показывала признаки жизни. Из рук стража виднелись всякие шприцы и провода с жидкостями. — Что ж, Розмари. Был рад знакомству. Пожалуй, теперь вы можете быть свободны, — он начал отстегивать от меня ремни.       Боже, что они сделали с Дмитрием? Почему он просто лежит? Может он без сознания? Нет, так дело не пойдет. Пусть это мои последние мгновения жизни, я не позволю им навредить Дмитрию!       С этими мыслями я толкнула идущего к стражу Даниэля и стала выдергивать из Дмитрия все провода и трубки. Теребя его за руку изо всех оставшихся во мне сил, я кричала: — Дмитрий! Очнись! Вставай! Они не сделают этого с тобой! — Уведи дампирку! — прокричал Блейк. Однако на моих последних словах Дмитрий открыл глаза и, найдя меня взглядом, резко встал с кушетки и обрушился на Даниэля. В это же время, профессор нажал на кнопку сигнализации, и было понятно, что скоро сюда прибудет отряд солдат. Пока Дмитрий возился с помощником, Блейк подошел ко мне и со всей силы ударил ногой в живот: — Вот же мерзкая дампирка! Это же было для тебя! Ох ладно, найду и другую, — после этих слов я встретилась со стеной, боль пронзила всю спину и голову, и я начала сползать по стене, постепенно теряя сознание.       Дмитрий тряс меня, чтобы я очнулась. Вокруг шумела сирена. На полу разлились всякие жидкости. К нам подошел профессор: — Да не достанешься ты никому, Хэзевей.       С этими словами он подошел ко столу, на котором находилась кнопка: «Детонаторы». — Роза, бежим! — прокричал Дмитрий.