Between Two Fires

      — С ног валюсь от усталости, — буркнула я, положив голову на плечо Бэка, когда машина тронулась в сторону моего дома.       — Я тоже очень вымотался. Знаешь, сходить сюда было хорошей идеей. Ын Чжон вроде неплохой человек и её поддержка будет твоим устойчивым фундаментом, — сказал он, расстёгивая пуговицу пиджака.       — Ага-а-а, — протянула, обнимая его за талию, удобней устраиваясь на его плече.       — Как приедешь домой, прими горячую ванну и ложись сразу спать, — скомандовал Бэк.       — Не хочу ехать домой…       — А куда ты хочешь?       — С тобой в гостиницу… Приютишь на ночь? — спросила, коварно улыбнувшись.       — Вечер становится более интересным, — промурлыкал он, вдыхая аромат моих волос.       Я уткнулась в его грудь и закрыла глаза, пытаясь убежать от мыслей о Хуне, о своей первой и несчастной любви, что-то в душе зашевелилось. Именно в этот момент мне больше всего хотелось, чтобы Бэк стал для меня стеной, за которой я могла спрятаться, как сделала это в Лос-Анжелесе.       — Сделай так, чтобы я всё забыла… абсолютно всё… — бормотала еле слышно.       — Что ты там бормочешь? — не услышав переспросил он.       В ответ я лишь помотала головой и всю дорогу до гостиницы мы ехали молча. Когда мы вошли в номер, я тут же скинула с себя босоножки и плюхнулась на кровать. Мысли о бывшем никак не отпускали меня, как бы я ни старалась выдрать его оттуда.       — Есть то, о чём ты хочешь поговорить со мной? — тактично спросил он.       Бэк прекрасно все понимал, он как никто другой знал, что мне пришлось пережить. В момент моих страданий и сопротивлений вернуться в Корею, он уверял меня, что это можно забыть, но не простить. Говорил, что я должна любить и уважать себя больше. Можно сказать, Бэк Хён помог мне воспитать в себе каменную волю и непреклонность, жёсткость, от которой впоследствии страдал сам.       — Нет. Иди в душ первый.       — Хорошо, как скажешь… — ответил он, тяжело вздохнув и вошёл в ванну.       Я понимала, что у него творится в душе, но не понимала, что в своей. Ему была неприятна эта встреча, частично, как и мне. Всё становилось опять сложным и непонятным. Это сбивало с толку. Пока он принимал душ, я сняла с себя платье и надела гостиничный халат. Платье, конечно, красиво, но не всегда удобно и комфортно. Красота действительно требует жертв. Сидя на кровати, размышляла о многих вещах, хотелось, чтобы кто-нибудь вытянул из этих мыслей. Я даже не заметила, как из ванны вышел Бэк Хён. Он подошёл ко мне и сел сзади, руки легли мне на живот, а подбородок устроился на плече. Но я сидела неподвижно. Заметив отсутствие реакции, парень решился меня растормошить.       Его пальчики закрались мне под халат и начали блуждать по животику. Нежные губы скользили от основания шеи до конца моего уха. Остановился он возле мочки, затем взяв её в рот, начал осторожно посасывать. Он исследовал кончиком языка все ушко, которое горело, а томный жар внизу нарастал.       — Скажи мне, как ты хочешь меня? — хрипловатым голосом прошептал мне на ушко.       Он ухватился за предплечье рукава халата и потянул за него вниз, оголяя моё плечо. От этого сексуального голоса по моей спине пробежали мурашки, плечо само навстречу поддалось к его губам. Я посмотрела в наполненные желанием и сладостным томлением глаза Бэка, они стали затуманивать мой разум, окутывая пеленой нарастающей страсти, посторонние мысли улетучивались сами собой.       Рука Бэка легла на грудь и стала сжимать её, а другая принялась ласкать внутреннюю сторону бедра. Мне было безумно приятно, что мужчина наслаждается мной, не причиняя мне при этом вреда. Возбуждение между нами начало нарастать, об этом говорило сбивающееся потихоньку дыхание. Указательным пальчиком он словно что-то рисовал на моей груди, его ладонь была наполнена теплом, которая согревала мой твёрдый и уже давно набухший сосок. Откинув голову на его плечо у меня слетел приглушенный, едва уловимый стон.       Его губы коснулись моих, язык Бэка проворно заскользил внутри моего рта и по телу, словно пробежал разряд тока. Он всегда знал, что мне нужно и чего я хочу, без лишних слов. Правую руку я отвела за спину и начала гладить его по бедру, у основания паховой зоны. Левая рука сразу же поползла к себе в трусики, мне невыносимо было больше ждать, я хотела наслаждения. Но он перехватил мою руку и вновь прошептал:       — Нет, позволь мне… Я хочу сам, — что самое удивительное, я послушно убрала руку.       Бэк Хён поднялся с кровати и встал на колени передо мной. Подолы халата окончательно разошлись, и я скинула его с себя. Руками он раздвинул мои бедра и пальчиками, захватив края трусиков, он стянул их с меня. Бэк не сводил с меня своих пленительных глаз, проникая куда-то глубоко, в самую душу. Он делал так всегда, будто выискивал ответы на интересующие вопросы, на которые я никогда не осмеливалась ответить вслух.       Его ладонь прошлась по моей влажной, возбуждённой плоти. Пальцы скользили меж половых губ, от удовольствия я рухнула на спину, отдавая себя полностью во власть этого мужчины. Он придвинул меня на край кровати, спустился к заветному месту между моих ног и обхватил губами чувствительный бугорок, нежно проводя по нему языком. На подходе был яркий оргазм, поэтому я ещё шире раздвинула ноги и вцепилась пальцами в простыни. Но минуту погодя, он оставил в покое клитор, начал языком проникать в моё влагалище, которое уже изнемогало и изливалось соками.       Когда оргазм был на подходе, он остановился, положив два пальца мне на клитор, немного надавив, стал его стимулировать. Я начала стонать так, как никогда в жизни. Буквально пару секунд и я просто взорвалась, моё тело сотряслось, и колени затряслись. Внутри словно взрывались миллионы фейерверков. Бэк даже не дал мне передышки, подложив под мою попу подушку, он начал вводить член в моё лоно, разрывающееся от оргазма. Мои ноги красовались у него на плечах, руками он держал меня за бедра, направляя на себя резкими толчками. Движения были жёсткими и сильными, его член доходил до самого конца, будоража мою плоть ещё сильнее, заставляя тело содрогаться.       Немного прикрыв глаза, я все равно следила за ним и за его движениями, это возбуждало ещё больше. Такой властный, такой красивый… Рот был приоткрыт, а его дыхание сравнялось с его толчками. На лице появилась лёгкая испарина. Он, облизнув губы, извергся прямо в меня.       Бэк знал, что мне осталось ещё немного времени, чтобы кончить, поэтому он поставил меня на четвереньки, с новой силой вогнав своего зверя. Мои бедра ударялись об его, сотрясая все тело. В его действиях присутствовал животный подтекст, но Бэк сдерживал себя, контролируя каждое своё действие, чтобы секс казался не таким диким, как ему хотелось. Для него было всегда важнее дать желаемое мне, чем себе. Таким уж он был.       Надвигалось что-то приятное и мощное. Я не сдерживала стоны, которые переходили в крики. Когда оргазм подошёл, закусила губу до крови, я не испытывала боли. Я ощущала, как во мне все горит, а моё влагалище пульсирует и изливается. Колени окончательно подогнулись, и я рухнула, перевернувшись на спину. Бэк Хён лёг рядом, бережно взял моё лицо в свои ладони и начал целовать. Его язык проникал глубоко, изучая мой рот. Он пытался делать все одновременно, при этом лаская моё тело, которое отвечало на каждое его прикосновение. Моё тело настолько привыкло к прикосновениям Бэка, что я не представляла на его месте кого-то другого.       Мои чувства захлестнули меня, и я погрузилась в них. Приходило осознание, что начинаю любить, чего я так большего всего на свете боялась и не хотела. Он занимал в моей жизни слишком много места.       — Не хочу, чтобы ты вернулась к тому, от чего еле ушла… — прошептал он, нависнув надо мной, покрывая моё лицо поцелуями.       — Этого не будет, мой щеночек, — улыбаясь с закрытыми глазами, ответила я. — Я не настолько глупа.       Да, вернуться я бы не вернулась, но было что-то, что я испытывала к Се Хуну и это не давало покоя. Это не было любовью, совершенно другое чувство. Неутолённая жажда мести? В голове вновь всплыли слова Хёна: «Это можно забыть, но не простить».       — Уверена? — спросил парень, с ноткой сомнения в голосе.       — Да…