Я жив

      Спустя пару спокойных обычных домашних дней.       После очередной «жарки французских булочек» Паркера, Уэйд свалился на кровать, пытаясь восстановить сбитое оргазмом дыхание. — Питти. Ты самый горячий паук из всех. Я конечно больше с паукообразными не пробовал, но я уверен, что ты — самый лучший в постели. — наёмник получил щелбан от хмурого Питера и громко ойкнул. — Уэйд… Я знаю, что сейчас не совсем та ситуация, но я правда хочу знать, что тогда произошло, и почему мне не стоит знать об этом. — Паук грустно лёг на его грудь и посмотрел на него снизу вверх, выводя тонкими изящными пальцами причудливые узоры на груди антигероя.       Лицо Уэйда побледнело, а взгляд он перевёл в сторону, сглотнув и пытаясь хоть как-то сформулировать. — Я… Из-за моей болезни, организм постоянно борется с раковыми клетками и это вызывает невыносимую боль во всём теле. Будто меня подвесили на вертиле, пожарили заживо и делают из меня начинку для тако. Если бы меня не убивали на заданиях, я бы дох самостоятельно, время от времени. Но я же бессмертный! Так что не бери в голову, baby boy! Я чувствую себя прекрасно. Особенно с тобой. Да и… Не так уж это и больно. Так. Щекотно слегка. — Уилсон засмеялся и прижал к себе своего супергероя.       Глаза Питера снова наполнились слезами. Он сжал руку Уэйда, смотря в пустоту. — Как ты терпишь это? Почему ты не говорил раньше? Может быть, мы всё же сможем найти какой-то выход из этой ситуации?       Уэйд махнул рукой, мол, давай не будем об этом, устроился поудобнее и стал поглаживать ягодицы Питера, дабы отвлечься от неприятной ему темы и боли, про которую он вновь вспомнил.       Паркер, конечно, не оставил это всё без внимания. На следующий день он пошёл в лабораторию своего бывшего одноклассника, который сейчас изучал мутантов и всё с ними связанное. Чтобы не было никакой огласки, он сказал, что этот человек никак не показывает себя в супергероях и он просто очередная жертва проекта Х. Джон недели две пытался придумать, что же сделать, чтобы помочь несчастному. Он хотел было отбросить эту глупую затею, но всё же перезвонил Паркеру, и сказал, чтобы Уилсон приходил один.       Питер не знал, что там происходило. Он хотел пойти с ним, но если Джон так попросил, значит так нужно... Когда Уэйд вернулся, его стали расспрашивать, даже не дав переступить порог. Наёмник лишь пожал плечами, сказав, что попытки Джона не увенчались успехом. Ничего особенного придумать этот жалкий учёнишка не смог. Человек-паук очень сильно расстроился, но не стал показывать этого Дэдпулу. В этот день всё было как всегда. Паркер постоянно злился на бесившего его Уэйда, они дурачились, смотрели тупые американские комедии, пили пиво и играли в приставку, уплетая любимые чимичанги Дэдпула. Ну, и занимались жарким сексом.       На следующий день они вместе отправились на очередное задание от Фьюри. Прямо во время разгоревшейся битвы, Уилсон исчез. Ненадолго. Он потом вернулся, будто ничего и не было. Питер бы не придал значения этому кратковременному исчезновению, если бы дальше не стало происходить что-то невероятное. Наёмник схватился за голову, закричал что-то нечленораздельное и стал палить из пистолетов во все стороны, без разбора. Он даже задел Паука одним из многочисленных выстрелов. Паркер испуганно отскочил в сторону, прилипнув к стене здания. — Уэйд! Приди в себя! Дэдпул!!! — закричал Паркер, когда Уилсон стал убивать невинных прохожих, с видимым удовольствием разрезая их на куски. Во время всего этого он даже продолжал разговаривать с жителями своей головы, но Питера он будто не слышал.       Супергерой напрыгнул на наёмника со спины, но понял, что просто не может его удержать. Уэйд и так очень сильный и крупный, а это состояние увеличивало его силы в несколько раз. Выстрелив паутиной в Дэдпула, Питер заключил сумасшедшего наёмника в кокон, чтобы была видна только голова и пятки. Жертва его паучьих делишек продолжала кричать и вырываться. Наконец, Питер разобрал некоторые фразы, вылетающие изо рта убийцы. — Они! Они повсюду… Отвалите, твари! Нет! Чёрта с два вы получите мою голову! Сука! Ваши кишки будут висеть в моей спальне как трофей! — истошно выкрикивал Уэйд, истерично громко смеясь и извиваясь настолько сильно, насколько это вообще возможно.       Юноша быстро стянул маску со своего возлюбленного. Глаза Уилсона бегали в разные стороны, лицо было покрыто испариной, а лоб горел сильнее, чем сковорода после полной её эксплуатации. — My darling! Ну же. Очнись. Да что же с тобой такое?! — стал переживать Паркер, но тут из кармана Уилсона вывалилось несколько шприцов с неизвестной сывороткой…