Правильный ответ

В комнате Янга, разумеется, не было таймера обратного отсчёта, но он и так чувствовал утекающее капля за каплей время. Бутылка с самогоном была уже почти пуста, но никакого эффекта Янг не ощущал. Просто вливал в себя глоток за глотком, словно лекарство. Когда с момента обрыва соединения прошло два часа, они всё же решились ещё раз набрать адрес, но на планете никого не оказалось. Илай что-то бормотал о том, чего это не означает, Волкер поддакивал, мол, когда система валится в пасть к двум чёрным дырам сразу, гипертоннель может замкнуться где угодно. Янг же понимал лишь одно: пройдёт ещё десять с половиной часов, Судьба вернётся на сверхсветовую скорость, а Скотта и Раша с ними уже не будет. Для всех, кто продолжит полёт на Судьбе, их больше не будет. Никогда. В том числе и для Янга. Он знал, что напиваться именно сейчас недопустимо и непрофессионально. Экипажу нужен командир. И рано или поздно придётся взять себя в руки. Но Янгу было решительно наплевать. Ему требовалось хоть какое-то болеутоляющее, чтобы продолжать дышать. — Входящий... — внезапно взвизгнула рация. — Входящий гипертоннель! Только пару раз налетев на угол по пути к залу Врат, Янг понял, что выпитый алкоголь очень даже действовал, просто не на то, на что хотелось. — Проход нестабилен, — взволнованно сообщил Илай, колотя по кнопкам. — Делаю всё, что могу, — не дожидаясь приказов или вопросов, добавил он. Он не стал высказывать никаких догадок, и Янг был искренне благодарен за это. Меньше всего сейчас хотелось бы сглазить. Он взглянул на таймер обратного отсчёта. Несколько минут! Неужели чудо случится? Скотт вылетел из Врат на такой скорости, что приземлился практически в центре зала. Как и Грир перед тем, он несколько раз перекувыркнулся, но на ноги подняться не смог, сел обратно на пол, мотая головой и растирая рукой лицо. Соединение снова прервалось. — Чёрт возьми, где вас носило, лейтенант? — напустился на него Янг. — В каком смысле, сэр? — с недоумением взглянул на него Скотт. — Мы прошли сразу следом за... — Он закрутил головой, словно пытаясь отыскать кого-то взглядом. — А где Раш? — Он был с тобой? — Да, — кивнул Скотт. Оглянулся на Врата и неуверенно добавил: — Точнее, мы начали разбег вместе. Док немного отстал, но я был уверен, что он прыгнул сразу за мной... — Это получается... — Илай схватил листок бумаги и начал что-то лихорадочно подсчитывать. — Экспонента, — мрачно напророчил Броди. — Экспонента, — через пару секунд кивнул Илай, комкая листок. — А теперь ещё раз и понятными словами! — потребовал Янг. — Резкое возрастание, — попытался перевести Броди. — Взрывное. — Если Раш пересёк горизонт событий на долю секунды позже Скотта, он появится через пару дней. Если на секунду — то через пару лет. А если через две-три секунды — то через несколько веков, а то и тысячелетий. Так понятно? Вид у Илая был вызывающий, но голос дрожал и срывался. Сигнал таймера известил о том, что время вышло. Судьба дрогнула и ушла на сверхсветовую скорость. *** Горизонт событий начал мерцать за какую-то долю секунды до того, как лейтенант Скотт прыгнул. Вряд ли он успел что-то заметить и тем более понять, а вот Раш, на свою беду, всё успел. Из-за этого он прыгнул чуть позже и оттолкнулся с меньшей силой, чем мог бы. Ощущения чем-то напоминали самый первый проход через Врата, только в этот раз было гораздо хуже. Казалось, его вывернуло наизнанку, распылило на атомы, хорошенько перемешало их, затем снова слепило в единую форму и ещё раз вывернуло, выплёвывая в хорошо знакомый зал. Раш прокатился по полу, сделал несколько конвульсивных вдохов, пытаясь подавить подступающую к горлу тошноту, и приподнялся, оглядываясь. Обнаружив, что зал пуст, он с облегчением распластался лицом вниз. Какое счастье, не нужно никого убеждать в своём прекрасном самочувствии, чтобы избежать упрёков!.. Пол под ним задрожал, дёрнулся, и Раш даже сквозь закрытые веки увидел волну света, прошедшую по залу Врат. Он полежал ещё немного, дожидаясь, пока ощущения из омерзительных станут просто хреновыми, затем сел, поморщился, потёр ушибленное при падении плечо и огляделся. Тишина и запустение настораживали. Едва на поверхности горизонта событий возникло знакомое мерцание, Раш уже не сомневался, что после прыжка он переместится во времени, но почему до сих пор никто не отреагировал на входящий гипертоннель? Неужели его закинуло так далеко назад, что на Судьбе ещё никого нет? Это очень, очень плохой вариант! Ведь тогда каждый глоток воздуха забирает время у будущей экспедиции. Нужно скорее выбираться. Раш с трудом поднялся на ноги и заковылял к консоли, придерживая плечо рукой. Неудачно вышло с приземлением. Плечо и так ныло почти постоянно после «разговора по душам», когда-то устроенного ему Янгом на чужом корабле, а теперь ещё и нога... Данные с консоли заставили мгновенно забыть и о ноющем плече, и о подвёрнутой ноге. Система жизнеобеспечения работала без сбоев! Просто была переведена на самый минимальный режим. Значит, это не прошлое. Если только его забросило совсем уж далеко, на миллион лет назад. От этой мысли Раш покрылся холодным потом. — Это не прошлое. — Да, теперь вижу, — пробормотал Раш, повернувшись к собеседнице. До их появления на борту искусственный интеллект корабля не знал, как выглядела его жена. — Значит, это будущее? Тогда где все? Или это альтернативная реальность, в которой мы не справились? «Глория» загадочно молчала. Раш досадливо мотнул головой и отправился на мостик. Нужно найти записи кино. Там наверняка всё есть. Должна же быть какая-то польза от этой блажи Илая. *** — Как у нас дела? — спросил Янг, появляясь на пороге медчасти. — Можно сказать, отлично, — устало улыбнулась Ти Джей. Но её улыбка тут же погасла. — Ох, простите, сэр! Я не хотела… Я имела в виду, что нет ни одного перелома и всего пара несерьёзных вывихов… — Всё в порядке, — успокоил её Янг. — Я понял. Это действительно отлично. — Сэр… — помедлив, сказала Ти Джей. — Вы сами как? — Абсолютно трезв, если ты это имеешь в виду. — Нет, что вы, я… — смутилась Ти Джей, поняв, что полковник заметил, как она принюхивалась. — Трезв, выбрит, подтянут и даже весел. — Янг старательно растянул губы в улыбке. — Таким должен быть командир, не так ли? Правда, я бы не отказался от порции твоего порошка. — От головной боли? — понятливо кивнула Ти Джей. — Конечно, сэр, сейчас. Судя по тому, как долго она возилась, порошок не был простым обезболивающим, но Янг предпочёл не уточнять. Молча проглотил, запил водой и благодарно кивнул. — Он вернётся, сэр, — тихо сказала Ти Джей. — Я знаю. — Откуда? — удивилась она. — В смысле, я верю, что он сможет вернуться, — исправился Янг. — Если захочет. Это маленькое уточнение было тем самым громадным камнем на сердце, который грозил вырасти до целой лавины сомнений и погрести под собой всю свежеиспечённую решимость Янга. Когда полковник понял, что Раш ещё может вернуться, он отчётливо вспомнил отвращение на его лице и снова услышал это «ты стал прежним». Внезапно у него появилась цель, и всё сразу встало на свои места. Янг умел добиваться поставленных целей. Пусть Раш вернётся через неделю, через месяц или даже через год — Янг дождётся. И когда это случится, каждый человек на этой грёбаной жестянке подтвердит, что полковник изменился. — Он вернётся, — повторила Ти Джей. Янг ещё раз благодарно кивнул и улыбнулся куда искреннее. Только Ти Джей, возможно, и понимала, что это значит для него. Несколько недель назад она случайно застала Раша спящим в комнате Янга. Первое время полковник с содроганием ждал последствий. Но Ти Джей то ли не поняла значения увиденного, то ли приняла это как должное. Во всяком случае, она никогда не пыталась об этом заговорить, и никакой сцены ревности, которой втайне опасался Янг, не последовало. Впрочем, узнав о своей болезни, Ти Джей отдалилась ото всех, и даже Варро, похоже, получил отставку. — Что такое?.. Свет в медчасти внезапно мигнул и погас. — Илай! — позвал Янг, щёлкнув кнопкой рации. — Да, сэр, вижу, сэр, — зачастил Илай в ответ. — Свет вырубается по всему кораблю! — Мы же не так давно заряжались? — Ти Джей включила фонарик. — Я иду на мостик, — сообщил Янг по рации. — Вызывай туда всех. — Отрицательно, — вклинился Волкер. — Мостик только что отключился и заблокировался. — Чёрт возьми, что происходит?! — Я в зале управления. — Судя по тому, как он запыхался, Броди бежал туда бегом. — Энергии ещё вполне достаточно. Около тридцати процентов. Ничего не понимаю… — Хорошо, всем собраться в зале управления, — приказал Янг. *** — Мы проверили систему диагностики, — доложил Броди, едва он появился на пороге зала управления. — Непохоже, что она врёт. — Значит, энергии должно быть достаточно? — Смотря для чего, — сказал Илай из-за дальней консоли. — Вот, поглядите сами. Поперёк экрана пунктиром наметился курс Судьбы. Две частично слившиеся кляксы с разноцветными всполохами вокруг, вероятно, символизировали пресловутые чёрные дыры. — И что мы должны увидеть? — поинтересовался Янг. — Как далеко? — непонятно спросил Волкер, по всей видимости, рассмотревший всё, что ему было нужно. — На несколько тысяч световых лет, — ответил Илай. Изображение стало уменьшаться, но лишь когда по краям экрана появились первые звёзды с планетами, Янг понял, что тоже видел всё, что было нужно, просто не осознал. — Что это означает? — Мы не долетим, — подтвердил его догадку Броди. — Ну, точнее, долетим, но… Даже при минимальном потреблении энергии через какое-то время Судьба ляжет в дрейф. — Ну, криокамер теперь на всех хватит, — пробормотал Илай. — Даже одна запасная. — Хотелось бы услышать и другие варианты, — сказал Янг. Накатило ощущение безвыходности. Что ни делай, итог один. Как же не хватает Раша! — Джеты… — задумчиво сказал Волкер. — Нет, — тут же покачал головой Броди. — Слишком опасно. Щиты не выдержат. — Ну а мы неглубоко, — Волкер сделал ладонью ныряющее движение. Янг многозначительно кашлянул, и они опомнились. — Джеты… Ну, это такие струи… — Волкер ткнул пальцем в экран, жестом перечеркнул одну из клякс. — Пучки высокоэнергичных элементарных частиц. Эээ… Представьте себе пылесос. Шланг — это чёрная дыра. А с двух сторон у нашего пылесоса такие специальные отверстия, из которых фигачит засосанное, перемолотое до состояния ионизированной пыли… В общем, от них можно попробовать зарядиться, — не обнаружив понимания на лице полковника, стушевался он. — Или самим превратиться в ионизированную пыль, что вероятнее, — мрачно добавил Броди. — Ну, если не лезть в зоны хаотичной турбулентности, то… — пожал плечами Волкер. — С заблокированным мостиком? — фыркнул Броди. — Когда мы заряжались от голубого гиганта, мостик нам не потребовался, — напомнил Илай. — Если что, я готов повторить. Янг с сомнением посмотрел на его самоуверенную физиономию. С одной стороны, Раш тогда очень лестно отзывался о парне. С другой стороны, Раш запросто мог приписать ему и львиную долю своих заслуг. Точнее, не стал бы возражать, если бы Илаю вздумалось считать это всё только своей заслугой. — Но на этот раз поблизости нет планеты, куда можно высадить экипаж, я правильно понимаю? — уточнил Янг. — Ну… Теоретически, если не лезть глубоко в джет, это и не понадобится, — переглянувшись с Волкером, сказал Броди. Янг с огромным трудом подавил желание повернуться и посмотреть на вход в зал управления. Вдруг там стоит Раш, привалившись к стене плечом и скрестив на груди руки? Сейчас Янг не отказался бы от пары его ехидных комментариев и неожиданного решения. Или молчаливого кивка, подтверждающего, что научная группа дело говорит. — Готовьте расчёты, — решил он. — Жду вас с докладом. — Нужно будет запросить с Земли кого-нибудь квали… — начал Волкер. — Не выйдет, — перебил его Янг. — Забыли, что случилось полгода назад? Или кто-то ещё хочет попробовать походить месяц-другой в чужой шкуре? Пока мы находимся в такой неспокойной части пространства, коммуникационными камнями пользоваться опасно. *** — Ты даже не попытаешься им помочь, да? Раш повернулся на голос, уже зная, кого увидит. Сидящая в кресле у одной из консолей «Глория» склонила голову набок и улыбнулась. — А это возможно? — прищурился Раш. Встретив его в зале Врат, Судьба больше никак себя не проявляла. Вряд ли она нарушила молчание ради риторического вопроса. Записи кино Раша не порадовали. На последней чумазый Илай с ожогом на лбу, то и дело пригибаясь из-за снопов искр от перегруженной проводки, торопливо рассказывал о двух чёрных дырах, «выевших» все звёзды вместе с планетами на огромном пространстве, и о провальной попытке зарядить Судьбу от джета. Разбираться, что пошло не так, команде было некогда. Им просто повезло, что щиты выдержали, когда корабль провалился в зону хаотичной турбулентности. И дважды повезло, что потерявшую управление Судьбу вынесло не в пустоту, а ко вполне симпатичной системе с парой подходящих планет. Разумеется, никаких Врат там не было и в помине, так что Янгу и Скотту пришлось немало потрудиться, переправляя экипаж и запасы на шаттле. Автопилот, похоже, включился сам через какое-то время бездействия. Повозившись немного с сопоставлением, Раш понял, что его забросило относительно недалеко — всего-то на тридцать четыре года вперёд. Но даже такое небольшое время отделяло его от остальных куда надёжнее, чем самое огромное расстояние. Время было неподвластно даже Древним. Вроде бы... — Даже если бы я знал, как попасть туда, вряд ли я смог бы чем-то помочь, — сказал Раш, поняв, что не дождётся ответа. — Я изучил журналы. Зарядиться от джета было разумным решением. И никто на борту не умеет считать быстрее Илая. Если он не справился, то и мне не справиться тоже. — Значит, поэтому ты остался здесь? Или тебе нужен только способ вернуться? Раш тяжело вздохнул и уставился в консоль невидящими глазами. Если бы он сам знал! Точнее, он наверняка попытался бы вернуться, если бы нашёл способ. Неважно, сумел бы в итоге помочь или нет, но хотя бы попробовал. Вопрос «Глории» заставил его задуматься о другом. Может, он действительно ищет этот способ недостаточно упорно только потому, что не очень-то хочет возвращаться? — Мне нужно время подумать, — пробормотал Раш. «Глория» ещё раз улыбнулась, но промолчала. Как же трудно разговаривать практически с самим собой! Он-то знает, что за всё проведённое здесь время ни разу так и не собрался обдумать сложившуюся там ситуацию с Янгом. Кстати, сколько его уже прошло, времени-то? Он не делал никаких зарубок, да и привычных человеческих ритуалов, помогающих отслеживать течение времени, вроде регулярного сна или еды, не соблюдал. Ел протеиновую болтанку, когда чувствовал голод, спал здесь же на мостике, в командирском кресле... Полистав логи, Раш с изумлением обнаружил, что прошло уже почти четыре месяца. Впрочем, чему удивляться? На восстановление одной только системы навигации ушло больше недели. Судьбу слишком здорово потрепало. — Достаточно времени для обдумывания, ты не находишь? — Достаточно, — согласился Раш. — Просто я бы нашёл выход ещё там, если бы он вообще существовал. Но я совершил ошибку и загнал нас обоих в тупик. Если бы я не был таким самоуверенным кретином! — Он мотнул головой, скривившись и сжав подлокотник кресла. — Янг подумал об остаточном эффекте, потому что боялся потерять что-то ценное для него, а я — нет! Великий учёный был слепо убеждён, что уж он-то в этом обмене только теряет! — А на самом деле тебе этого не хватало. — Это... приятно, — пожал плечами Раш. Во всяком случае, до сих пор это больше всего походило на заботу. А уж регулярность, с которой Янг затаскивал его в койку, даже льстила, что тут скрывать. Но некоторое время назад Раш вдруг осознал, что его отношение к физическим потребностям собственного тела вернулось к прежней норме. Он снова мог легко пренебречь сном, едой или сексуальной разрядкой. Это заставило насторожиться. Если остаточный эффект обмена всё же имел место и прошёл только теперь, как это повлияет на Янга? Полковник перестанет задумываться? А задумывался ли он вообще? Не окажется ли при более внимательном рассмотрении, что Раш в тот вечер совершил грандиозную глупость, поддавшись желаниям тела? Кстати, своим ли? Перебрав в памяти разные мелкие детали произошедшего и внимательно прислушавшись к своим собственным ощущениям, Раш пришёл в ужас. Как теперь выкрутиться из этой ситуации? Предлагать Янгу смену ролей бессмысленно. Тот предсказуемо воспримет такое предложение как унижение, и дело закончится банальным мордобоем. Вообще, теперь полковник становился для него попросту опасен, поскольку мог отреагировать неадекватно на любое предложение. Но при этом Раш отчётливо осознавал необходимость объяснения. Даже если оно снова закончится для него печально. Молчание было бы вопиющей несправедливостью по отношению к Янгу, который, в общем-то, пока не сделал ничего предосудительного. — Я признаю ошибки, — сказал Раш вслух. — Что именно ты считаешь ошибкой, Николас? — Знаешь, это не очень подходящий облик для подобных бесед, — помолчав, заметил Раш. — Так лучше? — спросил «Янг», закладывая руки за спину. Раш невольно вздрогнул, когда тот оказался в паре шагов от его кресла. Глаза в глаза, совсем как на красной планете. Тогда за этим последовал короткий жестокий удар в лицо. Но ведь теперь, оказываясь так близко, Янг обычно пытался его поцеловать. Понимал ли он, почему Раш уворачивается? Или не замечал этого? В день окончания обмена Рашу показалось, что всё изменилось, что Янг действительно стал другим и ему можно доверять. Было ли это ошибкой? Полковник ни разу не подвёл за те два месяца, когда они были вынуждены находиться рядом. Да и после, если уж на то пошло. И всё-таки безоглядное доверие, которое толкнуло Раша на безрассудство в тот вечер, куда-то пропало. Почему? Что такого сделал Янг? Или, может, чего он не сделал? — Значит, больше ты не готов довериться? — Думаешь, в этом ответ? — усмехнулся Раш. Он-то, возможно, готов. Но не полковник. Хотя... Был ведь момент, когда Янг тоже доверился ему. Та история, с открытием Врат на Землю, когда появился двойник... — Тебе нужно отдохнуть. — Да, непременно, — рассеянно кивнул Раш, обдумывая внезапно появившуюся идею. — Чуть позже. — Вот видишь, — улыбнулся «Янг». — Я знал, что ты сможешь вернуться, если захочешь. — Мне не справиться одному, — с сожалением покачал головой Раш. — Всё получится. Но сначала отдохни. Раш прищурился, глядя на то место, где только что была голограмма, потёр переносицу. Слишком много информации. Пожалуй, машина права, нужно отдохнуть. Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, но потом, повинуясь наитию, встал и направился в каюту, которую когда-то считал своей. В его комнате ничего не изменилось. Раш сел на кровать, расшнуровал высокие ботинки, снял их, недовольно поморщился и прямо босиком поплёлся в душ. Вернувшись, завалился на кровать и расслабленно уставился в стену, на которой отражались проносящиеся за иллюминатором сполохи. Однако уснуть не вышло. Сполохи словно цеплялись за какие-то неровности, складываясь во что-то осмысленное, и это в конце концов выдернуло Раша из дремотного состояния. Он снова сел, затем подошёл к стене и провёл по ней пальцами, убеждаясь, что ему не почудилось. «Вернись, пожалуйста. Я знаю, ты можешь. Не захочешь — ничего не будет. Обещаю. Ты нужен тут». Раш провёл по надписи кончиками пальцев, словно читая вырезанные буквы по методу Брайля. В последнем слове ему почудилась какая-то шероховатость. Почти коснувшись стены носом, Раш разглядел затёртость, как будто сначала там было вырезано другое слово. И он даже догадывался, какое. — Ох, полковник… — прошептал он.