Ученица

Ветер протяжно выл и хлестал по щекам. Моросил холодный дождь. Врачи закричали: – «промокнешь!», но мне все равно, увы. Мне теперь вообще на все плевать. Все, что у меня было – я потеряла. Ничего назад не вернуть. Оттого и кажутся мне действия Майкрофта до ужаса смешными. Сначала он потребовал, чтобы меня выводили погулять, а теперь уговорил врачей и вовсе меня выписать. Все это хорошо, наверно, но как мне жить теперь с клеймом психически нездоровой? Возьмут ли меня на работу? Вряд ли. Все, что у меня теперь есть – это дом, который Стив почему-то переписал на меня во время покупки и небольшие сбережения на карточке. На некоторое время мне этого хватит. Я нащупала в сумочке ключ от дома. Странная дрожь прошлась по руке. Я открыла дверь. Как же долго я здесь не была! А сколько здесь воспоминаний! Кажется, что вот-вот из гостиной выглянет рыжая голова и улыбнется. – Джулия, мне тебя не хватает... Кругом толстым слоем лежит пыль. Сколько меня здесь не было? Пол года? А может больше? Надо будет убрать тут все.Надо, но мне все равно. Мои глаза наткнулись на фотографии в фоторамках, расставленные на каминной полке: я на них радостная и счастливая. Я по-настоящему жила в тот момент. Но увы, теперь я просто существую. Некоторые вещи в гардеробной каким-то чудом не покрылись пылью. Переодевшись в более удобную одежду, я принялась за уборку. Мне ведь нужно себя хоть чем-то занять. * * * Распылив на грязное зеркало стеклоочиститель, я стала оттирать с него грязь. Я посмотрела на свое отражение и рассмеялась: от прежней Элли не осталось и следа. Теперь с зеркала на меня смотрит какая-то незнакомка, место которой только в фильме ужасов. Мне осталось только надеть белую ночную рубашку, забрызганную кровью и выйти на улицу в полнолуние. Кто-то, увидев меня, наверняка умрет от страха, а Шерлоку Холмсу придется расследовать это дело. Кстати о Холмсах: жутко скучаю по старшему. Хоть он и хлопотал о моем здоровье, но ни разу меня не навестил. Ни в больнице, ни в психушке. Возможно, это из-за чувства вины: если бы он приказал в тот день своей охране остановить меня, то я бы вряд ли попала под машину. Затрезвонил дверной звонок. Бросив тряпку в ведро с водой, я пошла открывать дверь. – Привет, Элла, с возвращением. – сказал Шерлок и по привычке поджал губы. – Может, впустишь нас? – Ээ... Проходите. Мэри, держа торт в руках, зашла на кухню. Вид у нее был сияющий. – О, Эл, мы так счастливы! – улыбнулась она. – Теперь ты снова с нами. Но учти, мы теперь с тебя глаз не спустим. – Поверить не могу. – сказал Джон со своей милой улыбкой на лице. – Ты так быстро пошла на поправку! Не понимаю, почему они так радуются. Ну выписали и что? Все дружно побежали на кухню накрывать стол, но только один остался на улице, не решаясь зайти. Он стоял облокотившись об свою черную машину. Я подошла к нему и встала рядом. – Тут холодно, идите в дом. – безэмоционально сказал он. – Заболеете. – Только после вас. – Заболею? – Нет, зайду. Он снял с себя пальто и накинул мне на плечи. – Я на вас не злюсь. – Что, прости? – Вы ни в чем не виноваты, я сама выбежала тогда на дорогу. И насчет вашего обмана... Он внимательно посмотрел мне в лицо. Я продолжила: – Было очень весело. И познавательно. Спасибо вам большое за это прекрасное время. И... – тут я не знала, что сказать, но Майкрофт взял ситуацию в свои руки. – Тут ветер, а в доме горячий чай и, надеюсь, очень вкусный пирог, который испекли сегодня утром Молли и Мэри. Вы ведь не откажитесь от чашечки чая? – Нет. – Вот и я нет. Пойдемте? – Конечно, – сказала я и впервые за пол года улыбнулась. Он покрутил зонтом в воздухе и, как бы невзначай, спросил: – Вам снился туман? – Да, – с уверенностью в голосе сказала я. – Когда в коме была. В конце сна я упала в воду... Постойте, вы случайно... – Идемте пить чай, – торопливо сказал мужчина и, взяв меня за руку, побежал к дому. * * * Интересная штука – жизнь. Порой, она так интересна, не предсказуема, что драматург бы позавидовал ей. Вся наша жизнь – театр. Каждому из нас отведена определенная роль, свой собственный сценарий. А вот постановки всегда меняются: сегодня трагедия, а завтра – комедия. Не каждый умеет играть в «театр», как и не каждый умеет играть в «жизнь». Мне, кстати, все рассказали. Теперь я расскажу это все вам: На самом деле, Стив был Джорджем Нэшем. Он был не просто бизнесменом: для достижения своих целей он порой пользовался самыми грязными методами. Почему он решил взять именно меня в жены – непонятно. Но мне повезло намного больше, чем его любовницам: я осталась жива. Ему доставляло удовольствие насилие, сопротивление жертв. И те таблетки, кстати, оказались вовсе не снотворным, а особым наркотиком. И если бы я еще чуть дольше бы его попила, то стала бы полностью от него зависимой. Тааак... Чего вы еще не знаете? О том, что Джулия пожертвовала своей жизнью ради меня, вы знаете. А о том, что я потеряла ребенка, вы наверняка догадались (сама-то еле жива осталась). Ах, да! Вспомнила! Про последний сон с туманом, где в конце я вынырнула из воды и оказалась в раю (в моем понимании). Там было тепло, спокойно, никакого тумана, а самое главное, на берегу стоял ОН. Тот, с кем кольцами я сегодня обменяюсь. ...Иногда падение – наше единственное спасение... Ничего не бойтесь, друзья мои. Жизнь порой пишет очень непредсказуемые сценарии, мы просто не хотим играть. Удачи в постановке, игроки! А я пойду: мое подвенечное платье уже заждалось меня наверху.