This is the end?

— Ах, да! Чуть не забыла! — Спохватилась мадам Бюстье, она облокотилась на стол и продолжила, — у нас есть шанс поучаствовать в конкурсе! — Радостно заявила она. — Если у нас хорошо получится, то мы сможем выдвинуть нашу постановку на конкурс! И не забудьте! Завтра после уроков в актовом зале! Всех жду! И начните потихоньку учить реплики. Про костюмы поговорим потом. Так-с, — мадам Бюстье нахмурилась, будто что-то вспоминая. — Вроде всё. — С этими словами ученики начали собираться на следующий урок, попутно многие доставали учебник по химии. Мадам Менделеева затеяла самостоятельную работу по домашнему параграфу. Маринетт не отличалась от одноклассников, она что-то бурча себе под нос начала повторять тему. Адриан же буквально засыпал на ходу, он уснул с первыми лучами солнца.       Последнее время его вновь начала мучить бессонница. Почему вновь? После ухода матери Адриан на отрез отказывался есть и пить, перестал спать и почти не разговаривал. Но время шло, оно не всегда, но лечит. Адриан начал забывать мать, бессонница прошла, вернулся аппетит. Юноша вновь обрёл нормальную жизнь. Ну, как нормальную… Отец ещё больше его загружал работай в агентстве. Но после вчерашнего обещания, в его графике появилось достаточно свободного времени, что-бы провести его с друзьями. И режим не помешало бы восстановить…       Прозвенел звонок. Мадам Менделеева недовольно шикнула на всё ещё болтающих Джулеку и Алекс. Прошлась по классу раздавая двойные листочки и саму виновницу — самостоятельную работу. Ученики принялись за выполнение заданий. — У вас двадцать минут! — Мадам оглядела класс, заострив внимание на Киме. — Никаких шпаргалок! Сразу два!       Минуты текли, а наша Маринетт застряла на пятом вопросе. Она очень много учила, но к такому её жизнь не готовила…        Мадам Менделеева взглянула на часы и принялась тереть переносицу, целый день носить очки — это, вам, не абы что. — У вас пять минут. — Сообщила она. — Можете уже, кто сделал, сдавать. Адриан оглядел класс. С недавних пор у него завелась привычка сдавать контрольные на пару с кем-то, и неважно с кем. Но, поняв, что сегодня ему этого не светит, юноша встал и знал работу один. А что в этом страшного? Привычка, как говорится, вторая натура.

***

— Мари, что у тебя? — Аля подошла со спины совсем незаметно, заставив подругу подпрыгнуть от неожиданности. Маринетт улыбнулась и подала блоггерше свёрнутый вдвое листочек. — Пять? У меня четыре… — Немного растерявшись произнесла она. — Ладно, — девушка выхватила из цепких рук шатенки свою работу и направилась в класс. — Пошли, а то опоздаем!

***

— Мам, я дома! — Маринетт вошла в пекарню, пахло свежей выпечкой и множеством трав, которые мисс Чен любила добавлять в чай. Ещё с детства Мари была привязана к горячему шоколаду или какао, она бросала туда ровно пять зефиринок. Она любила смотреть на дождь, смотреть, как маленькие капельки волы стекают по стеклу. Любила запах, только что прошедшего дождя. И именно в такое время, она обожала попивать ароматный какао. Но её мать, она была сторонником чая. Зелёного чая. — Уже? — Сабин пролетела мимо дочери, неся заказ клиенту, и мимолётно улыбнулась. — Ты ведь помнишь, что сегодня обещала сделать? — Крикнула мисс Чен уходя. — Да, мам… — Вздыхая, скорее для себя, сказала Маринетт и поплелась в комнату. — Но сначала домашка. — Добавила Мари, входя в комнату. Она разгрузила рюкзак и обречённо вздохнула. — Ещё и реплики нужно начать учить, костюмы продумать. К этому всему акуму, и вообще хорошо…

***

— Нино, слушай, как насчёт сходить, прогуляться? Я устал сидеть в четырёх стенах! — Адриан наматывал круги по комнате, нервно щёлкая пальцами. — Замётано! Но вдвоём будет ску-у-ушно… — Раздался голос в телефонной трубке. По голосу стало понятно, Нино что-то замышляет. И это «что-то» пугает Агреста. — Надеюсь, ты смекаешь, о чём я… — Да-да… Ладно, говори, во сколько? — И всё же лучше гулять в четвёртом, чем двоим, не так ли?

***

       Маринетт сидела на балкончике и рисовала. Сегодня в доме Дюпен-Чен должна была проводиться генеральная уборка. — Мари, сегодня завал клиентов. — Сообщила мисс Чен, входя на балкон. — Давай перенесём уборку на завтра? — Может лучше на послезавтра, у нас репетиция. — Маринетт обернулась в сторону матери и улыбнулась. — Как скажешь. — Мисс Чен удалилась. Телефон Мари издал звук, похожий на колокольчик. Это означает только одно: пришло сообщение от Али. — А? «У меня есть хорошие новости! Через час у кинотеатра! Жду! И приоденься!» Ладно… Интересно, что же задумала Аля? — Маринетт посмотрела на Квами, но та лишь подала плечами. Девушка вздохнула и начала печатать ответ. — Так, что ты имеешь под «приоденься»… Что ты задумала… — Диктовала себе Мари. Ответа пришлось подождать. Сначала Аля хотела написать прямо и поставить подругу в ступор, но позже отказалась от этой идеи, Маринетт должна прийти, а не весь вечер сидеть и глупо смотреть в телефон. «Ну, что-нибудь понаряднее. О, то от чего ты… Ах, нет! Сама узнаешь!» Блоггерша, хитро улыбаясь, нажала на отправить. Она сразу направилась собираться. А зачем ждать ответ?

***

— Ну почему у меня ничего не выходит? — Маленький мальчишка, хмуря брови, держал в руках кривоватого бумажного лебедя. — Не волнуйся, Хьюго. Всё получится, но не с первого раза. — Молодая учительница похлопала мальчика по плечу и улыбнулась. — Нечестно! — Воскликнул Хьюго и выбежал из кабинета, захлёбываясь в собственных слезах. Возможно кто-то хотел побежать за ним. Возможно женщина что-то кричала вслед. Возможно кричали и другие дети. Возможно. — Моей маме не понравится подарок. Он её не понравится. Он отвратительный. — Повторял мальчик снова и снова, накручивая себя. Всё больше хотелось верить в свою бездарность. А где-то там, на окраине Парижа, открылось окно. Человек в фиолетовой маске ухмыльнулся. Людские страдания — это всё, что ему нужно. Но для чего… — Злость на на самого себя — очень сильная злость. Но если это ребёнок… Ребёнок, который ещё не может контролировать себя. — На руку присела бабочка, она махала крыльями, будто пытаясь улететь, но большая мужская рука накрыла бедняжку. Пару мгновений и темная бабочка вылетает из окна. — Лети, мой маленький Акума! И помоги этому мальчику! — Кричал мужчина вслед. Он был уверен в этом злодее. Кукловод почти заполучил Камни Чудес. Всё должно пройти гладко. — Я — Бражник, а ты — Белый Лебедь. Я дам тебе силу, взамен за одну услугу. — Раздался голос в голове Хьюго, как только тёмный мотылёк столкнулся со смятой фигуркой, которую мальчишка держал в руках. — Всё за ничего! — Сказал злодей, встав в боевую позицию. Его укутала тёмно-фиолетовая дымка. Костюм, туфли, небольшой галстук, рубашка были белого цвета. На голове красная шляпа с бумажным лебедем, также красная трость. Сам мальчик был бледный, как белый лист бумаги, он немного вытянулся в росте и, казалась, весил не больше грамма. Злодей буквально порхал на ветру. Гибкий и неуловимый. Бражник рад.        Белый Лебедь летал над Парижем. Он точно знал место назначения, но времени было много. Хотелось насладится своей лёгкостью. Его трость коснулась уже множества людей, превращая их в бумажные фигурки. Их лица выражали страх и ужас, растерянность и боль. А вы можете представить себе, как каждая частичка вашего тела сворачивается в маленькие фигурки, которые позже скалывают целую, одну большую фигуру? Кто-то пытался кричать, но выходили лишь хрипы. Жалкие хрипы. Злодею нравилось на это смотреть. Он наслаждался. Но время не ждёт! Пора за работу…