Life with L

L уже больше пяти часов разговаривает с правоохранительными органами Франции. Он решил, что в этом деле не потребуется его личное присутствие. Это не первый разговор за эту неделю по поводу происходящих терактов в центре Парижа. На протяжении двух недель Национальная полиция и даже жандармерия по приказу сверху тщательно прочёсывала близлежащие крупные города и населённые пункты в поисках любых зацепок и улик, которые могли бы вывести их на зачинщиков и исполнителей этих терактов. Обоим подразделениям после долгой и кропотливой работы удалось собрать всё необходимое и найти предполагаемых преступников, но ничего из доказательств прямо не указывало на то, что именно они совершали эти зверства на улицах столицы. И поэтому власти Франции обратились за помощью к нему, надеясь, что известного во всём мире гениального детектива заинтересует это дело. Впрочем, так и вышло. Целую неделю он пытается раскрыть это дело. С самого начала, посчитав его не слишком сложным для такого гения, как он, знаменитый детектив не мог понять, почему тогда он ещё не вычислил настоящих виновников из списка французской полиции. Ему ещё много нужно обсудить с руководством полиции, которые сейчас были вместе с Ватари, поехавшим в Париж в роли связного, раз сам скрытный детектив не пожелал приехать и самолично осмотреть места терактов, а остался в штабе и оттуда ведёт диалог с ними через ноутбук, изменив голос с помощью скремблера на холодный и механический. Детектив собрался прокомментировать последний отчёт одного из сотрудников полиции, когда чьи-то ловкие и проворные руки крепко обняли его со спины, плотно прижавшись к нему тёплым телом, а сам их владелец положил свою голову ему на плечо. Это был Ягами Лайт. — Ты ещё не спишь? — сонно спросил он бодрствующего детектива, подавляя зевок. — Нет. Я работаю, — ровным голосом ответил L, немного отодвинув микрофон в сторону, но забыв выключить его. Потом он поймёт, что такой необдуманный и неосторожный поступок случился из-за долгого недосыпа. — Уже поздно. Ты обещал вернуться два часа назад. Ты же знаешь, что без тебя я не могу уснуть, — укоризненно заявил сонный Лайт. — Ложись без меня. Мне нужно закончить, — устало произнёс частный детектив, но посмотрев на недовольного таким ответом Лайта, решил пойти на компромисс: — Я постараюсь освободиться пораньше…и я согласен один день питаться тем, что ты ешь, — вымученно предложил L, как будто он сейчас совершал героический подвиг для общего блага, а сам испытывал сильные страдания от своего же решения. Но он нарушил обещание, данное Лайту, когда они поняли, что им теперь тяжело засыпать, если кого-то из них нет поблизости. Ему бы не стоило переживать и придумывать подходящую компенсацию за нарушенное условие их негласного договора кому угодно, но только не Ягами, который очень придирчив к плате L, вынужденному так поступать, идя наперекор своим принципам. — Три дня, — немного подумав, уверенно ответил Лайт, уже придумывая, чем будет кормить этого ужасного сладкоежку. Это будет лучшая месть для такого, как L. Для него нет ничего страшнее, чем сидеть привязанным к стулу и взамен своих любимых пирожных и чизкейков есть здоровую и питательную пищу. Лайт предвкушал приятное зрелище, которое он обязательно сфотографирует на долгую память. — Один день, — не собирался сдавать свои позиции упрямый детектив. — Два дня и это не обсуждается, — незамедлительно серьёзным тоном сказал Лайт, прекрасно зная, что они оба не любят проигрывать. Хотя, L даже в таких мелких спорах любил выходить победителем. Но только не в этот раз. — Хорошо, — ядовито процедил сквозь зубы L, — но это в первый и последний раз. Больше я такого не предложу. — Посмотрим, — сладким голосом ответил Ягами в ухо темноволосого детектива, посылая мурашки по его телу. Кира несомненно коварен и так же дьявольски красив, что каждый раз таким образом доказывал L. — И кто на этот раз? — с любопытством спросил Лайт. — Франция. — И почему ты не позвал меня? — недовольным голосом поинтересовался Ягами, посмотрев невозмутимому детективу в глаза. — Ты не знаешь французский, — спокойно ответил L с долей насмешки в голосе, мастерски насмехаясь над Кирой. Лайт разомкнул свои уютные объятия и быстро поднялся на ноги, направляясь прямиком в сторону двери, чтобы покинуть полупустую комнату. Он не позволит никому насмехаться над ним и тем более унижать его. Даже L, который получал от этого непередаваемое удовольствие. Его не должно заботить, чем занимается этот черноволосый ублюдок, да ещё и проявлять к нему заботу. Он ему не няня. Для этого есть Ватари, которого на данный момент не было в штаб-квартире. Здесь они были только вдвоём. Лайт уже собирался открыть дверь, когда услышал раздражённый голос детектива: — Перестань, Лайт. Ты не спал два дня, помогая мне в последнем деле, которым я не мог заняться лично, — с каждым словом, всё тише говорил великий сыщик, но достаточно громко, чтобы Лайт услышал его. L ясно понимал, что говорить про слабость Лайта в французском языке было всё-таки неуместно. Понизив голос до мягкого и нежного шёпота, он стал подзывать к себе Ягами: — Иди сюда. Мне холодно, а ты тёплый. Лайт на некоторое время задумался о такой перспективе и решил на этот раз простить эту сволочь и неспешно подошёл к нему, вновь заключая L в свои долгие объятия. — Теперь лучше? — Намного, Лайт. — Между прочем, моя помощь была бы неоценимой сейчас, — небрежно подметил Ягами. — И чем же? — Ты знал, что в истории французской полиции был человек, который помогал в борьбе с преступностью, хотя сам являлся бывшим преступником. У него был такой принцип, что только преступник может раскрыть и предупредить преступление? — Не всегда, но я понял на что ты намекаешь. — Ну, живое доказательство сидит впереди меня. Тогда давай мы… — Нет. Мы не поедем в Париж, — наперёд ответил выдающийся детектив категорическим отказом. — Какой же ты злюка, L. В тебе вообще нет ни капли романтики. Вот вернётся Ватари и сиди здесь с ним в четырёх стенах сколько хочешь. А я тогда поеду туда и буду есть назло тебе вкусные круассаны, любуясь видами Франции. И может быть пришлю тебе открытку. — Только попробуй сделать хоть один шаг за порог штаба без меня и лучше бы тебе не знать, что я с тобой сделаю за эту необдуманную выходку, Лайт, — властным и злым голосом, чеканя каждое слово, заявил L. Он опрокинул Лайта на пол и стиснул мёртвой хваткой его горло, постепенно всё сильнее сжимая руку, но не давая возможности Ягами потерять сознание. Хотя Лайт был намного тяжелее детектива, но почему-то именно он не мог оттолкнуть L от себя. L своим телом придавил его к полу и не позволял ни на сантиметр сдвинуться в сторону, продолжая процесс удушения. Но затем он убрал руку с его горла и близко наклонился к его лицу, чтобы чётко и понятно объяснить зарвавшемуся Кире его нынешнее положение: — Твоя жизнь в моих руках. Я за тебя несу ответственность перед всем миром. Ты мне не безразличен, Лайт. И поэтому я не хочу применять к тебе крайние меры. Надеюсь ты меня понял?! — Д-да, — осипшим голосом ответил напуганный Лайт. — Вот и хорошо. Я введу тебя в курс дела. Лайт медленно поднялся с пола, когда частный сыщик слез с него и сел на своё место перед работающим ноутбуком. Он потихоньку подошёл к черноволосому детективу, собираясь сесть рядом с ним, но L резко схватил его за руку и с силой дёрнул на себя, от чего Ягами упал к нему на колени, чем и воспользовался молчаливый сыщик, усадив его спиной к себе. Он крепко обнял Лайта, чтобы он даже не пытался убежать от него и заставил прилечь на него, что и сделал Ягами, которому просто не оставили право голоса. Сейчас лучше лишний раз не злить L. Иначе сегодняшней ночью пострадавшим будет именно он и никто другой. Неожиданно для них обоих из динамиков ноутбука донёсся неловкий голос, который неуверенно сказал: — Мы могли бы вернуться к обсуждению дела или это может подождать до утра? Ватари, который осуждающим взглядом взирал на чёрную букву L, изображённую на мониторе, для себя принял решение, что по приезду обязательно проинформирует этих двоих про манеры поведения в обществе. «Где-то такое уже было, — быстро промелькнуло воспоминание в голове Ягами». — Ты забыл выключить микрофон?! — громко спросил Лайт у удивлённого детектива, который только сейчас понял, что допустил глупую ошибку. — Я от тебя всего ожидал, но это просто нечто, L, — посмеиваясь, сказал Ягами, а под конец безудержно захохотал, пока его сильно не стиснули в объятиях, намекая чтобы он замолчал. — Прошу прощения. Техническая ошибка. Если вас не затруднит, то пришлите остальные материалы. Я сам свяжусь с вами завтра. До свидания. Из динамиков продолжал доноситься громкий смех Киры, который всё же выскользнул из объятий частного детектива и теперь, не переставая комментировать промашку L, он отходил от него всё дальше и дальше. А Ватари и французская полиция ещё полчаса слушала звуки борьбы и едких оскорблений двух гениев, которые снова забыли отключить микрофон.