Life with L

Лайт не любит отпускать L надолго в такие длительные поездки. Ему каждый раз тяжело провожать его на очередной рейс в другую страну и знать, что на этот раз его присутствие будет только мешать гениальному детективу, а не приносить пользу в расследовании прерванного дела, остановившегося из-за спонтанного отъезда L из Ванкувера в Лондон. Утром, но особенно вечером понимает, что безумно скучает по его спокойному и равнодушному выражению лица, ровному и безэмоциональному голосу, по его любимой и странной позе, в которой он сидит почти везде, по его поцелуям, от которых в последнее время он стал терять голову. Лайту постоянно хотелось ощущать их снова и снова. Утром он в одиночестве встречает первые солнечные лучи, пробивающиеся через плотные шторы в комнате. В обед он один пьёт ароматный и горячий кофе. И перед сном, сильно обнимая руками его подушку, как это часто делает L, Лайта ненадолго отпускает эта мучающая и разъедающая его на части тоска. По ночам он долго не может заснуть. В спальне стало как-то пусто, слишком холодно и до ужаса тоскливо без тусклого света от работающего до рассвета ноутбука и самого бессонного пользователя. Он всё время крутится и не может найти себе места. Лайт со злобой бьёт кулаком подушку и только после этого ежедневного ритуала он незаметно для самого себя засыпает. Спросонья, ему слышатся какие-то неразборчивые звуки и он думает, что L вернулся пораньше, но, открыв глаза, Лайт видит, что всё это ложь и игра его воображения. Ему хочется услышать его тихий и почти неслышный топот у порога комнаты, заранее зная, что в этот момент эксцентричный детектив бесшумно подойдёт к нему со спины, а он в очередной раз сделает вид, что не заметил его эффектного появления, к которому он успел привыкнуть за всё это время и увидеть неприкрытую насмешку в его тёмных стеклянных глазах с едва заметной улыбкой. По вечерам Лайт стал делать себе горячий шоколад и вместе с ним с ногами, хорошо укутавшись в шерстяной плед, сидеть в его кресле в гостиной и просматривать сводки новостей по всем подключённым кабельным каналам Англии. Сейчас в этот ненастный и привычный для британцев дождливый вечер его некому было согреть, хотя в комнате довольно долго на всю работал камин. Он пытался согреть свои холодные пальцы о тёплую кружку с шоколадом, но даже этого было катастрофически мало. Ягами внимательно вслушивался в речь ведущих новостных каналов в надежде, что где-нибудь промелькнёт хоть одно упоминание о гениальном детективе, который не звонил ему вот уже десять дней. Лайт никогда не мог подумать, что он будет столько много времени не находить себе места и так сильно скучать по ком-то. Раньше он посчитал бы это немыслимым и абсурдным занятием, но только не сейчас. Такое непривычное и странное чувство. Этот мерзавец не может даже прислать ему короткое смс, чтобы он был спокоен и не волновался за эту ленивую задницу, а он всё равно скучает по своей пандочке и ничего не может с собой поделать. Время как будто бы остановилось и неподвижно замерло. Окружающий мир вокруг него постепенно начал с каждым днём тускнеть всё сильнее. Из него сначала исчезли яркие цвета, затем краски, оставив только на своём месте серую и унылую реальность. Сидя на подоконнике, он на запотевшем стекле рисовал его букву. Лайт по привычке заваривает на кухне две чашки крепкого душистого чая и только потом вспоминает, что сейчас в штабе нет никого, кроме него. Он допивает свою чашку и долгое время сверлит вторую пристальным взглядом до того момента, пока жидкость в ней не остынет. Дни лениво и нехотя ползли своей чередой. Проходя мимо окна, он мельком взглянул в него. Стояла хорошая погода для такого пасмурного месяца, что поневоле вызывало у него удивление и ничего больше. Выходить куда-то и бездумно бродить по многолюдному городу совсем не хотелось. Хотя, сейчас даже безоблачное небо казалось ему угрюмым. Как-то монотонно день сменился вечером. Лайт не заметил этого. Вместо этого он продолжил безразлично смотреть на пейзаж за окном. Каждые минуты теперь казались ему бесконечными, а будние дни стали однообразными.

***

Этим вечером Лайт расположился в гостиной, в которой горел камин. Сев в удобное и мягкое кресло детектива, он взял с журнального столика пульт и включил телевизор. Сегодня у него не было настроения смотреть новости. Вместо этого, пощёлкав каналы, он остановил свой выбор на том канале, который передавал погоду. Оторвавшись на мгновение от экрана, Лайт стал некоторое время наблюдать за горящими в камине поленьями. Его это расслабляло. В его руках была дымящаяся кружка с китайским зелёным чаем с жасмином, который он пил мелкими глотками. Обхватив свою кружку обеими руками, Лайт с интересом прислушался к ведущей, которая вела вечерний выпуск. Средняя температура воздуха в дневные часы составляла +15 °C, вечером температура упадёт до +12 °C. Скорость ветра 5 м/с. Давление 757 миллиметров ртутного столба. В вечерние часы возможен сильный дождь. Внезапно кто-то бесшумно подошёл к нему со спины и закрыл руками его глаза. Слегка вздрогнув, Лайт поставил кружку с горячим чаем на стеклянный столик и легонько дотронулся до рук таинственного гостя. Спустя минуту на его губах появилась мягкая улыбка, а потом он тихо и звонко рассмеялся. Этим незнакомцем был L. Он наклонился к его правому уху и едва слышно произнёс: — Я дома. Когда L с пакетом в руках обогнул кресло, в котором сидел Лайт, он тепло посмотрел на него. Потом детектив зачем-то полез в большой пакет и достал оттуда бутылку вина. Подмигнув ему, он поставил её на журнальный столик, а пакет оставил возле дивана. Уйдя на кухню под вопросительный взгляд Лайта, он через несколько минут вернулся в гостиную с парой бокалов. Откупорив бутылку, L разлил красное вино по бокалам и отдал один Лайту, а сам со вторым сел в соседнее кресло. Сделав пробный глоток, Лайт подержал вино во рту, а потом глотнул его и довольно улыбнулся. — Как тебе? — полюбопытствовал L, выжидательно посмотрев на него. — Сладкое и вязкое, — спокойно ответил Лайт и сделал ещё глоток. — Это айсвайн. Это вино очень популярно в Канаде. Не смог удержаться, — допив вино из своего бокала, сказал детектив. — Хороший выбор, — поддержал его Лайт, но потом спросил, — ты нормально долетел? — На удивление да. Мой рейс был назначен на полдень и я успел не попасть под дождь. Кстати, перед вылетом я долго мотался по магазинам, чтобы всё купить, — проворчал L, поставив пустой бокал на стол и, начиная доставать разные сувениры из того пакета. — Держи, вот твой ловец снов, — отдав вещицу, сделанную руками индейцев, сказал детектив, — можем повесить его на люстру. — Вообще-то его подвешивают у изголовья кровати, — лекторским тоном поведал он детективу, который, неопределённо пожав плечами, начал доставать из пакета другой сюрприз. Вторым сувениром оказалась мягкая игрушка-бобёр, на голове которого была бежевая шляпа с маленьким флагом Канады. — С-спасибо, — медленно и удивлённо поблагодарил Лайт, забрав у детектива плюшевого бобра. — Это точно мне? — на всякий случай уточнил он. — Да. Я старался, — улыбнулся L в ответ. — А... — вспомнив некогда обещание детектива подарить ему в отместку за медведя что-то необычное, Лайт ещё раз взглянув на бобра и посадил его на стол около винной бутылки. — Скоро Рождество, — мягко сказал он, — мы будем тут? — Я хотел бы провести его здесь, — задумчиво ответил L. — Может нашу троицу стоит забрать на недельку оттуда, как думаешь? — поинтересовался Лайт у задумавшегося детектива. — Это хорошая идея. Раньше я сам приезжал туда в Сочельник, но в этом году можно и нарушить эту традицию, — уверенно сказал L и вытащил два небольших картонных пакета, которые больше всего напоминали молоко. — Это молоко? — озвучил Лайт свои мысли вслух. — Нет, не угадал, — задорно проговорил детектив, — это напиток из виски, эля, рома, яиц, сахара и пряностей. Можно выпить вместо гоголя-моголя. — У меня складывается впечатление, что ты туда ездил только ради выпивки, — поразился Лайт. — Вовсе нет, — быстро опроверг его слова детектив, скорчив гримасу, — я работал. Признай, тебе интересно попробовать, да, Лайт? — ... — Приму это за положительный ответ, — с хитрой интонацией, подвёл итог L, достав из пакета высокую баночку с каким-то повидлом. — Что это? — с интересом спросил Лайт. — О! Это великая вещь, Лайт! Я давно такого не пробовал! — с восторгом в глазах рассказал ему детектив, открыв банку. — Это джем из голубики! — он окунул свой палец в банку, а потом с полузакрытыми глазами облизнул палец. — Вкуснятина, — сказал L, — хочешь попробовать? — Да, но давай пойдём на кухню. Я заварю тебе нового чаю. С ним будет вкуснее, — выключив телевизор и затем поднявшись с кресла, предложил Лайт. — А вино? — Потом допьём. — Хорошо. — Расскажешь, как прошло расследование? — спросил Лайт спустя двадцать минут, двигая к L дымящуюся чашку зелёного чая. — Ладно. По началу мне казалось, что с нашим подозреваемым что-то неладное творится, но потом когда я капнул поглубже, то... Лайт почти забыл о своём депрессивном состоянии, в котором он был до приезда L, увлёкшись его интересным рассказом. Они спокойно пили на кухне чай и ели тосты, на которые был намазан привезённый детективом джем. Помимо них на стол он достал из микроволновки тарелку с подогретыми бутербродами, а из холодильника коробку с вишнёвыми и абрикосовыми кексами. Продолжая слушать новые и неожиданные детали по раскрытому делу, он задавал по нему вопросы и с удовольствием слушал, как этот размеренный и убаюкивающий голос L начинает охотно пояснять ему все непонятные моменты и давать свои язвительные комментарии обо всём в целом. Он был безумно рад, что сейчас L был с ним дома. Теперь надоевшая ему за эти недели тоска надолго исчезла из его сердца.