Ловушка для Michaelangelo

Сегодня какой-то долгий и нудный день. Я даже почти знаю, почему. Это все Элизабет! Это она! Я ее обожаю и боготворю, но она непредсказуема, как чертик из табакерки. У нее всегда одно желание: меня подъебнуть, да посильнее. С чего-то вдруг она решила, что Мерфи – гей! У нее все вокруг идиоты и пидоры – весь шоу-бизнес! И она постоянно меня упрекает в том, что вокруг меня вьются… одни идиоты и пидоры! Черт… я вдруг сегодня сел и подумал над ее словами. Точно! Одни пидоры и идиоты! Нет, ну попадаются, конечно, и уникальные люди. Вот Бранка, к примеру… Фрэнк, Билл. Разве я виноват, что режиссер-гей чувствует меня лучше? Мою пластику, ритм, тело, танец… Прекрасно! Вот тело уж точно он "чувствует"… Интересно, каким местом и каковы ощущения? Лиз права: что не дерьмо – то к моему берегу. Главное то, что я – не ГЕЙ! И все, кто утверждает обратное – кретины и недоумки. Благослови их Господь! Сегодня Куинси напомнил об еще одном вечере. Снова награждение в конце недели. Arsenio Hall Show. Видимо, у меня был весьма нелепый вид, когда я услышал, как будет проходить церемония. Оказывается, я вручаю премию и мне вручают премию. И с кем же у нас такое перекрестное опыление? С м-м-м-мистером Эд-д-ди Мерфи! Опять гребанный Мерфи в красном галстуке? Они хотят моей смерти? Единственным человеком, искренне радовавшимся этой новости, была, конечно, Лиз! Она так и взвизгнула от счастья и захлопала в ладошки: «Майк! Теперь он опустит микрофон еще ниже! Ха-ха-ха! Чтобы уж наверняка!» Что мне оставалось делать? То, что и обычно в таких случаях. Божественное излучение любви резко сменяет невьебенное непонимание собеседника. Если бы вместо Элизабет был бы кто-то другой, тяжелой артиллерией было бы закусывание нижней губы и томный взгляд из-под ресниц. Убийственный эффект! Умри все живое! Все начинают глупо улыбаться в ответ и чувствовать себя унылым дерьмом. Это так весело! Реально! Но, увы, с Лиз такие номера не проходят. Остается только пытаться отшутиться в ответ, чтобы замять неловкий разговор. Но получается как-то глупо: « Лиз, я не понимаю, о чем идет речь». Вот какого хуя я это сказал?! По ее изумленному лицу, на котором расплывалась торжествующая улыбка, читалось без слов: «Майк, ты идиот?! Да он чуть не пристроился сзади среди восторженной публики! Неужели ты не заметил? Он же чуть не сожрал тебя, мой сладенький. Глазами точно!» Я даже не хочу писать тут то, что она на самом деле ответила. Мои отнюдь не девственные представления о ее монологе – только легкий ринит по сравнению с лакунарной ангиной. И вот я сижу в своей постели, завернувшись в плед, пишу все эти гадкие вещи, а сам… думаю об этом чертовом парне с усами! У него такой пронзительный взгляд и хохочет он смешно. Каково это быть геем? А имя у него дурацкое – Эд-дИ… Может так назвать вон того плюшевого медведя? Точно. И спать я сегодня буду с ним.