Странники

Наверное, не стоило, придя с ночёвкой к друзьям, которые друг другу не просто друзья, пить слишком много пива перед сном. Наверное, неправильно было, пробираясь среди ночи в уборную и услышав сдавленный стон из хозяйской спальни, неслышно подкрадываться и подглядывать. И, наверняка, совсем уж никуда не годилось вваливаться в такой момент со своими идиотскими идеями. Но сожалеть было уже поздно. – А ну-ка, садись, – Лен обмотал бёдра простынёй, перебрался на край кровати и похлопал ладонью рядом с собой. – Ты чего это удумал? Поспешно натянувший трусы Вард сел возле Лена, оставляя место между ними, и тоже призывно кивнул. Он был такой же пунцовый, как, наверняка, и сам Стам, и это странным образом успокаивало. Стам страдальчески вздохнул и аккуратно пристроился в предложенный зазор. – Ты вообще-то не нам должен это предлагать, – Вард покачал головой и смущённо улыбнулся, словно это он только что со всем возможным пылом попросил лишить его девственности. – По-моему, ему в этом смысле на меня вообще насрать, – Стам сердито сплёл руки на груди. Возбуждение, охватившее после только что увиденного в дверную щель, уходить не собиралось. Однако, обиду на Крона это никак не затмевало, наоборот – казалось, все привычные эмоции усилились до предела. – Я уже и так и эдак… Но, кажется, для него я просто мальчишка, сопляк, с которым по доброте душевной приходится возиться. Вот я и подумал… – он запнулся, потупился и принялся ковырять заусенец на большом пальце. – Что если сделаю это хотя бы с кем-то другим, то… Ну, может, у меня какой-то запах особый появится, а? – он с надеждой глянул сначала на Варда, а потом на Лена. – Спасибо, конечно, что считаешь нас «хотя бы кем-то другим». В голосе Варда был только шутливый укор и ни капли обиды, но Стам тут же испуганно вскинулся. – Я не это имел в виду! Я… – он осёкся, не зная, как объяснить. Вард и Лен точно не были для него просто кем-то. После Крона, Ехо и мамы они были для него самыми близкими людьми на свете. – Вы – мои лучшие друзья, – он беспомощно, растерянно развёл руками, и снова посмотрел на обоих по очереди. – Первые и лучшие. Я и попросил вас именно потому, что полностью вам доверяю. Я знаю, что вам никто друг кроме друга на фиг не сдался. И мне, кроме Крона, тоже! Но это же ведь не то совсем! Просто я… Просто вы… Да и не смог бы я, наверно… Ну, подумал, идиот, что, может, у меня после этого феромоны какие-то проснутся? – он жалко сморщился. – Или я вообще безнадёжен? – Всё в порядке с твоими феромонами, – Лен хмыкнул. – Проблема вообще не в тебе, а в том, что чем старше человек становится, тем больше в нём скапливается всякой фигни, мешающей определить, чего он на самом деле хочет. – Он по себе знает, о чём говорит, – кивнул Вард. – Так что сделай и своему старику скидку на закостенелость. – Молодо – зелено, – парировал Лен. – Может, Крон боится, что ты потом слиняешь к кому-то, не такому древнему, а он останется у разбитого корыта. Вот и не решается дать себе волю. – Во-первых, он совсем идиот, если о таком думает, – Стам обиженно насупился. – А во-вторых, какую волю? Чтобы дать волю, нужно до этого сдерживаться. – А ты что… – Вард удивлённо поднял брови. – Ты что, в самом деле, не замечаешь? – Наверное, со стороны заметнее, как они друг на друга пялятся, – пожал плечами Лен. – Причём, всем. – Правда? – Стам обрадовано схватил Лена за предплечье. – Он тоже? – Арья на днях предложила подсунуть тебе в рюкзак портативный огнетушитель на случай, если от этих взглядов твоя одежда вдруг полыхнёт. Так что, – Лен похлопал Стама по плечу, – просто пойди – и выскажи ему всё в лоб, вместо того, чтобы подставлять нас. Не горю желанием выяснять, насколько Крон ревнивый. – Ладно, – Стам не мог сдержать растягивающую губы глупую счастливую улыбку. – Прямо с утра и пойду. На душе стало легко и радостно, грудь распирало от желания действовать прямо сейчас, не дожидаясь рассвета. Стам даже непроизвольно подался вперёд, движимый этим желанием, словно собирался, и правда, ринуться в прихожую одеваться. И тут вдруг почувствовал и в полной мере осознал, что распирает ему не только грудь. Изменение планов, оказывается, сделало вдруг этот нюанс ужасно смущающим. Как и то, что он сидит между двух полуголых мужиков, которые только что, можно сказать, у него на глазах занимались любовью. Ситуация теперь выглядела неприличной до ужаса, сам Стам выглядел бестактным наглым изменником, а Лен и Вард… Они оба были сейчас такие красивые. От них обоих всё ещё фонило желанием. А их тела излучали такой жар, что Стаму казалось – он плавится, оказавшись в эпицентре. – Мне, как бы… в ванную надо, – пробормотал он, чувствуя, как горят уши, и прикрыл ладонями то, что недвусмысленно намекало на цель его визита в указанное место. – Как-то это будет негостеприимно с нашей стороны, не по-дружески, – Лен задумчиво потёр подбородок. И при этом, лукаво прищурившись, косился на Варда. – В ванной холодно, неудобно и одиноко, – Вард ответил таким же взглядом и покачал головой. – А пачкать хозяйские простыни он не решится. – Да ну вас! – Стам вспыхнул и предпринял новую, отчаянную попытку вскочить. Но Вард перехватил его поперёк живота и тихо засмеялся, уткнувшись лбом в плечо. – Сиди, – то ли предложил, то ли приказал Лен в самое ухо низким хрипловатым голосом, плотно придвинулся и положил между лопаток Стама горячую ладонь. – Что? – Стам вздрогнул, чувствуя, как от этого прикосновения во все стороны разбегаются приятные мурашки, и смутное предвкушение окутывает вязким жаром с ног до головы. Лен, молча, оттолкнул его руки, всё ещё стыдливо прикрывающие самое красноречивое место, и заменил их своей, легко погладив Стама прямо через ткань трусов. Стам охнул, всхлипнул и застонал почти одновременно. Выгнулся и откинулся назад, но Лен обнимал крепко, не давая завалиться на кровать. Вард тоже придвинулся со своей стороны. Ласково поглаживая Стама по затылку, поцеловал его в щёку, в скулу возле уха, прихватил зубами кожу на шее и слегка прикусил. Одновременно с этим, Лен сжал внизу сильнее и двинул кулак вверх. Мёртвой хваткой вцепившись в его ногу над коленом, Стам стонал всё громче, поджимал пальцы на ногах, метался и вздрагивал, словно прошиваемый разрядами тока. Было так стыдно и так сладко ощущать чужие пальцы там, где до этого бывали только собственные. Так ново и необычно чувствовать, как твоя страсть переплетается с чужой, убеждаться, что ты можешь вызывать желание вот так прикасаться, что у тебя, действительно, есть шанс на такие же прикосновения того, кто… Это стало последней каплей. Стоило представить за всеми этими поглаживаниями и поцелуями Крона, как мир вспыхнул, сжигая, оглушая, на время отправляя за грань реальности. А когда способность адекватно соображать и воспринимать вернулась, Стам услышал смех. Совсем необидный, тёплый какой-то и ласковый. – Ну, чего вы ржёте-то, придурки? – на всякий случай, отдышавшись, оскорбился Стам заплетающимся языком, и даже вяло попытался выпутаться из двойных объятий. Немного отстранившись, Лен потрепал его по волосам и чмокнул в лоб. – Давай, вот теперь чеши в ванную. Первым, по праву гостя. И не вздумай завтра тушеваться и ныкаться от нас по углам. Ничего особенного не произошло. На что-то особенное ты бы точно не пошёл. И мы бы не пошли. А это просто… – он взмахнул ладонями в воздухе, подыскивая определение. – Рука помощи, – закончил за него Вард и снова рассмеялся. – Четыре руки. - Спасибо… – пробормотал всё ещё не до конца пришедший в себя Стам, и героически встал на всё ещё предательски подрагивающие ноги. – За помощь, – и в этот момент он имел в виду так много всего, что не стоило даже пытаться объяснить. Да и сил совершенно не было – по телу разливалась сытая приятная усталость. Хоть бы до душа удалось доползти. – Я пошёл. – Эй! – уже на пороге окликнул его Вард, на этот раз совершенно серьёзным тоном. – Мы тоже тебя любим, друг. – И ещё мы в тебя верим, – добавил Лен. – Дерзай. В коридоре Стам прижался спиной к стене, прикрыл глаза, и несколько минут стоял, прислушиваясь к себе. Зря они боялись – никакого стыда, который мог бы заставить ныкаться по углам, не было и в помине. Более того, ощущение собственной ущербности тоже исчезло без следа. Зато в наличии имелась решительность, подкреплённая уверенностью, что всё у него получится. – Завтра, с утра, – он кивнул своему шёпоту, а потом вдруг коварно ухмыльнулся и покачал головой. – Нет. Вечером, после пар. Напрошусь в гости, с ночёвкой.