У нас есть будущее.Ты только моя

Три человека сидели в кабинете и разговаривали.Это была светлая комната с большими окнами и высоким потолком.Стены были окрашены бежевым цветом. В центре комнаты был зеленый диван. Рядом стоял массивный стол черного цвета. На столе лежала куча бумаг. В одном из углов находился стеллаж с какими-то баночками. На диване сидели два человека. Это были Комуи и Книгочей. А на краешке стола сидел Лави. Все трое были напряженны.И каждый обдумывал слова старика. Вдруг Книгочей встал с дивана и пошел в сторону двери. -Девушка очнулась. Если хотите поговорить с ней, то пойдемте и думаю с разговором лучше не откладывать. POV. В себя я пришла кое-как. Голова дико болела. Попробовала пошевелиться, но вышло не очень.Все тело было ватным. Чувствовала себя паршиво и присутствовала какая-то опустошенность. Что это был за сон? Воспоминания может? Надо будет спросить у отца были ли случая, когда я падала в обморок. Кто тот мужчина… Семейный врач? Его голос мне не знаком. А еще те глаза. Человек с этими глазами кто он? Повертев головой, я увидела на тумбочке графин с водой. Посмотрев на него вспомнила про кровь, которую пила. К горлу подступила тошнота. Еще не хватало обрыгаться на кровать. Черт! Глубокий вздох и выдох, вздох и выдох. Я задумалась об этом сне и не заметила прихода гостей. Конец POV. В комнату влетел Лави, а следом зашли Книгочей и Комуи. Ученик посмотрел на девушку. Она была измученна и бледна. Взгляд задумчивый и напряженный. Кусает губы, значит нервничает. Что же с ней произошло. Первый нарушил тишину старик: — Как себя чувствуешь? Что-нибудь болит или тревожит? -по голосу можно было услышать, что он насторожен. Девушка обратила внимание на собравшихся и единственное что произнесла: — Пить. Лави подошел к тумбочке, на котором стоял графин с водой. Налил в стакан воду и подал девушке. Девушка взяла стакан не смотря на него, но как только поняла, что у нее в руках, то отбросила его, прижала руки к груди и глубоко задышала. -Тихо, тихо ! Успокойся. Тебя никто не тронет.-начал утешать экзорцистку Книгочей. Дина начала расслабляться и взгляд у нее стал более осмысленным. -Простите. Просто почудилось. Все нормально! Я хорошо себя чувствую и ничего не болит. Спасибо, что подлатали меня.-с улыбкой сказала она. -Что произошла на миссии? -задал вопрос Комуи. Дина только хотела начать рассказ, как ее перебил Книгочей: -Смотритель, девочка еще слаба, так что поговорим потом.Пойдемте навестим Аллена Уолкера. Лави, а ты побудь тут. Лави с благодарностью посмотрел на учителя и перевел взгляд на брюнетку. Она снова была погружена в свои мысли.Когда мужчины ушли, то парень заговорил: -А теперь ты можешь все рассказать. Девушка тяжело вздохнула и заговорила. Комуи и Книгочей вернулись в кабинет. -У нее опустошение психики. Как я и говорил, физически она не пострадала, а вот морально да.-он закурил трубку и продолжил.-Сильные потрясения, тяжелые болезни, невосполнимые потери, острые конфликты, выхолащивают внутреннюю психологическую опору, тот внутренний уклад человека, который направляет жизнь и поведение, а иногда даже совсем разрушают то, что мы назвали «собственным Я» Прошлый жизненный опыт, убеждения по которым человек жил, они уже куда-то отодвигаются, распадаются. Такой «распад» обычно лишь отчасти затрагивает привычки, способности, умения человека — он лишает его «всего лишь» смысла жизни. Возникшее состояние психики можно еще назвать опустошением, поскольку в таком состоянии она без присущей ей критичности воспринимает новые впечатления и информацию. До этого — в здоровом, нормальном состоянии распределялось, где отлагается приемлемое и неприемлемое, а после потрясения психика на какое-то время почти полностью теряет способность, сохраняя ее разве что в отношении самых простых свойств. Потрясенная психика, в которой стерлись границы между плохим и хорошим, выработанные человеком, подчиняется установкам, которые не обволакиваются культурными сдержками. При этом установки на выживание во что бы то ни стало выльется в агрессию. -Старик затянулся еще раз и продолжил.-Я уверен ты заметил, что в ней что-то изменилось. Комуи кивнул головой и задумался над словами Книжника.