Неназываемое

Санджи не особо задумывался над тем, как работает их с Зоро связь. Она просто была, и все тут. Маячила на фоне сознания с самой первой встречи, с того момента, как дурацкий Зоро потянулся своими лапищами через стол и задел руку Санджи. Конечно, Санджи читал и про связь, и про родственные души, но все описания меркли перед тем теплом, уверенностью и желанием, которое затопило Санджи тогда и не отпускало до сих пор. Стоило подумать о Зоро, внутри сразу же вспыхивали искры возбуждения, радости и чего-то неформулируемого, о чем ни говорить, ни думать не хотелось — только чувствовать. Неудивительно, что нашедшие свою половинку не рассказывали об этом в многочисленных книгах, статьях или видеоуроках. Такое хотелось сохранить внутри, для себя, в случае Санджи — не в последнюю очередь оттого, что его родственной душой оказался лишенный вкуса, манер и нормальных мыслительных способностей придурок. Санджи хотел бы перечислить все его недостатки, составить список и задать бортовому компьютеру распечатать его в виде каллиграфии. Отличный подарок на годовщину, между прочим. Зоро ведь любит все древнее и самурайское. А Санджи теперь хорошо знает про кодекс чести, каллиграфию и прочее. В школе история космоса увлекала его сильнее земной, да и про традиции им не особо рассказывали. А Зоро успел протусоваться пару лет на планете, где до сих пор блюли традиции и сражались на мечах. Санджи пытался представить, как Зоро орудует мечом, но каждый раз мозги коротило на моменте «полуобнаженный Зоро держит в руках меч, на лезвии которого играет лунный свет». В воображении Санджи на голове у Зоро была темная повязка, а на груди красовался огромный уродливый шрам. Мимолетной картинки хватало, чтобы завестись в считанные секунды, и, спустя год после встречи, у Санджи уже не было сил отрицать, что из-за Зоро он превратился в извращенца. Самым ужасным во всей ситуации было то, что Зоро это устраивало. И Санджи тоже. Он перестал себя обманывать в тот момент, когда поцеловал Зоро рядом с горячим источником. Зоро был невероятным мудаком, идеально подходившим Санджи по всем параметрам. Сейчас та первая драка и первая гонка, после которой они сидели на полу рядом со шлюзами в развалюхе Зоро и делились мечтами, казались случившимися тысячу лет назад, а мечты как-то вдруг превратились в реальность, и осознание, что уже через несколько месяцев они прыгнут в дыру и, может, даже выживут. Санджи в этом не сомневался, но все равно старательно готовился, собирал информацию, мотался с одного конца Вселенной на другой за снадобьями, ценными ингредиентами для нормальной еды и деталями для «Олл Блю». Для этого приходилось общаться с такими пиздецами, что даже Санджи терялся в поисках нецензурных выражений и нормальных определений. Зоро только ржал над его проблемами. Подумаешь, один из информаторов требовал переодеться в платье, потому что общался только с теми, кто сумел раскрыть свою женскую сущность. Вот у Зоро все серьезнее: в той жопе мира, где он прозябал последние пять недель, ему не давали бухать. Вообще. Для развития внутренней силы и чего-то там еще. Зоро тоже хотел апгрейднуть свое корыто, но делал все не по-человечески, а по-своему, так что вполне заслуживал страданий, пусть и несоизмеримых с тем, через что проходил Санджи. В том числе и по вине Зоро. — Оставь платье и чулки, — как-то сказал он. — В смысле? — не понял Санджи. — Не выбрасывай их, чудила, — взгляд Зоро на мониторе потемнел. — Хочу посмотреть. И снять. Санджи тогда орал так, что в комнату Зоро влетела девушка-медик, помогавшая ему приходить в себя после очередного сеанса самопознания. Санджи немедленно устыдился и долго извинялся перед леди. А когда она удалилась, едва не сверкнув трусами из-под коротенькой юбочки, вдруг придумал месть. — Я оставлю этот мерзкий наряд, если ты одолжишь у этой прелестной девы чулочки в полоску. И покажешь их мне на себе. Зоро в ответ только ухмыльнулся, и больше эту тему не поднимал. До сегодняшнего дня, когда в разгар переговоров на электронный браслет Санджи упало сообщение с фотографией. Длинные мускулистые ноги в полосатых чулках. Дьявол. Так быстро беседу с долбанутыми информаторами Санджи не сворачивал никогда. Он едва сумел поставить «Олл Блю» на автопилот и добраться до каюты. От возбуждения, бурлившего в крови, вело. Казалось, Санджи пил крепленое сабаодийское несколько часов, голова была ненормально легкой и кружилась от каждого шага, воображение щедро подкидывало картинки Зоро в чулках, дорисовывало то, что не видно было на фотографии. Нежная полупрозрачная ткань, плотно облегающая сильное тело, бледно-розовая резинка, контрастирующая со смуглой кожей, подтянутая задница. Ладонь Зоро, медленно двигающаяся по бедру к налитому члену. Санджи чувствовал его возбуждение и прикосновения, словно Зоро трогал не себя, а его. Как всегда, расстояния не были помехой для связи. Зоро не торопился, водил руками по ногам, и у Санджи от этой простой ласки вставали дыбом волоски, а в груди рождалась дрожь, эхом прокатывающаяся от макушки до пяток. Он рухнул на кровать, не раздеваясь, в сраном платье с, мать его, ажурными оборками или как их там. Зато дрочить удобно — задрал подол, стянул трусы — и ничто не мешает. У Санджи не хватило сил даже на это, потому что чертов Зоро обхватил член ладонью, провел вверх-вниз, огладил головку, и Санджи задохнулся. Фантомные прикосновения заводили сильнее собственных, наверное, связь таким образом намекала, что разлука затянулась. А может, и нет. Может, дело было в том, что это Зоро и его идиотская идея с чулками и дрочкой посреди дня. Хотя у них, на другом конце мира, была уже глубокая ночь, а считать разницу во времени придурок так и не научился. Санджи, впрочем, сам был не без грешка. Сегодня утром он дрочил под душем и чувствовал злобное раздражение, перекатывавшееся по нити связи. Зоро, должно быть, в это время тренировался или чинил корабль. Но Санджи не мог ничего с собой поделать, ему снова снился залитый лунным светом сад и Зоро с мечом. Теперь Зоро мстил с удовольствием и полной отдачей, как делал все на свете, включая плутание по отдаленным галактикам из-за ошибочного выбора координат. А Санджи поддавался, наслаждаясь неспешными ласками. Зоро перекатил в ладони яички, несильно сжал, и Санджи бросило в дрожь. На члене выступила прозрачная капля смазки, Санджи бездумно размазал ее и, поддавшись порыву, облизал палец. И тут же ощутил, как подскочило возбуждение Зоро. Хорошо, так ему и надо. Не только же Санджи чувствовать себя размазанным по кровати желе. Довольно ухмыльнувшись, Санджи повторил движение. Зоро сжал свой член у основания, а потом скользнул ладонью вниз, к заднице. Санджи подбросило, но Зоро не остановился. Палец обвел отверстие, легко скользнул внутрь. Санджи задохнулся: урод подготовился, и умудрился сделать это так, чтобы Санджи не заметил. Зоро вообще быстро научился управлять связью, быстрее и легче, чем он сам, и это немного напрягало и раздражало. Санджи был искренне уверен, что умнее и лучше, но Зоро постоянно в каких-то мелочах доказывал ему, что они на равных. Как и положено половинкам, дьявол их задери. Зоро добавил еще один палец, и все возмущение испарилось из мыслей Санджи, как не было. Вместо этого тело и голову заполнило горячечное предвкушение, от которого поджимались пальцы на ногах. В груди заныло от желания прикоснуться к Зоро по-настоящему и почувствовать его рядом с собой, в себе. Дрожащими пальцами Санджи потянулся к браслету, но потом передумал. Увидеть Зоро сейчас было бы еще хуже. Легче — закрыть глаза и ощущать, как сильная рука скользит по животу, словно пробираясь под дурацкое платье, как двигаются внутри пальцы, как бурлит в крови возбуждение и то самое неназываемое чувство. Санджи надоело ждать. Хотелось действовать самому. Он обхватил член, провел пальцем под головкой — Зоро так нравилось — и тут же застонал сам от накатившего удовольствия. Чертова связь, сраные расстояния. Санджи зажмурился, потряс головой, а потом забил на все и начал дрочить быстро и жестко. По-своему. Зоро от этого тоже заводился. Перед глазами снова мелькнула фотография ног, а потом — образ Зоро, раскинувшегося на кровати — капли пота на груди, прижимающийся к животу член, пальцы в заднице и чулки. Полосатые чулки. Санджи кончил, пачкая платье — ну и хер с ним, все равно собрался выбрасывать — и ощутил всем телом, как оргазм накрыл Зоро, выкрутил, вывернул и оставил без сил и мыслей. Это было так охренительно, что Санджи затрясло и бросило в новый виток удовольствия. Вместе со способностью дышать и соображать пришло воспоминание о разговоре. «Если ты позаимствуешь чулки, я оставлю платье». — Чертов водорослеголовый, — пробормотал Санджи и ухмыльнулся, почувствовав, как вибрирует браслет. — Ненавижу тебя, — раздалось из динамиков, когда Санджи нажал на принятие вызова без видео. Если Зоро увидит его сейчас, не отмазаться ни в жизнь. — И я тебя, — ответил Санджи. А потом передумал и включил камеру. На другом конце Вселенной Зоро плотоядно ухмыльнулся. А Санджи вдруг с пугающей ясностью понял, как сформулировать неназываемое чувство. По связи прокатилась волна тепла. — Я вылетаю обратно, — тихо сказал Зоро, глядя ему в глаза, и Санджи ощутил, как тепло усилилось, и это было еще круче первого прикосновения, круче секса, когда нельзя различить, кто что ощущает. Круче всего на свете.