"Мы из будущего" (детдом №8)

- Поляков! – сквозь зубы прорычал Ваня Лавров, прожигая предателя гневным взглядом. – Продажная ты сволочь! - Витька, как же ты мог? – потрясенно вздохнул Коля. – Мы же тебе верили. Незадачливый Виктор удрученно молчал, опустив голову, не найдясь, что сказать в свое оправдание. - Сколько тебе заплатили? – выкрикнул Миша. - Спокойно, ребята, спокойно, - пресек возмущенные рассерженные вопросы Сергей Андреевич. – Ваш друг поступил правильно. И тем самым он сохранил себе жизнь. - А он нам не друг! – с вызовом выступил вперед Игорь. – Это подлый предатель, который за свою жалкую презренную жизнь предал всех нас. - Это для тебя она жалкая и презренная! – вдруг сорвался Витя. – А у меня она одна! И я хочу жить! - Даже ценой предательства друзей? – подал голос Вася Остапенко, прижимая к себе заплаканную Свету. - Да какие вы друзья! – с обидой воскликнул Поляков. – Вот домашку списать, или контрольную – это да. А как до настоящей дружбы доходит, так вы же никого к себе не подпускаете. Особенно ты, Исаев, ты же у нас в любимчиках. Конечно, ведь твои родители здесь работали, тебя Галина Васильевна опекает… - И что ты хочешь сказать? – лицо Игоря потемнело. – Договаривай. - Может, поэтому только твою сестру и не забрали? - Замолчи! – яростно крикнул Ваня. – Или я тебе сейчас врежу! И твои фашисты тебе не помогут. Это слово произвело на участников проекта «Гемини» странное впечатление. Колчин и его последователи мрачно переглянулись. - Да, они, и правда, знают больше, чем следовало, - вынес неутешительный вердикт Алексей Славин, презрительно усмехнувшись. Внимательно наблюдающая за ними Лиза вдруг подумала, что такое надменное презрение Адольфа Меркеля и есть его настоящее лицо. Вполне под стать ему была и супруга, которая сейчас холодным цепким взглядом осматривала прижавшихся к братьям девочек. - Весь вопрос, откуда? – ответил своему другу Вульф. – Кто еще, кроме нас, в курсе того, что здесь происходит? – он пристально вглядывался в лица стоявших перед ним учеников школы-пансиона «Логос» и в том числе своего будущего внука. – А также о том, чего еще не было? - Но вы же не восприняли всерьез всю эту чепуху про будущее? – удивился Войтевич, проследив за его взглядом. - Почему же? – Владлен даже соизволил улыбнуться. – Я вполне допускаю, что вода могла оказаться порталом. - Особенно если учесть, сколько в ней радиации и разных отходов из лаборатории, - задумчиво согласился с ним Крылов. - Надо же, - таким же вызывающе-саркастическим тоном вступил в разговор Максим, - господам нацистам известно, что такое портал? - Никогда не надо недооценивать своих противников, молодой человек, - доброжелательно посоветовал ему Колчин. - А вот это не по адресу, - иронично поддержал друга Андрей. – Мы уже давно оценили вас всех по достоинству, - он мрачным взглядом окинул преградивших им путь нацистов. – А так же тот концлагерь, который вы устроили в этом подземелье. И давно не питаем насчет вас никаких иллюзий. - А вы, юноша, - Вульф пристально вгляделся ему в лицо, - как я понимаю, мой будущий внук? Сказать, что юные партизаны были шокированы, значит, погрешить против истины. Это было самое настоящее потрясение. Но зато оно многое объяснило. - Вот язык у тебя, Поляков, как помело, - уже с откровенной ненавистью отчеканил Игорь. – Не знал, что ты такое трепло, - он демонстративно повернулся к ученикам «Логоса». – И имя вот этого стукача я буду вынужден носить тридцать лет? – в его голосе звенело презрение. – Да я лучше умру. - И это можно будет устроить, - решил вмешаться в разговор присутствовавший здесь директор детского дома. – Доктор Вульф, разрешите? – в его руке опасно сверкнул пистолет. - Вы что, с ума сошли? – холодно-повелительным тоном осведомилась фрау Меркель. – Хотите зацепить девочек? - Дорогая, ты уже выбрала? – спокойно спросил ее муж. - Да. Вот эту, - сухая рука с массивным перстнем протянулась в сторону Светы Остапенко. – Иди сюда, девочка, - повелительно приказала женщина. - Никуда она не пойдет. Старшие ребята инстинктивно выступили вперед, тем самым словно живым щитом загородив сгрудившихся у стены пятиклассников и их сестер. - Похвально, - вынужден был признать «доктор Смерть», он даже соизволил уважительно склонить голову. – Преданность и дружба, конечно, прекрасные качества, но, увы, не в вашем случае. И чем меньше вы будете сопротивляться, тем дольше сможете продлить свои жизни. - Ну уж нет, - презрительно ухмыльнулся Авдеев, точно скопировав вызывающие манеры Макса. – Ничего к вас не получится. Мы слишком долго ходим по краю пропасти, чтобы нас могли подкупить ваши неубедительные доводы. И за свою жизнь мы будем сражаться до последнего. - Тогда через тридцать лет в подземелье найдут ровно вдвое больше трупов, - усмехнулся Сергей Андреевич, тоже демонстрируя широкую осведомленность о том, что произойдет в будущем. - Заканчивай с ними, - отрывисто произнес Колчин. – Мне, право, очень жаль, что приходится идти на такие крайние меры, - с наигранным сочувствием обратился он к мстителям и их старшим друзьям. – радует здесь только одно. Судя по тому, что о нас будут знать и через тридцать лет, значит, дело проекта «Гемини» процветает. А вот вы, ребята, проиграли по полной. Для вас все закончится здесь и сейчас. И в будущем о вас никто даже не вспомнит. - Ну, это мы еще посмотрим! – вдруг прогремел словно с неба жесткий повелительный голос. – Ни с места! КГБ. Вы арестованы! Сопротивление бесполезно! В первое мгновение от неожиданности замерли все. Бывшие немецкие офицеры не могли поверить в то, что их так тщательно скрываемое убежище раскрыли. А ребята, которые уже и не надеялись на чью-либо помощь, с удивлением прислушивались к приближающимся по коридору голосам. Один из них был определенно знакомым. Секундное замешательство прервал глухой стук упавшего на пол пистолета, который намеренно уронил Мартин фон Клаус, надеясь таким образом отвести от себя хотя бы одно из обвинений. Но это ему не помогло. Несколько минут спустя в небольшой камере стало еще теснее от ворвавшихся туда вооруженных людей в серой милицейской форме. За ними появились еще несколько очень серьезных людей в штатском, и среди них… - Иван Савельич! – в один голос воскликнули Вика и Даша. Девушки порывисто обняли историка, успевшего так вовремя. - Ну, что я говорил, - в своем обычном репертуаре хмыкнул Макс, подмигнув Андрею. – Прав был Темка. Определенно у них на кладбище свиданка намечалась. Несмотря на всю серьезность ситуации, Андрей против воли усмехнулся и постарался все же подавить готовый вырваться смешок. - Девочки, девочки, - смеясь обнял обеих подруг Афанасьев, - я тоже очень рад вас видеть. А еще я очень рад, что не опоздал. - Да уж, еще чуть-чуть, и история бы повторилась с точностью до наоборот, - облегченно вздохнул Рома. - Ром, пожалуйста, давай не будем углубляться в то, что было бы, - голос Лизы слегка дрогнул. – Я даже думать об этом боюсь. Самое главное, что теперь все будет по-другому. Пока происходил этот разговор, сотрудники КГБ отдавали сухие немногословные приказы прибывшим с ними милиционерам. Оба ведомства, с самого своего сотворения находящиеся в непрестанном соперничестве, в этот раз действовали слаженно, одной командой, прекрасно осознавая масштабность дела, которое вдруг почти самым волшебным образом начало стремительно раскручиваться прямо у них на глазах. - Уберите руки! – надменно произнесла, отступая в тень, Евдокия Славина. Она все еще пыталась избежать позорной участи быть закованной в наручники. - Дорогая, не унижайся, - сдержанно посоветовал ее супруг, с высокомерным достоинством протягивая руки оперативнику с наручниками. – Недостойно вымаливать снисхождение у этих плебеев. Ты же прекрасно знаешь, как лучше поступить в случае провала. Эльза Меркель понимающе кивнула и неторопливо прикоснулась к массивному браслету на запястье правой руки. - Эй, что это вы надумали? – вдруг выкрикнул пристально наблюдавший за ней Рома. Он сделал резкое движение в сторону женщины и в последний момент успел выбить у нее из рук две большие белые крупинки. - Проклятье! – выругался Славин. Его взгляд, брошенный на Павленко, не предвещал ничего хорошего. Прежде, чем кто-либо успел что-нибудь сообразить, Адольф Меркель стремительно наклонился и в следующую секунду в его руках оказался пистолет Крылова, до сих пор валявшийся на полу. Сухой щелчок, и затвор был взведен умелым отточенным движением. – Хоть с одним из вас, но я рассчитаюсь… Как потом признавался своим друзьям Ромка, в одну секунду перед его глазами промелькнула буквально вся жизнь: «Прикиньте, я реально вдруг понял, что это не просто выражение». Павленко в ступоре смотрел прямо в черное отверстие старого маузера, мысленно уже прощаясь с жизнью, как вдруг… - Не трогайте его! – раздался вдруг совсем рядом мальчишеский фальцет, и между Ромой и целившимся в него директором детского дома, дрожа всем телом, встал… Витя Поляков. И без того напряженные нервы Славина сдали, лежавший на курке палец дернулся, и прогремел выстрел, от которого у всех присутствующих едва не лопнули барабанные перепонки – все-таки акустика в подземелье была отличная. - Витька, не надо! – испугался Коля. - Нет, я должен… - голос мальчика прервался, Витя пошатнулся и бесшумно упал на пол. На его губах выступила кровавая пена. - Что же ты наделал, сынок? – склонился над ним один из милиционеров. Мужчина сильными руками зажимал рану на его груди, понимая, впрочем, что все усилия бесполезны. Мальчик умирал, так и не успев познакомиться с новыми родителями. - Теперь… - он гаснущими глазами смотрел куда-то прямо перед собой, - папа меня простит. Тут Витя натужно закашлялся, с его губ скатилась густая струйка крови, и в следующую секунду он безвольно обмяк на грязном холодном полу. – Повезло тебе, щенок, - в бессильной ярости прошипел Меркель, которого уже успели разоружить и скрутить. – Но я до тебя еще доберусь. - Обязательно, - насмешливо согласился с ним Роман, полностью вернувшийся, выражаясь лексикой «Звездных войн», на светлую сторону, - только не в этой жизни. - Ну, вот мы и встретились, господин Вульф, - светловолосый средних лет офицер КГБ оглядел мрачную шеренгу арестованных подданных вермахта. – Как долго мы вас выслеживали. Куда же вы пропали тогда, в сорок пятом? - Для вашего же спокойствия будет лучше, если вы об этом никогда не узнаете, - резко ответил Колчин. - Увы, Владлен Петрович, не получится, - с показным сожалением покачал головой мужчина в штатском. – Ваш агент Михаил Ольшанский уже дает признательные показания. - Ольшанский? – побледнел Андрей, услышав знакомую фамилию. – Михаил? Так он же… - Отец Анны, - припечатал Макс. – Вот чем еще, кроме брата, эти сволочи ее держали. - Мы уже давно за ним наблюдали, - тем временем продолжал сотрудник КГБ. – Он попал под подозрение еще лет пять назад, только не было прямых доказательств. И вот, совсем недавно нам, наконец, повезло. - Ваше счастье, - хмуро отозвался на это Войтевич. – Я даже подозреваю, кто является источником вашего везения, - он метнул убийственный взгляд на компанию псевдоисториков, которые беседовали с Иваном Савельичем. - Вы ошибаетесь, Константин Викторович, - спокойно улыбнулся ему Афанасьев. – Эти ребята только помогли мне до конца понять, что здесь происходит, и убедили в необходимости действовать как можно быстрее. - Жаль, мы тебя тогда не добили, - рыкнул Вульф. - Так, хватит разговоров, - строго прервал этот обмен любезностями старший из офицеров КГБ. – Уводите арестованных. Через несколько минут ребята уже шагали по коридору к выходу из камина в компании Ивана Савельича и смутно знакомого немногословного мужчины спортивного телосложения. - Знакомьтесь, друзья мои, это Олег Валентинович Птицын, - представил его историк. – Как вы уже знаете, он корреспондент газеты «Известия». Именно он помог мне убедить КГБ приехать сюда как можно скорее. И только сейчас обитатели пансиона «Логос» вспомнили, почему внешность журналиста им знакома. Ведь в прошлой жизни они уже видели его в старой газете, когда искали статью о пропавших детдомовцах. - Рад с вами познакомиться, ребята, - улыбнулся Птицын, крепко пожимая друзьям руки. – Если честно, я не до конца верил во всю эту историю про путешествие во времени. - Мы и сами до сих пор поверить не можем, - невесело хмыкнул Максим. - Слушайте, - вдруг спохватилась Лиза, ее синие глаза радостно сияли, - ребята, а ведь у нас все получилось! Все задачи сошлись с ответом! - Да, - поддержала подругу Старкова. – Мы это сделали! Господи, поверить не могу! Однако пятиклассники совсем не разделяли их восторга. - Да, все получилось, - Игорь Исаев нервно сжал кулаки. – С точностью до наоборот. - Что с тобой, Игорь? – Авдеев заботливо опустил руку на плечо мальчика. – О чем ты? - Мы ведь все должны были умереть, так? – его будущий дядя ждал ответа как откровения свыше. – Но получилось наоборот: мы все живы, а вот Витька… - Витя умер? – испуганно всхлипнула Валя Спиридонова, прижавшись к брату. - Да, Валюша, умер, - Миша крепко сжал маленькую ручку сестренки, словно боясь снова ее потерять. - И тем самым спас всех нас, - подвел неутешительный итог Игорь. – Он был настоящим мстителем.