Сделка

Стоя на коленях, Белль собирает осколки бывшего сервиза. Румпельштильцхен сидит в кресле и кажется полностью поглощенным чтением книги, вот только девушка все равно чувствует его взгляд, от чего по спине бежит холодок. Осколок выскальзывает, больно царапая пальцы, и Белль невольно вскрикивает. Поспешно оборачивается, но Темный лишь переворачивает страницу и совершенно не реагирует на посторонние звуки. Будто бы ее и вовсе нет в комнате. Разумеется, это снова игра. И ленивая расслабленность, и сонный вид слетят в момент, как только потребуется. Белль уже слишком хорошо знает это. Сердце её всё так же колотится, а руки ледяные от страха. Белль заканчивает работу и поднимается с подносом в руках. Ей нужно на кухню, но, проходя мимо входной двери, она косится на ручку и замедляет шаг. Но стучаться больше некому. Гастон пришел один. Он сам заявил об этом, и принцесса верит каждому слову. Ее рыцарь не умеет врать. Белль хочет запустить подносом в Румпельштильцхена. Или закричать. Или затопать ногами. Сделать хоть что-нибудь, чтобы нарушить эту неуютную, неестественную тишину. Вместо этого она глотает застрявший в горле комок и проходит на кухню. Криками Гастону не поможешь. «Зачем приходить сюда в одиночку? Разве Тёмный будет играть честно?» У Гастона этого не спросишь, так что приходится задавать эти вопросы мысленно. Белль ставит поднос на стол, доливает в греющийся чайник воды и устало присаживается у огня. Белль в замке всего три недели, а кажется — тридцать лет. Затхлое место, недоброе, тяжёлое — будто каждый камень грузом ложится на плечи, а каждая искалеченная здесь судьба — на душу. Темный маг не видит смысла скрываться от служанки и все свои сделки он заключает при ней. Принцесса помнит каждого, кому пришлось постучаться в замок. Маленького мальчика, пришедшего за зельем, чтобы избавиться от слишком контролирующих его родителей и через три дня вернувшегося вновь – с двумя деревянными куклами с кажущими живыми глазами. Белль боится протирать пыль с этих игрушек, но всегда подолгу говорит с ними. Красивую девушку с вплетенным в белокурые волосы цветком. Она рассказывает о парне, выбравшим ее подругу и просит о любви до самой смерти. Эта возвращается на следующий день. В дверь стучится сморщенная старуха и Белль узнает ее лишь по увядшему цветку в волосах. Мужчины, женщины, старики, дети. Они все приходят со своей бедой и все они смотрят на Белль. С мольбой, надеждой, отчаянием. Словно уповают на то, что Белль заступится за них и заставит Тёмного сжалиться. Вот только девушка каждый раз едва заметно качает головой. Здесь она – служанка, и ее слово больше ничего не значит. Только Гастон ведет себя иначе. Уверенно переступает порог и вежливо кланяется, отдавая дань традициям. Поймав ее испуганный взгляд, весело подмигивает, словно хочет сказать «все будет хорошо». - Румпельштильцхен, похитив леди Белль, ты поступил бесчестно. Немедленно отпусти принцессу, иначе я стану сражаться за ее свободу, - рыцарь говорит громко и спокойно. Его слова разлетаются по залу, эхом отбиваясь от стен и возвращаясь обратно. Гастон держит руку на эфесе, но не спешит доставать меч. Лишь терпеливо ждет, пока его противник примет решение. Вот только Темному нет нужды следовать рыцарскому кодексу. Румпельштильцхен даже не меняет позы, только поворачивает голову, смотря на Гастона как на надоедливое насекомое. - И это все, зачем ты пожаловал? Я думал, придумаешь что-то оригинальнее, - в голосе мага звучит скука. – Если тебе больше нечего сказать, кыш, мальчик, кыш. Темный не предпринимает никаких движений. Белль знает это наверняка, поскольку не сводит глаз с мага. Но двери за Гастоном резко распахиваются, и в грудь жениху бьет ветер. - Только трусы избегают сражения, - Гастон мрачнеет. Лоб пересекает морщина, а скулы твердеют. - Защищайся! Рыцарь выхватывает меч и кидается на Румпельштильцхена. Темный позволяет ему преодолеть половину комнаты, но когда их разделяет всего несколько шагов, резко вскидывает руку вверх. Круговой взмах, и Гастон исчезает в облаке темно-фиолетового дыма. В этот момент Белль роняет поднос и прижимает руки к лицу, сдерживая рвущийся крик. Только после этого Темный вспоминает об ее присутствии. - Не иначе, пора замуровать ворота. Совершенно никакого покоя! Дорогуша, не стой, я все еще жду свой чай, - визгливо велит он. Закипевший чайник вырывает Белль из мыслей. От печи пышет жар, но согреться не удается. Девушка достает новую чашку, заваривает чай. Заученные, механические действия — Белль даже не замечает, что делает. И только ставя поднос на стол, решается окликнуть хозяина. - Что… Что ты сделал с Гастоном? Он жив? - О, пока еще совершенно ничего, - Румпельштильцхена куда больше интересует содержимое вазочки, и он деловито намазывает варенье на хлеб. - Но я видела туман. Ты применил к нему какие-то чары. Пожалуйста, не убивай его, - горло как будто удавкой перехвачено, и слова Белль звучат всё тише. - А! Да-да-да, - словно вспоминает Темный. – Я перенес твоего рыцаря в подвальную темницу. Думаю, там он отлично отдохнет и наберется сил. - Для чего? - теперь уже Белль чувствует себя окончательно сбитой с толку. - Для завтрашней дуэли. В замке стало скучно, и дуэль послужит отличным развлечением, - Румпельштильцхен хихикает и подмигивает служанке.. - Ты согласна со мной? Темный смеётся и бурно жестикулирует, но в глазах мага Белль не видит смеха. Напротив, на неё смотрит древнее и невероятно уставшее существо. - Прошу тебя, пощади Гастона! Он нужен моему королевству, он нужен… всем, — в последний момент Белль проглатывает «мне», заменяя его более нейтральным словом. - Ну конечно же, я мог бы его пощадить! Только зачем? – откидываясь на спинку кресла, в привычной манере вопрошает маг. И снова Белль видит перед собой только кривляющуюся маску. От мысли, какой ничтожной пешкой она кажется Тёмному, Белль становится плохо. - Потому что я прошу тебя об этом. Необязательно быть монстром всегда, - отчаянно взывает она к его человеческой сущности. - Необязательно, - соглашается Румпельштильцхен. Он все та кже сидит на кресле, но в следующее мгновение перемещается, и принцесса слышит его голос за спиной. - Но истинная причина заключается в том, что мне это нравится. Горячее дыхание Темного щекочет шею, и лишь усилием воли Белль заставляет себя стоять неподвижно. - И если ты хочешь, чтобы я отпустил Гастона, подумай, чем ты готова заплатить за его свободу. Голос Румпельштильхцена обволакивает, подобно паутине, лишает способности мыслить и сопротивляться. Тёмный мягко касается её волос, и тут же наваждение пропадает, а Белль остаётся в комнате одна. Белль собирает со стола посуду, уходит на кухню и там, за закрытой дверью, наконец-то даёт волю чувствам. Она всхлипывает, дрожит, захлёбывается рыданиями. Пожалуй, только сейчас Белль понимает, что такое настоящий страх. От него внутренности в животе скручиваются в ком, тошнота подбирается к горлу, а руки и ноги превращаются в желе. Даже соглашаясь на сделку Тёмного, Белль не была так напугана. Тогда речь шла только о ней, а теперь на кону стоит жизнь Гастона. Перед глазами проносятся воспоминания. Вот они с Гастоном, ещё дети, играют в саду. Она, хохоча, сидит на качелях и требует раскачивать её всё сильней, а Гастон повинуется без возражений. Белль ещё не понимает, что такое — быть принцессой-наследницей, а вот Гастон уже знает, что станет её рыцарем. И когда она падает с качелей, успевает поймать её. Они вместе собирают землянику, ловят рыбу, играют в прятки. Танцуют на балах и встречают гостей, и, наконец, целуются в лунном свете. Воспоминания мелькают, как в калейдоскопе, и Гастон есть в каждом из них. Белль сжимает кулаки и судорожно вздыхает. Она не питает напрасных иллюзий - в завтрашней дуэли ее жениху не победить. Нет, Гастон искусен во владении оружием и на каждом турнире заслуженно принимал награды, провозглашая Белль своей королевой. Вот только мечом или копьём магию не одолеть. «Я сама согласилась на сделку, зачем ты вмешался?» - раз за разом безмолвно спрашивает принцесса. Впрочем, она и так знает ответ. Гастон назвал её своей невестой и не мог бросить в лапах Чудовища. Точно так же, как теперь сама Белль не позволит ему погибнуть. «Чем ты можешь заплатить за его свободу?» - звучит в ушах принцессы насмешливый голос Темного. Белль знает, почему его забавляет такое предложение. Он не позволил ей попрощаться с родными и взять хоть что-то из вещей. В Тёмном замке её титул — ничто, и даже платье Белль ей не принадлежит. Белль вспоминает, как властно Тёмный обнимал её, когда уводил из отцовского замка, и горько улыбается. Что ж, если она не может заставить Румпельштильцхена изменить условия прошлой сделки, то предложит ему новую. За весь день Темный больше ни разу не зовет служанку. Почему-то это только усиливает решимость принцессы, но, когда на замок опускается ночь, ее страхи опять выползают наружу. Девушка стоит в своей спальне и смотрится в зеркало. Здесь у бывшей принцессы нет фрейлин, чтобы заботиться о её внешности, но этого и не нужно. Волнистые волосы по-прежнему падают на спину густым водопадом, а белоснежная рубашка подчеркивает атласную белизну кожи. Она все так же красива, но оценит ли это тот, кому девушка собралась предложить свою красоту. Когда Румпельштильцхен привёл Белль в замок, то велел ей наводить порядок во всех комнатах, запретив входить лишь в его спальню. И сейчас Белль испуганно мнётся перед дверью, не решаясь постучать. Время уже перевалило за полночь и Темный давно спит. По крайней мере, Белль надеется на это, ведь из комнаты не доносится ни звука. Принцесса негромко кашляет, прочищая горло и пытаясь собраться с мыслями. Она продумала все, что скажет, еще за обедом, но сейчас от волнения не может вспомнить ни слова. На мгновение ледяной ужас захватывает Белль с головой и больше всего на свете она хочет сбежать. Вернуться в спальню, забраться в постель и накрыться одеялом с головой, убедив себя, что все происходящее не более чем сон. И завтра, когда она откроет глаза, то увидит отца. Не будет ни замка Темного, ни ужасной войны с ограми, ни Гастона, доживающего свои последние часы. Даже не успев, подумать, что делает, Белль нажимает на ручку и переступает порог. Постучать она забывает. Кажется, Румпельштильцхен действительно спит. В спальне царит полумрак и принцессе приходится несколько раз моргнуть, пока глаза привыкают к темноте. Мужчина лежит на боку. На нём ночная рубашка с кружевными манжетами, и видеть его в такой одежде настолько непривычно, что у Белль вырывается истерический смешок. Румпельштильцхен мгновенно просыпается, садится в постели. Щёлкает пальцами, и под потолком вспыхивает ярко-жёлтый шар. - Так-так-так, и кому же у нас не спится? – растягивая слова, певуче вопрошает Темный. - Я пришла, чтобы поговорить с тобой, - От слепящего света в глаза будто песка насыпали. Мир расплывается, и Белль щурится, но всё равно видит только размытый силуэт Румпельштильцхена. - Поговорить? О чем же? – смутная фигура плывёт по комнате, и Белль понимает, что Румпельштильцхен пересаживается в кресло. Наконец, Белль удается проморгаться. Никакого удивления по поводу ее внешнего вида Темный не выказывает, но она все равно чувствует себя неуютно. Хочется накинуть халат или хотя бы обхватить себя руками за плечи. - О Гастоне. Завтрашняя дуэль не должна состояться, - глубоко вздохнув, произносит принцесса. - В самом деле? И что же должно заставить меня передумать? – Румпельштильцхен хихикает и всплёскивает руками. – Или ты успела забыть мои условия? - Не забыла, - Белль качает головой. – И хочу предложить тебе сделку. Ты отпустишь Гастона и вернёшь его домой целым и невредимым… - А что я получу взамен? – теперь Румпельштильцхен смотрит с интересом. - Меня, - бесхитростно отвечает Белль. – Надеюсь, такая цена покажется тебе справедливой. - В таком возрасте и такая забывчивость, - Темный в притворном сожалении качает головой. – Дорогуша, позволь напомнить: ты и так принадлежишь мне. На-всег-да, как мы условились. - В качестве служанки, - уточняет Белль. Страх не исчезает, но прячется куда-то глубоко, и принцесса решается поднять голову, выдерживая взгляд мага. - Но я останусь на всю ночь. Здесь. С тобой. Каждое слово камнем срывается с губ. Девушка говорит негромко, впрочем, Румпельштильхцен вполне понимает ее. Нельзя сделать вид, будто она оговорилась или он ослышался, нельзя взять свое обещание обратно, но Белль и не хочет этого. Главное, чтобы маг согласился. - Весьма любопытно, - повинуясь взмаху руки Тёмного, по всей комнате в канделябрах зажигаются свечи. Теперь Белль стоит в центре освещённого круга, а Румпельштильцхен обходит её по границе света и теней, сам сливаясь с ними. Из-за этого мужчина опять выглядит тенью, а еще Белль кажется, что от него исходит холод. Румпельштильхцен неспешно изучает девушку. Замирая, качает головой, будто бы взвешивая ее на невидимых весах. Пытается понять, достаточно ли высока предложенная цена. - Я знаю, ты сам хочешь этого. Я помню, как ты смотрел на меня в замке. Как обнимал. И ты запнулся, когда говорил, что я буду твоей ценой, - всё быстрее бормочет Белль, словно пытаясь обогнать мысли Тёмного. - Внимательная девочка, - довольно кивает Румпельштильхцен. А в следующее мгновение он уже стоит за ее спиной, и Белль вздрагивает, ощущая его руки на обнаженных плечах. Ладони Тёмного обжигающе горячие. Он сильнее сдавливает плечи Белль, склоняясь над ней и шепча в самое ухо: - Только понимаешь ли ты сама, что предлагаешь? Или может, надеешься, что старый монстр расчувствуется и пожалеет тебя? Или даже, тронутый трагической судьбой влюбленных, отпустит вас обоих? Когти с такой силой впиваются в кожу, что наверняка останутся синяки. Не выдержав, принцесса ахает и Румпельштильцхен тут же ослабляет хватку. Теперь Темный осторожно касается ее талии. Его прикосновения настолько деликатны, что Белль внезапно чувствует себя хрустальной статуей, которую Румпельштильцхен боится разбить. - Ты понимаешь, на что соглашаешься? – голос Темного звучит приглушенно. На этот раз Румпельштильхцен не позволяет себе насмешки. Пожалуй, в его голосе слышится неподдельный интерес и … тревога. Горло сжимает спазм и Белль в состоянии лишь кивнуть. И сразу же поведение мага вновь меняется. - Скажи это сама. Я хочу слышать твой голос, - Румпельштильхцен оказывается впереди и встряхивает ее, словно тряпичную куклу. Свечи трепещут, хотя в спальне совершенно нет сквозняка. - Да, я все прекрасно понимаю. И не собираюсь тебя обманывать. Да и сомневаюсь, что бы это удалось, - Белль чувствует внезапную злость и позволяет себе короткую усмешку. — Я сдержу своё слово. Отпусти Гастона, и я твоя. Темный молчит. Он размышляет совсем недолго, но для взвинченной до предела принцессы каждое мгновение тянется вечностью. Румпельштильхцен выглядит совершенно беззаботным, будто бы в предложенной сделке нет ничего удивительного или странного. Хотя приглядевшись, Белль меняет мнение. Да, Темный пытается сохранить невозмутимость, но его глаза лихорадочно горят, а крылья носа хищно раздуваются. Они стоят так близко друг к другу, что принцесса слышит, как гулко бьется сердце мужчины. Не выдерживая этой пытки ожиданием, Белль переминается с ноги на ногу. И Румпельштильхцен, словно только ждал знака девушки, мгновенно целует ее. Одна рука собственнически обнимает принцессу за талию, вторая запутывается в волосах. Белль не может ни пошевелиться, ни вздохнуть. От поднявшегося внутри ужаса хочется кричать, но девушка лишь закрывает глаза. В конце концов, она сама согласилась. Несмотря на всю стремительность, поцелуй вовсе не грубый. Румпельштильцхен не спешит насладиться сделкой и целует ее осторожно, бережно, позволяя привыкнуть к его близости. Это нисколько не похоже на поцелуи с Гастоном, который всегда целовал невесту наспех, словно опасаясь чужих глаз. Но Белль все равно неподвижно стоит и мысленно считает про себя. Счет немного помогает отвлечься от ощущений, и девушка почти не обращает внимания на руку, которая теперь гладит ее по спине. Когда Белль доходит до двадцати, Румпельштильхцен отстраняется. Сейчас ему не удается спрятаться даже за подобием маски. Отблески свечей отражаются в его глазах, мужчина тяжело дышит. - Это значит да? – с трудом сдерживая порыв вытереть губы, хрипло уточняет принцесса. - Иди к себе. Юным девицам вредно гулять по ночам, - Темный насмешничает. Он взмахивает рукой, открывая дверь, но при этом не сводит с Белль взгляда. Будто ждет чего-то. - Но почему…. Это такая же сделка, как и все остальные.? Я думала, она заинтересовала тебя. – Белль чувствует себя окончательно сбитой с толку. Её бьёт дрожь, и она никак не может понять, что тому причиной — отказ Румпельштильцхена или то, что он больше не обнимает её. Взгляд Тёмного должен пугать. Его глаза практически черные, вот только Белль кажется, разучилась бояться. Принцесса порывисто вздыхает и делает шаг вперед. Сейчас девушка замечает, что Темный выше ее лишь ненамного. И, встав на цыпочки, она без труда может обнять мага за шею и прижаться к его губам. - Я сдержу свое слово. Правда сдержу, - шепчет принцесса. Вот только на этот раз Румпельштильцхен не отвечает на ее действия. Наоборот, сначала замирает, а потом и вовсе отталкивает. - И почему тебе все приходится повторять дважды? Такая сделка мне не нужна! - Тёмного кривится в жуткой гримасе, и сейчас Белль верит в то, что перед ней чудовище. - А как же дуэль? - смаргивая слёзы, шепчет Белль. - Состоится завтра на рассвете, - жёстко произносит маг, и в следующее мгновение порывом ветра Белль выносит из комнаты. Дверь закрывается у Белль перед носом, и на этот раз принцесса точно знает – открыть ее уже не получится.