Сейчас или никогда

-Ловите ее, - отмерев, заорал самый высокий, вскидывая вперед руку с оружием, - она нас видела! Черт подери, ловите! Из головы разом вылетели все умные мысли, а ноги сами понесли меня в глубь леса. Боже, как же я благодарна, что мой папа военный и поэтому всегда следил за моим физическим состоянием и за тем, чтобы я не прогуливала уроки физкультуры и тренировки с ним! Если бы не они, я бы упала уже через пятьдесят метров, а так ничего, подобный бег по пересеченной местности уже давно вошел в привычку, единственным отличием от занятий с отцом был животный ужас от понимания, что за мной бегут убийцы… Голоса все еще были позади и не сильно приближались, но зато приблизилось кое-что другое… Пуля просвистела в жалком сантиметре от моей щеки и как в масло вошла в ствол дерева, которое я только что чуть не протаранила лбом. Они стреляют! Мамочки! Я пискнула и втопила еще сильнее. Еще одна пуля пролетела недалеко от макушки, и я в ужасе закрыла уши руками, продолжая бежать вперед. Правое предплечье неожиданно обожгло, и я шокировано поняла, что в меня все-таки попали. Прижав к ране руку, я свернула в ближайшие кусты и кубарем закатилась в глубокую, незаметную пещеру. Божечки, как же умирать-то не хочется! Я спиной прижалась к холодным стенам пещеры, которая скрылась за раскидистым кустом и замерла, боясь издать хоть звук. Голоса приближались, но, кажется, преследователи не видели, куда я делась, поэтому в груди теплилась надежда, что они в конце концов просто устанут и уйдут. Я закусила ладонь, чтобы не застонать от боли и страха, и затаилась. *** Хосок бросил взгляд на часы и радостно улыбнулся. Автобус Ин На должен был приехать с минуты на минуту. Недавно сообщили, что он сломался в пути, но неполадки были устранены, поэтому он вот-вот подъедет. Парень несказанно обрадовался, узнав, что его мама пригласила девушку пожить у себя, он соскучился и очень хотел увидеть лучшую подругу детства. Интересно, а какая пельмень сейчас? Когда он уезжал, она была очень симпатичной: немного пухленькой с миленькими щечками и вечно вьющимися темными волосами. Хоуп прекрасно помнил, как гонял от Ин На парней, боясь, что они что-то сделают его наивной и доверчивой подруге, а та всегда жаловалась ему, что она некрасивая и на нее не обращают внимание, заставляя парня сцеживать в кулак смех. Интересно, а у нее сейчас есть кто-нибудь? Вдалеке показался нужный автобус и Хосок вскочил, засовывая руки в карманы и радостной походкой направляясь ему на встречу. Оттуда начали выползать люди, что-то недовольно бурчащие и косящиеся на усталого водителя, выгружающего багаж. Парень недоуменно пожал плечами и нетерпеливо переминаясь с ноги ногу постарался рассмотреть в пассажирах знакомое лицо. Салон постепенно опустел, но девушка так и не вышла. Хоуп нахмурился и взял в руки телефон, набирая номер, который, впрочем, был недоступен. - Что за фигня? - пробормотал он, направляясь к водителю. - Простите, это же рейс из Датсама? - Ага, - устало кивнул тот. - Я подругу жду, она должна была приехать на нем, но почему-то не вышла. - Парень, - потер тот виски, разворачиваясь спиной и показывая, что разговор окончен, - кто ехал, я всех привез. Не лезь ко мне, а? Я устал, как собака. - В смысле не лезть, - разозлился Хосок, хватая того за рукав куртки и разворачивая, - вы меня слышите вообще? Я говорю, девушка потерялась. Она на этом рейсе должна была приехать! - Смотришь плохо, - рявкнул собеседник, вырываясь и со стуком захлопывая багажное отделение, - ушла, значит, уже, подруга твоя! Просмотрел! Хоуп хотел было что-то еще ответить, но замер, уставившись на оставшиеся чемоданы на земле. Пассажиры уже разошлись, но три сумки продолжали стоять без хозяина. Он наклонился и подцепил пальцами мягкий брелок на большом синем рюкзаке. Пушистая белка из Ледникового Периода весело сверкала стеклянными глазами, вытянув вперед лапки с обожаемым желудем. Хоуп замер. Он мгновенно узнал эту игрушку, ведь сам лично подарил ее Ин На в день своего переезда… - Твою мать, - выругался парень, кинувшись за водителем, но тот уже сел в автобус и тронулся с места, не реагируя на крики парня, - Черт. Черт. Хосок еще раз оглянулся, в надежде, что и правда просто просмотрел девушку, и она где-то здесь, но на вечерней станции никого не было. Вообще. Парень еще раз выругался и вытянул из кармана телефон. - Хен, - заорал он в трубку, оглушая собеседника, - мне помощь срочно нужна. Подъехать можешь? Я все там же, на вокзале… *** Было темно. Очень. На горы уже давно опустились сумерки, а в пещере вообще не было источников света. Я сидела на земле, обняв колени и утирая рукавом слезы. Раненная рука побаливала и щипала, а разум заполнял страх. Из леса доносились странные жуткие шорохи, от которых по телу бежал табун мурашек, а в черноту пещеры смотреть не хотелось вообще. Я чувствовала себя беспомощной героиней фильмов ужасов, которые просто терпеть не могу! -Мамочка, - всхлипнула, обнимая колени сильнее, - забери меня отсюда! Пожалуйста! Мамочка. Было очень страшно. Преследователи так и не нашли меня, убравшись восвояси, но выходить в ночной лес полный подозрительных шорохов не было никакого желания. Хотелось есть, пить, спать, а еще было очень холодно. Но выходить было нельзя. В такой темноте, наступить не туда и провалится в какое-нибудь ущелье, было плевым делом, тем более с моей везучестью. Я отчаянно надеялась, что меня уже хватились. В конце концов, мама ждет моего звонка и Хосок должен встречать на вокзале. Должны же они понять, что я потерялась. А еще из головы никак не желала выходить сцена убийства. Перед глазами раз за разом всплывал момент, когда раздается свист и только что молящий о пощаде человек падает на траву, безжизненно раскинув руки. Он же лежит и сейчас где-то там, мертвый, хотя всего несколько часов назад был абсолютно живым… Его, наверняка, тоже ищут, у него же должны быть родственники и друзья, которые беспокоятся. И которые никогда теперь его не увидят… Я передернулась и снова заревела. Совсем не было сил быть сильной и мужественной, как всегда учил меня папа. Хотелось просто домой в тепло, услышать отцовский веселый бас и выпить мамин фирменный горячий шоколад. Будь проклята эта школа и этот чертов Пусан! Через полчаса сил уже не было даже плакать. Тело окоченело и дергалось от всхлипов и страха. Я уговаривала себя не засыпать, но дикая усталость брала свое… - Ин На, - вырвал меня из дремы чей-то далекий крик. Я встрепенулась и прислушалась в шорох ночного леса. Показалось наверно. - Ин На, - нет, не показалось! Я вскочила на ноги и, зашипев от боли в руке, выбежала из пещеры. - Ин На, - на этот раз крик был женский, - да где она! Кто это может быть, мгновенно испугалась я, поняв, что кричащая мне не знакома. Кто-то из преступников? Но среди них женщин не было. Привели, чтобы выманить? А откуда они узнали мое имя? Я собиралась снова спрятаться, но раздался еще один крик, на этот раз очень даже знакомый… - Черт возьми, пельмень, да где ты? – орал Хосок откуда-то издалека… - Хоби! – потрескавшимися губами прошептала я, и сорвалась с места, - Хоби, я здесь! Я бежала и слышала, как зовет меня друг, приближаясь все ближе. - Хоби! Кто-то выругался и уже через секунду, я с размаху влетела в крепкие руки, которые тут же меня обняли и прижали к горячему телу хозяина, у которого бешено колотилось сердце. А я заревела, как маленькая, судорожно всхлипывая и заикаясь. - Хосок-и, - ревела я, цепляясь за одежду друга, - там… они… он… я… - Тише, успокойся, - гладил меня парень по голове, - спокойно, Ин На, все хорошо. Я тебя нашел, пельмень, теперь все будет в порядке, не переживай. Пойдем в машину, расскажешь, что случилось. И не реви, слышишь? Все. Я рядом. Я послушно кивнула и позволила отвести себя в салон. Хосок открыл передо мной дверь на заднее сиденье и тут же залез сам, прижимая к себе и укутывая в свою куртку. Я все еще всхлипывала, а в машину в это время садились высокий широкоплечий парень и худенькая девушка с хвостом каштановых волос. - Не бойся, - успокоил меня Хоуп, заметив подозрительный взгляд, - это Джин-хен и его девушка Джи На – мои друзья. Я кивнула и крепче прижалась к парню, чтобы хоть как-то согреться. - Что с тобой случилось? – обеспокоенно произнесла Джи На, разворачиваясь с переднего сидения рядом с водителем. Я попыталась что-то сказать, но замерзшие челюсти только выстукивали ритм, не в силах подчинятся хозяйке. - Ясно все, - оценил мое состояние Хосок, - Хен, включи печку и поехали отсюда. - Нет, - тут же замотала я головой, вцепляясь в удивленного друга, - нет! - Чего нет, Ин На, - нахмурился тот. - Нн...н...ел…льз…з…я. - Чего нельзя? Ехать нельзя? Я закивала головой, показывая, что он прав. - Почему? - Да отстань ты от нее, - внезапно произнес Джин, - сейчас отойдет и все расскажет. Я усиленно закивала головой, а Хосок взял мои ледяные ладони в свои, растирая холодную кожу и стараясь хоть как-то помочь. - Ты наверно есть хочешь! У нас шоколадки есть, - зарылась в бардачок девушка, - правда, они растаяли, но хоть так. Я кинула на нее благодарный взгляд и с наслаждением впилась в мягкий шоколад, чувствуя, что это не спасает от голода, а только разжигает его, но не в силах остановится. - Согрелась? – заботливо поинтересовался Хоуп, когда я доела все три шоколадки и выпила литровую бутылку воды. - Расскажешь? Я кивнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы при воспоминании об убийстве. - И чего реветь опять вздумала? – хмыкнул друг, потрепав меня по макушке. - Пельмень, когда я уезжал, ты не была такой ревой. Ну, подумаешь, потерялась, никто тебя ругать за это не будет. Нашли же, ничего не случилось – это самое главное. Маме твоей я сказал, что ты у на… - Они его убили, - просипела я, перебивая парня, - понимаете, они убили его. И меня хотели! В машине повисла тишина и три пары шокированных глаз уставились на меня. - Кого, Ин На? – осторожно поинтересовался Джин. - Кто кого убил? Хосок, потрогай лоб, у нее температуры нет? Я резко оттолкнула тянущуюся ко мне руку друга и замотала головой. - Я видела, - громко всхлипнув, настаивала я, - я видела, как они убили мужчину, а потом погнались за мной! У них черная машина, большая! Джип или что-то вроде того. Они в лесу были, недалеко от дороги! Этих ублюдков четверо было, а он один! И они его пристрелили! - Тааак, - протянул Джин, вцепляясь в руль, - ты точно уверена? - Я не сумасшедшая! Я могу показать где, у нас автобус недалеко оттуда сломался, и я погулять вышла. Хоуп выругался, а Джи На растерянно потрепала челку. - Джин, в полицию надо звонить, - произнесла она, - может, он еще жив. - Нет, - снова всхлипнула я, - он мертв. Они ему… прямо… в голову… И я снова заревела. - Так, тихо, успокойся, - строго произнес Хосок, притягивая к себе, - пельмень, не реви, кому говорю! Сейчас во всем разберемся. Ты искупалась что ли где, чего у тебя куртка мокр… Он замер, когда в бледном освещение салона увидел кровь у меня на рукаве. - Твою мать, Ин На, - снова выругался он, - что за? Тебя ранили? Чего ты молчала-то? Это они? Черт, Джин, у тебя аптечка есть? - Я же говорю, они гнались, стреляли, - жалобно отозвалась я, - но мне не больно, царапина наверное! Рана и правда была небольшой, видимо, пуля прошла по касательной, рассекая лишь мягкие ткани. Однако Хосок все равно не на шутку разозлился, обрабатывая руку и продолжая проклинать стрелявших. Джин в это время завел машину, и та мягко тронулась с места. - Стойте, - испугалась я, задирая голову, - мы что, уедем и его так здесь и оставим? Он же лежит… там… - Не волнуйся, - отозвался Джин, - выедем из леса, связь поймаем, и я позвоню отцу. А он уже сюда со следственной группой вернется. Ты готовься, тебя по-любому как свидетеля вызовут. Я кивнула и откинулась на плечо все еще ругающегося друга, чувствуя, что слишком вымотана и вот-вот засну…