Жидкий терминатор

      Вася родился в семье русской интеллигенции и был хорошим мальчиком. Все его любили. Папенька, Лев Натанович, его Гадом* назвать хотел, а мама решила - пусть будет Вася, чтобы его удаче лишний раз никто не завидовал.       Ребенок хорошо учился. Уже в 12 лет играл на скрипке подавая большие надежды. А в 13 его хотели в школу для одаренных детей переводить. Однако, сам Вася резко воспротивился. Ему не хотелось терять друзей, а главное, свою исключительность. Кто знает как оно там будет среди “таких же как и он сам”. Проблема была даже не в тщеславии, а в том, каким он себя представлял и какое место он занимал в этом мире. Вася был хорошим мальчиком, даже слишком. Обладая живым умом и неуемной энергией, он всегда помогал обращающимся за помощью одноклассникам, ничего не прося взамен. Чем он будет заниматься лишившись такой возможности, он представлял плохо.       Родители радовались успехам сына. Главное, ребенок отлично учился, помогал по дому и ни разу не расстраивал семью. Он был хорошим.       Папенька, для закрепления педагогического успеха, постоянно повторял ему: “Будешь плохим - попадешь в концлагерь!”. Лев Натанович показывал сыну фотографии из семейного альбома времен Второй Мировой Войны сделанные дедушкой, мужественным человеком прошедшим все концлагеря. На фотографиях были запечатлены люди находящиеся за колючей проволокой. Наглядно показывалось, какими они были в самом начале и какими становились в последние дни своей жизни. Было также много фотографий немецких офицеров, веселых и целеустремленных. И лишь изредка можно было заметить самого дедушку, его печальные глаза с хитринкой и улыбку играющую на слегка полноватых губах.       Отец рассказывал множество поучительных историй. Благодаря им, в мальчике на долгие годы поселился благоговейный страх перед людьми, что придут к нему судить, плохой он или хороший. Однако, несмотря на все старания родителей, а может и благодаря им, в мальчике рос бунтарь. Он стыдился раболепия и пиетета отца по отношению к тем кто сильнее. Нет. Василий понимал отца. За видимой трусостью скрывался настоящий лев. Но его разочаровывал тот факт, что мужество и самоотверженность родителя проявляли себя только если нечто угрожало его собственной семье.       О бунте ребенка, ровно как и о его причинах, никто не узнал. Когда он злился, то просто уходил в свою комнату и вместо учебы, начинал играть в компьютерные игры. Назло родителям. Однако, это их и не особо волновало, поскольку на учебе его проказы никак не сказывались.       Символом самого бунта стал образ Арнольда Шварцнеггера из старого фильма “Терминатор 2”. Крутой робот, который в отличие от отца ни перед кем не унижался, не дрогнув стоял под пулями и окончил свой путь как настоящий герой. Его постер мальчик разместил в своей комнате. В трудные минуты, моменты слабости и во время принятия сложных решений, представлял себя в его образе. Он шел другим путем, на котором образ отца, как пример для подражания, скорее угнетал, чем побуждал к действию.