Беспечный Ангел

      3 часа ночи. Обворожительная блондинка спокойно идёт вдоль пробки на дороге. Идёт и не понимает, херли тут такая пробка ночью что делать дальше со своими чувствами.       «Чёрт, угораздило же… Может, признаться ему? Нет-нет-нет. Не стоит. Плохая идея, глупая Люси. Я ведь совсем не в его вкусе…» — на лице златовласки промелькнула грустная ухмылка.       Дойдя до своего дома, она разулась, переоделась в домашнюю одежду и, так как спать совсем не хотелось, взяла гитару и тюнер для настройки гитары. Села на кровать, положила гитару на колени, прикрепила провод от тюнера на гриф гитары и начала дёргать каждую струну, одни натягивая сильнее, другие ослабляя. Закончив настройку, она взяла тетрадь с нотами, открыла её на нужной странице, подняла с колен гитару и на её место положила ту самую тетрадь. Полилось нежное звучание струн. Она начала играть переборами. Спустя несколько секунд по комнате разлился её нежный голос. Усталый, с небольшой хрипотцой от ещё не проветренного алкоголя, но в то же время нежный голос.       -I walk through the valley of the shadow of death, I fear no evil because Iʼm blind to it all. My mind and my gun they comfort me, because I know Iʼll kill my enemies when they come. — сначала её голос выдавал неподготовленность, и в некоторых местах она фальшивила, но после он звучал более уверенно. Более живо. Более звонко. Surely goodness and mercy will follow me all the days of my life, and I will dwell on this earth forevermore. I walk beside the still waters and they restore my soul, but I canʼt walk on the path of the right because Iʼm wrong. but I canʼt walk on the path of the right because Iʼm wrong… — после повторения этих строк она убрала руку со струн, не желая продолжать. Тень с чёлки закрывала глаза, из которых поспешно лились струйки солёной жидкости.       -Опять слёзы без причины? Чёртов переходный возраст, — тяжело вздохнув, она отложила гитару и подошла к салфетнице. Люси выдернула одну бумажную салфетку из коробки и начала вытирать слёзы с лица. Выбросив в мусорный бак салфетку, блондинка убрала гитару в чехол. Послышался звон ключей. Поняв, что отец внезапно вернулся с командировки, Лю запрыгнула в кровать и с головой укуталась в одеяло.       Последовал скрип двери. Открылась дверь её комнаты. Вошёл Джуд, со свисающим галстуком, растрёпанными волосами, полуснятым пиджаком и бутылкой в руке. Пройдя в комнату, он упал в кровать Люси. Та ойкнула и посмотрела на отца, что лежал на её груди.       -Пап, ты пьян? — обеспокоенно спросила Люси. Как никак, он - единственный родственник, что у неё есть, да и она, не смотря ни на что, любит его. Как отца, конечно же.       -Лейла? Лейла… — тихо произнёс Джуд, смотря на Люси. Она и вправду была чертовски похожа на свою мать. Джудо начал расстёгивать по одной пуговичке её рубашки, которую она носила, как домашнюю одежду.       -Пап, ты что делаешь?! — Лю пыталась выпрыгнуть из кровати, но ей не давала сделать это туша, лежащая на ней. Тяжёлая туша.       -Лейла, как я скучал, — хриплый голос выдавал его пьяное состояние. Люси начала бить отца по рукам, но тот лишь схватил одной рукой обе её руки и прижал к спинке .       -Нет, не надо, прошу! — умоляла блондинка, когда тот начал оставлять засосы на её шее. Через секунды на ней и на нём не было никакого белья. Поняв, что больше не может, Джуд резко вошёл в златовласку. По квартире раздался жуткий крик.

***

Тем временем у Нацу.       -Молодой человек, может, всё-таки хватит уже? Вы и так пьяны, — просила пепельноволосая девушка. На её рубашке был бейдж с именем, «Лисанна».       -А знаете, вы правы, Лисанна, — спокойно сказал Нацу. В кафе почти никого не было. Джу, Грей, Леви и Гажил ушли через 20 минут после того, как ушла Люси. Из компании остался один лишь Нацу, — Не могли бы вы составить компанию убитому горем молодому человеку?       -Но только до первого заказа, — присаживаясь за , сказала официантка, — Что же всё-таки стряслось? Что заставило вас так напиться?       -На «Ты» можно? — спросил Нацу. Та в ответ помахала головой в знак согласия, — Девушка изменила. Звонил ей. Она думала, что после разговора сбросила трубку. Как же она ошибалась…       -Вы услышали что-то плохое?       -На «Ты», пожалуйста, я же твой ровесник, — с грустной ухмылкой сказал тот.       -Простите, непривычно.       -Ладно уж. Слушай, можешь оставить номерок? Протрезвею, позвоню, извинюсь за предоставленные неудобства, познакомимся ближе, — спокойным голосом говорил Нацу, разблокировав телефон и попутно доставая кошелёк.       -Конечно, записывайте.

***

      Послышался скрип двери, а после и хлопание ей. Джуд вышел из квартиры с теми вещами, с которыми он и пришёл. Будто ему дали выходной и позволили съездить домой на несколько часов.       На кровати лежала голая блондинка, скрутившись в комочек. Растрёпанные волосы, мокрая от слёз подушка под ними, красные опухшие глаза, кровь на простыне. Ей было противно от самой себя. Ей было противно от своего существования. Ей. Было. Противно.       Не желая вставать, она пролежала в этом положении до самого утра.

***

      9 часов утра. Встав с кровати, она прошла в ванну, дабы смыть касания грязных лап отца. Посмотрев на себя в зеркало, она закрыла ладонями лицо. Красные опухшие глаза, гнездо на голове, сухие потрескавшиеся губы. Замазав тональным кремом синяки под глазами, она вышла из ванной и начала надевать чистое нижнее бельё. После достала из шкафа чёрную юбку-карандаш чуть выше колена, белую блузку с чёрным кружевом, чёрный кардиган и чёрные балетки, ещё ни разу не ношенные. Она подошла к зеркалу, заплела небрежный пучок и вышла из комнаты, прихватив так полюбившийся ей рюкзак.

***

      Шумные улицы центра города наполнены как людьми, так и машинами. Вдоль дороги идёт мрачная девушка. Чёлка выбилась из пучка и прикрывает один из двух пустых глаз. Чёрный лёгкий кардиган развивается на ветру. Наушники воткнуты в уши. Из них еле слышно окружающим такие строчки, как «Iʼve been cursed, Iʼve been crossed, Iʼve been beaten by the ones that get me up»       -Iʼve been cut, Iʼve been opened up, Iʼve been shattered by the ones I thought I loved, — тихо пропела леди последние строчки куплета.       Перейдя через дорогу, та направилась в парк, что находился не так далеко. Проходя мимо сцены, около которой столпилось множество народу, та посмотрела на саму сцену. Разукрашенные в маски брутальные рокеры орали в микрофон. Закончилась песня, и после небольшой болтовни кто-то из толпы крикнул «Котики». Те сразу начали играть на инструментах, самый брутальный вышел к микрофону и начал грозным басом орать в микрофон.       -ПЁСИКИ-МИЛЕНЬКО, КОТИКИ-МИЛЕНЬКО, ЁЖИКИ-МИЛЕНЬКО, СЛОНИКИ-МИЛЕНЬКО, МИЛЕНЬКО, МИЛЕНЬКО, МИЛЕНЬКО, МИЛЕНЬКО, — и так ещё много раз. Недоумевая, блондинка пошла дальше своим путём. (НУ И, БЛЯТЬ, ЗАЧЕМ Я ДОБАВИЛА ЭТУ СЦЕНКУ? Ой, дурнааая…)

***

      Милая девушка сидит на скамейке, облокотившись о её спинку и поедая недавно купленное мороженое.       -Нужно будет наконец-таки снять квартиру. Деньги же есть, — бубнила себе под нос блондинка, пока не заметила чуть поодаль себя розовую макушку.       Она только собралась помахать ему рукой, как тут, будто по велению уже поднятой руки, заметила коротковолосую особу, что вёл Нацу под локоть. Та прижалась к нему.       Послышался хруст. Вафельный рожок развалился под давлением руки блондинки, и мороженое полетело ей прямо на юбку. Заметив блондинку, розоволосый с новой пассией устремился в её сторону.       -Йо, Люська! — прикрикнул подходящий всё ближе и ближе Нацу. Видимо, Лисанне, а именно так звали ту девушку, не понравилась такая внезапная встреча с подругой Драгнила. Та дёрнула за рукав Драгнила и, шепнув что-то на ушко, потянула его под руку то-ли в сторону отеля, то-ли парка развлечений.