Беспечный Ангел

-Cause my mind has lost direction, somehow… — снова из-за кулис выходит парень, снова он выполняет такие уже привычные действия. Снова она пела с душой, с неподдельными чувствами.       Вот уже прошли полторы недели. Это генеральная репетиция, и завтра они уже должны будут выступить. Всю эту неделю они разговаривали лишь на «Привет», «Пока». Его, кажется, всё устраивало. Он так же беззаботно улыбался, но уже не ей. Он веселился, но опять же не с ней.       Она скучала по нему. Сладостные объятия, в которых она просто утопала… ей не хватает их. Она боялась написать ему в Facebook, боялась сказать при нём что-то не то. И так проходила неделя.       Люси стала со Стингом, как родные. Не подумайте ничего, только как брат и сестра. Он познакомил её со всеми членами их группы, которые так же учились в Fairy Tail, она взамен познакомила их со своими друзьями. Теперь эти две компании соединились в одну и проводят время вместе.       И только Люси отдаляется от них. Все видят её состояние, и даже знают, из-за чего всё так. Парни пытались поговорить с Нацу, но его постоянно «сторожила» Миражанна. Девушки всё своё свободное время пытались провести с Люси, что совсем раскисла.       Очередной звонок на перерыв. Снова она выходит из актового зала вся мокрая, с потёками туши. Стинг остался там, так как нужно было найти место, куда сложить свой инвентарь, то есть зонт и куртку.       Опять она одна сидит за столом и пьёт чай с лимоном. Скучающим взглядом она провожает идущих к столикам учеников, выискивая розовую макушку среди них. Внезапно сзади кто-то обхватил её локтем вокруг шеи, а после потрепал сжатой в кулак ладонью её волосы. -Люся, ты чего без меня ушла? Подождать было впадлу? — возмущался блондин. Блондинка лишь поправила свои волосы и виновато улыбнулась. -Прости, задумалась и не заметила, как ноги сами понесли сюда, — юноша уже сел на стул рядом с ней.       Она уловила взглядом такой знакомый красный галстук, обладатель которого постоянно расстёгивал первую пуговицу чёрной рубашки. Она и вовсе расстроилась, увидев возле него белокурую девушку.       Всю эту неделю он провёл в сопровождении одной кажущейся ей надоедливой особы. Каждое её действие в сторону Драгнила будоражили кровь Хартфилии. В ней просыпалось неведомое до этого чувство ревности, гнева. Ей хотелось вцепиться в волосы этой девушки и как можно дальше запустить её в воздух. К счастью, она всегда сдерживала такие порывы в себе. Или к сожалению…       Она и не заметила, как уже все сели за стол. Он был полностью окружён людьми. Естественно, ведь к ним подсели ещё 5 человек, пододвинув стулья. Сейчас этот стол был, наверное, самым шумным из всех.       Люси не решалась вмешиваться в разговор. Она так и смотрела на Драгнила, не отрывая глаз. Хотелось встать из-за стула, подойти и просто прижаться к нему. И она бы так и сделала, если бы не чёртов звонок. Встав самой первой из компании, она ушла по направлению к актовому залу.

***

-И так, шпаньё! — кричал со сцены дедок. Кажется, для него и микрофон не понадобится. — Не буду раздувать эти занудные речи, так что начнём сразу с 11-А класса! — под громкие аплодисменты на сцену вышли 3 человека.       Зал был весь обставлен пуф-мешками, что уже само по себе было странно. На них с удобством расположилась вся школа. Свет во всём зале был выключен, падало освещение лишь на сцену.       Вернёмся к выступлению. На сцену вышли 3 человека. 1 девушка и 2 парня. Свет был направлен на них, за их спинами на экране была картина обычной квартиры. Парни соревновались за сердце дамы. Расположившись на одинаковом расстоянии друг от друга, они делали шаг к суженой с каждым оригинальным комплиментом.       Сценка закончилась тем, что оба одновременно сказали последний комплимент и, поцеловав её с двух сторон в щёки, вручили шоколад.       Прошли ещё две сценки. Они были довольно банальны и скучны. Вальс под медленную музыку.       Настало время 11-Г класса. На сцену вышли дерево (Леви, если кто не помнит), на экране появилась картинка парка, послышалось щебетание птичек.       Пошла первая пара. Они вырезали на дереве свои инициалы в сердце и ушли дальше. Вторая пара сделала то же. Вышла ещё одна пара, и вместо того, чтобы вырезать свои инициалы, они выкопали ямку и посадили ещё одно дерево рядом с Леви.       Дальше картинка разделилась на 3 квартиры. В первой квартире пара ссорилась, во второй тоже, и только в третьей как был мир и покой, так и остался. После вышли два дерева. На картинке показали, что их корни переплелись. Верхушки деревьев склонились друг к другу. Некоторые в зале улюлюкали от умиления, раздались аплодисменты.       И так прошло ещё 5 сценок. Настала очередь класса Нацу. 11-Е.       На сцену выехал картонный поезд, а после и выбежала девушка в нежно-розовом платье по колено. Её вид завораживал, за каждым её действием смотрели все в зале. Милое личико, нескромные формы, отличная актёрская игра… Она осматривалась по сторонам, всё это происходило под звучание скрипки.       Из поезда вышел юноша. Цвет его волос гармонировал с цветом платья девушки. Мира, а именно так её звали, сразу же подбежала к парню. Он подхватил её и начал кружить.       Люси наблюдала за всем этим из-за кулис. Сердце больно кольнуло, хотелось убежать. Её разрывало на части.       Финальный момент. Сцена хоть и была короткая, но могла затронуть струнки души. Она дарит ему шоколад, он притягивает её. Весь зал затаил дыхание. Юноша посмотрел куда-то в сторону кулис, где стояла блондинка. Она смотрела на него одновременно с трепетом, восхищением и обидой, горестью. Его рука упала на затылок Миры, что стояла и вопросительно на него смотрела. Притянув её к себе, он легонько коснулся своими губами её и тут же отпрянул. Легко, невесомо, не как это было на репетициях. Девушке не понравился такой расклад, потому она притянула его уже сама и жадно впилась в его губы.       Блондинка судорожно вздохнула. Из глаза одиноко прокатилась слеза, что оставила за собой мокрую дорожку. Хотелось сгинуть в мир иной. Ей было до боли обидно, но она понимала, что это наверняка не задумка Нацу, что он не хотел.       Зал взорвался аплодисментами. На её плечо упала тяжёлая рука. Повернув голову, она увидела ободряющую улыбку человека, что стал ей, как брат. В ответ она улыбнулась, хоть по лицу и продолжали течь слёзы. -И так, и последние участники! — торжественно провозгласил директор. — 11-Д класс, что пожелал быть последними! Прошу! — старик быстро выбежал со сцены. На экране включилось изображение дождливой улицы, а после и пошёл сам дождь. -My insides all turned to ash, so slow… — включился первый прожектор. Он был направлен на Люси, что выходила из-за кулис с микрофоном в руке. Её голубое лёгкое платье на тонких лямках тут же промокло насквозь. And blew away as I collapsed, so cold… — вот она поставила микрофон на специальную подставку всего одним движением. A black wind took them away, from sight… And now the darkness over day, that night… And the clouds above move closer, — первая пара, вторая… Люси не оглядывалась на них. Слёзы смешались с каплями так называемого дождя. Looking so dissatisfied But the heartless wind kept blowing, blowing I used to be my own protection, but not now Cause my path has lost direction, somehow A black wind took you away, from sight And now the darkness over day, that night And the clouds above move closer Looking so dissatisfied, — розоволосый парень и не смотрел на неё вовсе. Он обсуждал выступление его класса с Мирой. Зал затаил дыхание, прислушиваясь к мелодии. And the ground below grew colder As they put you down inside But the heartless wind kept blowing, blowing, — её голос выражал неподдельную грусть. С каждой репетицией он становился всё искренней и искренней. So now you're gone, and I was wrong, — она начала жестикулировать руками. I never knew what it was like, to be alone On a Valentine's Day, on a Valentine's Day, — опять же запись звука, всё, как и положено. On a Valentine's Day, on a Valentine's Day… On a Valentine's Day, on a Valentine's Day (I used to be my own protection, but not now) — она шептала эти строки, прижавшись губами к микрофону и обхватив его руками. On a Valentine's Day, on a Valentine's Day (Cause my mind has lost direction, somehow) On a Valentine's Day, on a Valentine's Day (I used to be my own protection, but not now) On a Valentine's Day, on a Valentine's Day (Cause my mind has lost direction, somehow)… — её голос затухал с каждым словом. Из-за кулис лёгкими большими шагами выбежал парень, что накинул на неё куртку и, обняв её за плечо, проводил за кулисы, держа в другой руке зонт.       Нацу всё-таки удосужился к концу песни посмотреть на сцену. «Это ещё кто? Когда я в последний раз наблюдал за её репетициями, такого не было! — недоумевал у себя в мыслях парень. — Так, стоп… блондин, голубые глаза… Это ж Эвклиф! Ёханый бабай, так вот, зачем его у нас перевербовали!»       Зал просидел в тишине ещё около пятнадцати секунд, а после и вовсе взорвался свистом и хлопанием. Видно, что тема одиночества, затронутая в этой сценке, была больше по душе подросткам, чем учителям. Ото всюду слышались перешёптывания, а иногда и возмущённые возгласы. -Я же говорила, что можно показать что-то типа такого! Говорила! — возмущалась шатенка из класса Г. -Теперь они точно выиграют, — разочарованно вздохнув, шепнул на ухо подруге парень из 11-А. -Это же Стинг, что он у них делает? — тихо спросил Гажил у Джувии. -А я откуда знаю? — задала риторический вопрос Джувия. Обернувшись в сторону Драгнила, она заметила на его лице недоумение, пока Мира пыталась добиться его внимания. Кажется, такие касания Стинга как-то странно повлияли на парня. После недоумения последовало разочарование, а после и вовсе гнев. Кажется, он готов придушить Эвклифа.       Довольно ухмыльнувшись, Джувия отвернулась. Настало его время понервничать.       На сцену вышел завуч, Гилдартс Клайв. -И так, мелюзга! — громко сказал он в микрофон. Кажется, даже стены здания затряслись. — Пока наши достопочтенные жюри подсчитывают баллы, мы проведём конкурс. Сейчас у каждого в руках будет буклет. В нём вы должны проголосовать за класс, чьё выступление вам понравилось больше всего. Буклеты подписаны по классам, за свой класс голосовать нельзя! — после его слов из-за кулис выбежали младшеклассники в костюмах пчёлок (Прим. Автора: ? О.о) и начали разносить листочки. Всего пчёлок было 6, как и классов. Каждая из них взяла себе один класс и раздавала именно своему. — За победу в зрительском конкурсе класс получит набор школьных принадлежностей. — Каждый взял из портфеля ручку и началось голосование, что продлилось около 5 минут. По залу снова пролетели пчёлки, собирая буклеты, а после на сцену вышел директор Макаров. Дети отнесли листочки за кулисы, чтобы подсчитать голоса. -Снова здрасте, детишки! — крикнул он без микрофона. И вправду, зачем он ему с таким тембром? — Вы все постарались на славу. Я рад видеть в вас такой энтузиазм при работе на сцене! Хочу выразить благодарность вашим учителям за старание, Жеррару Фернандесу из 11-Е класса за проделанную работу DJ'я и Эрзе Скарлетт из 11-Г класса за работу осветителем! Не буду тянуть время, и скажу вам результаты сейчас! — по залу прошёлся гул. Аплодисменты со всех сторон, громкие свисты разносились, наверное, по всей школе. — По мнению жюри, третьего места достойны… — барабанная дробь, что включил Жеррар, — Жеррар! Не паясничай! — крикнул Макаров, посмотрев в закулисье. Жеррар лишь выключил аудио и поднял руки вверх в примирительном жесте. Послышался смешок с задних рядов. — Награду за третье место получают классы 11-Б, 11-В и 11-А классы! — послышался разочарованный вздох со стороны Б и А классов, а вот В ликовали. Три старосты класса вышли на сцену и, забрав праздничные пакетики с грамотами внутри, ушли на свои места. — За второе место грамотами и новыми партами в класс награждается 11-Г класс! — девочки всего класса подпрыгнули с мест и начали обниматься, радостно пища на весь зал. Парни лишь пожали друг другу руки, после чего на сцену вышла из-за кулис Скарлетт и, поклонившись, забрала пакет с грамотами и огромным картонным пластом, сделанным в виде чека на 18 парт. — И возьми, пожалуйста, свою грамоту, — уже тише сказал Макаров, ища среди огромной кипы наград для других классов, что будут ещё выступать, благодарность Эрзе и Жеррару. — И Жоре передай, — подростки с первых рядов прыснули в кулак, ведь только они смогли услышать, как директор назвал Фернандеса. — А первое место занимают… — десятисекундная пауза. Ученики затаили дыхание. Из-за кулис выбежала маленькая девочка в костюме пчёлки и вручила Макарову пакет с недавно подписанными грамотами со зрительского конкурса и 3 пласта, похожие на те, что выиграли 11-Г класс. Она быстро убежала со сцены, и Дрейяр, прокашлявшись в кулак, продолжил, — первое место занимают 11-Д и 11-Е классы! — По залу прошёлся радостный крик учеников этих классов. Люси продолжала сидеть в кресле, радостно улыбаясь. Стинг сидел рядом и так же тихо радовался, пока остальные в классе пищали от восторга.       Нацу подпрыгнул с пуфа, победно выставив руки вверх и громко крикнув «Есть!». Весь класс уже прыгал и пищал от счастья, ведь приз за первое место должен быть очень щедрый, раз за второе место дали новые парты. Так же подпрыгнувшая Мирожанна повисла на шее Драгнила, радостно смеясь. Места между пуфами было достаточно, поэтому он закружил её точно так же, как кружил на сцене. Поцеловав того в щёку, Мира одновременно с Люси зашагали на сцену.       Вот они зашли на сцену с разных сторон. Штраус сверлила Хартфилию самодовольным взглядом. Люси судорожно вздохнула и взяла из рук Макарова пакет и чек такой же, какой был у 11-Г класса, но вместо «18 парт» на нём было написано «Секрет ;)». Мира, оторвавшись взглядом от девушки, взяла всё то же самое. Повернувшись к залу, обе девушки добродушно улыбнулись и одновременно поклонились. Хартфилия спокойно ушла к своему классу. Те слёту отобрали у неё пакет и начали его тормошить в поисках своей грамоты, класс Нацу поступил точно так же, когда пришла Мира. -А теперь, результаты зрительского конкурса! — громко объявил Макаров. — Третье место занимает 11-Г класс! — так же громко сказал он. Эрза вышла на сцену и взяла из рук Макарова пакет с блокнотами, грамотами и ручками. — Второе место — 11-Д класс! — на сцену снова вышла Люси и взяла такой же пакетик, в котором покоились ещё и тетрадки (Вот это да!) — Первое место — 11-Е класс! — на сцену вышел уже Нацу. Он взял из рук Дрейяра пакет со всем вышеперечисленным и рисунками младшеклассников. Было видно, что они сделаны наспех, а сам зрительский конкурс был по началу без призов, ведь в каждом пакете покоились чеки, дата на которых стояла сегодняшнего дня, и куплены все эти вещи были 10 минут назад. — А теперь, расходитесь-расходитесь! Нам ещё зал после ваших поп-корнов и напитков мыть!       После этого все встали со своих мест. Каждый класс обсуждал что-то. Вся компания снова собралась вместе. Все, кроме Люси. Она, быстро забрав из класса свои вещи, выбежала из школы. Она весь вечер держала фальшивую улыбку, пока внутри всё разрывалось.       Он. Её. Поцеловал.       Тот момент раз за разом воспроизводился в её памяти. Хотелось скрыться от этих воспоминаний, от этого мира. «Ещё и так посмотрел на меня… кобель!» — она готова впасть в истерику. Нет, она уже впала в истерику. Добежав до подъезда, она быстро открыла дверь ключом от домофона. Сесть в лифт, нажать на кнопку восемнадцатого этажа, открыть дверь ключом, свалить сапоги в угол квартиры и уйти в ванну. Эти действия были слишком обычны для неё. Всё происходило спонтанно, всё, как обычно, не считая рыдающей во весь голос блондинки. Он в который раз растоптал её чувства. Не прошло и недели, а он уже начал измываться над её сердцем. Хотелось забыться в опьяняющем чувстве печали.

***

-Нацу, ебанись паштетом! — возмущался Гажил, что переловил его, когда тот выходил из актового зала. -Чего? — удивлённо спросил тот. -Какого хуя?! — так же возмущался Грей. Вся компания сейчас сверлила взглядом Нацу. -Да что такое?! — не выдержав, крикнул тот. -Где ты шляешься, чёртов Казанова?! — яростно крикнула Леви. -Ты хоть знаешь, что Люси на говно из-за тебя исходит?! — крикнул Стинг. Он беспокоился за неё так же, как и остальные её друзья, хоть и общается с ней всего две недели. -А ей-то что исходить?! Рядом с таким-то блондином! — настала очередь Нацу возмущаться. — Объятиям не противится, ещё и наоборот сильнее прижалась! Тьфу! — яростно кричал он. Кажется, он готов кинуться на Стинга с кулаками. Единственное, что его удерживало — Гажил. -Ты ебанутый? — спокойным тоном спросил Жеррар. — Ты хоть заметил чёрную полосу, проходящую через ваши отношения? -Какую к чёрту чёрную полосу? — немного успокоившись, спросил Нацу. Его до сих пор раздражала недоговорённость. — Единственная чёрная полоса — её отклики на действия Белобрысого! — и он снова был готов броситься на Стинга. Слава богу, сзади его за руки держал Гажил. -То есть, тот поцелуй с моделькой её волновать не должен?! — крикнул Стинг. Его крайне бесило то, что Драгнил не замечал своих провокационных действий. -И недели в ваших отношениях не прошло, как ты косяка упорол! — крикнул Гажил.       Повисла тишина. Нацу застыл на месте, удивлённо раскрыв глаза, будто они ему Америку открыли. -Люси для меня как сестра, ничего более, — спокойно сказал Стинг. Нацу всё ещё так и не дёрнулся. В его голове шёл тяжёлый мыслительный процесс. -Чёрт… какой же я дурак… — тихо произнёс он. Глубоко вздохнув, он выпрямился, после чего улыбнулся во все 32. — Спасибо, что открыли мне глаза. Стинг, спасибо, что присматривал за Лю, — искренне поблагодарил он и ушёл прочь шокированной компании в сторону кабинета. -Я думала, будет труднее, — удивлённо сказала Леви.

***

      Вновь ночь осела на Магнолию. Блондинка сидела в пуф-мешке, держа в руках чашку с чаем. Губы, как и ресницы, подрагивали, а красные глаза выдавали её состояние. Она просто сидела, уставившись в одну точку, и попивала чай. В глазах блестела грусть, отчаяние. Девушка была на грани.       Уведомление. Она положила чашку на стоящую рядом тумбу и взяла лежащий там же телефон. Новое сообщение. От Нацу.       -Спишь? — голосовое сообщение. Слышно, что он едет куда-то. В голосе прозвучала толика беспокойства. Хоть он и улыбнулся тогда друзьям, внутри него всё взрывалось от злости на самого себя. Не долго думая, она кинула его контакт в чёрный список.       Она любила его, но не хотела чувствовать боли. Свои же действия приносили ей невыносимую горечь.       Она любила его. Она ненавидела себя. «И чего я удивляюсь? — усмехнулась она. — Она ведь модель. Да и целуется она, наверное, лучше…»       Вокалистка снова заметила своё отражение в окне. В горле застрял ком. Хотелось поплакать на чьём-нибудь плече. Хотелось просто выговориться. «Но разве ему есть, с чем сравнивать?»       Они ведь и вправду ни разу ещё не целовались по настоящему. Было обидно, что он предпочёл целовать не её.       Послышался стук в дверь. Подойдя к ней, она услышала нервное притоптывание ноги. -Лю, открой, это я, — настойчивее простучав, сказал такой знакомый голос. Она продолжила дальше стоять возле входной двери. Истерика накатывает новой волной.       Поняв, что вести разговор через дверь будет не очень красиво с её стороны, златовласка открыла дверь. Её голова была опущена, из глаз уже начала течь влага. -Уйди… — тихо сказала она. Нацу лишь вопросительно посмотрел на неё, всё ещё держа руки в карманах брюк. -Думаешь, я оставлю тебя в таком состоянии? — нежно улыбнувшись, сказал он. Драгнил уже хотел переступить порог квартиры. -Сгинь в закат, я сказала! — крикнула она. Ладони были сжаты в кулаки, из глаз с новой силой полились слёзы. Он удивлённо посмотрел на неё. На десять секунд повисла гробовая тишина. Сделав шаг, он прижал Хартфилию к себе и закрыл дверь за собой. — Пусти меня! Отвали! — кричала она, пытаясь отпрянуть от Драгнила. Он лишь сильнее прижимал её к себе. — Придурок! Идиот! Дибил! Скотина! — продолжала кричать она. Из её глаз всё ещё лилась солёная влага. Ещё десяток оскорблений. С каждым оскорблением её голос становился всё тише и тише, а руки перестали бить его в грудь и просто свисали вниз. Она уже просто рыдала в голос, пока её прижимала к себе мужские руки. Хартфилия начала оседать на пол, и Драгнил вместе с ней. Она умостилась меж его ног, согнув свои под себя. Он прижимал её к себе настолько сильно, насколько мог. Одна его рука покоилась на её затылке, вторая на спине. Она уже сжимала ткань на спине его рубашки и, подняв голову вверх, громко стонала от отчаяния.