Часть 18.
25 мая 2019 г., 04:58
-Что это за чертовщина?! — громко крикнула златовласка, зайдя в класс.
А кричать было, из-за чего: заместо парт в классе стояли маленькие столики с различными конструкторами, листочками и карандашами, которые обычно стоят в детских уголках какого-либо кафе. Доска была вся разукрашена в яркие цвета мелом, красивыми строчными буквами было написано: «Молодцы!», радуга в углу, под ней мультяшно нарисованный единорог, в нижней части доски нарисованы цветочки. На полу вместо привычного линолеума был белый мягкий ковролин, а вдоль стены напротив доски были расположены разные качели. Некоторые смирились с очень странным подарком директора и сели за свои «парты», другие стояли в оцепенении, боясь пошевелиться, а кто-то уже вовсю веселился, качаясь на качельках-весах.
Глубоко вздохнув, блондинка разулась и, положив в специально отведённый шкафчик босоножки, босиком прошла к столику. Всё-таки, скоро начнётся урок, а значит, лучше подождать учителя и директора с их объяснениями насчёт всего этого. Сев за свою «парту», блондинка посмотрела вправо. Там, воодушевлённо играясь с конструктором, сидел её одноклассник. Слева от неё сидела девушка, что увлечённо что-то рисовала на листочке мелками из корзинки. Кажется, почти всех всё устраивает, и, если бы не принципы, блондинка бы присоединилась к веселью. Ей не терпится покачаться на деревянной коняшке-качалке, что стояла прямо рядом с другими качелями.
«Интересно, а что досталось классу Нацу? — подумала блондинка, смотря на конструктор, валяющийся в корзинке. — Ай, к чёрту принципы!»
***
Юноша стоял в дверях класса, не веря своим глазам. Он застрял в одном положении, и не выходит из него уже много времени. С одной стороны он был жутко рад такой вот детской забаве Директора, а с другой — как теперь писать на таких неудобных столах? Прямо в середине стола был вырез с корзинкой. -Нацу, блин, не тупи! Иди сюда! — кричал Грей, смотря на него из маленького детского «поезда». Класс отличался от класса Люси лишь тем, что вместо качелей здесь был небольшой паровозик, в который ребята смогли проползти лишь на корточках. — Здесь даже лавочки есть! Сомневаюсь, что твоя задница на них вместится, но ты только посмотри на это! -Чух-чух-чух, чух-чух-чух… — донеслось из самого первого — главного вагона, в котором сидел Жеррар. -Я, наверное, чего-то не понимаю, но какого хуя?! — спросил только что подошедший Гажил. Он удивлённо смотрел на Жеррара. Тот сидел в фуражке, которую он нашел на скамейке в вагончике. -Полезайте, тупни! Едем Москва-Владивосток! — деловито высунув руку из окна вагончика, сказал он, издавая звуки, характерные поезду. Гажил ушёл в аут. Нацу, приняв тот факт, что это ему не снится, залез в вагон к Грею. -Ботинки сними, сцука! — крикнул Грей. Спустя 10 минут прозвенел звонок. Грей посмотрел в окно паровозика и, заметив, что все места за столиками уже заняты, начал раскладывать предметы прямо на лавочке вагончика. Теперь-то он понял, зачем они тут — на них невозможно сесть, а вот писать на них гораздо удобнее, чем за столиками. Нацу удивлённо посмотрел на того. -Мсье, — аккуратно подбирая слова, начал он, — вы что, ебобо? -Сам ты ебобо! Иди в другой вагон, тут места только на одного! -Да я лучше за стол сяду! -Ага, попробуй! — с вызовом кинул Грей. Выйдя из вагончика, Нацу сразу же зашёл обратно и через «межвагонное отверстие» ушёл в другой вагончик, в котором расположились и его вещи. -Ну что, сел? — с усмешкой спросил парень. -Пшёл нафиг!***
-Здравствуйте, Дети! В кабинет зашёл директор вместе с учителем Литературы. Дети посмотрели на него, задавая немой вопрос. -Для начала хотелось бы выразить благодарность вам! Смотря ваше выступление, я даже слезу пустил, честно-честно! — положив руку на сердце, сказал он. — И, в знак благодарности, мы с вашим классным руководителем сменили дизайн класса, чтобы учиться было не только интересно, но и весело! Но не расслабляйтесь — это всего на месяц. Отдохните перед экзаменами в конце мая! — сказав это, он вышел из класса. -Этот месяц все уроки будут проходить в этом кабинете. По литературе ваш класс ушёл на три урока вперёд остальных, поэтому следующий три урока приходите просто хотя-бы для приличия. Сейчас занимайтесь тем, что вам хочется. -О, кайф! Нацу, иди, возьми 4 корзинки! — Сказал Грей, смотря, кто и не собирается прикасаться к пластилину и конструктору. — А, и Стинга позови. Драгнил на карачках выполз из вагона и, пройдя по рядам, взял корзинки у тех, кто к ним и прикасаться не будет, при этом прихватив Стинга, сидящего за столиком и играющего в конструктор, под локоть. -Товарищ Эвклиф, вы назначаетесь проводником пассажирского поезда №304! — с детской серьёзностью сказал Жеррар, снимая перед Эвклифом фуражку. — А теперь кыш в соседний вагон к Грею! -Есть, Сэр! — отдав честь, не вставая с колен, сказал Стинг и ушёл в вагон Фулбастера, где вместе они планировали построить огромную башню из пластилина и конструктора Драгнил в это время сидел в своём вагончике и, высунув язык, лепил что-то из пластилина. Со стороны Грея и Стинга слышались разные выкрики, в основном «Ай, ёпть, падает! Падает!», «Куда ты лепишь, ёбаный шашлык?!» и «Да не упадёт, зуб даю!» Прозвенел звонок. Не многие вышли из класса, продолжая делать что-либо из бумаи, пластилина и лего-фигурок. Когда башни из пластилина и конструктора были завершены, Стинг, насторожившись молчанием Драгнила, заглянул к Нацу. -Опа-ся! А чего это мы тут лепим, молодой человек?! — заглядывая из-за плеча друга, с задором спросил он. Внимательно посмотрев на фигурку, в которой точно был силуэт одной блондинистой девушки, он злорадно хихикнул и, аккуратно выхватив фигурку, быстрыми ползками вышел из вагончика и побежал в класс вторых победителей. -Стоять-бояться! — крикнул красный Драгнил, побежавший вслед за Эвклифом. -Люська-а-а! — крикнул тот, широко распахнув дверь класса. — А ты знала, что Нацу мастер на все руки?! -Чего? — удивлённо спросила она, всматриваясь в вылепленную из пластилина себя. -Стинг, чёрт тебя побери! — крикнул Драгнил, влетающий в класс вслед за Стингом. Увидев Хартфилию, внимательно рассматривающую его работу, он покраснел и хотел только убрать фигурку с поля зрения блондинки, как заметил на её парте точно такую же статуэтку себя. -Сладкая парочка! — прикрикнул Эвклиф. Нацу никогда не отличался нежными поступками. Ему всегда казалось, что проявляют свою любовь прикосновениями, сладостными речами и лестью. Он никогда не понимал, почему некоторым девушкам приятнее получить от своего парня ужин в постель, чем миллион роз под окнами дома. Но сейчас, кажется, в его голове что-то зажглось. Сейчас, видя восторг в глазах Люси, в груди разлилось какое-то странное чувство. Оно приятно сдавливало грудную клетку. Он понял. Понял, что воистину любящей девушке важнее то, сколько чувств вложил в подарок мужчина. Она не посмотрит на материальную ценность этого подарка. Будь это даже неуклюже слепленная фигурка, её будет всё равно — она была сделана любящими её руками, руками, что всегда будут нежно сжимать её ладонь. Девушка с трепетом посмотрела на Нацу. От такого взгляда Драгнил ещё гуще покрылся этой краской. «Я никогда не чувствовал такого… что же ты делаешь со мной, Люси?» Взяв фигурку из рук Стинга, она прокрутила её в руках и поставила рядом со своей. -Вот теперь пазл собран! — восторженно сказала она, с умилением смотря на фигурки с скрепленными руками. -Так! Хватай вещи и в наш класс! — приказал Стинг, убегая в свой класс. -Но… -А почему-бы и нет? — сказал Нацу, хватая портфель Хартфилии. — Никто ничего не заметит! Пойдём! -Ну… ладно, — неуверенно сказала та, вставая из-за стола. -Люсьена, здравствуйте! — поприветствовал её машинист, снимая фуражку. -Здравствуйте, мистер Жеррар, — приветливо улыбнувшись, в ответ сказала та. Быстро разувшись, она ушла вслед за Нацу в вагончик. -Люсьена, извольте принять в дар сие украшение! — с задором сказал Нацу, надевая на палец Хартфилии кольцо, слепленное за 4 минуты, из пластилина с лего-человечком вместо драгоценного камня. -Ох, вы так милы, мистер Драгнил! — сказала та, рассматривая на своей руке новое украшение. В это время лего-человечек отклеился и упал, сопровождаемый хохотом златовласки. Прозвенел звонок. Люси начала выползать с портфелем в руках из вагончика, но тут её кто-то потянул за ногу. -Мистер Драгнил, отпустите! — прикрикнула испуганно она. — Мне нужно идти на урок! -Никуда вы, Мисс Хартфилия, не пойдёте, — притягивая блондинку к себе, говорил Нацу. Согнув ноги под себя, он положил на них голову Хартфилии так, чтобы из окна не было ничего видно. Её ноги были согнуты в коленях, но их не было видно, ведь окно было не во весь вагон. — Мы договаривались! -Миссис, между прочим! — буркнула та, показывая, на какой палец тот надел кольцо. — Разве вы не смотрели, Мистер Драгнил, куда кольцо надевали? -Какая вы наблюдательная! В класс зашёл учитель. Люси зажала рот рукой, стараясь лишний раз не дышать. Всё-таки если её увидят тут, то непременно отправят к директору на ковёр. Нацу, стараясь не действовать резко, как он обычно это делает, убрал её руки со рта, показывая, что не нужно так сильно пытаться быть скрытной. Прошла уже половина урока. Драгнил проводил по волосам блондинки, от чего та блаженно улыбалась, иногда примурлыкивая. Он и не думал, что та настолько чувствительна. Другой рукой он рисовал каракули на листочке, стараясь всем видом показать, что занят чем-то увлекательным и никаких блондинок у него на коленях нет. Девушка забралась руками под рубашку Драгнила и, проведя сначала по прессу кончиками пальцев, приложила ладони, слегка поглаживая. -Тёплый, — блаженно прошептала она. — Мне холодно, Нацу. -Л-люси, — дрожащим голосом сказал он, заглядывая вниз, на девушку. — Лучше бы ты убрала сейчас оттуда руки. -М? — недоумевающе промычала она. — Нацу, пол холодный, как ты вообще продолжаешь на нём так невозмутимо сидеть? -Выдержка, Люси, — со скрежетом сказал он, — и она у меня не железная. -Хорошо-хорошо, убираю я руки, убираю. И он продолжил дрожащей рукой чертить каракули, пытаясь хоть как-то утихомирить поднявшиеся внутри чувства. Давление сильно подскочило, казалось, что вот-вот хлынет кровь из носа. И сказал он убрать свои руки не из-за какого-то животного желания, нет. Ему казалось, что он упадёт в обморок от такой близости с ней. Покопавшись в себе примерно неделю назад, он понял, что ещё с самого детства у него совсем не дружеские чувства к подруге. Ещё при первой их встрече в детском садике она запомнилась ему, как принцесса, несмотря на то, что «женами» его были совсем другие девочки. Он всё больше и больше влюблялся в неё по мере её открытия ему. Он никогда не видел, чтобы она плакала из-за парней. И, возможно, его чувства взлетели бы на волю раньше, если бы она рассказывала ему о том, какие хорошие у неё кавалеры, о том, как бывший — козёл — изменил ей, а она ведь его «любила»… Единственное, чего он сам боится — того, что в будущем он может стать этим самым козлом. У них ведь ещё вся жизнь впереди, вдруг она разлюбит его? В своих чувствах он уверен полностью, но, зная свой трудный характер, он боится, что она не смерится с его глупой ревностью к каждому столбу, с его вспыльчивостью, неумением выражать чувства. Пока Драгнил витал в облаках, с каждой секундой становясь чуть грустнее, Люси, видя, что настроение возлюбленного ухудшается, притянула того к себе вниз за галстук и легко коснулась его губ, тут же вернув того в исходное положение. Нацу шокированно посмотрел на блондинку, что, слегка покрывшись румянцем, задорно подмигнула тому. Расплывшись в улыбке, тот наклонился снова и продолжил так быстро прерванный поцелуй, превращая его в более взрослый, но не менее нежный. -Драгнил! - крикнул учитель, заметив, что тот слишком долго бродит где-то под окном. Резко оторвавшись от испуганной Люси, он принял сидячее положение, прерывая желание отдышаться. -Мелок закатился, еле достал! - и он с выражением на весь класс начал рассказывать о приключениях мелка под лавочкой. Люси еле сдерживалась, видя, как краснющий Нацу оправдывается перед учителем. Мира всё это время наблюдала за ним. Она знала, что блондинка лежит сейчас где-то под окном, и резко отворачивалась, когда тот раз за разом дёргался и краснел.
