Сила мысли

Девушка запрокинула голову назад, насколько это было возможно, и улыбнулась. — Привет! — сказала наследница. У Мадары в глазах немного потемнело, когда он увидел приподнявшуюся грудь Мицукине и её длинную тонкую шею… Резко мотнув головой, Учиха вскочил на ноги, а после, отведя взгляд в сторону, отрешенно кивнул в знак приветствия. — Ты мне помочь не хочешь? — поджав губы, Мичиру, с озорными огоньками в глазах, обратилась к воину. — Нет, — резко буркнул он, а после протянул руку девушке. «Я же сказал нет!» — возмутился Мадара собственным действиям. Дожил… начинает вступать в конфронтацию с самим собой. — Ты выглядишь сегодня великолепно! — радушно улыбнувшись, сказал Хаширама, обратившись к Мичиру. — Спасибо, — застенчиво опустив взгляд, девушка подошла к первому Хокагэ. Мужчина и наследница мило «ворковали», казалось вовсе позабыв о том, что здесь ещё есть Мадара! Раздраженно фыркнув, воин резко отвернулся от них и вернулся к садоводству, принявшись с новой силой раскапывать «лунки». — Так рад тебя видеть… живой, — глупо усмехнулся Сенджу. — Я ведь и так живая, — пожала плечами Мицукине. — Не обманывай себя, ты выглядела слишком замученной, — махнул рукой Хаширама, усмехнувшись, — а… Ру, я вообще к тебе пришел… «Я вообще к тебе пришел», — находясь спиной к «паре», Мадара усиленно выкапывал ямки, мысленно передразнивая друга. И с чего это раздражение появилось? — Да? Что-то случилось? — забеспокоилась Мичиру, заправив за ухо прядь волос. — А… нет, всё в порядке, — Хаширама, засмотревшись на этот жест, с некоторой паузой дал ответ, — я просто думал, что ты составишь нам компанию. «Я просто думал, что ты составишь нам компанию, — Учиха продолжал ёрничать, передразнивая Сенджу, — Хаширама, иди домой, — скривил нос Мадара, — тут вчера один уже такой приходил…» Нет, что-то определенно было не так, внутри груди воина что-то зудело, причем с каждой секундой увеличивая раздражение. — «Нам»? — переспросила Мичиру, — кому это «нам»? — Ну… Цуна, я, да даже Тобирама! Мы просто так давно тебя не видели. Раньше ты хоть изредка забегала… «Мы просто так давно тебя не видели», — Мадара, сильно поддавшись мысленному кривлянию, не заметил, как собственное тело «подключилось» к словам. — Ох… — Ру вдруг распахнула глаза, — ужин. Я помню, что обещала зайти на ужин. Хаширама… — с сердечным теплом прозвучало имя первого Хокагэ, но затем в голубых глазах появилось сожаление, — извини, я… сегодня занята. — Опять миссия? — вздохнул мужчина, чувствуя, как подобное уже начинало напрягать. — Нет, — с легкостью ответила девушка, — Мадара, — Ру, скрестив руки на груди, кивнула за спину. «Что?» — Учиха застыл в странной позе на коленях, когда услышал собственное имя. — Правда? — Хаширама немного выглянул из-за фигуры Мичиру, — Мадара, Ру сегодня с тобой? Ты себя плохо чувствуешь? Учиху чуть паралич не накрыл после такого вопроса, а тяпка сама выпала из руки и со звуком воткнулась в землю. — Что? — нахмурив брови, мужчина резко повернулся на друга. — Ты мне обещал, — мягким голосом проговорила Ру, не сводя голубых глаз с воина. — Нет, — сухо сказал Мадара, а после поднялся, отряхнув колени. — То есть «нет»? — Мичиру невольно нахмурила тонкие брови, — ты мне обещал, — немного повысила тон наследница. — Я ничего не обещал, — грубо прозвучали слова мужчины, — я пришел, а ты не возразила, вот и всё, — сказал как отрезал, а после снова вернулся к садоводству. От услышанных слов брови Хаширамы взлетели на лоб: «Что тут у вас происходит?» — некое детское любопытство поселилось в его сознании. — Мадара… — в тоне проскользнула опасность. — Ру, — с некой насмешкой произнес её «псевдо имя» Учиха, остановившись в действиях. Что-то неясное витало в воздухе, похожее на маленькие заряженные частицы, которые ждали, чтобы кто-то чиркнул спичкой, чтобы здесь всё взлетело на воздух. Хаширама завороженно наблюдал за происходящим. Это было даже интереснее, чем наблюдать за поведением Ино и Тобирамы в присутствии первого Хокагэ. — Ты… — процедила та сквозь зубы, — обещал… — Мадара позвонком почувствовал, как на последнем слове повеяло точеным лезвием. «Клинок…» — мысленно усмехнувшись, Учиха обернулся. В чёрных глазах полыхнули дьявольские огоньки, вот только что они сулили, Мичиру не знала, зато прекрасно поняла, что Мадара, кажется, получает удовольствие, когда выводит её из себя. «Вот же зараза…» — сжав губы, Ру тихо прорычала. — Слушайте, раз уж тут у вас не стыковка, может, сначала заглянешь к нам? — влез в «диалог» Хаширама, — а потом тебя заберет Мадара, что скажешь? Но Мичиру стояла неподвижно, упорно сверля недовольным взглядом одного из основателей Конохи. Её «чудесное» настроение медленно сходило на «нет» благодаря человеку, который сам же это настроение на высокую планку и поднял. — Ру, что скажешь? — с надменной ухмылкой вторил Учиха, намеренно сделав акцент на имени. — Скажу, что, если подойдешь сегодня ко мне, я голову с плеч тебе снесу, — резко и жестко проговорила Мичиру, не моргнув и глазом, — даже рука не дрогнет, — зловеще прошептала наследница, а после в голубых глазах блеснули опасные молнии. Девушка развернулась и направилась на выход с участка, — Хаширама, ещё увидимся… Сенджу, нижняя челюсть которого приоткрылась, взглядом проводил Мицукине, а после, с застывшим вопросом на лице, повернулся к другу. — Мадара, ты что творишь? **** Мичиру уже третий час тренировалась одна в лесу, где обычно была с Мадарой. Мизуки удивлялся напору своей хозяйки, ведь она ещё ни разу не сделала передышки, а для тренировок, совмещенных с концентрацией, превосходящей технику «слияния» и технику «регенерации», отдых был просто необходим. Клинок сначала намекал, потом просил, даже приказывал, но Мичиру его словно не слышала. Девушка всей душой возмущалась поведению Мадары. Какого черта он начал вытворять подобные «пируэты»? Почему буквально подставил её? Почему начал показывать «острые зубы»? Что с ним вообще сегодня? «Может его клещ укусил?» — подумала Мицукине, взмахнув катаной. «Кого укусил?» — скучающе спросил Мизуки, который уже никакого участия в тренировке не принимал. Он понял, что хозяйка не в духе, поэтому чтобы от греха подальше оказаться не воткнутым в землю по самую рукоять, просто помалкивал. «Да этого ушибленного завоевателя мира!» — возмущенно выпалила Мичиру. «А… — устало произнес Мизуки, — понятно, — вздохнул он, — теперь мне понятно, почему ты сегодня не в себе…» «Эй! — повысила тон Мицукине, — я в себе, это ясно?!» «Ясно, как день Ками…» — тихо произнес Мизуки, а после замолчал. Всё-таки на бой он её не готовит, торопиться не куда, пускай себе рвет и мечет, ему-то что… Но это были лишь предположения клинка, реальность была совершенно другой. Мицукине злилась. Безусловно, поступок Мадары подлил масла в огонь, но основная причина была вовсе другая. Мичиру злилась на то, что находилась в таких обстоятельствах, злилась на то, что не могла постичь всего мастерства собственного клана, злилась на то, что карта была почти готова, а она — нет. Девушка не следила за временем, попросту сбилась. Да и был ли смысл отсчитывать минуты, если наследница не выйдет из леса, пока не улучшит свои показатели хотя бы на грамм? Воинственно вскрикнув, Ру замахнулась, хотела срубить широкое дерево, как катана внезапно будто изменила собственный материал. И клинок, ударившись о кору, рухнул на землю, с легкостью выскользнув из руки блондинки. — Что? — голубые глаза распахнулись от негодования. «Мизуки… — Мичиру сбивчиво прошептала его имя, глядя на лежащий клинок, — что происходит?» «Я тебя предупреждал», — недовольно хмыкнул он. «О чем?!» — выкрикнула та. «О том, что тебе нужно было делать перерывы на отдых. Тренировка концентрации, что является подводящей к более мощной технике, невероятно затратна, а если её использовать много часов подряд, как это сделала ты, — акцентировала катана, — в один момент чакра закончится…» «Подожди… — замотала головой та, — ты… ты хочешь сказать, что у меня не осталось чакры?» — Ру в ужасе распахнула глаза. «А ты хочешь сказать, что осталась?» — насмешливо задал вопрос клинок. «Мизуки…» — голос наследницы был весьма беспокойным. «Только без паники, — усмехнулась катана, — главное, вовремя успеть сесть, а лучше лечь, пока твои мышцы ещё способны хоть к каким-то действиям…» «Что?!» **** Вечер не спеша накрыл Коноху своим плащом, позволив солнцу напоследок одарить деревню яркими и теплыми лучами. Люди, закончив свою работу, возвращались домой, кто-то направлялся в кафе или ресторан, кто-то спешил на реку, кто-то забраться на диван и взять книгу, а кто-то продолжал находиться в лесу… Мицукине находилась в состоянии полулежа, спиной прижавшись к стволу дерева, «разложив» руки по сторонам на корни. Её тело пробивала мелкая дрожь, периодически накрывало онемение, но хуже всего было, когда приступ сопровождался болью от того, насколько сильно сводило мышцы. Мизуки, где упал, там и лежал, не в силах помочь Мичиру, а блондинка часто и тяжело дышала ртом, из-под полуопущенных ресниц глядя на деревья, что росли на противоположной стороне поляны. Девушка была взмокшей, кожа покрылась испариной, а грудная клетка часто поднималась и опускалась. Ей нужна была горячая ванная, лучше с травами, а после — длительный сон. «Черт возьми! Черт возьми! — не переставала шептать про себя Мичиру, — Мизуки, засранец! О таких вещах нужно было предупреждать заранее!» — Ру и хотела бы перевести возмущенный взгляд на клинок, но сил попросту не было. Мицукине, кажется, смирилась с тем, что проведет в подобном «окружении» всю ночь, когда услышала, как начали стрекотать сверчки. «О, нет… — сомкнув веки, блондинка сглотнула, — как же хочется пить… как же хочет…» Услышав треск и шорох, наследница резко распахнула глаза и с твердым взглядом уставилась в лесную темноту. В груди появилась легкая вибрация, словно сирена, предупреждающая о чем-то, однако об опасности и речи быть не могло. Ру не ощущала ничью чакру, пусто. «Может просто зайчик?» — нервно прошептала она в своей голове.