***
-Мне надоел Рокфорд, - говорит Каллен. -Мне тоже. Эти люди, которые смотрят на тебя, как на кусок дерьма после прочитанных газет и просмотренных новостей о нашем деле, порядком достали, - дожевывая кусок мяса, говорит Джей. -А мне нравится Рокфорд, - обнимая меня и, будто бы в отместку Каллену, говорит Стив. Душа кричит "Стив, хватит вести себя, как малолетний ребенок", но в реальности я мягко улыбаюсь и говорю ребятам, что пойду к себе. Пока комната пустовала, я потихоньку пробралась в душ, захватив с собой стопку чистой одежды, от которой приятно пахло порошком. Вот оно, настоящее удовольствие, когда осознаешь, что твоя одежда не пропитана грязью, никотиновым дымом, а, только что постиранная, лежит в шкафу. Раздеваюсь до нижнего белья, параллельно закрывая дверь ванной, и рассматриваю свое отражение в зеркале. Выгляжу я более или менее прилично. По крайней мере, пропала та нереальная худоба, которая преследовала меня на протяжении довольно долгого времени после аварии. Ребра и ключицы перестали выпирать из-под кожи, и я снова выгляжу, как нормальный человек. Правда наличие шрамов и некоторых до сих пор не заживших ссадин, мягко сказать, немного омрачало мой внешний вид. Я перестала считать минуты моего такого бессмысленного стояния возле зеркала. Мысли разного рода лезли в мою голову. Закусив нижнюю губу, я смотрела в никуда, пока не услышала звук скрипа дверной ручки. Когда в проеме я увидела Каллена, щеки запылали от стыда, а я, словно ошпаренная литром только что вскипевшей воды, отскакиваю на метр. Он резко закрывает дверь -Черт тебя побери, Каллен, - громко говорю я. -Прости, я не знал, что ты здесь, - смущенно и быстро тараторит он, - я ничего не видел, правда. -Ну конечно... Черт, как неудобно, - скатываюсь вниз по стене и сажусь на корточки, руками обхватив голову. -Блять, прости, я правда не знал. -Проехали. Залезаю в душевую после того, как слышу, что дверь в номер закрылась, и включаю воду. Теплыми струйками она стекает по моему телу и доставляет небывалое удовольствие от ощущения тепла и энергии. По всей душевой распространился приятный запах геля для душа и шампуня, который бьет в нос тонкими потоками. Выключив воду, я заворачиваюсь в мягкое махровое полотенце и присаживаюсь на краешек ванны, намазывая шрамы и раны мазью. Все это время меня просто навязчиво преследует мысль о том, что меня почти голой увидел Каллен. Какой позор... А что если ему не понравилось то, как я выгляжу, и он про себя подумал, что я уродка? Ловлю себя на мысли, что думаю не о том, что это неправильно и некрасиво по отношению к Стиву, а о том, как Каллен отнесся к моему телу. Поправляю длинную челку и, переодевшись, выхожу из ванной. На диване спит Стив, телевизор включен. Я опираюсь о дверной косяк и рассматриваю его. Рот приоткрыт в непонятной форме, изгибы мышц ярко-выражены под белой майкой, глаза закрыты. Я влюбилась в него по-настоящему и бесповоротно. Но что-то отталкивает меня от него в последнее время. Его излишняя любовь, которая на любовь-то уже не похожа, а скорее на ревность, становится все более грубой и никчемной. Я не чувствую себя нужной рядом с ним, мне становится страшно за наше будущее, которого может не стать в один момент. Беру зонт, пачку красных Malboro, надеваю капюшон своей толстовке и выхожу из отеля. Никого из наших не было в холле, так что придумываемый мной в то время, как я добиралась до выхода, миф о том, куда я иду, оказался совершенно бесполезным. Раскрываю черный зонт и иду. Сама не знаю, куда, но я продолжаю идти вперед. Выставляю руку вперед ладонью вверх и чувствую, как она намокает. На руке появляются маленькие капельки дождевой воды, которые просто завораживают. А Алекс прав, окружающие нас вещи по-настоящему красивы. Только городская суета и проблемы затмевают их до такой степени, что мы почти не обращаем внимания на то, что происходит вокруг нас. Вижу перед собой заброшенное здание и оглядываюсь. Давно уже потеряла отель из поля зрения, поэтому в голове проскакивает мысль о том, чтобы вернуться домой, но в итоге я решаю остаться и посмотреть. Раньше, когда я была еще маленькой, я думала, что в заброшенных домах и зданиях живут призраки и смотрят на людей через разбитые окна. На самом деле, место реально довольно-таки жуткое. Здание блеклое, светло-салатового цвета, краска частично отвалилась. Всего в нем два этажа, полукруглые балкончики сделаны в старинном стиле барокко с лепными балясинами. Вокруг ни души, район, наверное, заброшен. Шаркаю ногой, засунув руку в карман. Что-то тянет меня к этому месту,как магнитом, не могу объяснить. -Что ты здесь забыла, дочка? - слышу я хриплый голос за спиной и разеко оборачиваюсь. Очень неожиданно было увидеть здесь старичка с клюшкой. Лицо было покрыто сеткой морщин, а добрые ясные глаза смотрели на меня с некоторым беспокойством. -Извините, сэр, давно пустует этот район? -Еще со времен Рональда Рейгана* тут никто не живет. Зачем ты пришла сюда? -...Я не знаю. Я просто гуляла. -Лучше не гуляй здесь. Странные вещи происходят тут. Недавно тут нашли женщину, ее легкие были вскрыты, контур губ вырезан и все в таком духе. Ох, как вспомню, так передергивает, - сморщился старик. На несколько минут мой разум затуманился. Вот это история... Что же такое здесь происходит? Наверное, в каждом городе есть своя тайна. Рокфорд - не исключение. Я просто уверена, что этот район такой не единственный. Думаю, есть еще такие же, в которых все абсолютно вымерло. Здесь так тихо, что, если бы здесь проехала машина, звук двигателя показался бы нереально громким. Мои уши уже настолько привыкли к тишине, что малейший шелест оставшихся листьев или шум ветра заставлял меня вздрогнуть и обернуться. -Да уж... Невесело, - говорю я и оборачиваюсь, но никого не застаю. Дед, словно испарился. Жутко... Мой взгляд останавливается на основании какого-то памятника или что-то вроде того. Остальную его часть не видно за высоким темным забором, который оклеен запрещающими лентами и табличками. Подхожу ближе и дотрагиваюсь рукой до ограждения. Раздается глухой звук и я кончиком пальца ощущаю грубую поверхность ржавчины. Место действительно ужасает своей пустотой и безжизненностью. Цепляюсь за трубу возле забора и добираюсь до его верхушки, затем подтягиваюсь и наконец могу увидеть, что находится там. Эта картина приводит меня в ужас. Передо мной старое кладбище, множество крестов, поросших мхом, а сзади большая статуя мужчины, одетого в медицинский халат, на лице непонятная маска и маленькие очки, сдвинутые на нос. У его ног ни одного цветка и видна табличка с именем, которое я не могу разглядеть из-за своего неидеального зрения. Плюс к тому гравировка на ней очень старая, ржавая и обросшая травой. Я уже почти перекинула тело через ограду, как мой взгляд упал прямо вниз. Буквально перед самим забором лежали оскверненные трупы людей: женщин, мужчин и детей. Их тела были настолько изуродованы, что нельзя было опознать их внешность. Мое лицо застывает в неподдельном ужасе. Что за чертовщина здесь творится? Внезапно кто-то схватил меня за ноги и оттянул вниз. Во мне было столько страха, что я закричала так сильно, как только можно. Здесь орудуют маньяки-убийцы? Черт возьми, мне было настолько страшно, что я мысленно уже прощалась со своей жизнью. Этот человек перебросил меня через плечо, и я смогла посмотреть на него. Алекс... Боже мой, как хорошо, что это он. Мои ноги чертовски сильно трясутся, глаза в немом ужасе бегают по лицу парня. -Ты чего? - улыбаясь спрашивает он в то время, как язык просто не поворачивается, чтобы сказать хоть что-нибудь, - Лори... -Там... Это просто кошмар, - мысли не собираются в кучу, я несу полнейший бред, сама плохо понимая значение сказанного. Говорю что-то про убийства, статую и мох. Все время мне мерещится кровь, много крови и застывшие глаза убитых. -Спокойнее, - одну руку он кладет на мою щеку, мои же неистово трясуются, - что случилось? Что ты видела? -...Там. Посмотри туда. Мои ноги касаются земли, а Алекс с разбегу запрыгивает, цепляясь за ограду. -Кладбище... -Внизу, - говорю я, стоя спиной к нему и ладонями закрыв глаза. -Мать моя женщина, - говорит он, - какая мерзость... Спустя несколько секунд он подходит ко мне. Я стою абсолютно без движения, почти не двигаюсь. То, что я увидела, теперь будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь. Такое ощущение, что на смертном одре я в последний раз увижу эту чудовищную картину. В голову ничего не лезет, кроме этого. Алекс кладет руку мне на плечо. -Всякое бывает. Город пустует уже как минимум, - он осматривается вокруг, - лет двадцать пять. -Валим отсюда. - говорю я. Парень берет меня за руку, и мы уходим отсюда.***
Я сижу в своем номере, рядом со мной Каллен. В моих руках чашка горячего чая, я накрыта пледом, но все равно трясусь. -Ты реально промерзла, - говорит Каллен, пока Алекс рассказывает "веселую" историю о нашем сегодняшнем приключении. -В общем, это просто пиздец, - констатирует Алекс. -Мы должны вернуться туда и посмотреть, - говорит Каллен. -Ты с ума сошел? - тут же прерывает его Алекс, - это очень опасно. Мы не пойдем туда и точка. Каллен не стал противоречить, я подумала, что он даже примирился с этим. Но, когда в номере остались мы вдвоем, я поняла, что ошибалось. -Но мы же пойдем туда? Его уверенность и смелость поразили меня. Честно говоря, я до сих пор чувствовала себя не в своей тарелке после увиденного. После небольшой паузы я отвечаю. -Я не хочу. -Что? -Я не хочу туда идти. -Серьезно? Глория Макфин боится? -Я не боюсь. -Боишься. -Нет. -Тогда почему не хочешь идти? - и тут я просто не знала, что ответить. Сказать, что я боюсь - это реальный провал. Но я не готова умирать, как горы этих людей. -Предположим, что все-таки боюсь, - я уже жду, что он засмеет меня и назовет трусихой, но он всего лишь качает головой, приобнимая меня. -Да ладно тебе. Там будем мы. Забыла, кто мы и что можем? -Прости, но нет, - немного подумав, отвечаю я. -Ладно, потом поговорим на эту тему, - на выдохе говорит он и выходит. Всю ночь я была одна. Каллена не было, Стива тоже. Наверное, после нашего утреннего довольно неприятного разговора он решил переночевать в другом месте. Мне удалось уснуть только под утро. Закрывая глаза, я каждый раз видела окровавленные трупы с выпотрошенными внутренностями, и не могла позволить себе оказаться в царстве Морфея.